ГЛАВА 10

— Глубокий вдох. Медленный выдох, — голос лорда-начальника Теневой стражи прозвучал просто у меня над макушкой, но я не вздрогнула, как обычно бывало, а послушно сделала то, что мне велели.

У меня, как ни странно, даже получилось почти не ерзать, практически не обращать внимание на его присутствие за моей спиной и не ёжиться, когда его дыхание касалось затылка. В общем, я была собрана как никогда. Все же первоочередная моя задача — учиться. А учиться я могла только в том случае, если смогу контролировать свой дар.

Перспектива получить печать и отправиться в широкий мир выживать, как сумею — совершенно не радовала и здорово подстегивала рвение к знаниям, контролю и дисциплине.

— Сосредоточься, Айрин.

Голос Орема в пустом помещении небольшой аудитории с высоким потолком звучал как-то особенно. Он был мягкий, обволакивающий, успокаивающий и в то же время властный настолько, что волей-неволей делаешь то, что велит. И все же открывать глаза я не решалась. Как, впрочем, и заговорить с необычайно серьезным куратором. Хоть на языке вертелись вопросы, которые полночи не давали мне спать.

— Не отвлекайся, Айрин. Еще раз. Вдох-выдох. Без перерыва. Дыши ртом…

Его руки легли мне на плечи и в этот раз я все же вздрогнула. Но все равно сосредоточилась на упражнении, стараясь не отвлекаться на обжигающее тепло рук Вилмарта Орема. Я следовала его наставлениям и просебя молилась Свету, дабы в этот раз все получилось.

Впрочем, нечто такое же говорила делать и магистр Ферг. И я подспудно боялась, что и на занятии с наставником меня тоже постигнет неудача.

— Айрин, прекрати там размышлять о тленности бытия и цены на тыкву этой осенью одновременно, — немного резко и раздраженно скомандовал куратор. — Ты сама сбиваешь себя. Смысл медитаций в том, чтобы здесь, — он легонько постучал меня по голове указательным пальцем, и щеки обдало жаром от стыда. — было как можно свободней. Попробуй не забивать голову всем подряд и удивишься, как окажется все просто на самом деле.

— Как можно ни о чем не думать? — проворчала я, досадливо поджав губы.

— Не думал, что для тебя это проблема, — насмешливо заметил он.

Я решила промолчать. Вообще, у меня после занятий с Эргелем резко выработался инстинкт самосохранения и даже способность тщательно обдумывать то, что собираюсь сказать. Особенно такому человеку, как лорд-начальник Теневой стражи. И нашему распрекрасному, очень чуткому, безгранично доброму и жалостливому мастеру Эргелю Онеру. Правда кроме него его такими эпитетами никто не награждает, но это уже подробности… И никто же с ним не станет спорить. Мы и так постанывая выползали на утреннее построение. Мне даже целебная мазь не очень помогла. Хотя… Тут сложно представить что бы со мной было, если бы этой мази у меня не оказалось.

— Прошу прощения, магистр Орем! Впредь, я буду внимательней, — покорно пробормотала я.

Притом получилось так убедительно, что куратор даже не нашелся, что съязвить в ответ.

— Давай сначала, — просто сказал он, убрав ладони с моих плеч.

А я некстати подумала, что хотелось бы, чтобы он вернул их на место. Мне нравилось это обжигающее тепло…

О, Свет! Это я так стараюсь ни о чем не думать…

Так! Вдох-выдох! Снова. И снова… и снова…

Пока в глазах не начало рябить, а тело наливаться такой легкостью, что казалось невесомым. И если у меня кто-нибудь когда-нибудь спросит, когда именно я увидела свой дар, то наверняка не смогу ответить.

Сначала рывками, размыто, нечетко. Но чем дальше, тем ярче.

Теперь я понимала, что именно имел в виду Иден. Он был похож на маленькую искру, оплетенную черным не то дымом, не то туманом. Но, в то же время, я чувствовала огромную силу в этой маленькой крошке огня.

На моих плечах снова устроились руки магистра, но в этот раз они не казались мне горячими, скорее наоборот.

