Глава 4

Я все чаще приходила в наше с Тедом убежище. Мы могли часами сидеть и болтать о всякой всячине, и казалось, что нет человека ближе в целом мире, но в тот вечер всё изменилось. В колледже с самого утра царило небывалое оживление. Девочки заплетали косы, пытались привести в порядок платья.

— Что происходит? — спросила я Мими, наименее противную из моих соседок.

— Ты за эти годы так и не узнала? — Та вскинула узкие брови. — Приезжает госпожа эо Лайт, спонсор нашего колледжа. Самые одаренные ученики после выпуска попадают в её колледж, а оттуда открыта дорога в любые организации, без работы и без денег не останешься. А некоторые переведутся прямо сейчас, если они достаточно одарены. Но это не так часто бывает.

— И с нами она тоже встретится?

— Нет, только с теми, кому в этом году исполняется шестнадцать. А теперь хватит болтать!

Значит, Мими тоже встретится с госпожой эо Лайт, ей еще два дня назад исполнилось шестнадцать. А Кэтти вот-вот стукнет. И Теду тоже. Он сказал, что завтра у него день рождения, а до моего собственного оставалось несколько дней, но разве тут кто-то празднует? Впрочем, для Теда я подготовила небольшой подарок. На занятиях своими руками сделала кулон в форме капли, на котором выложила бусинами наши имена. Повесила кулон на толстую нить и носила на шее, чтобы никто не увидел и не отобрал. Интересно, он обрадуется? Главное, чтобы его не забрала эта эо Лайт. Хотя, для него это означало бы лучшую жизнь.

К вечеру общий гам стих, но вдруг поднялся снова.

— Где он? — кричала директор Хомфри. — Где этот гаденыш, я вас спрашиваю?

О ком это они? Я хотела бы спросить, но не у кого. В комнату вошли Кэтти и Мими. Мими выглядела заплаканной, а вот Кэтти сияла, как новенькая монетка. Обе начали собирать вещи.

— Что произошло? — спросила я Мими.

— Меня пригласила на обучение госпожа эо Лайт, — вместо неё ответила Кэтти, задрав нос. — А вот Мими оказалась пустышкой. У неё не проснется сила иль-тере, и больше нет нужды учиться здесь.

— Мне жаль, — шепнула я Мими.

— Спасибо, — тихо ответила она. — Это еще не беда. Вот у одного мальчишки выявили потенциал ай-тере. И это ужас.

— У какого мальчишки? — Сердце пропустило удар.

— Знаю только, что его зовут Тед, и он где-то подевался. Директриса лютует, его ищут.

Не может быть! У Теда сила ай-тере? Но почему? Он же родился во время вечной ночи, как и все мы. Что-то не так! Те, кто его проверял, могли ошибиться.

— Я сейчас вернусь, — зачем-то сказала девочкам и выскочила из комнаты.

В коридоре царил полумрак. Вечная ночь диктовала свои правила. Я шла почти на ощупь, и в то же время радовалась, что меня не видно в этом сером платье, а длинный подол глушит шаги и заставляет ступать аккуратно. Надо найти Теда! И я подозревала, где он может быть.

Осторожно спустилась по лестнице, выглянула из-за угла: никого. Тогда побежала к двери и выскользнула во двор. Тут и там слышались голоса. Учителя искали Теда. Я свернула на хорошо знакомую тропку и пробралась к лазу, нырнула в наше убежище — и меня кто-то схватил. Я едва не заорала, но Тед убрал руки, отодвинулся от меня.

— Не кричи, — тихо сказал он. — Тебя никто не видел?

— Нет, — ответила испуганно. — Тед, что происходит? Почему тебя ищут?

— Я оказался ай-тере, Дея, — ответил мой друг. За этот день он будто повзрослел: не было озорных искр в глазах, не было привычного веселья. Выгорел, потух изнутри.

— Как такое может быть? — пыталась понять.

— Это случается, но редко, — устало говорил он. — Шутки темного солнца. Ночью меня должны увезти туда, где тренируют ай-тере, чтобы потом продать.

