Глава 31

Глава 31

— Софи, ты точно себя хорошо чувствуешь? — в который раз обеспокоенно спросила я, вглядываясь в побледневшее личико ребёнка.

— Да, всё хорошо, — уверенно кивнула малышка, добавив, — есть хочу и пить.

— Домой пойдём? Или ещё погуляем?

— Погуляем, я вон на ту карусель хочу, а ещё представление посмотреть.

— Но сначала поесть, у нас остался сладкий пирог или сосиску в тесте купим?

— Три сосиски и пирог, — улыбнулась девчушка, потянув меня к лотку, где невысокий парнишка, сдвинутой набок шапке, зазывал отведать «Самые вкусные и жирные сосиски во всей Вистерии»!

После полудня на поляне народу прибавилось и это радовало, если тот раненый сюда придёт, то нас не просто будет заметить. Купив целых пять сосисок в тесте, набрав в кружку воды, которую Петр принёс для себя, но любезно с нами поделился, мы, выбрав небольшую и скрытую за шатром лавку, с удобством на ней разместились и принялись восстанавливать силы. Правда, перед этим хорошенько отмыв руки, которые оказались липкими не только от мороженого, но и от крови мужчины.

— Фкуфно, — пробормотал ребёнок, осторожно жуя ещё горячую, истекающую жирным соком сосиску, — я такие не ела.

— И я, — ответила, подав Софи платок, чтобы жирным соком не замарать платье, — отвар будешь? Ещё немного осталось.

— Угу, — кивнула малышка, с увлечением наблюдая за снующими возле шатра клоунами, великанами, карликами и дрессировщиком собак, который водил своих артистов по узкой лавке на задних лапках.

— Смотри какая, рыжая, а на голове шляпка, — хихикнула девочка, глядя на кокетку, забавно виляющую хвостиком.

— Мисс Джесин, лучшая в труппе, — представил артистку старик, стащив широкополую шляпу с головы, поприветствовал, — позвольте мисс, я старый Оух.

— Айрис и Софи, — представилась в ответ, вежливо улыбнувшись, — ваши друзья очень красивые и умные.

— О да, мисс Айрис, когда я сломал ногу, эти крохи присматривали за мной и выступали перед публикой сами.

— А они могут играть в мяч? — спросила Софи, спрыгивая с лавки, успев умять три сосиски.

— Мисс Софи, они могут всё! — пафосно заявил старый Оух, — если вы угостите Жана кусочком сосиски, то он вам спляшет.

— Конечно, и мисс Джесин угощу! — воскликнул ребёнок, подходя поближе к артистам, — а ту беленькую, как зовут.

— Эта наша красотка мисс Ирма, она лучше всех прыгает через обруч.

Больше часа Софи и старый Оух помогали провести генеральную репетицию трём артистам. Весёлый заливистый смех ребёнка, когда мисс Джесин танцевала на двух задних лапках, а потом слизывала с ладошки девочки угощение, был отрадой для моего сердца. Улыбка не сходила с моего лица, наблюдая за Софи, за старым Оухом, который, казалось, тоже не меньше ребёнка наслаждался этим моментом. Было забавно смотреть, как Софи, подняв над своей головой короткую, обвешенную яркими, разноцветными верёвочками палку, выкрикнув: «Ас», взмахивала ей и все три собачки, кружили в танце, тихонько повизгивая. Или наблюдать, как коротышка с чёрным ухом Жан загонял небольшой мячик в маленькую миску, а Ирма, подёргивая хвостиком, в зубах перетаскивала бантики из одной коробки в другую.

— Спасибо вам большое, — искренне поблагодарила мистера Оуха, крепко обняв старика.

— Мы обязательно ещё увидимся, — шептала Софи, погладив каждую собаку, — вы хорошие.

— Мисс Айрис, — чуть склонился Оух, сжав мою ладонь, тихо проговорил, — будьте осторожны, мы артисты надолго нигде не задерживаемся и немало повидали. Да и жизнь у нас нелёгкая и приучила смотреть в оба. Ведаю я, что непросто вам и девочке, серая мгла стоит у вас за спиной.

— Кхм…спасибо, мы справимся, — улыбнулась старику, посмотрев на играющегося с собаками ребёнка, добавила, — долгих и счастливых лет вам мистер Оух. Софи нам пора, идём.

— До свидания мистер Оух! — помахала ручкой Софи, — Джесин, Жан, Ирма хорошего выступления!

— До свидания, Айрис, Софи, — помахал в ответ старый артист, уводя под купол шатра своих подопечных. А на карусель и представление мы так и не сходили, но это ребёнка и меня ничуть не огорчило. Гораздо веселее вот так как мы пообщаться и прикоснуться к сцене за кулисами.

Возвращались домой, выбрав широкую аллею, окружённую высокими деревьями, с ещё висящими на них оранжевыми и красными листьями. Местами выложенная плоским камнем дорожка была разбита, местами засыпана палыми сухими листьями, поэтому всё чаще приходилось поглядывать под ноги.

Слушая Софи, которая с восторгом делилась впечатлениями о новых знакомых, я осторожно поглядывала по сторонам. Слова старого Оуха меня не напугали, но напомнили, что Дебра, скорее всего, не успокоилась и меня наверняка ищут.

