Глава 1

– Ох, деточка, переволновалась как!

Я с трудом открыла глаза и втянула затхлый воздух. Вокруг меня собрались незнакомые женщины.

– Что со мной? - прошептала и тут же закашлялась. Горло нещадно болело.

– Чувств лишилась, прямо во время свадебки-то и упала, - покачала головой женщина лет шестидесяти, с тревогой всматриваясь в моё лицо. – Ну что, получше тебе?

– Не знаю пока, - я покачала головой и тут же застонала от боли в голове. – Где я?

– В доме мужненом, где тебе ещё быть? - удивилась та, что сидела прямо рядом со мной. – Ничего, все перед брачной ночью волнуются. А там поживёте, свыкнетесь. Лиску, вон, вместе растить будете. А там и своих родите.

– Не понимаю, - простонала едва слышно.

О чём они? Какая Лиска? Какая брачная ночь? Я же вот только на развод подала.

И тут меня словно ледяной водой облили. Я вспомнила… Всё вспомнила, и как очутилась в этом теле тоже. Когда высшие силы предлагают шанс на жизнь, глупо отказываться.

– Ну что, Рора, пришла в себя? Пора готовиться, - заявила самая старшая из женщин, стоявшая у дверей.

Я не спрашиваю, к чему готовиться. Сама знаю… Брачная ночь с мужем, которого видела всего лишь один раз, и то мельком.

Брачная ночь с мужчиной, от которого разит навозом и потом, а в густой, свалявшейся бороде торчат давно высохшие кусочки еды. Какая мерзость… Но я выбрала хоть какую-то жизнь, вместо смерти. В этот раз высшие силы обещали дать шанс стать счастливой, но путь к счастью будет тернист и наполнен трудностями. И только от меня зависит, смогу ли я отстоять право быть любимой.

– Значит так, сейчас сорочку наденешь и ляжешь, поняла? - строго сказала одна из женщин. – Как только шаги Ратмира услышишь, тут же задерёшь подол до живота И молчи. Нельзя женщине говорить во время этого. Когда Ратмир закончит и уснёт, ополоснёшь себе всё там водой. Под кроватью таз с кувшином возьмёшь.

Я слушала молча, леденея от страха. Избежать ночи с незнакомцем практически невозможно, неужели это плата за моё перемещение? Боги, куда я попала… Дикие, средневековые правила. Разве можно стать счастливой здесь? Разве можно свыкнуться с мужем, от которого воротит? Невольно всхлипнула.

–Ты чего удумала! - рявкнула одна из женщин. – Ничего страшного не случится. Видела как бык на корову лезет? Так и тут также. Потерпишь, а там может и понесёшь.

Я содрогнулась, представив, что рожать мне придется в таких же условиях, если не в поле. Вряд ли я выживу, или ребёнок.

– Пошлите, пусть Ратимира ждёт, есть хочется сил нет как.

Женщины вышли, оставляя меня одну. Я покрутила головой, рассматривая бревенчатые стены и замызганный пол. Кровать скрипела , а одеяло прямо таки требовало стирки. Упав на спину, я закрыла глаза, в надежде, что сейчас усну, а проснусь дома. Только вместо сна, ко мне пришли воспоминания.

Я вышла замуж буквально через три месяца после восемнадцатого дня рождения. Ромка был красив, богат и довольно обходителен. Ему ничего не стоило влюбить в себя деревенскую простушку. Счастье продлилось всего ничего. Ромы хватило на полгода, а затем я увидела на рубашке след от губной помады. Муж клялся, что это случайность, что коллега испачкала нечаянно. Я простила… Прощала и после, а Ромка уже и не скрывался особо. Я ругалась, плакала и прощала, глупая. Однажды даже собрала чемодан, чтобы уйти, но грянул гром…

“ – У нас нет таких денег, доченька, - качала головой мама, а я смотрела на сумму в строке “Итого” и старалась не закричать от боли и безысходности. Да, таких денег нет, а значит и шанса на жизнь у мамы нет.”

