Глава 21

Златан

Спрашивается, чего она приперлась с утра пораньше? Вот какое им всем дело, кто у меня ночует и ночует ли вообще? Так нет же, надо обязательно сунуть свой нос в чужие дела, разведать, а потом доложить моей ненаглядной бабуле о реальном положении вещей. Хотя, откуда Богдана может знать об этом?

Сейчас увидит, что мы лежим с Дашей в одной постели, и всё – боюсь даже представить, какие фантазии посетят ее многострадальную голову. А страдать от этих самых фантазий будет девушка, которая сейчас сидит с широко открытыми глазами и пялится по очереди то на меня, то на дверь.

- Не успеешь, - негромко произношу, так как в глазах Дарьи четко читается единственная мысль. О внезапном побеге. Жаль, она не может превратиться в мышку и прошмыгнуть мимо строгой Змеюки незамеченной.

И от представленной картины у меня начинается истерический смех. Ничего не могу с собой поделать – хочется схватить сейчас Дашу, прижать к себе и впиться в ее очаровательный ротик. Но я так же отчетливо понимаю – если Богдана застукает нас с девушкой целующимися, а еще и обнимающимися, так как моя же футболка окажется где-то в районе груди девушки, то очаровательная горничная, которая захватила мой мозг в свой плен, мне этого не простит.

И все мои старания пойдут насмарку.

Вот раньше, помнится, меня это ничуть не заботило – кто меня застукает, когда и что именно донесет моим ненаглядным родственникам. Но почему-то именно сейчас и именно с этой девушкой хочется по-другому. Главное, желание торопиться и затащить ее сразу же в постель пропадает напрочь.

Меня так увлекла эта игра под названием “конфетно-букетный период”, что не могу остановиться. Вижу по глазам симпатичной блондиночки, что она тоже, как и я, мечтает о продолжении нашего развивающегося романа, но вот торопиться именно с Дашей нет желания.

Она и так будет моей, а вот период ухаживаний заводит похлеще предстоящего секса. Никогда со мной ничего подобного не происходило – как такое в принципе могло случиться?

Девушка падает на подушку, видимо, смирившись со своей участью, а я, чтобы поддержать мою строптивую красотку, нахожу под одеялом ее руку и аккуратно сжимаю. Еще и накрываюсь другим концом этого самого одеяла именно в тот момент, когда Богдана входит в номер.

Делает несколько шагов и замирает перед дверью, глядя на нас с Дашей.

- Доброе утро, - на лице строгой начальницы, как обычно, ни одной эмоции. Хотя еще, как говорится, не вечер – уж я-то прекрасно знаю, как Змеюка умеет прятаться за маской безразличия.

- Стучаться не учили? – ворчу в ответ, чувствуя под одеялом, как Даша пытается вырвать свою руку из моего захвата. А я, наоборот, еще сильнее сжимаю тонкие пальчики и даже немного пододвигаюсь к девушке поближе.

- Вообще-то, не у меня назначена встреча, - кривится в ответ женщина, а я мысленно бью себя по голове.

Вот же, баран – напрочь забыл о лысом дядьке, который именно сегодня за завтраком хочет обсудить кое-какие совместные дела! Пора уже напоминания в телефоне включать, а то с моим временным склерозом Богдана еще не раз разбудит рано утром, когда я буду нежиться в объятиях симпатичной блондинки.

В последнее время кроме Даши другой рядом с собой не представляю. Даже в роли временной спутницы или девушки на одну ночь. Очаровательная горничная уж точно не годится на роль последней. Да и мне мало будет одной ночи в ее объятиях.

- Могла бы и позвонить, - продолжаю ворчать, все так же глядя Змеюке в глаза, а под одеялом удерживая Дарью за руку.

Чтобы не сбежала. Иначе придется Богдану четвертовать.

- Вообще-то, - женщина делает акцент, повторяя это слово во второй раз, - я звонила, но кто-то, - смотрит мне прямо в глаза, не скрывая своего раздражения, - не удосужился ответить.