— Как продать?

Я таращилась на него. Здесь, за стенами колледжа, реальный мир казался таким далеким.

— Ты поймешь, — грустно улыбнулся Тед. — Ай-тере не могут жить без магии своего иль-тере. Как только мне исполнится восемнадцать, сила пробудится, и надо будет создавать связь. Или я от неё сгорю.

— Но продавать…

— Иль-тере могут выбирать, с кем связать свою жизнь. Ай-тере — идеальный защитник, понимаешь? Чем сильнее, тем лучше. Но ай-тере много, а иль-тере — мало, несмотря на то, что все пытаются родить в великую ночь. У меня нет выбора, Дея. И будущего нет.

Тед уронил голову на руки. Я обняла его за плечи, и мы сидели долго-долго. По крайней мере, мне так показалось. Потом Тед вдруг расправил плечи.

— Вечно прятаться не выйдет, — сказал мне. — Придется выходить.

— Всё будет хорошо. — Я обещала ему и себе. — Вот.

Сняла с шеи кулон и протянула ему. Тед уставился на мой скромный подарок.

— Хотела отдать завтра, но отдаю сегодня, — заставила себя улыбнуться. — С днем рождения.

— Спасибо, Дея. — Тед все-таки улыбнулся в ответ и надел кулон на шею. — Я никогда тебя не забуду.

— А я обязательно тебя найду. Ты только дождись, хорошо?

— Я постараюсь. Береги себя, ты замечательная.

Он наклонился ко мне и коснулся губами моих губ. Я замерла, как испуганная птичка. Меня никогда не целовал мальчишка. И сейчас я растерялась, не зная, что делать. А Тед уже поднялся на ноги.

— До встречи, Дея, — сказал мне.

- До встречи, — ответила я.

Тед порывисто меня обнял и выскользнул из убежища. Я же посидела немного. Не потому, что боялась быть замеченной, а потому, что по щекам катились слезы, и я никак не могла их унять. Тед… Как же он теперь? А как я без него? Он был моим единственным другом. Единственным, кому могла доверять.

Что ж, теперь у меня было две цели: узнать, кто убил родителей, и найти Теда.

Я вернулась в комнату, где никто не думал ложиться, несмотря на поздний час, легла лицом к стене и закрыла глаза. Хотелось плакать, но не здесь, не при девочках, которым плевать на мои беды и на горькую судьбу единственного друга. Кэтти никак не хотела заткнуться. Она говорила и говорила о том, какая замечательная судьба её ждет, и что вряд ли кто-то из нас сможет повторить её успех. Мими тихо всхлипывала, но сейчас у меня не было сил на жалость. Я могла только лежать и таращиться в стену, чувствуя, как становлюсь старше.

Утром Кэтти забрали. Мы прилипли к окнам и смотрели, как в сиянии фонарей к колледжу подъехал сверкающий автомобиль, и Кэтти в сопровождении девочки и мальчика села внутрь. Я думала, что это последняя наша встреча. Что ж, всем свойственно ошибаться. А дни потекли своей чередой. Я не могла не думать о Теде. Часто приходила в наше убежище, прижимала к себе котенка Мика и сидела долго-долго. Не плакала, нет. После прощания с Тедом я решила, что больше плакать не стану. Но мне надо было побыть одной, подумать, отдохнуть от постоянного прицела глаз. Сначала я опасалась, что мои отлучки рано или поздно выследят. Потом опасаться перестала. На месте Мими и Кэтти поселили новых девочек. Нет, мы не стали с ними подругами, но они хотя бы не относились ко мне с пренебрежением, и мы могли перекинуться парой слов. А время шло своим чередом. Когда до моего шестнадцатилетия оставалось несколько месяцев, у нас ввели новый предмет — «Теория иль-тере и ай-тере».

