Экстра 1. Яд, отравляющий сердце

Меня мучило любопытство.

Раньше, до того, как я окончательно и бесповоротно решила остаться в этом мире, меня не особо беспокоило прошлое моего вынужденного супруга.

Однако теперь я застряла с Айалом надолго, если не навсегда. И у меня возникли закономерные вопросы.

Нет, я не стала допытываться у мужа обо всех женщинах, побывавших у него в постели. И так очевидно, что список будет впечатляющим. Волновала меня только одна — та, из-за которой мы были вынуждены отправиться на озеро к Каэлин и стали двухглавым драконом.

Только вот Айал наотрез отказался обсуждать со мной покойную дочь Синай. Как, впрочем, и Онгимус с Хавэлом. И это меня неимоверно бесило.

Что там такого страшного случилось с этой девушкой? Что за тайны мадридского двора они тут развели?

Мне не давали покоя слова Синай, что именно Айал убил её дочь. От мысли о том, что мой муж способен на хладнокровное убийство невинной беспомощной девушки, меня бросало в дрожь.

И поскольку мой супруг не желал посвящать меня в свои тайны, я решила всё выяснить сама.

Без ездового дракона путь к Озёрной госпоже занял почти сутки. Благо Айал вместе с Хавэлом отправились на переговоры в соседнее королевство, оставив со мной в качестве телохранителя Онгимуса.

Старый дракон, разумеется, не одобрил моего желания встретиться с Каэлин. Однако и препятствовать не стал, напротив, выделил отряд крепких воинов в качестве сопровождения и обвешал защитными амулетами. Правда, сам идти со мной наотрез отказался.

— У нас с Каэлин довольно сложные отношения, — объяснил он с какой-то странной натянутой улыбкой. — Мне не стоит лишний раз показываться в её владениях.

Я не стала настаивать и отправилась одна (охрана не в счёт). Правда мысленно отметила занятную деталь: Онгимус, помимо меня самой, был единственным из моих знакомых, кто знал настоящее имя Озёрной госпожи. А это о многом говорило.

Каэлин, как ни странно, встретила меня довольно радушно. Мы вдвоём расположились на самом берегу озера, пока моя охрана топталась чуть поодаль вместе с лошадьми.

Я не стала тянуть и сразу выложила цель своего визита.

— Я даже не сомневалась, что ты не успокоишься, пока не докопаешься до правды, — Каэлин добродушно усмехнулась. — На самом деле, это очень печальная и одновременно крайне поучительная история о том, как амбиции и тщеславие вкупе с отсутствием ума могут довести человека до могилы.

Видишь ли, дело в том, что Нэйлин с детства была крайне избалованным и высокомерным ребёнком. Она была весьма симпатичной девочкой, и Синай старательно вбивала в её наивную головку, что красота — главное оружие любой женщины, способное подарить ей сытую, безбедную жизнь.

Так что нет ничего удивительного, что, достигнув определённого возраста, Нэйлин пустила в ход это своё природное оружие. И первой её жертвой пал Айал.

Каэлин тяжело вздохнула, и я краем глаза отметила, как, несмотря на безветренную погоду, по озёрной глади прошла небольшая рябь.

— Айал влюбился в неё без оглядки и готов был положить к её ногам весь мир, — сообщила она отстранённо. — Его отец к тому моменту был серьёзно болен, и весь двор терялся в догадках, когда тот скончается, а главное кто станет наследником. С одной стороны, страшим был Винан, и по закону именно он должен был унаследовать трон. Только вот Винан никогда не интересовался политикой и был вполне счастлив в качестве простого преподавателя в магической академии.

— И? — я нетерпеливо заёрзала. — Что случилось? Почему Синай винит Айала в смерти дочери?

— В тот день, когда Айал собирался объявить о помолвке, ко двору приехал Винан. Ему новоиспечённая невестка совершенно не понравилась, и он решил её проверить. Он притворился, что влюбился в Нэйлин с первого взгляда, и объявил ей, что собирается убить брата и забрать трон себе. А она может стать его королевой.

— И что же она?

— А она, как я уже сказала, была тщеславной и амбициозной, но очень глупой девочкой, — Каэлин усмехнулась. — Так что она разорвала помолвку с Айалом и вышла замуж за Винана. Только вот ему такая жена была не нужна, и он отравил её в первую же брачную ночь.

Звучала эта история, мягко говоря, жутко. Однако у меня возник закономерный вопрос.

— Если её убил Винан, почему Синай винит Айала?

— Потому что он в её понимании должен был защищать Нэйлин до последнего и не отдавать её Винану.

— Глупость какая-то, — покачала я головой.

— Глупость, — согласилась Каэлин. — Синай, при всех её достоинствах, умом тоже никогда не блистала. Да и характер у неё скверный.

— И что теперь? — я взволновано посмотрела на Озёрную госпожу. — Синай так и будет продолжать строить козни против Айала, пока окончательно не выведет его из себя и он не казнит её?

— Волнуешься за мужа? — Каэлин улыбнулась.

— Волнуюсь, — не стала отрицать я. — Кроме того, что помешает Синай попытаться добраться до Айала через меня или наших будущих детей?

— Тебе не о чем переживать, — уверенно заявила та. — Синай больше никогда вас не потревожит.

— Почему? — насторожилась я.

— Потому что вот уже три дня как она воссоединилась со своей дочерью.

— Что? — я ошеломлённо уставилась на Озёрную госпожу. — Откуда вы знаете?

— Я лично вручила ей драконий цветок.

Понятней от этого не стало.

— Причём тут цветок?

— Знаешь, какое у него другое название?

— Понятия не имею.

— Дарующий покой. Этот цветок — энергетический паразит. Он растёт на драконьих костях, потому что в тех сохраняется драконья магия — самая сильная в этом мире. Однако он также прекрасно может черпать силы и из любого другого существа, наделённого магией. В том числе и живого.

У меня по спине пробежал мороз от осознания.

— Вы посадили цветок в Синай?

— Да, — Каэлин спокойно посмотрела мне в глаза. — Я погрузила её в сон, а затем помогла цветку пустить корни в её теле. Синай будет спать много лет, цветок будет расти и давать побеги, а взамен станет навевать ей чудесные сказочные сны, где она всё ещё мирно и счастливо живёт в своём домике вместе с дочерью. Как ни посмотри, все в выигрыше.

Я так не считала. Но не осмелилась высказать своё мнение вслух. А то мало ли, что ещё придёт в голову этому странному созданию.

«Пожалуй, Онгимус прав, — подумала я. — Лучше держаться от Озёрной госпожи подальше».