И снова я, как оказывается, баран – выключил звук на мобильном, чтобы никакая зараза не разбудила меня с утра пораньше. Заснул только с рассветом, поэтому хотел выспаться. Теперь приходится расхлебывать и свою забывчивость, и настойчивость женщины, которая продолжает пялиться, не скрывая своего раздражения.

- Отмажь меня как-нибудь, - сканирую Богдану в ответ, глазами показывая, чтобы сваливала отсюда. Желательно побыстрее. – Через двадцать минут спущусь.

- Никольская, а ты чего замерла? – Змеюка игнорирует мой немой призыв и переводит взгляд на опешившую девушку. – Работу еще никто не отменял, - произносит, как ни в чем не бывало, как будто это вполне себе нормальное явление - застукать Дашу, лежащую со мной под одним одеялом.

Да уж, такта Богдане не занимать. Хотя, в этом вся она – другой я ее в принципе не представляю. Сколько лет ее знаю, она всегда такой была. Сначала читает нотации, а после жалеет или сочувствует (здесь по обстоятельствам). Но всегда поддержит в трудную минуту, даст нужный совет или поворчит, исключительно в профилактических целях.

Главное, чтобы бабуле раньше времени не донесла, но это я снова беру на себя.

Даша поворачивает голову в мою сторону, задавая немой вопрос, а я снова бью себя мысленно по голове. Ведь я так и не удосужился предупредить строгую начальницу о том, что и сегодня у симпатичной горничной выходной.

Иначе Анна Пантелеевна меня точно с землей сравняет. Или прибьет, от чего тоже не легче. Рука-то у старушки тяжелая – уж мне ли не знать о нраве моей ненаглядной бабули. А если еще Богдану подключит – все, мне настанет конец.

Вот это я попал, так попал.

И заднюю включать уже поздно.

Да и нужно ли ее включать?

- Змею… - вовремя вспоминаю, что слегка забылся. Именно сейчас не стоит провоцировать женщину, ставя ее перед подчиненными в незавидное положение. Такое может и не простить, поэтому мысленно прикусываю язык. – Богдана Святославовна, - расплываюсь в улыбке, наблюдая, как Змеюка в ответ лишь сверкает глазищами и скрипит зубами.

Кличку ей девчонки дали давно, о чем строгая начальница в курсе. Если горничные палку не перегибают, то Богдана не обращает внимания. Я, конечно же, ее периодически подкалываю, называя исключительно «Змеючкой» - мои грехи, как и мелкие пакости, женщина прощает и даже не читает нравоучения по этому поводу.

- Вот чувствую, сейчас ты меня ошарашишь, - продолжает сканировать по очереди то меня, то смущающуюся Дашу. – Не тяни, а то и так тут время с тобой трачу, а работа, между прочим, стоит.

- Сегодня у Никольской тоже выходной, - произношу на выдохе, а Богдана лишь округляет глаза. Да так смешно, что улыбка невольно появляется на лице.

И не только у меня.

Слава Богу, а то я уже переживать начал, что Дарья сейчас сбежит под напором ее же строгой начальницы. Я-то разрулю, мне не привыкать, а вот девушка, по ходу, слишком бурно реагирует и на не совсем любезный взгляд Богданы, и на ее колкости, а так же на сплетни, которые уже появились в стенах моего отеля.

Надо же, какая впечатлительная – придется перевоспитывать. Если бы я так бурно реагировал на каждую горничную, кто шушукается о моих похождениях по-за углами, то уже давно бы мозгами поехал и заперся в номере.

- Опять тексты набирать будете до утра? – по голосу слышу, что Богдана слегка расслабилась и больше не станет вгонять в ступор горничную, поэтому лишь печально вздыхаю.

- Хуже, - не свожу взгляда со Змеюки, которая уже с неподдельным интересом смотрит мне прямо в глаза. – Анна Пантелеевна.

