Глава 8

- У вас прекрасные рекомендации, - начальник хозчасти с тяжело выговариваемым отчеством Богдана Святославовна заканчивает чтение бумажек, которые мне вручил Димасик перед отъездом, и поднимает взгляд на меня. – Почему ушли с последнего места работы?

Вполне предсказуемый вопрос, на который уже заготовлен вполне конкретный ответ. Так как начальник – женщина, значит, будем давить на жалость слезливой историей. Был бы мужик, пришлось тогда рассказывать о карьере, амбициях и желании чего-то добиться (мужчины в большинстве случаев на это ведутся, даже помогать начинают в достижении цели), а так…

- Я бы не ушла, если бы… - многозначительная пауза, несчастный взгляд, и моя собеседница уже начинает сочувствовать, понимая, в какую сторону дует ветер. – В общем, решила кардинально поменять свою жизнь.

- Несчастная любовь, - с долей ехидства усмехается Богдана, видимо, вдоволь наслушавшись подобных сопливых историй. – Надеюсь, не с начальником?

- Что вы, - закатываю глаза и мотаю головой из стороны в сторону. – Обычный парень, который изменил мне с моей же лучшей подругой, - и для пущего эффекта хлюпаю носом, чтобы строгая начальница впечатлилась по полной программе.

Надо было мне в актрисы податься и закрутить роман с режиссером, а не в простые горничные, чтобы охмурить красавчика-миллионера. Кстати, вопрос, почему именно Златан попал в поле зрения Димасика, я еще неделю назад озвучила вслух, на что получила довольно логический ответ:

- Варька со своим нытьем натолкнула, - Проскурин развел руками, наблюдая, как я цокаю языком, поражаясь чужой настойчивости. Ведь не поленилась эта мышь серая и прибежала плакаться Димасику, зная, как он этого не любит. А наш любимый главред решил на свой манер использовать сложившуюся ситуацию, не придумав ничего лучше, как отправить меня к Златану горничной.

Кстати, на последнее его спровоцировала информация, что Драгош будет в России еще полтора месяца. В противном случае я вряд ли бы согласилась бегать за ним по всему миру – пришлось бы Дмитрию Александровичу меня точно в актрисы определять.

- Ладно, будем считать, что я тебе поверила, - начальница захлопывает папку и подсовывает мне пустой лист бумаги. – Неделя стажировки, а там разберемся. Пиши заявление, - и достает из кипы на столе образец, чтобы я не запуталась.

Неделя, так неделя – может, мне и этого срока хватит, чтобы с эмоциями для статьи определиться. Однако спустя десять минут, когда я заканчиваю с заявлением, у Богданы звонит телефон. Хоть и отходит она подальше от своего стола, все равно слышны ее возмущения, пару нелицеприятных фраз, а после громкое:

- Капец!

К чему оно адресуется, я пока не в курсе, однако спустя минуту Богдана Святославовна появляется в поле моего зрения с какой-то уж очень подозрительной и ехидной улыбкой.

- Что-то случилось? – аккуратно интересуюсь и сканирую женщину взглядом, не понимая ее азарта.

А то, что он вдруг резко появился, выдают ее глаза – надо же, не одна я, оказывается, страдаю авантюризмом.

- Оно и к лучшему, - кивает головой начальница, усаживаясь в кресло. Знать бы еще наверняка, что она имеет в виду, однако дальнейшая фраза начальницы расставляет все по местам. – Стажировка сокращается до одного дня.

- Но вы же говорили неделя…

- Я передумала, - резко обрывает меня женщина, а я немного теряюсь от столь быстрой смены ее настроения. – Правда, придется начинать прямо сейчас.

Вот чувствую, меня ждет какая-то подлянка. А ехидство и во взгляде Богданы, и в ее голосе этот факт наглядно подтверждают.

- В смысле? – я до конца не понимаю намеков начальницы, даже слегка задерживая дыхание, однако на деле все оказывается довольно банально.