— Попробуй прикоснуться к дару, — спокойно велел лорд Орем. — Не пытайся его задействовать. Просто прикоснись. Почувствуй. — и вместе с тем, пальцы на моих плечах чуть сжались. Словно пытались удержаться или удержать меня.

А я… растерялась. Как прикасаться? Что делать?! И снова «ослепла».

— Похоже на сегодня уже хватит, — выдохнул Орем, снова убирая руки и поднимаясь с коврика, на котором ровно хватало места разместиться нам двоим.

— Но… Я попробую еще… Я смогу…

— Конечно, сможешь, — усмехнулся наставник. — Но не сейчас. У тебя все гораздо сложнее, чем у остальных. Ты соединила в себе два полярных дара. И тебе нужно подчинить оба дара одновременно. Это сложно и дольше, чем ты себе можешь даже представить. Не один, Айрин. И поверь, если огонь яростный, то тьма — коварна. Тьма всегда тяжелее поддается, даже если сначала кажется иначе.

Я не совсем поняла, что он хотел мне этим сказать. Но послушно кивнула.

— Да, лорд Орем!

— Ты что-то задумала? — неожиданно резко и ни капли не благодушно спросил Орем.

Да настолько неожиданно, что я растерялась и упустила свою котомку, за которой, как раз, нагнулась, дабы смыться побыстрее и увидеться перед парами с Тарой. Та целое утро стенала, что у нее не получается какое-то очень важное для нее зелье. И я, язык мой — враг мой, ляпнула, что могу посмотреть на ее творение. И подумать, что можно сделать. Но не думаю, что именно это имел в виду лорд-начальник.

— Н-н-нет! — заикаясь ответила я, и для пущей убедительности подняла руки ладонями вперед и сделала шаг назад, на случай если мне не поверят и придется бежать.

Вилмар Орем подозрительно прищурил глаза, словно пытался разгадать — вру или все же говорю правду.

— Тогда что за покорность и молчаливость?

Я нервно хихикнула, но тут же взяла себя в руки.

— Мастер Волкодлак, — не задумываясь, выдала я новое прозвище Эра. — быстро выбивает плохие черты характера физическим воспитанием.

Как вспомню стоны и ахи двух несчастных одногруппников, которые решили голос на построении подать вчера вечером… Кажется, сегодня они вышли из общежития на чистым упрямстве и гордости.

— Эргель немного требовательней обычных преподавателей, но и быстрее вас приведет в нужную физическую форму.

— Нужную для чего? — немного расслабившись и снова растеряв осторожность, спросила я.

— Для учёбы и для службы, — непривычно благодушно и довольно спокойно ответил Орем и тут же задал встречный вопрос: — К слову, я слышал, ты успела уже заработать наказание от магистра Дейрема? Что у вас там случилось?

Мда… Кто бы сомневался? Плохие новости разлетаются быстрее, чем шалёвки на место прорыва.

— Я возмутилась по поводу его разделения магов на черных и белых… ну он и разозлился… вот… доклад пишу теперь.

— Ему очень редко перечат. Последний, кто на это осмелился — отмывал зал для тренировок по боевым искусствам. Вручную и без магии. Так что ты еще легко отделалась.

Я представила объем работ и поняла, что действительно отделалась легко.

— И кому же так повезло?

— А это, студентка Кор, уже лишняя информация! Для вас так точно! Марш за знаниями. У вас там кажется история магии. Вот и не опаздывайте. Магистр Тоунрайх старой закалки и натирать до блеска последний скелет дракона, поверьте, не самое приятное занятие.

Я хотела спросить еще откуда он это знает, но в дверь постучались и после короткого «Да!» в аудиторию ввалился студент. Явно не первого курса. И похоже тоже отбывающий какое-то наказание. Ибо отрапортовал четко и по форме.

— Разрешите доложить? — обратился от к лорду Орему. И после короткого кивка продолжил: — Магистр Корайс вызывает вас лично к себе в кабинет. Сказал, что дело не терпит отлагательств, — и тут же умоляюще посмотрев на Орема, добавил.

— Я сегодня посыльный.

— Отлично. Проводи студентку Кор в триста пятнадцатую аудиторию.

— Но это же на третьем этаже… Можно хоть левитировать?