Я тут же позвонила Ромке. Может у него получится занять у родителей?

– Я всё отдам, правда. Устроюсь на работу, продам квартиру. Ром, попробуй, а?

– Не бойся, мы справимся.

Мы… Я так верила в эти слова, Ромка нашёл денег, поместил маму в лучшую клинику города. Врачи утверждали, что мама идёт на поправку, а я молилась, чтобы она скорее выздоровела. А дома моя жизнь превращалась в ад. Не сразу, нет. Пару месяцев Рома был идеальным, но затем всё изменилось. В ту ночь ему пришло сообщение, я не лазила в его телефоне, а тут упал взгляд на загоревшийся экран. “Я так скучаю, любимый!”. Скандал закончился обидной пощёчиной и угрозой “Если уйдёшь, я перестану оплачивать лечение твоей матери”.

И я затихла… Ради мамы потерплю и любовниц, и оскорбления, и удары, которые сыпались на меня, когда я делала что-то не так, по мнению Ромы. Муж перестал скрывать связи на стороне, познакомил любовницу с родителями и друзьями, жил на полную катушку. А я была бесправной рабыней, молясь, чтобы всё скорее закончилось. Мамочка, только живи.

Тот день я прекрасно помню. Звонок из клиники, слова сожаления и просьба приехать.

– Примите мои соболезнования. Это страшный удар, - тихо говорит мне врач, опустив руку на плечо.

– Почему лечение не помогло? - спрашиваю едва слышно.

– Лечение? Елизавета, но мы только поддерживали её медикаментозно. Нужна была операция, но Роман Сергеевич сказал, что вы приняли решение. Вы отказались, Елизавета, а на отказе стоит ваша подпись.

Мне передают документ, под которым действительно моя подпись. Отказ от операции. От операции, которая могла бы спасти маму.

– Рома ничего не говорил, - прошептала я, всхлипывая, ещё не веря в такое жестокое предательство.

– Мне очень жаль. Я отдам распоряжение, чтобы вашу маму готовили к погребению?

– Да, только… Можно мне проститься с ней?

– Конечно, только не долго, сами понимаете.

Я киваю и вхожу в палату. Мама словно уснула. Если бы не иссиня бледная кожа, если бы не заострившиеся черты лица и впалые щёки, я бы думала, что она просто отдыхает. Сейчас позову, и она очнётся. Улыбнётся и…

Я села на край кровати, прижала холодную руку к щеке и зарыдала. Мамочка, как же так…

Выйдя из палаты, первым делом направилась в туалет, где умылась ледяной водой. Сознание начало немного проясняться, а я могла уже думать более связно. Ромка знал… Он знал, что мама умирает, но даже не дал шанса хоть как-то ей помочь. Просто пользовался мною, а сам…

Ярость клокотала в груди. Боль просто необходимо было выплеснуть. Не думая, что творю, я доехала до загса и дрожащей рукой заполнила бланк на расторжение брака. Заплатив пошлину, отдала документы секретарю и, не обращая внимания на удивленные взгляды, вышла на улицу. А здесь гуляли свадьбу… Счастливая невеста смотрела с такой любовью на жениха, что становилось тошно. Захотелось поскорее убраться отсюда… Нет, вообще исчезнуть из жизни Ромы, но всё же я хочу заглянуть в глаза предателя последний раз. Как же больно…

До офиса добралась быстро. Прошла мимо секретарши, не обращая внимания на крики, что Роман Сергеевич сейчас очень занят и просил не беспокоить. Плевать…

Распахнув дверь, криво усмехнулась. Ирочка… Мы не знакомы лично, но её сообщения я читала. Стройная блондинка ойкнула и, оттолкнув Рому, спрыгнула со стола, пытаясь опустить юбку и надеть трусы одновременно.

Мне плевать… Я ничего не чувствую, кроме оглушающей боли и ярости, застилающей глаза.

