Глава 11

Я проснулась все в той же комнате, но не сразу поняла, что лежу на полу. Было тепло и мягко. И только потянувшись, почувствовала, что полностью оплетена плющом. Ну вот и я стала гусеничкой, главное теперь из этого кокона вылупиться прекрасной бабочкой. Растения будто почувствовали мои страхи или желание выбраться было очень сильным, но плети ожили и даже с какой-то обидой быстро отползли от меня. Стало немного неудобно перед растением. О боги, что только не приходит в голову. Но я все-таки неловко поблагодарила зелень за заботу.

Воспоминания будоражили и заставляли глупо улыбаться. Все-таки верно говорят, что влюблённые — дураки. Мозги будто отключились, а я, между прочим, вот совсем не в завидном положении. И рано расслабляться. Но тело ныло в приятной истоме, а память подбрасывала все новые и новые воспоминания жаркой ночи. Из состояния радужной эйфории и блаженной улыбки меня вывел крик.

— Эрен, девочка моя, ты где? — голос был до боли знаком и явно приближался.

Подскочила как ошпаренная и… не поняла в какую сторону бежать, где тут двери? Зелёный ковёр на стенах и полу зашевелился, создавая проход в нужном мне направлении. Из коридора была слышна какая-то возня и крики:

— Сооммерсед, ты что себе позволяешь? — кричал явно эльфийский правитель.

— Что тут происходит, отец? — слышалось с другой стороны. — Ректор Сооммерсед, вы тут откуда?

— Спалю все к чертям, Эрен, отзовись? — честно, на пару секунд задумалась, а не помолчать ли мне пока, вдруг и правда спалит эльфам дворец.

Но я же девочка воспитанная и кровожадностью никогда не отличалась, да и двери уже были видны, и я поспешила к ним.

— Нооран! — крикнула, чувствуя себя героиней мыльной оперы, но уж больно хотелось увидеть своего ведьмака, заглянуть в его глаза, почувствовать объятия.

До двери я не успела сделать всего пару шагов и это спасло меня от травм. Огромные массивные створки распахнулись с такой силой, что смяли не успевшие убраться с пути зелёные плети и со стуком ударились о стены. Стук вышел приглушенным и хлюпающим. Стало очень жаль растение, оно все-таки заботилось обо мне.

В комнату ворвались сразу четверо мужчин, но главное, мой Нооран. Меня сгребли в охапку, уткнулись носом в макушку, а шею обожгло дыхание.

— Ирина, как ты меня напугала, — шёпот в ушко, а от собственного имени аж вздрогнула. — Все хорошо, милая, я рядом, теперь все будет хорошо.

Меня чуть отстранили, осмотрели с ног до головы и задали вопрос таким грозным голосом, что захотелось присесть.

— Все хорошо? Тебя не обижали?

— Ну… — протянула я и посмотрела на троицу оркнутых эльфов, — обижала немного я их, — хихикнула от смены эмоций на таком родном лице.

Эльфы отмерли и началась натуральная перебранка и я не успевала за дальнейшими событиями. А вскоре плюнула и перестала слушать, и пытаться понять, о чем речь. Так и стояла в объятиях ведьмака, наслаждаясь его силой, заботой и таким яростно пылающим взглядом, что становилось жарко.

А ещё я разглядывала тату на своей руке. Выглядела она странно, вроде бы и знакомая руна, но вспомнить точно не получалось. Вокруг неё шла надпись из подобных и все это было вписано в ромб прерывистым орнаментом. Красивая такая, серебристо золотая. И что странно, она появилась только с присутствием ведьмака. Когда я проснулась, ничего такого не было.

Я так увлеклась разглядыванием и попытками вспомнить руну в центре, что не сразу обратила внимание на тишину и три пары изучающих глаз.

— Откуда у тебя это? — почему-то хриплым голосом спросил эльфийский папаша.

— А что это? — замирая и предчувствуя подлянку, спросила, сильнее прижимаясь к горячему боку ведьмака.