Два слова, и Змеюка расплывается в самой настоящей улыбке. Ох, боюсь даже представить, о чем эти двое договорятся за моей спиной! Настырная старушка и не менее настойчивая начальница хозчасти – это, я вам скажу, взрывоопасная смесь.

Сколько они мне нервов вымотали. Особенно когда вобьют себе в голову какую-то чушь и в два голоса поют мне серенады и о моей безответственности, и моем плохом поведении, а ещё что мне давно пора жениться, а им, соответственно, понянчить моих наследников.

Бедные детишки – я им уже заранее сочувствую.

Богдану я знаю с детства. Когда она пришла работать в отель еще молодой горничной. Цепкая, хваткая и слишком ответственная – отец ее сразу же заметил, заставил выучиться и сделал, считай, своей правой рукой. Женщина стала практически членом нашей семьи – она быстро спелась и с моей строгой бабулей, и со скромной мамулей. Муж Змеюку бросил, потому что у нее нашли какое-то заболевание, и она не смогла родить ребенка. От усыновления этот идиот отказался напрочь, не придумав ничего лучше, как спутаться с малолетней идиоткой, которая все же смогла подарить ему сына. Правда, через несколько лет он одумался и прибежал под крыло к Богдане, но наша строгая Змеючка не пустила изменника даже на порог.

И не нашла ничего лучше, как всю свою невостребованную материнскую любовь подарить мне. Сколько же я ей нервов вымотал, кто бы только знал! Пьянки с друзьями, прогулы уроков, девочки – и это все в больших количествах и довольно часто. На утро, конечно же, были часовые лекции по поводу моего разгильдяйства, но ни разу Богдана не сдала меня ни отцу, ни маме, ни тем более Анне Пантелеевне. И всегда за меня заступалась, даже если я был не прав.

- С этого места поподробнее, - женщина складывает руки под грудью, всем своим видом показывая, что ждет от меня отчета. И не сдвинется с места, пока я не покаюсь во всех смертных грехах.

Странно, что Пантелеевна до сих пор не доложила Змеюке о случайной встрече в торговом центре. Обычно у этих двоих за зубами не держится, а тут целых два дня молчания и тишины.

- Даша, милая, - я поворачиваю голову в сторону девушки, которая, по всей видимости, до конца не понимает, что происходит. – Ты вроде в ванную хотела?

- Ага, - симпатичная блондинка понимает меня с полуслова. Вырывает руку, откидывает одеяло и вскакивает с кровати, быстренько дефилируя в сторону ванной.

Не могу отвести взгляда от аппетитной попки, которая то и дело мелькает при ходьбе, когда задирается футболка.

Ну, Богдана, черт бы тебя побрал. Не могла попозже зайти? Такой кайф с утра пораньше обломала.

Еще и с вопросами сейчас полезет – уж мне ли не знать о ее любопытстве. Оно так четко читается во взгляде женщины, что я в очередной раз тяжело вздыхаю. Медленно вылезаю из-под одеяла и в одних шортах (слава Богу, хоть их догадался надеть!) направляюсь к Богдане.

Иначе мой крик сейчас будет слышать не только Даша, но и весь этаж. А так же весь отель. Вечно мне не везет – и как прикажете бороться с этими женщинами?

- Я так понимаю, у вас всё в ажуре, - Змеюка игнорирует и мой злобный взгляд, и мое резко испортившееся настроение. – Хорошая девочка, - кивком подтверждает слова, чем раздражает еще больше.

- Вот скажи мне, ненаглядная Богдана Святославовна, - шиплю чуть ли не в лицо своей нынешней собеседнице, на что та в ответ даже бровью не ведет. – Какое вам всем дело до моей личной жизни? Чего вы все лезете, куда вас не просят?

- Если я правильно понимаю, то мы, - делает акцент на последнем слове. – Это я и Анна Пантелеевна?