– Что ты здесь делаешь? - рыкнул мой почти бывший муж, застёгивая брюки. – Какого чёрта, Лиза? Я же приказал тебе сидеть дома!

– Мама умерла, - едва контролируя себя, прошипела я. – Я поговорила с врачом и знаешь, что он мне сказала?

– Ира, выйди, - строго приказал Роман любовнице.

– Зачем же? - криво улыбнувшись, фыркнула я. – Пусть знает, с каким подонком спит, да? Да и я ненадолго.

Ирочка всё-таки выскочила за дверь, не желая становиться участницей скандала. Я её понимаю… Злой Ромка пугал.

– У тебя разум помутился, так со мной разговаривать? - тихо спросил почти бывший муж, подходя ко мне и хватая за горло. – Забылась? Так я напомню.

– И чем ты теперь будешь меня шантажировать? Мамы больше нет, благодаря тебе, - бесстрашно возразила я. – Я подала на развод, Рома. И сегодня съеду. Я избавлюсь от тебя.

– Смелая стала? – Рома рассмеялся и сильнее сдавил горло, не давая воздуху проникнуть внутрь.

Мелькнула мысль, что зря я с ним так разговариваю.

– Ненавижу тебя, - прохрипела еле слышно, выпуская из лёгких последние остатки воздуха.

Красивое лицо исказила гримаса безудержной ярости, глаза налились кровью, а губы скривились в отвращении и мелко подрагивали. Я даже не пыталась вздохнуть, не говоря уж о том, чтобы попытаться вырваться. Вся злость ушла, а сердце заполнила боль утраты.

Мамочка, как же так. Если бы я знала…

– Уже передумала болтать ерунду? Жить захотелось? Чего молчишь? Отвечай! - Ромка орал мне в лицо, всё сильнее сжимая горло. Ему и в голову не могло прийти, что он сейчас совершит убийство.

Последнее, что я слышала, как распахивается дверь в кабинет и громкий, женский крик.

– Хочешь жить? - послышался мягкий, нежный голос. – Хочешь, ещё раз попытаться и обрести счастье?

– Хочу, - едва шевельнула губами, находясь в некоем подобии транса. – Хочу жить.

– Открой глаза и смотри.

С трудом разлепив глаза, я поняла, что нахожусь не в кабинете мужа, а в каком-то храме. Перед священником стояли двое. Неопрятный мужчина лет сорока и юная девушка, которая что-то еле слышно шептала.

Я напряглась, прислушиваясь. От чего-то я была уверена, что стоит мне захотеть, и я всё услышу. Не прогадала.

– Богиня, умоляю. Я не выдержу, не смогу, умоляю, - тихо всхлипывая, причитала девушка.

Сколько ей? Лет восемнадцать?

– Почему она плачет? - спросила я у таинственного голоса.

– Замуж не хочет, - грустно ответили мне. – У жениха её это четвёртый брак, предыдущие три жены скончались. Одна в родах, другая от побоев, последняя неудачно упала с лестницы. Люди так говорят… А на самом деле муж её толкнул. И эта погибнет.

– Неужели ничего нельзя сделать? - ахнула я, ужасаясь.

– Можно. Если ты согласишься заменить её. Я поселю твою душу в её тело, - просто объяснил голос. – Ты сильная, сможешь ему противостоять. Если захочешь, конечно. А её я отправлю на перерождение.

– Значит, единственный шанс на жизнь у меня – жить с ним и терпеть побои, - усмехнулась я.

– Нет, твоя жизнь только в твоих руках. Найдёшь в себе силы изменить ход событий – станешь счастливой. Если нет, то твоя судьба повторится. Мне нужен ответ, Лиза.

– Я согласна, - шепнула, зажмурившись.

Не знаю, смогу ли я изменить судьбу или измениться сама, но хотя бы девочку спасу. Сердце кольнуло острой болью. Я должна спасти хоть кого-то, раз маму не смогла.