Меня тут же обняли, крепче притягивая к себе и успокаивающе погладили по спине.

— Это, милая, герб моего рода, — сказал Охтарон, а в памяти всплывали геральдические печати, вот только…

— Ваш герб иной, я точно помню, — и это было чистой правдой, преподаватель рун очень въедливый мужик, и мы зубрили его предмет всем потоком.

— Позволишь? — к моей руке потянулись, но остановились, ожидая ответа, интерес пересилил, и я кивнула.

Мою руку охватили тёплые длинные пальцы. Все-таки эльфийский король был очень красив во всем, этого от него не отнять. Бережно, будто боясь разбить, он прикрыл часть тату и да, он оказался прав. Вот только к руне Рода было добавлено много лишнего. Но видать это не заботило и не волновало Охтарона.

— Видишь, ведьмак, она принадлежит к моему роду и невеста одного из сыновей, — надменно смотря на Ноорана выпрямился эльф, но руку мою не отпустил.

Я глянула на принцев, что тоже приободрились и на их красивых лицах заиграли ехидные улыбки. Я тут же напряглась, ну уж нет. Я чётко поняла, что люблю совсем не эльфа. Что странно, ведьмак даже не шелохнулся и успокаивающе погладил меня по спине. Будто говоря: «Не волнуйся, я с тобой». И ведь помогло, я расслабилась и посмотрела на него. И все-таки он похож на эльфийское семейство и словно вторя моим мыслям, услышала:

— В одном ты прав, — на меня посмотрели с такой нежностью во взгляде, что сердечко забилось как пойманная в силки птица, — Эрен невеста одного из твоих сыновей и я не о Кане и Каэл, — шкодливая улыбка растянула любимые губы. — Эрен, моя невеста!

Я тонула в этих янтарных глазах, что так тепло и ласково смотрели на меня, вот только все ведьмочки ужасно любопытны и я уже сроднилась с новой реальностью, и считала себя частью этого мира.

— Так значит я права и сходство не случайное? — спросила больше для себя, но вышло что за всех и ждала ответа не одна.

Три эльфа застыли как восковые изваяния, смотря на ведьмака с недоверием и непониманием. Отмер, как ни странно, Охторан.

— Этого не может быть, ты хоть представляешь, сколько было в моей постели разных девиц? — совершенно не царственно фыркнул эльф. — Если бы каждая могла, моим бы… — он проглотил окончание и покрутил рукой, как бы обозначая всех бастардов, ублюдков, или как он хотел назвать своих детей? — заполонили бы пол мира.

А мужик не лишён тщеславия, эко он загнул! Ну надо же, полмира оприходовал? Хотя… сколько там эльфы живут? Оууу, наверное, мог. Ещё раз окинула его взглядом и утвердилась, мог бы, да.

— Контроль над даром не терял ни разу, уверен? — спросил ведьмак, и могу поклясться, эльф побледнел, но вот никак не выдал более своего состояния.

— Как? — он запнулся, тщательно, изучающе прошёлся взглядом по ведьмаку. — Как звали твою мать?

— Смотрю ты вспомнил ту, что силой взял? Бедняжку звали Амелина Норк, в замужестве ставшей графиней Соорммерсед.

Теперь с удивлением и интересом все взгляды скрестились на эльфийском короле.

— Нет, не может быть, полукровки столько не живут, если бы ты был сыном Лины, нет, не может быть! — мужика стало жалко, видно было, что эта история его тяготила и он не собирался отнекиваться или доказывать свою непричастность, скорее искренне не понимал.

А я снова посмотрела на моего мужчину, «Полукровки столько не живут», так сколько лет тебе, Нооран? Ведь Эрен изначально знала, что он стар для нас, да, верно, он был ректором, когда училась её мама. С другой стороны, а мне-то какое дело? Мой век не так уж чтобы большой, от двухсот пятидесяти до трёхсот лет может прожить сильная ведьма. И судя по внешнему виду, мой ведьмак меня покинуть не спешит в ближайшие лет триста.