Когда в аудиторию впервые вошел наш преподаватель, профессор Каменс, мы не восприняли его всерьез. Он был невысокого росточка, седовласый, несмотря на то, что не старый, с добрыми глазами и носом картошкой. Но стоило ему открыть рот, как мы забыли обо всем на свете. Его пары стояли через день, и я не солгу, если скажу, что мы только их и ждали. Никогда не слышала, чтобы кто-то так увлеченно рассказывал о чем-то, и казалось, что нет того, чего профессор Каменс не знает об иль-тере и ай-тере.

— Многие говорят, что сила иль-тере — это минус, а ай-тере — это плюс, — говорил он, замерев перед нами за кафедрой. — Это не совсем так. Сейчас передо мной сидит двадцать человек. Кто-то из вас уже через два года откроет в себе силу иль-тере. И надо, чтобы вы были готовы и максимально понимали, как это работает. Чтобы жить, человеку нужно что?

— Вода.

— Еда, — раздались ответы.

— Секс, — сострил кто-то, и профессор погрозил ему пальцем.

— Энергия, — поправил он нас. — Иль-тере нужно в сотни раз больше энергии, чем обычному человеку. И чем больше объемы магии, тем больше надо энергии. Поэтому у одного иль-тере может быть до двенадцати ай-тере. В данном случае ай-тере выступают батарейкой. Они отдают переизбыток своей силы иль-тере. Но это взаимообмен. Ай-тере нужна энергия иль-тере. Крупицы, самая малость, но её хватает, чтобы «охладить» их внутренний вулкан. Я доступно объясняю?

Мы закивали, а я еще и тщательно записывала, потому что надеялась найти Теда и должна знать, что делать дальше.

— Отсюда вывод: эти две силы не могут существовать друг без друга. С иль-тере проще. Без подпитки со стороны ай-тере мы будем обычными людьми. Впрочем, иль-тере так мало, что с этим проблем нет. А вот если не забирать энергию ай-тере и не отдавать свою взамен, что будет?

— Перегрев, — предположила я.

— Он взорвется, — добавила Энни, соседка по комнате.

— Первый ответ верен — перегрев, — кивнул профессор Каменс. — И, как результат, мучительная смерть. Ай-тере зависимы от нас. Поэтому сложилась ситуация, что ай-тере считаются людьми низшего сорта. Топливом для нашей магии. Это кощунственное мнение.

Однокурсники захихикали, но грозный взгляд профессора Каменса заставил их замолчать.

— Повторюсь еще раз: их магия нужна нам, а наша магия — им, — грозно сказал он. — И то, что сейчас происходит в Тассете, неправильно. В соседних республиках давно говорят о равноправии сил «иль» и «ай», но у нас ай-тере можно просто купить. Многие добровольно соглашаются на этот шаг, чтобы не погибнуть. Но без нас они потеряют жизнь, а мы потеряем и свою магию, и идеальную защиту, которую они нам обеспечивают. Поэтому задумайтесь, так ли все однозначно.

Девчонки скривились. Им больше нравилась идея о верховенстве иль-тере, а я думала о Теде. Он ведь не виноват, что в нем проснулась не та сила, на которую он рассчитывал. Чем он хуже или лучше меня? У нас было одинаковое детство в стенах этого колледжа, а теперь я даже не знаю, куда его забрали, но сделаю все, чтобы выбраться и узнать. Друзей не бросают, и ближе Теда у меня давно уже никого нет.

После пары обсуждения продолжились в коридоре.

— Какие глупости! — говорила Тамми, бывшая подружка Кэтти. — Все знают, что ай-тере — это мусор. Правильно профессор сказал, всего лишь батарейки.

Я не выдержала, хотя обычно предпочитала не вмешиваться в разговоры.

— Ты говоришь о живых людях, — напомнила Тамми. — Вот приедет в эту великую ночь госпожа эо Лайт и объявит, что у тебя сила ай-тере, что тогда скажешь? Что стала мусором? Батарейкой?

Тамми зло зыркнула на меня.

— Слишком много ты знаешь, Дея, — задрала она нос. — Смотри, как бы у тебя ай-тере не проснулась. Хотя, ты как была мусором, так им и останешься.