- Одна из горничных серьезно заболела, и я предлагаю тебе ее подменить, - выдает женщина на одном дыхании. – Смены у нас три через три, поэтому заступаешь сегодня. Справишься – завтра милости просим в наш дружеский коллектив, нет, - Богдана разводит руками в разные стороны.

- Я справлюсь, - киваю в подтверждение своих слов, резко выдыхая.

Господи, как все просто – я-то думала, меня ждут трудности и испытания, а тут всего лишь сутки продержаться! Еще бы в логово к красавчику сразу попасть – я бы строгую начальницу расцеловала в обе щеки.

Но мысли иногда материализуются, поэтому с желаниями надо поаккуратнее. В моем случае, так и подавно.

Получаю форму, которая из-за моих слишком длинных ног никак не хочет доходить до колена, едва прикрывая пятую точку, и направляюсь на утреннюю планерку, по дороге знакомясь с девочками. Восемь горничных в одной смене, и столько же в другой, плюс строгая начальница, итого по штату положено семнадцать человек. Интересно, на чье место взяли меня? Надеюсь, никого ради моей прихоти не уволили?

- Коврова уходит в декрет, сейчас на сохранении, - вещает строгая начальница, выставив нас в ряд. – На ее место пока взяли новенькую. Знакомьтесь, Дарья Никольская, будет работать в вашей смене, - кивает в мою сторону, а девчонки дружно меня поздравляют. – Тишина! – Богдана немного повышает тон, и все дружно, а главное резко замолкают. – А то расчирикались, как канарейки. Дальше, - открывает свой блокнот, что-то там внимательно вычитывая. – Меркулова загремела в больницу с приступом аллергии, поэтому пока поработаете без нее. А это значит… - женщина тянет последнюю гласную букву, делая многозначительную паузу, а горничные синхронно вздыхают.

Все, кроме меня, потому что я до конца не понимаю намеков женщины.

- Ее номера достаются нам, - печально произносит девушка, стоящая рядом со мной.

- Молодец, Красилова! – улыбается Богдана Святославовна. – Тебе достанется на один меньше.

- Премного благодарна, - ехидничает та самая Красилова (знать бы еще ее имя), но начальница уже переключается на список, раздавая всем присутствующим номера.

Я пока просто слушаю, ожидая свою фамилию – Господи, неужели это реально убрать за день? Если честно, я понятия не имею, как буду справляться. Но раз девчонки могут, то и у меня все обязательно получится.

- Так, Никольская, - произносит под конец Богдана. – Теперь ты. Первым делом номер двести двадцать два, затем…

Что идет дальше, я слушаю в пол-уха, потому что первая заветная цифра поднимает мне настроение по максимуму. Вот он, мой шанс проявить себя – надо же, все оказывается еще проще, чем я думала в самом начале.

Помимо данных о Златане, Димасик проинструктировал меня лично о некоторых нюансах. Касались они в основном привычек Драгоша, о которых известно из желтой прессы, но и мне не мешало бы с ними ознакомиться.

- Запомни, - Проскурин пристально смотрел мне в глаза. – Наш красавчик всегда живет в двести двадцать втором люксе. Во всех городах этот номер закреплен за ним и его семьей. Привычки он не меняет, поэтому найти его довольно просто…

- Никольская, все понятно? – голос начальницы выводит меня из воспоминаний.

- Да, конечно, - пытаюсь быстро собраться с мыслями, так как прослушала все на свете, радуясь столь быстрому фарту.

- Тогда номер двести двадцать два ждет тебя! – Богдана снова ехидно ухмыляется, захлопывая громко блокнот, но я даже не обращаю на нее внимания.

Точно так же, как на сочувствующие взгляды девочек – неужели завидуют, что мне выпала честь в первый же рабочий день лицезреть симпатичную физиономию шефа? А после совещания еще и удачи желают – надо же, какие все добрые вокруг!