– Удачи тебе, - шепнул голос. – Помни, ты должна изменить себя, стать другой.

Голос замолк, а я отключилась.

– Жена-а-а, - послышался пьяный, мужской голос, а я почувствовала чужую ладонь на своей груди. – Что-то не встречаешь мужа. Ничего, я научу тебя послушанию.

Я испуганно распахнула глаза, понимая, что банально проспала всё то время, что мне отводилось на подготовку.

Поздно…

Надо мной склонился новоиспеченный муж, обдавая перегаром и гнилостной вонью нечищеных зубов.

– Не надо, – пискнула я, буквально задыхаясь от тяжести навалившегося тела и тошноты.

Но мой муж – не тот человек, которого просьба остановит.

Наоборот. Сухие губы изогнулись в улыбке, но я смотрела ниже… На мокрую бороду, которую вероятно не раз окунули в спиртное. Я хотела завизжать, когда почувствовала, что его рука принялась поднимать подол сорочки. Даже сделала глубокий вдох, что было ошибкой.

Или спасением…

Вдохнув полной грудью, я тут же попыталась спихнуть мужчину, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота.

– Э-эй, ты чего это удумала, - пьяно возмутился Ратмир, но немного привстал, позволяя хотя бы чуть повернуться на бок, чтобы опустошить желудок. Постанывая от спазмов и извергая желчь из-за отсутствия хоть какой-то пищи, я почувствовала, как стало легче. Меня больше не придавливали к кровати. Неприятный запах отдалился, а я наконец смогла вздохнуть. Но отдышаться мне не дали. Ратмир больно схватил за подбородок, заставляя вскрикнуть, и брезгливо посмотрел на меня.

– Больная что ли? Ну ничего, ко мне хворь не липнет, а ты успеешь ублажить меня пару раз, - мужчина похабно заржал и с силой толкнул меня на кровать. – Убери здесь. Я скоро вернусь, и мы продолжим.

Я подняла голову только когда услышала, как захлопнулась дверь. Кое-как поднявшись, огляделась и увидела крохотное окошко, в деревянной раме. Доковыляв на негнущихся ногах, распахнула окно настежь и глубоко вздохнула зимний, морозный воздух. Стало намного легче.

Физически… Только о душе я сейчас думать не могла. Слишком больно…

– Прости, мамочка. Глупая я у тебя, даже похоронить не смогла, - прошептала еле слышно, устало опираясь на стену.

Мой мучитель скоро снова придёт, а я не знаю, что делать.

Бежать? Но, куда? Я не знаю ни места, где нахожусь, ни где взять одежду, потому что в одной сорочке по морозу особо не побегаешь. Услышав протяжное мычание, усмехнулась. В деревне? В Богом забытом месте, видимо. Или вообще в другом мире. Или лежу сейчас в больнице, и врачи пытаются реанимировать меня. А голоса и тот мужик это просто больное воображение.

Горло нещадно саднило. Я оглядела комнату и заметила в углу тусклое, в разводах зеркало, с трещиной посередине. Подойдя к нему, я со страхом глянула на отражение.

Боги, девочка была совсем молодая. За что ей всё это? За что такой муж достался? А ведь красивая. Утончённые черты лица, пухлые губы, синие глаза в обрамлении длинных, пушистых ресниц.

Подняв голову, прикоснулась к шее. Синяки… Напоминание о том, как я закончила свою жизнь, если всё то, что происходит сейчас – реальность.

Вернувшись к кровати, заглянула под неё, в поисках обещанного кувшина с водой. Оторвав от хлипкой простыни кусок, я намочила тряпку и вытерла лицо, затем кровать, избавляясь от следов моей неприязни к мужу.

После, села на край кровати и задумалась, как сделать так, чтобы супруг не решил исполнить супружеский долг сегодня. Кричать бессмысленно, уверена, что никто не придёт на помощь. Отбиваться? Он одним ударом проломит мне череп.

