Глава 29. Влад

Я ушел вовремя. Иначе мог не сдержаться и все испортить. Наступала ночь, а ночью на многие вещи смотришь по-другому. И можно наломать дров.

На грядущие выходные у меня грандиозные планы. Зря Инна думает, что снова упорхнет от меня. Я все-таки попробую переселить прекрасную бабочку на свою планету.

Утром не торопился в офис. Дела пошли на лад, порядок я навел. Хотя надо было сегодня пойти на работу вместе с Инной. Я снова разместился с ней по соседству.

Инна уже наверняка в своем салоне. Трудится, а я, как последний лентяй, только-только соизволил явиться. Но мне можно, я же хозяин всего этого тридцатишестиэтажного великолепия.

За всеми событиями и не заметил, как Светка перестала мне названивать. Хорошо, что она все поняла. Не спеша вошел в холл небоскреба и нос к носу встретился с ней. Только стоило подумать о Бочкаревой — и на тебе!

Она холодно поздоровалась и гордо прошла мимо. Я сдержанно ответил на ее приветствие. До сих пор не уехала. И чего выжидает? На что надеется? В руке рыжеволосая бестия держала алую розу на длинном упругом стебле. Она небрежно помахала ею, бросила в урну у входа и надменно посмотрела на меня через плечо.

Видимо, Петрович все не отступает. Наивный! Но какой упорный!

До вечера мне надо многое сделать. И главное, кое-что купить для Инны. Она, как всегда, будет брыкаться. Но я к этому готов.

* * *

В столицу мы отправлялись в субботу утром. Лететь чуть больше двух часов. Небольшой легкомоторный самолет моей фирмы ждал нас на частном аэродроме. До него добрались быстро. Инна снова одела длинное черное платье и шубку. Не стал говорить ей, что в свете появляться в одном и том же дважды считается дурным тоном. Она все равно отказалась бы покупать еще одно вечернее платье. А уж про шубу и говорить нечего.

Но я знал, как исправить положение. Мы сели в самолет. Удобно расположились в просторном салоне на кожаных креслах. Инна сбросила шубку и достала шелковый палантин.

— Прости, но тебе придется сменить его, — я осторожно потянул с ее плеч шелковую ткань, и она легко соскользнула на пол.

Инна недоуменно посмотрела на меня.

— Знаю, ты будешь возмущаться, но смирись. Это не обсуждается, — я достал из объемного бумажного пакета и накинул ей на плечи соболий палантин. — Моя девушка не может появиться дважды на людях в одном и том же туалете. Меня сочтут скупым и поднимут на смех.

Инна замерла, и я поправил на ней меха.

— Это безумно красиво, — только и смогла произнести она.

— Сегодня нас ждет не встреча с моими состоятельными одноклассниками, а настоящий светский раут. Это совсем другой уровень в плане вечерних туалетов. Тут без соболей не обойтись.

— Мне уже страшно, — Инна закуталась в меха. — Боюсь, что сяду в лужу.

— Уровень другой, но это выражается только во внешнем блеске. Люди везде одинаковы. Две руки, две ноги, одна голова. Ну, у женщин еще пластика на лице и в других местах, подороже и покачественнее. Вот и все отличие. Так что бояться нечего. Палантин тебя спасет.

Я заметил на лифе платья мою брошь. Инна никогда не расстается с ней. Даже сюда надела. От этого почему-то стало тепло на душе.

— Ты носишь мою безделушку, — я тронул ее пальцем, и у бабочки затрепетали бриллиантовые крылья.

— Она — мой талисман, — улыбнулась девушка. — А ты знаешь, что ее можно носить и как подвеску?

— Нет, я думал, это просто брошь.

Инна отколола ее и показала мне обратную сторону украшения.

— Знаешь, это очень кстати, — заметил я.

Открыл кейс и достал из него черный бархатный футляр.

— Тебе придется еще кое-чем дополнить платье. Добьем столичных аристократов. Это колье изготовил один из мастеров Златогорского ювелирного дома. Мой давний приятель. Редкий талант, наш местный Фаберже. Просит прорекламировать его продукцию. Не возражаешь побыть моделью для ювелирного произведения искусства? Думаю, бабочка сюда очень подойдет

Нажал на замок футляра, и он с легким щелчком открылся. Инна замерла и не смогла скрыть восхищенного возгласа. Мое тщеславие ликовало. Я не зря старался и смог удивить Инну.

Колье в форме тонких веточек из белого золота и бриллиантов редкую девушку оставило бы равнодушной. Я повозился с брошью, и бабочка заняла достойное место на украшении.

— Согласись, хорошо получилось?

— А колье не сломается? — Инна осторожно дотронулась до украшения. — Веточки такие тонкие.

— С чего ему ломаться? Я и украшение не в аренду взял. Купил. Ничего страшного, если погнется немного, — даже не предполагал, что смогу смутиться. — И вообще, это для тебя. Мой подарок.

— Прощальный? — Инна не смогла скрыть испуг. Ее большие глаза стали еще больше.

Это согрело мне душу. Не хочет она со мной расставаться!

— И не надейся, — рассмеялся я. — Просто потому что я хочу тебя баловать. Не надо ничего говорить. Я знаю все твои слова — дорого, не возьму, неприлично, не хочу быть обязанной… Мы обсудим все сегодня вечером. А пока позволь мне надеть его на тебя. Тут очень хитрая застежка, ты не справишься.