Не знаю, что на меня нашло. Меня часто обижали, но чаще я проглатывала обиду, а тут как будто кто-то вселился. Я вцепилась в волосы Тамми, и мы покатились по полу. Энни и Лили схватили меня, а подруги Тамми пытались оттащить её.

— Сброд! Мусор! — кричала мне однокурсница. — Ничтожество!

Изнутри будто поднялась волна, и Тамми, а вместе с ней и девчонки, державшие её, разлетелись в разные стороны. Я же осела на пол, чувствуя, будто меня осушили до дна. Что это было? В чем подвох?

— Что тут у нас, юные дамы? — ввинтился в наш круг профессор Каменс. — Дея, поднимайтесь, деточка, иначе простудитесь, пол холодный.

Он осторожно поставил меня на ноги. Я цеплялась за него, в ушах стоял шум.

— Так что случилось? — повторил вопрос профессор.

— Дейка с ума сошла! — всхлипнула Тамми. — Она использовала магию!

— Магию? Вот как? — Профессор Каменс улыбнулся мне. — Позволите коснуться вас силой, девочка?

Я кивнула. Мне было все равно. А когда тело окутало тепло чужой магии, стало легче дышать.

— Спасибо, — прошептала тихонько.

— Не за что, дорогая. У вас пока нет своего ай-тере, а я восполню потраченные силы.

— Что с ней? — вопрошала Тамми. — Это что-то опасное, да?

— Нет, что вы, — мягко отвечал Каменс. — Всего лишь стихийный всплеск иль-тере. Рановато, милая, рановато. Зато теперь вы точно знаете, что сила у вас есть, и недюжинная. И с возрастом она вырастет. Думаю, вы сможете удерживать как минимум пять ай-тере. Кто знает, может, и больше.

— У меня есть сила иль-тере? — тихо переспросила я.

— Однозначно, — заверил профессор. — А теперь я проведу вас в комнату, вам надо отдохнуть. И предупрежу преподавателей, чтобы вас до завтра не тревожили.

— Спасибо.

Вот и всё, на что меня хватило. Почему так рано? Откуда? Я ничего не понимала. В голове царил сумбур. Иль-тере? И что с того? Сейчас мне было все равно. А потом, когда я уже лежала на кровати в своей комнате и почти проваливалась в сон, все-таки осознала: я иль-тере. Я смогу окончить колледж, получить должность и найти Теда. А если постараться, можно поднять и дело моих родителей, потому что я до сих пор не понимала, что видела в ту ночь. Но почему сила проснулась сейчас? Она должна была спать еще два с половиной года.

Ответов не было, а вопросов становилось всё больше. Особенно удивило, что ко мне прибежала сама директриса Хомфри. Я не питала иллюзий и знала, что она терпеть не может всех нас, но в этот вечер с её языка будто лилась патока.

— Дея, девочка моя, — щебетала она. — Такой сюрприз! Столь раннее пробуждение силы! Большой талант, милая, и редкий дар.

— Я ничего для этого не сделала, — ответила тихо, мечтая, чтобы меня оставили в покое.

— Но как же? — всплеснула руками директриса. — Я не припомню, чтобы иль-тере хоть у кого-то проявляла себя до шестнадцатилетия. И у меня для тебя сюрприз. Я позвонила нашей благодетельнице, госпоже эо Лайт, и завтра она приедет на тебя взглянуть.

— Взглянуть на меня? — Я уставилась на ди Хомфри. — Но ведь до великой ночи еще три месяца.

— О, нет! Твой случай не терпит отлагательств, — уверяла она. — Уникальнейшее событие, милая. Но ты отдыхай, отдыхай. И подготовься, завтра тебя ждет важный день. Утром тебе выдадут новое платье. Позаботься о волосах. А теперь не смею утомлять, милая.

И госпожа ди Хомфри вышла из комнаты, а я так и лежала, таращась в потолок. Господа эо Лайт определила, что Тед — ай-тере. Значит, она может знать, где он. И я должна, просто обязана понравиться ей, чтобы попасть в её колледж. Но как же я устала…