— А ты видела, как мисс Джесин перекатывалась? — спросила девчушка, шаркающей походкой двигаясь задом наперёд.

— Видела, у неё ловко получилось, — улыбнулась Софи, проверила, что там за спиной ребёнка, нет ли рытвины, но заметив знакомые лица, глухим голосом произнесла, — стой! Давай повернём сюда, так будет быстрее.

И подхватив Софи за руку, поспешила к тропинке, ведущую к ещё одному полуразрушенному фонтану. Несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь унять участившее сердцебиение, борясь с нахлынувшей обидой… мистер Рейнард и мисс Гвендолин целовались… Хорошо они находились на соседней алее и нас не заметили, хотя… его светлость, наверное, давно забыл, как я выгляжу и мог попросту не узнать.

— Мистер Оух сказал, что они завтра утром уже отправятся в другой город, — произнесла Софи, прерывая мои грустные мысли, — а то мы бы ещё раз пришли, да же?

— Конечно пришли, — натянуто улыбнулась девочке, поворачивая к аллее, которая выведет нас из парка, — нам сюда, поторопимся, а то мистер Грэм уже волнуется, да и настойку он точно не выпил.

До площади мастеров мы добрались без приключений, заглянули на полчаса к Джилли, выпили горячего отвару с пышными, сдобными булочками, которые напекла её мама. Пригласили девушку зайти как-нибудь к нам в гости, поспешили домой. Мистер Грэм уже закрыл чайную лавку, на окнах опустил плотные шторы и сквозь них с трудом пробивался жёлтый свет лампы, сообщая, что хозяин дома и, скорее всего, читает одну из сотни раз, перечитанную книгу.

— Пришли, а я думал, ужинать один буду, — ворчливо проговорил дедушка, забирая у Софи курточку.

— Ну нет, от нас не так легко избавится, — рассмеялась я, быстро скидывая с себя тёплую одежду, поспешила на кухню, разогревать готовый ужин.

— Дедушка! — воскликнул ребёнок, проходя за мной следом, — я помогала провести репетицию трём артистам! Мисс Джесин, Ирме и мистеру Жану. Они ходили на задних лапках, ловили мяч и танцевали.

— Эээ, — растерянно промычал старик, с недоумением посмотрел на счастливого ребёнка, тут же перевёл свой взгляд на меня.

— Собаки дрессированные! — пояснила Грэму, с трудом сдерживая смех, такой забавный вид был у мужчины, — они за шатром были, а мы там лавочку присмотрели, чтобы перекусить.

— Вот как? Не довелось мне видеть таких собак, — задумчиво протянул дед, — а что они ещё умеют делать?

— Танцевать, катать мяч, крутиться на одном месте, — протараторил ребёнок, — а ещё они такие красивые и очень умные, когда мистер Оух сломал ногу, они за ним ухаживали.

Кухню после окончания позднего ужина мы так и не покинули, притащив с гостиной кресло, довольный ребёнок и счастливый старик, удобно устроившись в нём, до самого позднего вечера болтали. Софи рассказывала дедушке о маленьких артистах, делилась впечатлениями об увиденном. Грэму внимательно слушал, выспрашивал подробности и охал в особо восхитительных моментах, по мнению Софи.

Я же с ласковой улыбкой наблюдая за ними, тихонько хихикая, над время от времени заговорщицки склонившимися кучерявой и седой головой, которые точно что-то задумали. Лепила сахарные цветы, раскладывая готовые хрупкие бутоны на доску, наконец довольная полученным результатом.

Интерлюдия

— Ты задержался, — произнёс, обеспокоенным взглядом окинув Кеннета, — что-то случилось?

— Случилось, — хмыкнул друг, повернувшись ко мне спиной, скинул с себя куртку, которая ему была явно мала.

— Ты ранен! Тебе нужно к лекарю!

— Да нужно, но чувствую я себя неплохо, — хриплым голосом ответил мужчина, кивнув в сторону неприметной тропинки, проговорил, — я пришёл раньше назначенного времени, хотел убедиться в своих подозрениях, что за мной следят. Петлял по парку, но никого не заметил, а у ручья отвлёкся на женский крик и на меня тут же напали сзади. Теперь-то я понимаю, что это было отвлекающим манёвром, расслабился во дворце, пропустил...

— Пошли к лекарю, по дороге расскажешь.

— Я упал. Очнулся на коленях у потрясающе красивой девушки, но… кажется, она была не одна и знаешь, что странно… рана не болела, виски и спину жгло, но жар не обжигал.

— Тебе срочно надо к лекарю судя по разрезу на камзоле, тебя ударили ножом, и ты наверняка потерял много крови.

— Рей, во дворце точно предатель, я вбросил дезинформацию двум министрам, она, спустя неделю, ушла в Ирвелию, Гер доложил, — не слушая меня, произнёс Кеннет, остановившись под деревом, — надо проследить за Фримоном и Парсоном.

— Поставлю слежку, — ответил, подпихнув друга в спину, поторапливая, — идём, ты едва держишься на ногах и где достал эту куртку?

— У одного гуляки выкупил, — хмыкнул Кеннет. — не ходить же по парку с дыркой в спине… а всё-таки та девушка очень красива.