Два сапога пара

— Я никакого ритуала с ней не проводил, — категорично заявил Айал.

— Вы, и правда, не понимаете, — покачал головой Онгимус, и в его взгляде, направленном на Айала, отчётливо читался укор вперемешку с сожалением. — Господин, подумайте сами. Вы стояли внутри магического круга и обращались к самому Великому Дракону. А потом внутри этого самого круга оказалась женщина. Которая прошла испытание огнём и с которой вы совместно окунулись в Священную воду.

— Никуда мы совместно не окунались! — моментально взвился Айал. — Она опрокинула на себя чашу. Это была случайность!

— Что не отменяет того, что вы фактически совершили полный брачный ритуал, который остаётся лишь консумировать.

— Консумировать, в смысле переспать? — уточнила я, и поразилась тому, насколько сильно дрожал мой голос.

— И не надейся, женщина! — тут же огрызнулся мой новоиспечённый супруг. — Право разделить со мной ложе ещё нужно заслужить.

— А не много ли вы о себе возомнили? — моментально завелась я, совершенно позабыв о шаткости положения, в котором нахожусь. — Мордашка у вас, может быть, и ничего, да и фигура дай бог каждому, но это не значит, что все женщины на свете мечтают с вами переспать! Вот лично я предпочла бы не приближаться к вам даже на пушечный выстрел.

— Давайте все успокоимся! — примирительно проговорил Онгимус, решительно вставая между мной и Айалом. — Не нужно ссориться, любую проблему можно решить мирным путём. Тем более что злого умысла ни у кого не было, просто произошло небольшое недоразумение. Повелитель, — старик обратился к своему господину, — прошу вас, проявите благоразумие. Кира, — он повернулся ко мне, — я понимаю, вы напуганы и взволнованы, оказавшись столь внезапно в совершенно незнакомом месте. Но могу заверить вас, что вам здесь никто не причинит вреда.

— Он — я весьма невежливо ткнула пальцем в сторону Айала, — грозился заточить меня в темницу. Это явно не попадает под определение «не причинит вреда».

— Господин погорячился, но вы тоже должны его понять: не каждый день тебе на голову падают незнакомки.

Ну, тут не поспоришь. Когда на тебя падает человек, сложно сохранить спокойствие и радушие. Тем более когда ты проводишь какой-то сакральный ритуал, будучи практически голым.

— Да, вы правы, — неохотно признала я. — Господин, — я намеренно выделила обращение, которое до этого использовали остальные, — имел право злиться. Но даже злость не может служить оправданием грубости! Он всё время говорит обо мне в третьем лице, а это крайне невежливо. У меня есть имя — Кира. И оно ему известно.

Айал издал забавный звук — нечто среднее между возмущённым фырканьем и раздражённым рыком, — а затем вдруг оказался совсем близко ко мне. Я даже не успела заметить момент, когда он подошёл! Казалось, вот он стоит шагах в пятнадцати от меня, и — бац! — он уже прямо передо мной, разве что не пыхтит злобно в лицо.

— Ты не в том положении, чтобы указывать мне, — с нажимом проговорил он, буквально прожигая меня гневным взглядом.

— Айал, — в голосе Онгимуса звучало предостережение. Которое этот высокомерный павлин проигнорировал и резко протянул руку вперёд.

Я понятия не имела, что он собирается сделать, но вся ситуация, как и его поза, были крайне угрожающими, так что инстинкт самосохранения сработал прежде, чем я успела подумать: нога взлетела вверх, и широкий носок ботинка врезался мужчине точно под колено.

Айал взвыл от боли и отшатнулся, согнувшись пополам и растирая пострадавшую конечность. Я же шустро отскочила в сторону и схватила первое, что попалось под руку — толстенную книгу в кожаном переплёте, — намереваясь использоваться её в качестве средства самообороны. Как против крепкого мужчины мне поможет книга — неясно, но в тот момент способность мыслить рационально окончательно помахала мне ручкой.

Моё сопротивление, очевидно, только распалило Айала, потому что, немного оправившись от неожиданной атаки, он снова ринулся на меня. Ему в голову тут же полетела книга, которую я держала в руках, а когда он от неё увернулся — вторая, а затем и третья. Кровь шумела у меня в ушах, а сердце бешено колотилось где-то в горле. Мужчина, отмахиваясь от летевших в него книг, точно от назойливых мух, приближался ко мне, а я бегала кругами по комнате, почему-то даже не попытавшись добраться до двери, путь к которой мне никто не преграждал — старик, как только начались эти своеобразные догонялки, предусмотрительно отошёл в сторону и уселся на низенький пуфик возле окна. Видимо, его не особо волновал хаос, который мы устроили в его библиотеке. Или всё же это был рабочий кабинет?

Естественно, эта беготня не могла продолжаться вечно — в какой-то момент Айал меня догнал и с размаху впечатал спиной в каменную стену, схватив оба запястья одной рукой и зафиксировав их у меня над головой.

«Ничего себе у него лапища!» — мелькнула у меня в голове восхищённая мысль.

Подняв взгляд, я буквально утонула в золотистых глазах мужчины, на дне которых бушевало тёмное пламя — от его вида у меня по спине пробежал предательский холодок. Только вот я не была уверена, что он был вызван страхом…