— За применение магии — отчислят! — напомнил Орем.

Дохнуло озоном. И спустя мгновение в аудитории остались только я и несчастный провинившийся студент.

— Ну, идем, что ли… — тяжело вздохнул светловолосый парень с веснушками на носу и огромными синими глазами.

И я, спохватившись, побежала к выходу.

— Я и сама найду… — робко возразила я, прекрасно помня, куда именно мне нужно брести.

— У меня отработка. Схлопочу еще один день. Так что идем вместе, демонов хвост. К слову, я — Алан. Алан Кепсбер

— Айрин Кор, — отозвалась я.

— О. Наслышан. Самоубийца с первого курса, которая поцапалась с Дейремом… Соболезную.

И я окончательно сникла.

Остаток недели, как ни странно, прошел спокойно и ровно.

Ребята из моей группы потихоньку начинали ко мне привыкать и даже разговаривать.

Эргель потихоньку добавлял нагрузку. К минимальным отжиманиям и бегу добавились гусиная ходьба, подтягивание на турнике и бег с препятствиями. И он с предвкушением угрожал в ближайшее время начать занятия по рукопашному бою. Честно, теперь я косилась на своих одногруппников, как на будущих партнеров по спаррингу, и мне становилось дурно. Все же смотрелась я на их фоне, как комар в рое пчел. Уныло и не очень внушительно, в общем, смотрелась. Эргель это прекрасно понимал, потому поддерживал как мог обещанием «лично» заняться моим воспитанием. И я даже не берусь сказать, что меня пугало больше.

Ведьмочки из соседней комнаты — рассказывали сплетни Академии и всей столицы. По последним сводкам светских новостей, некая леди Тамира Этельверг вернулась в столицу и снова попыталась занять свое законное место невесты герцога Вилмарта Орема. И пусть сосватал ее лорду-начальнику Теневой стражи сам его величество Эверен Риогорнский, по самому авторитетному мнению Сильвии, ничего хорошего этот брак не принесет. Слишком уж заносчивая Тамира. Лучшая выпускница факультета ментальной магии, первая помощница министра внешней политики… и просто дама с таким самомнением, что зубы сводит. Если они и поженятся, то сожрут друг друга не позже, чем через полгода. Куда лучше ему бы подошла куратор целительского факультета…

Я так не считала. Ни неведомая менталистка и уже знакомая целительница лорду Орему, по моему мнению, не подходили совершенно. И когда я начинала представлять себе, как бы они выглядели у брачного алтаря в Храме, у меня начинало нёбо чесаться, а в груди появлялось уже знакомое жжение. Вдобавок ко всему, жутко хотелось что-нибудь расколотить и желательно о голову магесс.

Но переубеждать заядлых сплетниц я, конечно же, не бралась. У них и так слишком много времени уходило на перемывание чужих костей. Порой мне казалось, что мимо них даже комары с отчетом пролетают. Иначе, откуда такая осведомленность и когда они еще и учиться успевают? А учиться все же успевают, потому как в комнате довольно часто воняло неудавшимися зельями, и Тара с выражением искреннего недопонимания на лице прибегала консультироваться по выполнению практических заданий. Что самое забавное — ведьмам не настолько строго запрещалось практиковаться в не отведенных для магии местах. Хоть после практических экспериментов Тары, я бы ей да в отведенных местах под куполом разрешала к ведьминскому котелку подходить.

В общем, жизнь студенческая со скрипом и треском впиливалась в наезженную колею.

В свободное от физических экзекуций время, я готовила доклад под чутким руководством стенающего о своей незаменимости Идена.

Он и правда был незаменим. Для меня так точно. Но кто ж ему признается? Учитывая то, что моим образованием занималась мать, а не преподаватели, как у абсолютного большинства студентов академии, то я хоть и не очень, но отставала от своих сокурсников. К примеру, в той же систематизации информации.

