Глава 28

Дея

День бала приближался. Ариэтт, как и обещала, достала билеты, но Нэйт ходил хмурым, и я беспокоилась вместе с ним. Конечно, его волновала ситуация с братом. Но, возможно, это единственная ниточка, которая может привести к убийцам моих родителей, и я очень надеялась, что получится узнать хоть какие-то крупицы, которые приведут к разгадке тайны.

Винс, со своей стороны, тоже настаивал, чтобы я посетила бал. Там должны были присутствовать многие высокопоставленные люди Тассета. В глубине души я немного побаивалась, но и другого выбора не было, так что оставалось готовить платье и надеяться, что все пройдет как надо.

До бала оставалось каких-то два дня, когда произошло событие, выбившее меня из колеи.

За окнами стояло ясное солнечное утро. Мы только что позавтракали, я ждала модистку для последней примерки, сидя в гостиной, и в окно наблюдала, как Дилан тренирует Эжена. Для меня вообще оказалась странной неожиданная дружба этих двоих, но парни уходили из дома рано утром и тренировались до обеда. Они бы занимались и больше, но тут уже воспротивилась я. Эжену пока было сложно. Лекарь говорил, что такие большие нагрузки ему противопоказаны, и надо поберечь себя, а Эжен рвался вперед. Зато он больше не казался тенью себя прежнего, будто воспрянул духом, и это радовало. Если честно, я безумно волновалась за Эжена, потому что он отрешился от всего и ушел в свою боль. И радостно было видеть хотя бы намеки на то, что ему становится легче.

— Госпожа эо Фейтер, вам письмо, — вдруг появилась в комнате Анна. В её руках был поднос с конвертом, на котором не было никаких надписей.

— Кто его передал? — удивленно спросила я.

— Какая-то госпожа, — ответила Анна. — Она отказалась представиться.

Я открыла конверт. Почерк был незнакомый.

«Здравствуй, милая моя девочка, — прочитала поспешно. — Надеюсь, ты еще помнишь свою тетю Вив. Я тоже ни на минуту о тебе не забывала, несмотря на то, что долгие годы считала погибшей. Все это время я собирала информацию, кому понадобилось убить моего бедного брата, но в силу здоровья использовать её уже не смогу. И боюсь, что за мной следят, поэтому попросила соседскую девушку передать тебе послание. Прошу, Дея, единственное мое желание — увидеть тебя перед смертью. Буду ждать тебя сегодня вечером по адресу: улица Квартирных, дом два. Прошу, приходи одна! И убедись, что нет слежки. Твоя тетя Вив».

Письмо оставило смешанные чувства. Сначала всколыхнулась радость: тетя Вив жива! Затем — подозрения. Во-первых, как она узнала, где я сейчас, если не знала столько лет? Ладно, допустим, в высшем свете говорят о смерти дедушки и моем наследстве. Но снова вопрос: она не побоялась доверить письмо посторонней девушке? Раз уж за ней следят? Что за глупости?

А может, все странности письма объясняются болезнью тетушки? Так ведь случается. И информация, которой она обладает, тоже мне нужна. Не выдержав, я подхватила письмо и побежала к Нэйту.

Он работал в кабинете. Сидел за столом и выписывал что-то из документов, но, услышав мои шаги, поднял голову.

— Что-то случилось? — заметил сразу, а я молча опустила на стол письмо. Нэйтон пробежал глазами по строчкам и вынес вердикт:

— Ты никуда не пойдешь.

— Нэйт, это действительно может быть тетя Вив, — сказала я.

— Это письмо странное, Дея. — Он покачал головой.

— Да, странное, но, возможно, тетушка больна и ей требуется помощь. А может, за ней действительно следят? И ей удалось узнать что-то ценное?

— Даже если так, я против, чтобы ты её навещала. Это опасно. И я готов поставить, что угодно: в доме твоей тети нас ждет засада. Если, конечно, это вообще её дом.

Я молча кусала губы. Всё больше казалось, что Нэйт прав, и моя тетя никак не могла написать это письмо. И в то же время тетушка должна знать куда больше о гибели родителей. Это меня в детском возрасте отправили в колледж ди Хомфри, а она-то взрослая и осталась свободной.

— Знаешь, что? — сказал Нэйт. — Давай поступим следующим образом. Мы попытаемся узнать, где на самом деле живет твоя тетя, и вместе нанесем ей визит. Я могу прямо сейчас поехать в архив.

— Я с тобой.

— Договорились, собирайся.

Я поспешила переодеваться. Мы уже спускались по лестнице к выходу, когда нам навстречу вошли Эжен и Дилан.

«Вы снова уходите?» — бегло написал Эжен.

— Да, поедем кое-что узнать в архиве, — ответила я.

«С вами можно?»

— Почему нет? Мы ждем тебя на улице.