— Поверь, такое родство и мне не в радость, — бросил любимый. — Я раскрыл его лишь потому, что Эрен мне дорога и надеюсь, больше с вашей стороны поползновений в её сторону не будет.

Сказал, как отрезал, а я поняла почему мы тут до сих пор. Нооран хотел раз и навсегда снять притязания с эльфийской стороны на меня. Будто в подтверждение моих мыслей открылся портал и меня ласково в него подтолкнули. А я вдруг поняла, что сюда мне путь заказан отныне и навсегда, а любопытство сильнее меня.

— Постой, а кто мать братьев? — выпалила и поняла, что ляпнула, поторопилась с объяснением. — Откуда у светлых эльфов тёмный дар смерти?

Ответа я, если честно, не ждала, но очень уж знать хотелось и была удивлена, когда ответил отец семейства.

— Мать близнецов, высокородная и светлая эльфийка. А дар… — он помедлил, как-то криво улыбнулся, устало и обречённо. — Видать наказан я за грех молодости, — лёгкий кивок в сторону моего ведьмака дал понять о каком грехе идёт речь.

Ждать более Нооран был не намерен и меня хоть и мягко, но настойчиво потянули в портал. А мне почему-то стало жалко Охторона. Нет, насилие я не приемлю, но вот в глазах Антона я не видела раскаяния, когда его поймали с поличным, так сказать. А тут… Я не я буду, если не разберусь в истории этой до конца.

***

Откинувшись на спинку кресла, посмотрела на написанный текст. После праздников всегда тяжело вливаться в работу. С историями тоже самое. Ты садишься, проваливаешься в мир и смотришь, что произошло за то время, пока тебя не было. И вроде вот оно, все перед твоими глазами. Но строчки ложатся туго, будто повествование ещё ленится, ему ещё хочется отдохнуть, понежиться в тёплой постельке. А тут приходит злой автор и заставляет работать.

Вот и у меня строки новой главы выходили пресными, вроде все по делу, надо же рассказать, что происходит у героев. Вот только скучно как-то.

— Опять книга? Может, отдохнёшь ещё пару дней? — попивая вино и лениво пролистывая ленту новостей, спросил мой личный демон.

— Да сколько можно отдыхать-то? И потом, сказка-то была новогодней, а на деле растянулась на январь. Нет, — покачала упрямо головой, — надо дописать и думать про новинку.

— Хорошо, — тут же покладисто согласился муж, — что там у тебя происходит, вроде же все уже известно? Ирина с наш… — стрельнул на меня глазами и исправился, — с ведьмаком осталась. Эльфы не удел, да и поделом, пусть научатся себя вести. Так что тебе мешает завершить книгу?

— Да вроде все так. И эльфов даже не жаль, но я же сказочница, и оставить их просто так не смогу. Второе, мне папашку жаль, подожди, не кипятись! Вот смотри, что случилось между ним и ведьмой, мы наверняка не знаем и вернуться во времени посмотреть, не можем. Да и Охтаран явно переживает за тот случай. В общем, на хладнокровного отморозка он не катит. Ну что ты так на меня смотришь? Случаи разные бывают.

— Хорошо, сказочница ты моя, — ухмылка тронула мои любимые губы, а у глаз появились мелкие морщинки, придавая мужу лукавый вид. — А не лучше ли, не касаться в сказке этой темы?

— Лучше! Но из песни слов не выкинешь, как говорится, что есть, с тем и работаем, — подумав немного продолжила. — А ещё меня напрягает убийца, кто подсунул зелье Эренталь?

— Как кто? Я думал ты, — выпалил муж изумлённо, — ну тело-то тебе нужно было освободить для Иринки.

— Вот спасибо, родной, я её вообще не собиралась убивать, не ту, не другую, я же сказочница! А у меня неправильная сказка выходит, — очень экспрессивно получилось, аж самой себя жалко стало.

— Тогда эльфийских братьев возвращай в академию, они быстро найдут убийцу, — авторитетно заявил мне муж, а я задумалась, а это идея.