Я окинула комнату взглядом и тяжело вздохнула. Ничего, что помогло бы мне в борьбе за невинность.

“Да ладно, Лизка. Рома и не такое себе позволял! Просто потерпи!” – шептал внутренний голос, а я содрогнулась. Нет, от Ромы хоть не воротило. Бывший муж был чистоплотен и терпеть не мог даже намёка на неприятный запах в постеле. А тут… Желудок опять сжался, но я быстро задышала, стараясь перебить волну тошноты. Нет… Я даже близко не могу представить, что позволю Ратмиру прикоснуться к себе.

Может, сделать вид, что я сплю? Да, так будет лучше, чем я просто встречу его. Прикрыв глаза, я стала вспоминать всё, что мне сказали высшие силы, даровав новую жизнь. Разве она лучше? От Ромки я хотя бы могла уйти… Переехать за множество километров от родного города, сменить имидж и жить в затворничестве. А сейчас… Сейчас мне придётся как-то строить жизнь с Ратмиром.

Усталость брала своё, и я всё глубже погружалась в небытие. Туда, где хранились воспоминания Авроры, хозяйки тела. Юная девочка оказалась совсем не юной, учитывая порядки этой деревни. В восемнадцать лет Аврора считалась старой девой, ведь её сверстницы уже как три года замужем и воспитывают детей. Так что, девушку буквально спихнули первому, кто предложил. Аврора умоляла не соглашаться на свадьбу, умоляла дать последний шанс найти более достойного жениха, но… Пятеро детей в семье, шестой на подходе, а здесь жених достойный, староста соседней деревни. А то что три жен в могиле, да и славится Ратмир вспыльчивым характером и любовью к выпивке, так это не повод отказывать. А Авроре наказали быть послушной и верной женой.

Я словно проживала эмоции девушки, её боль и отчаяние. Задыхалась от безысходности, умоляла вместе с ней, чувствовала боль в разбитых коленях, но продолжала взывать к отцу и матери. Не услышали… не помогли… Теперь Авроры нет, но родители девушк вряд ли об этом узнают.

Я очнулась, услышав шаги. Зажмурилась что есть сил и прислушалась. Поступь не ровная, супруг явно пьян. Может он забудет про меня? Может, пьян настолько, что ляжет сразу спать?

– Рора, - протянул супруг, вваливаясь в комнату. Его взгляд блуждал, пытаясь хоть на чём-то сфокусироваться.

Я молчала… Затаилась, надеясь, что муж не заметит, просто пройдёт мимо.

– Вот ты где, - Ратмир посмотрел прямо на меня и криво усмехнулся.

На заплетающихся ногах, он чудом преодолел расстояние до кровати и рухнул на меня, придавив своим весом.

– Не смогу, - прошептала, зажмурившись. – Лучше умереть.

Дотянувшись до кувшина, я с силой ударила железным донышком Ратмира по голове и замерла.

Мужчина затих и обмяк, придавив меня ещё сильнее. Кое-как отпихнула бессознательное тело в сторону и глубоко вздохнула. Что же, несколько часов я для себя выиграла. А дальше?

Думай, Лизка, думай!

Это должна была быть первая ночь Авроры, а местные нравы суровы, до свадьбы ни-ни. Осталось понять, где взять кровь и надеяться, что в этом мире нет чудо-лекаря, который определит, невинна ли девушка. По воспоминаниям Авроры следовало, что большинство женщин узнавали о беременности, когда живот уже был заметен, а до родов оставалось буквально пару месяцев.

Кровь… Мне нужна кровь.

Поднявшись с кровати, я принялась осматриваться. Нужно что-то острое. Что-то, чем можно сделать надрез. Бросила взгляд на зеркало. Нет, разбивать его нецелесообразно, завтра возникнут вопросы. Да и бить имущество глупая идея.