- Еще одна любопытная Варвара, - фыркаю и направляюсь к шкафу, чтобы схватить первую попавшуюся футболку и хоть чем-то занять свои руки. – Вечно вам надо быть в курсе всех событий. Одной полный отчет, с кем я сплю, другая уже дату свадьбы назначает.

- Ты тон смени, - осекает меня Богдана одной единственной фразой. – А то разошелся, не остановишь.

Повторно фыркаю, в этот раз никак не комментируя. Да и стоит ли – ведь все равно эффект будет обратный. Достали меня эти родственники, сил нет с ними спорить.

- С Пантелеевной мы случайно столкнулись в торговом центре два дня назад, - поворачиваю голову в сторону Богданы. – Вместе с Дашей, как ты понимаешь. Ну и бабуля нафантазировала уже свадьбу, пятерых правнуков и меня в роли заботливого мужа.

- Интересно, а что вы вместе в торгом центре-то делали? – Богдана слишком ехидно улыбается, но мне плевать на ее ехидство.

Она вообще слышит, что я ей говорю? Такое чувство, что оглохла и ослепла.

- Джинсы новые Даше покупали, - пытаюсь все еще держать себя в руках и не хамить, однако получается довольно резко. – На старые кофе я разлил, вот и пришлось, - развожу руками в стороны, заранее отвечая на немой вопрос в глазах женщины.

- А застирать слабо? – ехидничает Змеюка, как будто бес в нее сегодня какой-то вселился.

Решила меня окончательно вывести из себя? Прямо так и нарывается на очередную порцию хамства.

А действительно, слабо было застирать? Или просто кинуть в стиральную машинку, чтобы техника это сделала вместо девушки?

Конечно же, слабо, милая и ненаглядная Змеюка Святославовна. Потому что кофе разливался специально и нарочно – мне нужно было вытащить девушку из дома, чтобы побыть с ней подольше рядом.

Зачем? Это вопрос другой, даже пока риторический, но со своим “слабо” можешь идти, моя ненаглядная Змеюка, куда подальше.

Конечно же, я не произношу все свои мысли вслух, в ответ лишь ворча:

- Не твое дело.

- Ну да, ну да, - цокает языком женщина, правда, я так до конца и не понимаю, чему она веселится-то.

Нравится мне Даша – я не спорю. Еще пару-тройку недель я пробуду в отеле, и хотел бы провести это время с девушкой. Даже с работы ее на время уволю – а что, имею полное законное право. Если будут и дальше сплетничать, я просто переведу Дашу в другой город – в России шесть отелей с названием “Lados”, поэтому с трудоустройством проблем не возникнет.

А потом Хорватия на месяц, а может и больше – дела-то у нас еще никто не отменял. Совет директоров, строительство новых отелей и привлечение инвестиций – кто, как не я, должен решать все эти проблемы?

Возможно, когда я в следующий раз прилечу в Россию, то позвоню Даше. И мы встретимся, как старые друзья – посидим в кафе, поболтаем и просто проведем хорошо время. Возможно, но не факт.

И чем больше я смотрю в смеющиеся глаза Богданы, на ее ехидную улыбку и огромные проявляющиеся на лбу буквы , которые складываются в единое слово “Идиот”, тем больше понимаю – все мои мысли, как бы помягче выразиться-то…

В общем, чушь собачья, несусветная и полная ахинея вкупе с ересью и .

Потому что так просто отпустить Дашу уже не получится.

Черт, да мы только целовались разочек, да пару раз позажимались, а я уже готов надеть на нее наручники, приковать к батарее и не выпускать из номера! Во-первых, чтобы не сбежала – а то с этой строптивицей справиться не так уж и легко, как мне казалось раньше. А во-вторых, и, я так полагаю, в-главных – меня бесит, когда представители мужского пола пялятся на мою симпатичную блондиночку. Хочется глаза им повыкалывать и руки пообломать, чтобы не мечтали, как пальцами будут ласкать эту грудь, дотрагиваться до попки, а потом…

Вот сейчас Богдана точно получит, потому что приперлась так не вовремя. А мои слишком сумбурные мысли, чувствую, до добра не доведут.