- Удача тебе не помешает, - толкает меня в плечо та самая Красилова, которую, как я потом выясняю, зовут Кристина. – Надо же, как ты не понравилась нашей змеюке.

- Чего сразу не понравилась? – решаю я пробить почву, понимая, что “змеюкой” девочки за глаза кличут строгую начальницу. Как по мне, так нормальная тетка, но реакция горничных уже начинает вызывать подозрение. – А по-моему, все в порядке.

- Ты хоть знаешь, кто живет сейчас в двести двадцать втором? – девушка приподнимет обе брови, но все равно ее намеки мне до конца не понятны.

- Нет, - нагло вру, решая выпытать всю правду, вплоть до мелочей.

Что такого в уборке номера шефа? Не съест же он меня, в конце-то концов? Да его вообще может не быть на месте, тогда зачем мне удача и сочувствующие взгляды коллег по цеху? Протру пыль, пройдусь пылесосом, и готово – что сложного-то и тяжелого?

- Там сейчас обитает наш красавчик-начальник, - объясняет мне Кристина, усмехаясь. – Зовут его Златан Ладославович, запоминай, - ехидничает Красилова, вызывая у меня лишь очередное недоумение. – Хотя тебе эта информация не понадобится, потому что через час тебя уволят.

Вот это новость – с чего бы это вдруг?

Но ее дальнейшие слова расставляют все точки над “i”, и я понимаю – мой план, который до этого казался идеальным, сейчас летит ко всем чертям.

- Интересно, за что меня уволят? – иронично приподнимаю одну бровь, одаривая Кристину кривой ухмылкой.

Женский коллектив покруче любой желтой прессы. Здесь активно следят за твоей личной жизнью, обсуждают твоих кавалеров и частенько завидуют. А уж знать всю подноготную начальника – тут сам Бог велел. Еще и столь знаменитую личность, как Драгош.

Чувствую, сейчас я попаду в капкан.

- Сразу видно, далекий ты человек, Дашка, - смеется в ответ моя спутница, продолжая ехидничать. – Ты хоть знаешь, красавица, кто у нас шеф?

- Честно говоря, мне без разницы, - пожимаю плечами в ожидании рассказа Кристины, который, по всей видимости, должен меня ошарашить.

- А зря, - девушка цокает языком, видимо, желая произвести эффект.

Но его нет, хоть ты тресни – вряд ли она сейчас поведает мне страшную тайну, о которой знают единицы. Да и не уволят меня, как бы Кристина ни пыталась доказать обратное – я же не стану распространяться, что попала в отель по большому блату, благодаря связям моего ненаглядного родственника.

И если сам Златан дал добро на мое трудоустройство, пусть даже временное, за что же меня выгонять, еще и в первый рабочий день?

- Я так понимаю, - произношу с небольшим нажимом, растягивая гласные буквы и сопровождая свою речь плавными движениями головы. – Ты сейчас меня просветишь.

- Наш шеф – красавчик, хоть и бабник редчайший, - с небольшим придыханием вещает Красилова, делает паузу, а после на выдохе заканчивает: - Он пристает ко всем новеньким. Хобби у него такое, понимаешь?

- И что же здесь смертельного? – интересуюсь, в глубине души радуясь полученной информации.

Я-то думала, придется попыхтеть, а тут удача сама идет мне в руки – надо же, как оказывается всё просто. Попристает, я его культурно отошью, а дальше все пойдет по намеченному плану. Именно то, что мне сейчас надо, поэтому горестей и печального взгляда девушки я не разделяю.

А зря.

- Если ты его пошлешь, то автоматически вылетаешь из отеля, - Кристина делает паузу, наблюдая за моими постепенно округляющимися глазами. – А если переспишь с ним, то уволят тебя железобетонно. Поэтому удача тебе, Дашка, не помешает. Наша змеюка прекрасно знает об этой слабости красавчика, вот и посылает туда всех горничных, которые ей не нравятся, - девушка хлопает меня по плечу, но я так просто сдаваться не намерена.