Я внимательно осмотрела зеркальное полотно и заметила в самом низу, в углу паутинку из трещин. Кое-как отковыряв осколок, я вернулась к кровати и задумалась, какую из частей тела резать. Ладонь точно не подойдёт – слишком заметно. Взгляд упал на ступни. Да, не лучшее решение – резать ногу, ходить будет больно. Но выбора особо нет, резать Ратмира опасно, он может очнуться. Сев на кровать, я подогнула ногу и, зажмурившись, полоснула острым краем по ноге. Зашипев от боли, зажала кровоточащую рану и замерла, ожидая, пока боль немного утихнет.

Что же, теперь всё просто. Примерно представив где должны быть следы, я вытерла ногу о простынь, размазывая кровь. А ногу обернула той тряпкой, которой вытирала лицо.

Осталась малость… Всего лишь сделать так, чтобы было понятно, брачная ночь была…

Переборов брезгливость, я перевернула Ратмира и замерла. Мужчина принялся бормотать что-то невнятное и пытаться отмахнуться. Что же, я его не убила, он всего лишь спит. Дождавшись, пока Ратмир успокоится, я первым делом расстегнула рубашку и потянулась к штанам. Пересиливая брезгливость, стянула штаны вместе с трусами, да так и оставила. Надеюсь, получилось реально. А что… Пьяный супруг пришел к молодой жене, только вот после брачной ночи так устал, что даже раздеться сам не смог.

Я задула свечу, легла на самый край кровати и уставилась в потолок. О сне не было и речи, ведь как тут уснёшь, когда рядом это.

Я думала… Думала, как получилось, что вновь моя жизнь под угрозой. Может надо было отказаться? Уйти за грань, или куда уходят души, чьи тела умерли? Но, я как наивная простушка вновь повелась на красивые обещания. В этот раз мне сулили счастье, но и дать его просто так не могли. Выполни, Лиза, условия, тогда и счастье тебе привалит. А нет… Ну что же, твой выбор.

Нет! Это не мой выбор! Не мой…

Я хочу изменений! Хочу сама стать другой!

Кто хоть раз пробовал менять себя, тот знает, что работа довольно сложная, но было бы желание. Что я сделала не так в прошлый раз? Почему не распознала в Ромке убийцу?

Нет… На убийцу он не тянет. Испугался, разозлился, состояние аффекта – да. Но я знаю, убивать он не хотел.

Машинально схватилась за горло и глубоко задышала, опасаясь, что вновь почувствую острую нехватку воздуха.

Но как я не распознала в муже деспота? Почему не ушла, когда могла? Мама… Да, болезнь мамы здорово ударила по мне, по самооценке. Если бы не Ромка, она бы наверняка жила.

Я всхлипнула, вспоминая о потере. Как всё глупо. Диагноз этот, лечение, которого не было. Почему… Почему я ни разу не спросила у врача, как продвигается лечение? Почему так слепо доверилась Ромке? И мама… Моя любимая мамочка улыбалась и рассказывала, как хорошо её лечат. Почему она лгала? Неужели думала, что я заодно с мужем?

Осознание пришло внезапно. А что, если она не хотела выздоравливать? Нет… Не так.

Что, если мама не хотела, чтобы я и дальше мучилась с Ромой? Я не рассказывала подробности своей семейной жизни, но уверена, мама всё видела. И синяки под глазами от усталости, и нервозное состояние, и разбитую губу, когда я якобы ударилась о косяк.

Как банально… могла бы и лучше придумать.

Как бы я хотела услышать ответы. Узнать, как было на самом деле. Повернуть время вспять и сделать всё иначе. Изменить свою судьбу.

Не выходить замуж за Ромку, не верить и не прощать. Как же хочется…

Из состояния самобичевания меня вывел Ратмир, громко всхрапнув.

Я села на кровати и вытерла слёзы. Плачу… Жалею себя… Вот он, второй шанс. Да, без мамы рядом, в другом мире. Но он есть! Главное не сглупить!

Главное, не дать себя в обиду.