- Вот скажи мне, чего ты скалишься? – я останавливаюсь посреди спальни и делаю руки в боки, не сводя своего пристального взгляда со Змеюки. – Да, она мне нравится, - соглашаюсь с немым укором в глазах женщины. – Да, мы сегодня идем покупать платья Даше и Пантелеевне, - делаю паузу, а Богдана продолжает ухмыляться, не произнося ни слова. – Да, черт возьми, я даже пойду с Дарьей на юбилей моей любимой бабули. Скажи, что здесь такого?

Выдыхаюсь, потому что произношу свою пламенную речь хоть и с паузами, но все равно на повышенных тонах. И злюсь, так как пока не пойму – что же на уме у Змеюки.

- Ничего, - она просто пожимает плечами, чем вводит меня в ступор. – Только ты очки надень, а то дальше своего носа ничего не видишь, - Богдана включает то ли строгую начальницу, то ли не менее строгую мамулю, что в данном случае выглядит и звучит одинаково. – Даже Пантелеевна в свои семьдесят со зрением минус три смогла рассмотреть то, чего ты упорно не замечаешь. Ну, или не хочешь замечать, - напоследок выдает, глядя мне прямо в глаза. – В общем…

Богдана не успевает закончить, как из душа выходит Даша, прерывая наш не слишком приятный диалог. Я, кстати, так и не понимаю, что же должен такого увидеть, от чего Змеюку прямо плющит, но появление девушки приходится как нельзя кстати – лучше уж смыться поскорее из отеля, чем и дальше пытаться разгадать загадки от Богданы Святославовны.

- Я помешала? – аккуратно интересуется горничная, глядя на наши со Змеюкой не слишком дружелюбные лица и замершие позы.

- Как раз вовремя, Никольская, - женщина отмирает первой и даже слегка улыбается, глядя на изумленную Дашу. – Сегодня и завтра даю выходной, - делает паузу, а как только симпатичная блондинка открывает рот, наглым образом ее перебивает: - И не благодари, а лучше подготовься к юбилею Анны Пантелеевны. Я прийти не смогу, так что будешь отдуваться за нас двоих, - тычет в горничную пальцем, сразу же расставляя приоритеты, что сопротивление бесполезно. – Терпеть не могу это заседание престарелых блудниц, как и их воспоминания пятидесятилетней давности.

- Очень оптимистично, - тяжело вздыхает Дарья, а я расплываюсь в улыбке.

- Богдана Святославовна шутит, - взглядом заставляю Змеюку замолчать, а то как бы девушка и вправду не передумала со мной идти к бабуле на юбилей. – Ты, кстати, готова?

- Почти, - девушка переводит взгляд на футболку, а после на форму горничной, которая красуется на кресле. – Есть запасной выход? – поднимает голову, натыкаясь на мой изумленный взгляд.

- Зачем тебе выход, Никольская? - Богдана делает пару шагов вперед, подходя к девушке ближе. – Ключ от ящика давай, одежду тебе принесу, чтобы вышла как белый человек через центральный вход.

Девушка срывается с места и бежит к креслу, где лежит ее форма, а я подхожу к Богдане, беру за плечи и наклоняю голову прямо к ее уху:

- Ты - лучшая, - шепчу, а после целую в щеку.

- А ты к окулисту сходи, - фыркает мне в ответ, после чего, усмехаясь, вырывается из моих объятий, чтобы взять у Даши ключ.

И я прекрасно знаю, что Змеюка сделает все в лучшем виде – принесет одежду, никак не комментируя сей факт, заткнет всем сплетникам рты, а заодно прикроет меня перед Анной Пантелеевной, если понадобится.

Не пойму только – причем здесь окулист?