— Сделай таблицу, — тяжело вздыхая и глядя на меня, как на безнадежно тупиковое звено эволюции, пояснял призрак. — Впиши основные характеристики. Особенности дара и его принадлежность к Тьме или Свету. Чем прославился… И как закончил жизнь. Этого достаточно. Чем больше ты будешь расписывать ненужной информации, тем тяжелее будет свести все к общему знаменателю и сделать правильные выводы…

И вот уже сегодня у меня на столе лежал готовый доклад на тридцать две страницы, который вряд ли понравится магистру Дейрему. Ибо я специально подобрала трех светлых магов, которых казнили за преступления против Короны или Ковена. И трех темных, которые и по сей день являются знаменитостями Риогорна.

К слову, один из них — наш ректор Корайс. Я бы даже не подумала, что во главе академии может стоять некромант. Хоть теперь понятно, почему тут за порядком следят такие послушные привидения. И все же… Хотя в той же книге писалось, что ректор назначен Светом Ковена путем открытого голосования. Так что ни бедному Корайсу отвертеться не получилось бы, ни преподавателям — возмутиться. Решение совета — не обсуждается.

Оказывается, такая большая честь была полностью заслужена нашим нынешним ректором. О том свидетельствовала статья, которую я прочла в той же книге о великих деяниях магов, и гласила она, что почти восемнадцать лет тому наш мир едва не провалился во Тьму. А спасением мы обязаны не кому иному, как лорду Корайсу. Вот так вот! Нужно в лицо знать своих героев!

Увы, особых подробностей событий не было. Лишь в общих чертах.

Так вот. В статье писалось, что некий маг огня Теверий Саэнгор, после того, как его кандидатуру на место главы Совета Ковена отклонили, решил не то отомстить, не то лично исправить такую вопиющую несправедливость и распустить к демонам рогатым Совет единоличным решением. А дабы воплотить план в жизнь, провел ряд ритуалов, в результате которых открыл врата на Изнанку.

И все бы у него получилось, скорее всего. А кто знает, чем бы закончился такой масштабный прорыв, но благодаря магистру Корайсу и Теневой страже, все закончилось «с минимальными потерями». К слову в той же статье упоминалась чета Оремов, которая во время ликвидации прорыва погибла, оставив сиротой маленького сына Вилмарта, которому к тому времени едва исполнилось семь лет, и пятилетнюю дочь.

Мне стало дурно. Какой-то нехороший осадок от прочитанного остался на душе. Жаль было родителей лорда-начальника Теневой стражи. И маленьких детей… Терять родителей больно до отупения. Я до сих пор не могу поверить в то, что матери больше нет. Иногда, мне кажется, что она жива. Оглянусь — и увижу ее. Вот она сидит на стульчике, подперев подбородок, улыбается так, словно все на свете знает… И мне кажется, что она просто теперь далеко где-то. От таких заблуждений становится легче. Но это заблуждения. И умом я это понимаю, сердце отказывается принимать.

И, конечно же, я написала о самом магистре Саэнгоре. Судя по биографии, он был просто примерным студентом, сильнейшим магом стихии огня… Мне, если честно, то было бы интересно узнать, что на самом деле толкнуло такого примерного мага на такие жуткие преступления. Хоть убей, а не очень верилось в то, что причина столь банальна. Хотя, жажда власти, если верить источникам в виде выделенных мне книг, причина хоть и банальная, но очень распространенная.

В дверь постучались, отвлекая меня от раздумий, и я машинально отозвалась, разрешая войти.

— Студентка Кор! — открыв дверь, но не переступая порога, обратилась ко мне комендант общежития. — К вам посетитель! Ждет у ворот. Поторопитесь.

Я от неожиданности даже дар речи потеряла.

Кто ко мне может сюда прийти в столице?

— Студентка Кор, через полчаса ваш визитер уйдет ни с чем. Потому что время для встреч на территории Академии до девяти. И ни минутой позже.

Зная нашу управительницу, то вполне реально, что она попросту за минуту до девяти меня даже из общежития не выпустит.

Потому я быстро переобулась и, накинув тонкую кофту, побежала к воротам, на ходу строя догадки о личности своего позднего гостя.

О том, что так неосмотрительно выскочила на улицу в одной тонкой кофте, я пожалела буквально сразу же, как только покинула здание общежития. Особенно сильно жалела, когда меня едва не снесло порывом холодного сырого ветра. Вернуться и натянуть плащ? Тогда не успею встретиться с визитером и умру до утра от любопытства. Потому бодро и отважно стуча зубами и о-очень быстро перебирая своими тощими конечностями, я рванула к входным воротам.