Эжен бросился в свою комнату, а мы с Нэйтом вышли во двор. Нэйт забрал из гаража автомобиль, а Эжен как раз появился на пороге. Видимо, хотел хоть немного привыкнуть к городу, потому что я замечала, как ему непросто пересекать границу нашего дома. Сад для Эжена уже стал достижением. Главное, чтобы он не останавливался.

Нэйт занял место за рулем, а мы с Эженом разместились на заднем сидении.

«А куда мы едем?» — спросил он.

Я в двух словах пересказала историю письма. Чем больше думала о нем, тем сильнее казалось, что его никак не могла написать тетя Вив. Но тогда кто его автор? Тот, кто причастен к гибели родителей? Или же Хайди никак не уймется, чтобы вернуть себе Нэйта? А впереди замаячило здание архива. Оно напоминало высокую свечку почти без окон. Помню, как впервые увидела его во время прогулки с мамой и подумала, что это непременно должна быть тюрьма. Ошиблась.

Автомобиль остановился на стоянке. Мы втроем направились ко входу.

— Чем могу помочь? — спросила молоденькая девушка, дежурившая в общем зале.

— Я хочу найти родственницу, — ответила ей. — Мою тетю, с которой не виделась много лет.

— О, тогда вам в пятый зал. Там хранятся адресные книги.

— Благодарю.

Мы поднялись по лестнице на второй этаж, следуя указателям. Наконец, нашелся зал под номером пять. И снова я рассказала сотруднице архива о своей тетушке.

— Её имя? — спросила та.

— Вивиан ле Аррет, — ответила я.

— Ваши документы?

К счастью, и документы на имя отца были со мной, несмотря на то, что я приняла титул дедушки. Женщина взглянула на них и кивнула:

— Отлично. Присаживайтесь за столик номер три, я поищу данные о вашей тете.

Я забилась за столик, Нэйт и Эжен окружили меня, будто стража. Было удивительно смотреть на них. Нэйт не изменил себе: кипенно-белая рубашка, серый жилет, черные брюки. Так, как он привык ходить в колледже. Эжен же, наоборот, перешел исключительно на темные тона. Да, я знала, что вещи покупал Нэйт, но он купил много всего, а Эжен выбрал темно-синюю рубашку, черные штаны и черный жилет. Он казался черно-белой картинкой, так сильно стискивал губы, что они превратились в тонкую линию.

А к нам уже спешила сотрудница архива с тонкой папкой.

— Вот здесь все, что удалось найти. — Она опустила документы передо мной.

— Огромное спасибо, — ответила я, открывая папку. Все сходится! Последним адресом значилась улица Квартирных, дом два. Если верить бумагам, тетя переехала туда два года назад.

— Видите? — взглянула на парней. — Тетушка действительно живет по этому адресу. Значит, в письме может быть написана правда.

— Это опасно, Дея, — вмешался Нэйт. — Я против, чтобы ты туда ехала.

— Нет, я поеду.

— Тогда я иду с тобой.

— Ты невнимательно читал письмо? Тетя впустит меня, только если буду одна. Так что тебе придется подождать меня в автомобиле.

«Зато с тобой могу пойти я, — торопливо написал Эжен. — Спица».

Я его поняла. Да, спица! Которой можно заколоть волосы. Зато Нэйтон уставился на нас.

— Спица. Его материальная ипостась, — пояснила я. — Хорошо, так и поступим. Только давайте для начала вернемся в автомобиль.

Мы вернули документы сотруднице архива, а сами поехали на улицу Квартирных. Нэйт остановил автомобиль за углом, чтобы не привлекать излишнего внимания.

— Дея, ты уверена? — в сотый раз спросил он.

— Да, — ответила я. — Прошу, жди здесь. Если что-то пойдет не так, ты сам почувствуешь. Эжен?

Тот кивнул. Миг — и вместо друга на сидении автомобиля лежала тонкая серебристая спица. Я подняла её, собрала волосы и прихватила, как заколкой.

— Мне к лицу? — спросила с улыбкой Нэйта.

— Да, — тревожно ответил он. — Я рядом, Дея.

— Конечно.

Очень хотелось добавить «любимый», но пришлось промолчать. Я вышла из авто и поспешила к ряду низеньких серых домов. Постучала в тот, на заборе которого красовалась перекошенная цифра два. Дверь долго не отпирали, затем послышался тихий голос:

— Кто вы?

— Я — Дея ле Аррет, — ответила своей собеседнице. — Ищу свою тетю Вив.

Дверь распахнулась. Да, это была тетушка! Сердце радостно забилось. Но как же она постарела! А тетя вцепилась в мою руку, втащила в дом, и только когда заперла дверь, крепко прижала к груди:

— Дея, девочка моя!

— Здравствуй, тетя. — Я вытерла слезы с глаз.

