Глава 29

Спуститься удалось достаточно быстро, хоть и с травмами рук. Но царапины на ладошках это малое, что могло произойти. И едва оказавшись на твёрдой земле, я бросилась под ель…

— И как ты это объяснишь?

Мрачный, наполненный злобой голос, раздался над ухом, едва я коснулась спиной дерева.

— Оливер? — удивилась, не ожидая такой встречи. — А ты что тут делаешь?

— Окна Моргана, — прошептал Элфи, хватая меня за руку. — Не стыдно?

— Как… Как вы могли подумать про меня такое?!

Горечь, непринятие ситуации и разочарование. Всё это послышалось в голосе братьев. И я отступила. Вырвала руку и побежала к себе, роняя колючие слёзы. Разве можно так обо мне думать? Нет бы по-хорошему спросить, что произошло, а они…Всегда с точки зрения превосходства и опеки. Достали!

— Амелия постой! — Топот ног приближался, но я всё неслась к заветным ступеням…Как они могли, как?

— Погоди! — кто-то ухватил меня за руку, резко развернул к себе.

— Видеть вас не хочу! Проваливайте к Сельме! — гневно зашептала, пытаясь вырваться. Напряжение прошедшего часа, исполнения безумной и опасной затеи, а заодно эти нелепые обвинения вылились в нервный срыв и мне хотелось срочно уединиться и подумать над произошедшим. А ещё пожалеть себя, как без этого.

— Амели, что ты говоришь?! — не обращая внимания на сопротивление, Оливер подхватил меня на руки как ребёнка и потащил подальше.

Я треснула его по плечу, а потом затихла. Всё же народ мимо шёл, открыто

драться не будешь, чем и воспользовались Илларисы.

— Рассказывай! — приказал Элфи, попытавшись стереть с моего лица слёзы. Взбрыкнула, откинув его руку.

— Амели, что мы должны были подумать? — гневно прошипел Оливер, ставя меня на землю. — Сестра водит дружбу с редкостной сволочью. А потом вылезает из его спальни через окно.

— Какая спальня? Да как вы могли подумать?! — завела я свою песню и обвинительно ткнула пальцем в грудь старшего брата.

— А что мы должны были думать? — Элфи, самый смешливый братишка, был зол и на этот раз точно не на моей стороне. — Заходила спросить у этой гниды, который час?

— А у меня спросить нельзя?! — продолжала упорствовать я, хотя прекрасно представляла всё то, что видели Илларисы. — Ведь это я, а не кто-то! Как вы…могли. — Подбородок снова задрожал от вопиющей несправедливости. Стиснула зубы, напомнив себе, кто я. Помогло.

— Спрашиваем. Отвечай, — синхронно произнесли братцы.

— Амели, пожалуйста. Мы ведь не враги, — Оливер обнял меня, согревая теплом. Только теперь я заметила, что замёрзла. А ещё била нервная дрожь, от которой уже зуб на зуб не попадал. — Что на самом деле произошло?

— Ты… Ты ведь непросто так залезла туда. Да? — внезапно догадался Элфи и я кивнула.

— Там… Слеза Дракона, — прошептала, с трудом выталкивая из горла слова. Снова запретила себе думать о происхождении этого мрачного камня, который и трогать-то неприятно. — Я нашла её, а потом спрятала её на место.

— Как я раньше не догадался! — прошипел Оливер и хлопнул себя по лбу. — Мама ведь не только из-за нарядов приезжала. Так?

— Предупреждаю, папенька не в курсе, — промямлила я, пытаясь вырваться из объятий братьев. Мне показалось, что мы привлекаем внимание и это отрезвило. Привело в чувства. Всё же в темноте все кошки серы, а двое парней, обнимающих одну девицу это моветон.

— Ты рисковала, — с небольшим раскаянием в голосе отозвался Оливер.

— Амели, — Элфи обнял меня, по-отечески поцеловал в щёку и потрепал по волосам. — Храбрая и безрассудная сестрёнка!

Угу, я такая. Прошу холить и лелеять. А ещё верить на слово и не обижать.

— Ладно, мальчики, мне пора. Ещё знать бы, как это знание нам использовать.

— Я сообщу отцу. Постараюсь донести корректно, без твоих подвигов, — намекнул Оливер, за что и был удостоен от меня благодарного взгляда.

Мы попрощались и разошлись. Я почти пришла в себя, поэтому двинула в сторону общежития. Переживание и осознание увиденного немного притупили происходящее вокруг. Поэтому не сразу поняла, что на пути оказался Кристен Дальберг. Дракон меня ждал, встав так, чтобы свет из замковых стрельчатых окон не падал на его лицо, а фонарный отблеск нас не касался. Удачное место, если знать, кого ждёшь.

— Ты? — Нервно сглотнула.

Сегодня в обед я чувствовала себя очень неуютно. А когда обернулась, то встретилась с пронзительным серым взглядом Кристена. Попыталась разобрать выражение глаз дракона, но ничего не вышло. Словно лицо Дальберга обтянуто не кожей, а неподвижной маской, к которой прицеплены непрозрачные очки. И всё же я точно знала, что смотрел адепт только на меня.

— От кого-то идёшь? — догадалась я, невольно искривив губы. Ну да, женское общежитие под боком. Строить из себя невозмутимую даму не имело смысла. Я живая и все мои чувства со мной.