— Кто? — спросил меня дух хранитель врат заунывным загробным голосом, от которого волосы на голове зашевелились.

Вот умеет же жути навести. Почти как Иден, при должном старании.

— С-с-студентка Кор-р! — отстукивая особый армейский шифр зубами, отозвалась я. — М-мне с-сообщили, что ко мне виз-зитер! Черт, холодина какая.

— Д-да! Ж-ждут вас-с! — передразнил меня дух, не скрывая насмешки. И уже нормально добавил: — Пятнадцать минут. Не уложитесь, студентка Кор, будете отрабатывать самовольное отлучение.

Сволочь!

— С-спас-сибо! — вместо просившегося на язык ругательства выдавила я и выскользнула через ворота.

Темно, хоть глаз выколи. И, кажется, начинает моросить мелкий противный дождь. Совершенно какой-то не весенний. Да и погоду в общем, весенней назвать очень сложно.

Я рефлекторно завернулась посильнее в кофту, но теплее от этого не стало совершенно.

— Эй! Эгей! — позвала я в темноту. — Есть тут кто?

И в тот же миг из ниоткуда под свет единственного фонаря, вынырнул мелкий юркий паренек лет восьми-десяти, так неожиданно, что я отскочила и едва на ногах удержалась.

— Вечерочек, цыпа! — тут же сразил меня обаянием ребенок, пока я пыталась унять чуть не выпрыгивающее из груди сердце. — Тут тебе тетка Минси велела пирогов с черникой передать. Говорила, что ты заказывала.

— Я заказывала? — совершенно не в силах припомнить, когда это успела заказать пироги, спросила я.

Нет, не то чтобы я их не любила. Более того, я их просто обожала. Но хоть убей, не могла вспомнить, когда именно их заказала.

— Ты ничего не напутал?

Все же нехорошо получится, если посыльный не туда заказ занесет.

— Ты Кор? Айрин Кор? Правильно же?

— Ну да!

— Так не морочь мне голову. Дел полно, а она мне тут… — и не закончив фразу, явно не очень приятную для меня, попросту сунул мне в руки бумажный, еще тёплый пакет. — Светлых снов, цыпа!

И растворился в темноте прежде, чем я успела хоть вежливым «спасибо!» ответить. Не то, что возмутиться на обращение — «цыпа».

Ну и ладно. Кому бы ни предназначались эти пироги, у меня намечается приятное дополнение к чаю. В любом случае, нужно будет выбраться в город и лично поблагодарить тетю Минси.

Прижав еще теплые пироги к груди, я рванула обратно к общежитию, ежась и подпрыгивая от каждого порыва ветра.

Даже задумалась, как бы попасть в «Пьяный хряк», учитывая, что мне вроде как нельзя одной по городу шастать…

И вроде ничего не предвещало беды. Но пробегая по самому темному участку дороги… тут я точно сказать не могу — почудилось мне или и правда кто-то зашуршал в кустах. Но с перепугу, я отскочила в сторону, неловко споткнулась и, вцепившись в пакет с пирогами так, словно там сатаранский хрусталь был, буквально запрыгнула в кусты напротив. Благо не упала. Ибо в темноте вполне могла кувырок через голову изобразить. И завтра доклад в целительской сдавать…

Проклятье! Но едва я перевела дыхание, как до меня долетел обрывок разговора.

— …в любом случае, это мне совершенно не нравится, — сетовала голосом нашего ректора темнота. И рефлекторно присела, дабы не объяснять свою неловкость, а не подслушивать. Правда-правда!

— Думаешь, мне нравится? — прошипел в ответ Орем, и я, на всякий случай встала на четвереньки и даже прижалась к земле. Заметят — мне влетит по самую завязку. — Эргель с ног сбился, пытаясь вынюхать хоть что-нибудь. Я применял все известные мне поисковики, в том числе и с Изнанки… Задействованы лучшие из лучших… Но всё впустую. Он словно появляется из ниоткуда и проваливается в никуда.