— Какая взрослая ты стала! Так похожа на маму, — причитала тетя Вив, ведя меня в комнату, а я думала о том, что сама она выглядит действительно скверно. Видимо, строки о болезни не лгали. Сколько ей лет? Около пятидесяти, она была старше папы. А выглядит глубоко за шестьдесят. Но болезнь — не приговор, и моя магия могла отсрочить ее гибель.

— Присаживайся. — Вив усадила меня на пружинистый диванчик. Обстановка в комнате была бедной, убогой. Мебель явно знавала и лучшие времена.

— Слушай внимательно, Дея, — зашептала она. — У меня мало времени. Завтра утром я уеду, и никто не расскажет тебе о том, что знаю я.

— Слушаю тебя, тетя, — ответила ей.

— Так вот, девочка моя. Тогда, восемь лет назад, мне сказали, что тебя убили с родителями.

— А мне — что вы отказались становиться моим опекуном.

— Да, да. И вот на днях я увидела статью в газете о смерти твоего дедушки и о том, что ты стала его наследницей. И поняла, что все это время мне лгали, и моя девочка жива. Ты должна быть очень осторожна, Дея. Крайне осторожна! За убийством твоих родителей стоят непростые люди.

— Я уже знаю. «Общество чистой силы».

— Шакалы! Подонки! — воскликнула тетушка. — Мрази, для которых важнее всего их магия. Дерек знал, что за вами охотятся, и решил, что проще всего спрятаться на виду. Это долгое время помогало, милая. Но, как видишь, их не оставили в покое.

— Почему именно мои родители, тетя Вив? — спросила я. — Они ведь не единственная пара с противоположными полюсами.

— Да, но что с того? Эти мрази охотятся на всех, а у твоих родителей еще и родился ребенок. У ай-тере и иль-тере редко бывают общие дети, милая. Магия противится, но иногда силы настолько сливаются, что это становится возможным. Так что ты — дитя любви. Большой любви, до неба. И, думаю, сама уже поняла, потому что когда дети появляются в таких парах, они обладают особенной силой. «Иль» и «ай» всегда должны были дополнять друг друга, а не становиться инструментом рабства. Понимаешь, милая?

— Понимаю, — ответила я.

— Да, да… — Тетя будто на миг оказалась где-то далеко. — Я долго искала, кто же погубил моего брата. Организацией руководил Кларк эо Тайрен.

Что? Кто-то из родных Нэйтона? Не может быть! Хотя, если они отказались от самого Нэйта, быть может все.

— Но он мужчина, — сказала я. — А моих родителей убил белый лев. Значит, это не его ай-тере.

— Возможно, милая. Но уж господин эо Тайрен точно знает, кто это сделал. И хорошо, что он не добрался до тебя.

Я прикусила губу. Кажется, встреча Нэйтона с братом будет очень даже кстати. Но как сказать самому Нэйтону, что его отец может быть замешан в гибели моих родителей? Как же тяжело!

— У него двое заместителей, — продолжала тетушка, — Констанса ле Роррет и Эвард эо Ниас. Может, лев принадлежал кому-то из них? В любом случае, будь теперь предельно осторожна, милая. А я…

Вдруг тетя захрипела и упала. Я подскочила, склонилась над ней и заметила красную точку у неё на шее прямо под линией роста волос, будто насекомое ужалило. Вытащила спицу из волос, потому что не знала, как быть.

— Эжен, помоги! — взмолилась появившемуся другу и направила на тело тети свою силу. Резерв Эжена был достаточно велик, но сила будто проходила сквозь тетушку Вивиан. Почему? Почему все мои родные покидают меня, стоит только их обрести?

Эжен перехватил мою руку и потащил к выходу.

— Нет, нет. Надо позвать на помощь, лекаря…

Он обернулся и покачал головой. Поздно. Она мертва.

Солнечный день снаружи казался кощунственным. Я, наверное, упала бы, если бы Эжен не поддерживал меня под локоть. Настолько ушла в свое горе, что не поняла, как очутилась на земле. Только что шла рядом с Эженом, и вот уже лежу, а мир вокруг будто окутан туманной дымкой. И никого вокруг!

Я приподняла голову и увидела наших противников. Ай-тере в звериных ипостасях: гепард, горилла и носорог. Между нами и автомобилем, где остался Нэйт, а Эжен в кошачьей ипостаси мне не помощник. Только сам Эжен, кажется, так не считал. Он замер между мной и нападавшими, сжал кулаки. Что может мальчишка против троих ай-тере с клыками и когтями?

Я потянулась к Нэйту, пытаясь позвать на помощь, но вдруг поняла, что слишком много сил использовала для спасения тетушки. Не вышло.

«Нэйт! — звала мысленно. — Нэйт, пожалуйста!»

Долетел слабый отклик. Нэйт же рядом, просто за углом. А пока…

Эжен повернул голову.

— Дея! — сорвался крик с его губ, и он с силой оттолкнул меня в сторону. Больно…