Глава 7. Наташа

Игореша в колготках явно не тянет на артиста балета, если бы зафоткать его в таком виде, то вопрос с увольнением решился бы раз и навсегда!

— Футболку снимать? — настроение у парня сегодня явно хорошее. Ничего, самое интересное я приготовила напоследок. Вот согласится ли он пойти до конца? Хоть бы нет.

— Не надо, — побуду немного добренькой. — И колготки можешь снять, — бровь Игоря поползла вверх, а в глазах появился нехороший блеск. — Вот только не надо выдумывать лишнего, штаны надень и носки, не хватало еще сапогами мозоли натереть.

— Вечно ты вся такая серьезная и предусмотрительная, самой не надоедает? — сноровисто снимая колготки (вот уж где опыт-то!), спросил он.

— Кто-то должен позаботиться о том, чтобы дети из-за нашего спора не получили психологическую травму, — ответила, сложив руки на груди. — Давай-давай! Вспомни, какими красотками были музыканты из «В джазе только девушки». Ой, ты, наверное, такое старье не смотришь?

— На Мерлин Монро я готов смотреть вечно, — и ехидно так добавил: — К твоему сведению, в оригинале диалоги звучать куда лучше.

Ну надо же, какая, оказывается, многогранная личность Игореша — и журнала Playboy у него нет, и на полках классики стоят (это он у родителей взял? Или с собой в Европу таскает?), в «Джазе только девушки видел»! Во всей квартире ему полностью соответствует только голая баба на стене в спальне. И вот я буду последней лохушкой, если это не работа от какого-нибудь знаменитого европейского фотографа. Мальчик оказался со вкусом. Только что ж дурак-то такой?

«Вот сейчас эту личность и приоденем», — мысленно потерла руки, и под ошарашенно-удивленный взгляд парня извлекла из пакета чудо инженерной мысли бельевой промышленности.

— Та-дам! — потрясла бюстгальтером перед носом Игоря. — Сейчас мы тебе состряпаем верхние «девяносто»!

— Что это? — он как-то брезгливо ткнул пальцем в шикарный лифтон с огромным пуш-апом. — Да если я такое уродство на девушке увижу, у меня упадет и вряд ли встанет!

— Игорь, ты собираешься подработать Снегурочкой не только для детей? — наигранно-удивленно воскликнула я. И как только до него дошло, что только-что сказал, я засмеялась. До колик в животе и слез из глаз — вид красного и пыхтящего любителя женского белья этому весьма способствовал.

— Конечно, — хмыкнул в ответ, — обожаю ролевые игры. Только с такой обвисшей грудью все разбегутся.

— Носки неси. Много, — сквозь смех выдавила я.

— Зачем? — ну как же с ним тяжело.

— Будем бронелифчик заполнять. Или у тебя свое есть? — мне показалось или в мою сторону было высказано нечто непечатное? На самом деле, я понимаю, что вероятнее всего после праздников работать в магазине уже не буду. Игореша слезно упросит родителя не лишать его наследства, а меня будет выживать любыми способами. Так почему бы и не отыграться напоследок?

Под стоны и ругательства, которые культурный человек не должен произносить в обществе девушки, был сооружен приличествующий бюст — умеренный и пропорциональный. Мы же не порно-Снегурочку готовим, в конце концов. Да и сарафан еще должен застегнуться.

— Отлично, — одобрила конструкцию. — Снимай осторожно, сейчас закреплю, я нитки захватила. Или тебе носков жалко? — нет, конечно, я могла бы купить немного синтепона или поролона, или еще чего подходящего. Но не упускать же такой шанс поиграть на нервах Игореши? Отобрала фальшивые “девяносто” и села пришивать вкладыши, чтобы не выпали в самый ответственный момент.

Между тем, Снегур, повертев в руках шикарные белые сапожки не самого маленького размера, довольно споро натянул их на ноги и даже застегнул. «Копыта очень стройные и добрая душа», — но это озвучивать не стала, да и «добрая душа» — не про Игорешу.

— Какой дебил придумал эти орудия пыток? — пыхтел парень, шагая как цапля по комнате. — И как вы с них не падаете?

— И падаем, и ноги болят до судорог. Но мужикам нравится, вот и калечатся бедные девушки в надежде подцепить молодого, холостого, богатого, ну или кого-нибудь. Да и придумал тоже мужик, вот сам бы и ходил, — разозлилась я.

— Не надо всё на нас сваливать. Если бы вы не хотели, не носили бы. Но вам нравится нацепить мини юбку, сапоги, а потом плакаться, что болят ноги и кто-то пристает, — мужская солидарность в действии.

— А на кого сваливать? Зачем далеко ходить, возьмем тебя — ты в каких выражениях высказал мне, даже не зная, кто я и что делаю? Сразу навесил ярлык. Глупенькие куклы на каблуках — вот, каких девушек предпочитают мужчины, — зло высказалась я. — И тем не менее, я тебе зачем-то помогаю. Да и пусть провалил бы ты все!

— А действительно, зачем ты мне помогаешь? Я бы пришёл в голубом халате и туфлях. Проиграл спор и уволился.

— Да ты мне сто лет не сдался, — ответила, сложив руки на груди. — Я не могу позволить, чтобы у детей была психологическая травма. Так что быть тебе Снегурочкой самой настоящей!

Я всегда к поручениям подхожу ответственно, поэтому субботу и воскресенье мы подгоняли сценарий под себя, чтобы поздравление не было сильно долгим, но ярким и запоминающимся. Кажется, Игорь смирился, что я от него не отстану, поэтому хоть и был очень недоволен и мы с ним цапались постоянно, но роль свою учил. И если относительно легкую походку на каблуках он освоил, то с голосом дело обстояло плохо. У меня тоже. Не работать нам на озвучке мультфильмов. Алмазов признавать этого не желал, и с упорством танка пер к цели. А я мысленно уже готовилась прощаться с коллегами — действительно не хочу испугать ребенка, пусть и ценой работы. В рукаве у меня оставался последний козырь, и если Игореша и его не испугается, буду сдаваться. Наш спор зашел слишком далеко.

— Ты на каблуках уже ходишь как женщина, — похвалила Снегура. — Осталось решить одну маленькую проблемку.

— Это какую? — парень поскреб пальцами заросший подбородок.

— А вот которую ты чешешь как раз, — на непонимающий взгляд пояснила: — Щетина. Снегурочка а-ля Кончита Вурст напугает кого угодно, а тут тебе не Европа, и побить могут. А еще волосатые ноги, ужасные брови и пальцы на руках, тоже волосатые. Да-да, их придется продепилировать. И еще один насущный вопрос, что будем делать с маникюром? Твои ногти, — бросила взгляд на его пальцы, — хоть и ухоженные, только вот на женские не тянут.

— Ну вот уж нет! — Игореша стал категорически отказываться от «женского» маникюра. — Я тебе не трансвестит, чтобы ногти наращивать!

— Так вот подумай над этим завтра, — я уже одевалась, чтобы идти домой. — На девятнадцать ноль-ноль ты записан к моему мастеру Маргарите на удаление волос почти отовсюду. Вот тебе визитка, салон «Элеганс». Спокойной ночи!

На улице было хорошо — морозно, снег искрился, народу гуляла тьма, но мне было не до веселья, час поражения все ближе.