Глава 18

Быстро поднялась по лестнице и, уже подходя к витражной двери, столкнулась с невероятно яркой девицей примерно моего возраста. Мы обе ойкнули и кинулись собирать с пола документы, которые выпали из папок. Наверняка безбожно все перепутали.

– Прости, я очень неуклюжая… – виновато произнесла девушка с ярко-рыжими волосами, россыпью веснушек на лице и сияющими зелеными глазами. – Вот это, кажется, твое!

– Спасибо! Это я виновата, не смотрю по сторонам, да еще и опоздала.

– На работу? – полюбопытствовала незнакомка. – И я. Тоже опаздываю, а у меня сегодня первый день. Папенька удружил.

Собрав документы, мы вошли в здание, все это время не прекращая диалога:

– И меня папа сюда отправил. Хотя мой отец и владелец всего этого безобразия, но мне от этого не легче.

– Да ну? А моя фамилия Демидова. Уточнять надо?

Я только хмыкнула. Фамилию генерального прокурора не знал в городе только ленивый. Меня подкупило то, что она не кичилась должностью папы, скорее воспринимая свое происхождение с иронией.

– Дочь?

– Аха, младшая. На юриста учусь, вот папа и решил, что я должна изнутри работу защитников узнать. Кстати, я Стефания, но можно просто Стеша.

– А я Владислава, но можно Влада, – искренне улыбнулась в ответ.

– Наши родители, видимо, любят заковыристые имена, – засмеялась она.

– Да уж, удружили. Ты хочешь быть адвокатом?

– Хочу, но как только я об этом заикнулась, к папе тут же из-за угла Кондратий подбежал с криком: «Дай обниму!» – она смешно подняла вверх большой палец, пародируя отца: – Ты, Стефания, должна знать, как работают защитники, потому что быть тебе, наверное, следователем, но это не точно!

– Владислава, ты должна стать великим защитником, – повторила я ее жест. – А то кому я составлю компанию? Кто продолжит мое дело?

Так, болтая словно старые подруги, мы подошли к кабинету Глеба, шкодливо переглянулись и… одновременно постучали в дверь. Хмыкнули, снова переглянулись и решили, что проявили достаточно такта. Я опустила ручку двери, толкая ее внутрь, и мы вошли вместе.

Глеб работал. Трудоголизмом, видимо, от отца заразился. Он поднял голову, равнодушным взглядом мазнул по нам, а потом резко поперхнулся и закашлялся.

– Может, ему водички предложить? – шепотом поинтересовалась я, напрягаясь от подозрительного поведения временного начальника.

– Или по спине похлопать, – поддержала меня новая знакомая, нахмурив брови.

– Стеша, ты почему здесь? – грозно спросил у нее Глеб.

– Ты сам сказал, что с утра как штык в твоем кабинете, – обиделась Стефания.

– Завтра!

– Ой, перепутала… – так очаровательно улыбнулась она, что даже меня проняло.

Но черствый до чужих улыбок Глеб только еще больше нахмурился.

– Демидова на второй этаж, Макеева – в триста пятнадцатый, – рявкнул он.

Я приподняла вверх одну бровь, желая высказать Глебу все, что думаю о его командирских замашках, но пока решила повременить. Мы со Стешей молча вышли из кабинета, тихо договорившись встретиться за обедом на первом этаже, и разошлись в разные стороны.

Триста пятнадцатый кабинет находился через три двери от кабинета Глеба. Обстановка в нем была почти спартанская – обычный офисный стол, стул со спинкой, ноутбук и пустая полка, предназначенная для документов, на которую я тут же определила свою папку.

Что ж, условия вполне терпимые, жить можно. Я включила ноутбук, важно уселась в кресло и попыталась придумать, чем себя занять. Четких указаний от Глеба не поступало, а к папе идти я боялась. Ну потому что это дома он мне папа, а в офисе – самый главный начальник. А все знают, что от начальства нужно держаться подальше. Во избежание, так сказать…

От скуки стала перебирать документы, параллельно разыскивая в интернете то, чего я не понимала.

Глеб пришел часа через два с огромной яркой папкой. Плюхнул ее мне на стол со словами: «Нужно все разложить по алфавиту!» и ушел в закат. Решив, что уж это задание со своими двумя курсами я выполню, бодро принялась за дело. А ближе к обеду зазвонил мой мобильный.

– Привет, Ань!

– Влада, я только что узнала, что ты собираешься гонять с Макаром.

– Быстро вести разлетаются, – хохотнула я.

– Есть такое, – согласилась Аня. – Влада, ты обязана выиграть гонку, – высокопарно произнесла она.

– Это женская солидарность или есть причины посерьезней? – так же важно осведомилась я.

– Есть причины. Макара нужно спасать!

– Аня! Ты должна была бороться со злом, а не примкнуть к нему! – возмутилась я, хотя сердце забилось тревожно, а беспокойство за мажора усиливалось с каждой минутой.

– Я боролась. Но Макар – уже родное зло.

– В чем дело? – кусая губы, уточнила я.

– Захар рассказал мне по большому секрету… Точнее, я подслушала… Неважно. Ты знаешь, что такое драг-рейсинг?

– Знаю. По-простому – гонки.

– Нелегальные. Если коротко, то все те мажоры, которые гоняют на территории старого аэропорта, раз в год устраивают нелегальную гонку без правил по городу. Заранее прописывают маршруты и едут на огромной скорости по центру города. И Макар в этих гонках каждый год побеждает.

– Кто бы сомневался, – закатила я глаза.

– Да. Только в этом году их всех ждет большой сюрприз в виде ареста на финише. И в этот раз родители им не помогут, потому что есть приказ сверху. Не знаю точной причины, но кому-то очень не нравятся эти заезды. Поэтому нельзя дать Макару сесть за руль ауди.

– Кто ему мешает выиграть эти гонки на кайене?

– Блин! Нужно его отвлечь. Потому что этот упрямец в любом случае поедет! Влада, если я сяду с ним на пятнадцать суток, ты будешь приносить мне передачки?

– Да, сейчас поеду сухари сушить! – рявкнула я. – Давай пятнадцать суток оставим как крайнюю меру?

– И как нам отговорить его?

– Не знаю, но придумаю, – решительно пообещала я. – Слушай, а интерес Алексея к машине Макара не может быть как-то связан с предстоящей гонкой?

– Интересный вопрос… – протянула Аня.

– Очень. Ладно, давай встретимся вечером у меня и хорошенько подумаем?

– Гонка завтра. Влада, соберись, ему нельзя пока гонять!

– Постараюсь, – вздохнула я.

– Может, ему кайен сломать? Ой, Захар идет. Все, до вечера! – протараторила Аня и отключилась.

Звонок подруги меня взволновал, и весь следующий час я нетерпеливо пританцовывала на месте, пытаясь придумать способ помочь Макару не получить уголовный срок. Получалось плохо. «Сломать кайен» было не худшей идеей, но честно выиграть гонку было делом чести.

Так ничего и не придумав, но накрутив себя до предела, я отправилась на обед.