- А как же ты проскочила? – задаю вполне логический вопрос, мысленно пытаясь найти выход из западни.– Или понравилась Богдане?

Вот же Димасик, засранец. Тоже мне, великий журналист выискался. Не мог узнать о такой мелочи, как глупое хобби Драгоша, нагло бросив меня на амбразуру? Вернусь в Москву – устрою своему ненаглядному другу сладкую месть, а пока надо срочно решать возникшую на ровном месте проблему.

Иначе точно вылечу, даже глазом не успею моргнуть.

- Открою страшную тайну, - Кристина переходит на шепот, наклоняясь к моему уху. – Нашей змеюке не нравится никто. А я устроилась на работу, когда шефа в отеле не было. Вот и проскочила, - девушка смеется, выпрямляясь, а после хлопает меня по плечу. – Нужна будет помощь – обращайся.

И с улыбкой на устах покидает раздевалку, оставляя меня в гордом одиночестве. Наедине со своими мыслями, будь они не ладны. Как же такое могло случиться? Ведь все шло по плану, а сейчас…

Смысл Кристине мне врать? Уверена на сто процентов, что девушка просто пожалела новенькую дурочку, которая сейчас попадет в сети к злому льву. И теперь становятся понятными и ехидные улыбочки Богданы, и сочувствующие взгляды моих коллег – вот оно, оказывается, где собака зарыта. Все понимают, что при любых раскладах меня уволят.

Остается маленький, но шанс – Златана просто не окажется в номере. И меня пронесет.

- Ну, змеюка! - произношу негромко, но со злостью в голосе. – Я тебе устрою, зараза такая.

Резко подрываюсь с места и направляюсь к выходу, а после на второй этаж, где меня ждет эта злосчастная комната двести двадцать два. Жаль, нет в отеле номера шестьсот шестьдесят шесть – Драгошу бы точно подошло. Еще и фамилия подходит как нельзя кстати – можно ведь запросто попутать с Дракулой.

Перед нужной дверью делаю несколько глубоких вдохов и резких выдохов, чтобы хоть немного успокоить нервную дрожь - первоначальный план уже не кажется столь легким, как в начале, а в голове набатом бьется мысль:

“Беги отсюда, Даша”!

Мой стук может разбудить и мертвого, поэтому спустя время вставляю карточку и открываю дверь.

- Доброе утро! – громко кричу, просовывая голову в небольшую щель. – Уборка номера.

Тишина. Даже занавески на окнах не колышутся – неужели пронесет?

Возвращаюсь к тележке, которую мне вручили после планерки, беру специальную жидкость с распылителем и новенькую замшевую тряпочку для пыли – начнем с малого, а там посмотрим.

Двухкомнатный люкс впечатляет – бежевые тона, современная мебель и навороченная техника. Правда, пока я лицезрею только одну комнату – до спальни еще не добралась, но раз на мои призывы никто не отвечает, то и спешить туда не стоит.

Настроение взлетает до небес, и я приступаю к уборке – не хватало, чтобы уволили в первый же день за невыполнение своих служебных обязанностей. Даже какую-то мелодию попсовую напеваю – вот, что значит пронесло.

Длинная тумба посреди комнаты, на которой разбросаны кое-какие бумаги, и я наклоняюсь, чтобы вытереть пыль с деревянной поверхности, как слышу за спиной громкое:

- Офигеть!

Резко выпрямляюсь и разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов, замирая на месте. Открытые створки двери в спальню я, конечно же, заметила, но не удосужилась туда заглянуть.

И как теперь оказывается, зря.

Посреди огромной кровати лежит Златан Драгош и не сводит с меня пристального взгляда.

Ступор нападет внезапно, и даже дар речи пропадает на пару минут – по ходу, влипла я по-настоящему.

Черт же меня дернул согласиться на уговоры Димасика…