— Это хуже всего… И очень… Знакомо, — ответил ректор.

Мне даже показалось, что я вижу его досадливо поджатые губы.

— Не сегодня-завтра, он снова даст о себе знать. Нужно внимательно следить за магическим фоном и шалёвками. Их демонова туча в городе… И это не к добру.

— Сам знаю! — раздражённо отозвался лорд-начальник Теневой стражи. — Я очень надеюсь, что в следующий раз обойдется без… жертв.

— Я тоже на это надеюсь. В любом случае, защиту Академии пройти не так просто, как кажется на первый взгляд…

Голос ректора стихал, и как я не прислушивалась, за шелестом кустарника ничего не могла более расслышать.

Лучше бы я не подслушивала. От услышанного на душе стало как-то… неспокойно? Хотя это слово вряд ли подойдёт. Страшно мне стало, что придумывать. Ощущение, что эта часть разговора имела прямое отношение к смертям в моей родной деревне. К смерти моей матери…

И, может я конечно и придумываю, но казалось, что этот разговор имел прямое отношение к моей скромной персоне.

— Чего лежим? — прогудело над головой.

— Да что б ты сдох! — в сердцах пожелала я Идену, вскочив, сотворив защитный от нечисти знак в воздухе, и сдобрив пожелание таким оборотом, за который обязательно схлопотала бы от матери подзатыльник.

— Так я уже… как бы… — невозмутимо просветил меня призрак.

— Еще раз сдох! — прошипела я, поднимая с земли оброненный пакет и отряхивая штаны от мелкой прошлогодней травы. — Ты чего подкрадываешься?

— Да так… Решил устроить себе вечернюю прогулку. Смотрю, ты валяешься. Дай думаю, спрошу, чего воспаление лёгких себе вылеживаешь…

— Маги не болеют!

— Очень распространенное заблуждение! Ты вон, не заболеваешь совсем. И нос мокрый сугубо от дурного настроения… — заметил Иден, и я возмущенно шмыгнула носом. — Что и требовалось доказать. Так чего валяемся?

— Споткнулась! — буркнула я в ответ, и выбралась на дорожку, понимая, что и правда заложило нос и уже начинает першить в горле. Нужно будет посмотреть, что там у меня есть от простуды. — Хорошей прогулки. Провожать не надо.

И я, не дожидаясь еще какого-нибудь издевательского замечания, припустила к общежитию.

Уже в комнате, поставив пакет с пирогами на стол, разувшись, но натянув еще одну тёплую кофту и выпив микстуру от простуды, я постучалась в стену, общую с комнатой девочек с ведьминского факультета.

И спустя пару мгновений и Силь и Тара ввалились ко мне, заполняя жутковатую и немного угнетающую тишину свежими сплетнями.

— Ривс закатила скандал вашему старосте! — с порога вывалила Тара, явно побаиваясь, что Сильвия ее опередит. — Требует, чтобы он с тобой не общался.

— Ого! — все, что смогла на это выдавить я.

— Но он сказал, чтобы не совала свой нос, куда не следует. И есть вещи, до которых она попросту пока не доросла умом, — тут же добавила Силь.

— Ривс зла, как баньши в полнолунье, — вставила Тара и мгновенно забыла, о чем вообще шла речь. — О! У тебя тут пироги…

— А у тебя диета, — напомнила ей Сильвия.

— Один пирожок — не во вред! — с голодным блеском в глазах надвигалась на пакет пухленькая ведьмочка.

— Продолжай себя в этом убеждать и влезешь исключительно в форменную мантию. И то… на третьем вдохе!

Тара остановилось, бросила печальный взгляд на пироги и тяжело вздохнула.

— Вот и ладно! А вообще, мантию и новую купить можно! — и молниеносно выхватила пирожок с пакета. — О! Тут записочка какая-то! Тебе, Риш.

Я забрала скрученную и немного помятую бумажку и тут же разровняла.

Оп-па!

На бумажке очень старательно была зарисована печать. С кучей закарлючек и каких-то неизвестных символов.

А внизу приписка: «Будь осторожна».

Что-то мне подсказывает, что уже поздно осторожничать. Притом очень давно…