Всего секунда и дракон оказался рядом, подхватил подмышки и впечатал в стену. Уставился с неподдельной яростью, пытаясь рассмотреть недоумение, отразившееся на моём лице.

— Что ты творишь? — прошипела я, пытаясь отпихнуть наглеца. Стукнула в плечо, но он товарищ учёный и стойкий. Мой удар ему как дробина слону.

Лицо Кристена было так близко, что я чувствовала его дыхание на своих губах, плавилась под горящим взглядом дракона. И от этого сердце стучало часто-часто, готовясь соперничать с секундной стрелкой часов замковой башни. Тепло его рук, запах тела, и то ощущение воспламеняющейся крови было готово накрыть нас обоих всепоглощающим ураганом. Кристен не стал дожидаться ещё каких-либо нежностей от меня. Накрыл губами мой рот, стал терзать его, дав вольность языку и срывая стоны. Я подняла руку, чтобы стукнуть и оттолкнуть наследника, а вместо этого запустила пальцы в шелковистые волосы островитянина, затем закинула руки на его шею…

Вдалеке раздался чей-то свист, и это привлекло наше внимание. Я опомнилась, но Кристен сделал это ещё раньше. Затуманенный взгляд, учащённое дыхание, могло рассказать о многом. Мне вдруг стало стыдно. Бросилась на дракона, словно лишилась последней гордости! Но прежде чем сумела выдать что-то обидное, поинтересоваться, разобрался ли он со своей невестой, прежде чем ко мне лезть, момент встречи повторился. Дальберг снова впечатал меня в стену. Даже в полумраке я видела, как светятся глаза мужчины. И нежность сменилась напряжением и ненавистью:

— Зачем тебе Слеза Дракона? — выделяя каждое слово, прохрипел он, в то же время пытаясь справиться с собой.

Объятия, что ещё недавно были мягкими, стали сродни колючей проволоке. Они жалили, заставляя хотеть отодвинуться. Или вовсе сбежать, предварительно покрутив пальцем у драконьего виска.

— У меня её нет! — выдала я, практически придя в себя. — А ты, значит, тут появился не из-за меня, да?

Неприятная догадка кольнула, в очередной раз причинив боль. Наглый дракон и не думал отпускать свои загребущие конечности, продолжающие удерживать меня в положении пленницы.

— Амели, что ты знаешь о Слезе Дракона? Откуда она у тебя? — Нежности в голосе Кристена было ноль, а прорывающейся злобы всё дольше. С каждым дыханием вымывалось то очарование момента, что возникло при поцелуе. — Где ты её прячешь?

— Прячу? Я? — ошарашенная предположением, взорвалась. Вырвалась из плена рук Дальберга, расстегнула свою жилетку и швырнула её в лицо дракона. — На! Проверь карманы! Ты это практикуешь с первого дня знакомства.

Гордо вскинув голову, направилась к заветным ступеням. Сделав два шага опомнилась, вернулась к грозовой туче по имени Кристен. Похоже, моя вещь до цели не долетела, её перехватили на лету. Не говоря ни слова, я приблизилась, залезла в карман жилета, из которого без стеснения вынула артефакт, одолженный часовщиком. Даже не взглянув в глаза Дальберга, направилась к себе.

Несмотря на всю тяжесть непростой ситуации, это меньшая из проблем, которая меня сейчас волновала. Дракон и раньше меня не сдавал, не должен и сейчас. Да и что он может сказать? Для меня важнее семья и её свобода. С остальным справлюсь. Не будь я Амелия Илларис.

Не дал, не дал мне уйти! И под взгляды припозднившихся адепток Кристен поймал меня на верхней ступени. Ухватил за талию, прижав спиной к своей груди. Снова почувствовала обжигающее тепло, от которого захотелось сбежать, скрыться, невзирая на любопытствующих посторонних. Не знаю, что там было с лицом дракона, но девицы испарились довольно быстро. А я…

— Амели, прости, не хотел тебя обидеть. Неделю назад на островах была убита семья драконов. Выжил только малыш. Слеза Дракона могла быть его…

То, что рассказал, Кристен, было страшным и крайне чудовищным. Но это не меняло сути. И оттого острее чувствовалась несправедливость. Нам не быть вместе и я положу этому конец.

— И ты решил, что это сделала я, так? — Язвительность не терпит молчания. — Надеюсь, это был последний раз, когда ты ко мне прикасался.

Больно ли было в этот момент? Очень. Но кто виноват в том, что позволил себя целовать? Никто. Сама. Но я постараюсь с этим справиться. Честно-честно. Прав был ректор, не всё так просто с этими драконами.

Сельма спала сном нагулявшегося младенца, когда я осторожно пробралась на кухню и уселась у закрытого окна. Звёзды не желали светить, обидевшись на ночное небо и нас с Кристеном вместе взятых. Я боялась увидеть за стеклом очертания дракона, а потому предпочла смотреть на мрачный мир из-за занавески.

Сейчас, спустя несколько часов, отчётливо осознавала, что Дальберг был не в себе. Только оправдание не мой путь. Особенно это касается чужих женихов, что так коварно цепляются за моё сердце. Хотелось бы быть подальше от дракона, но даже сейчас продолжает странным образом к нему тянуть. И что самое отвратительное, с этого дня каждое утро на моём подоконнике появлялся маленький букетик полевых цветов. Рука не поднималась выбрасывать такую красоту.