Я понятия не имел, какая там застежка.

— По-моему, это ты хитрый, — рассмеялась Инна. — Я не приму этот подарок, и не уговаривай. Но на вечер надену. Ты же не отстанешь, я тебя знаю.

— Конечно, не отстану.

Я подошел к Инне. Она покорно откинула волосы с затылка и наклонила голову. Застежка оказалась хитрее, чем я думал.

Непокорный завиток русых волос мешал мне. Я осторожно убрал его с Инниной шеи. Не удержался, и подул на него. Инна вздрогнула и замерла. Ее напряжение передалось мне. Если я немедленно не надену на нее это проклятое колье, романтичный вечер закончится раньше, чем мы долетим до Москвы. И Инна будет права, если даст мне по физиономии.

К счастью, застежка все-таки щелкнула, и я вернулся на свое место.

Загудели турбины, и мы пристегнули ремни. Самолет начал разбег. Как только набрали высоту, Инна не удержалась и достала зеркальце. Бриллианты сверкали под солнечными лучами холодными искрами.

— Безумно красиво, — она провела тонкими пальчиками по украшению и задержала их на бабочке.

— Это всего лишь достойная оправа для такого бриллианта, как ты, — улыбнулся я.

— Ты беззастенчивый льстец, но мне приятно, — беззаботно рассмеялась Инна. — Кажется, сегодня нас ждет фантастический вечер.

— И ты даже не представляешь, какой! — впереди ее ждал еще один сюрприз.

Настало время признаться Инне в том, что я к ней чувствую. Я долго скрывал это даже от себя. Пора расстаться с одиночеством и мне, и ей. Больше я не упущу мою трепетную бабочку.

* * *

Олег любезно прислал за нами в аэропорт автомобиль. Его загородная усадьба располагалась в закрытом элитном поселке. Инна закуталась в палантин и спрятала лицо в меха. Доехали быстро. Глухие ворота бесшумно распахнулись, пропуская нас в элитный мир, куда вход простым смертным наглухо закрыт.

— Тебе неуютно? — удивился я.

— Да, — кивнула Инна. — Я никогда не бывала в подобных местах. Высоченный забор, серьезная охрана. Закрытый мир.

— Мир богачей и снобов? Ты так подумала?

— Почти. Это не наша провинция. Такого размаха я никогда не видела. Каждый дом — настоящий дворец.

Автомобиль свернул на боковую улицу и подъехал к небольшому поместью моего кузена. Миновал кованые ворота с вензелем, проехал по аллее, мимо заснеженных голубых елей и остановился у портала. На высоких ступенях стоял Олег. Рядом с ним куталась в шубу его жена Кристина.

— Рады видеть вас, — улыбнулся Олег.

Кристина оскалилась светской улыбкой и слегка кивнула.

Моему кузену сорок три. А его второй жене двадцать пять. Она очень заботится о том, чтобы выглядеть как настоящая светская дива. И это ей удается. Холодная, высокомерная, с завышенным самомнением. Но светская дива и истинная леди — не одно и то же. Жаль, мало кто видит разницу…

Олег гордится молодой женой, как очередным трофеем. У них двое детей. А от первой жены у моего двоюродного брата взрослый сын. Он всего на пару лет младше Кристины. Первый раз Олег женился рано. Возможно, поэтому брак и не был удачен. Впрочем, не думаю, что второй получился намного лучше.

Все знают, что Олег продолжает гулять направо и налево. Думаю, даже Кристина об этом догадывается. Но ей беспокоиться не о чем — в случае развода она получит отличную компенсацию.

Мы прошли в зал. Гостей пока было немного. Живая музыка. Несколько пар танцевали, легко скользя по янтарному паркету. Официанты разносили вино и легкие закуски.

Я увидел Проворнова с сестрой. Даже не сомневался, что встречу тут эту парочку. Все-таки Игорь пытается пристроить непутевую Алису. Игорь кисло улыбнулся мне. Видимо, надеялся, что слухи о моей помолвке были лишь сплетнями. Как же Инна выручает меня!

Протянул Инне руку:

— Хочу пригласить тебя на танец.

Ее палантин соскользнул с плеч. Я подхватил его и бросил на кресло.

— Ты очень красивая, — мне безумно хотелось поцеловать ее.

— Благодаря твоим стараниям, — рассмеялась она. — Это ты нарядил меня как настоящую светскую даму. Спасибо, мне нравится.

— Поверь, не одежда делает женщину красивой.

— А что же? — она лукаво посмотрела на меня. — Скажешь, душа? Не верю, что мужчинам безразличен внешний блеск.

— Для меня важна не только внешность. Ты необыкновенна во всем, это не пустые слова, — я погладил ее спину.

Почувствовал, как Инна прогнулась и напряглась. Но уже через мгновение рассмеялась:

— Я знаю, просто вредничаю. Хочется, чтобы ты говорил мне комплименты. Это безумно приятно.

Привлек Инну к себе, и мы начали наш танец. Инна — необыкновенная партнерша. Она предчувствует каждое мое движение и откликается на него. Ее тело гибко и податливо. Провел рукой по ее обнаженной спине, потом погладил плечи.

Сегодня Инна волновала меня особенно сильно. Я заглянул ей в глаза. Они были темны и подернуты томной поволокой. Совершенно неуместные мысли лезли в голову. Не удержался, и крепко обнял ее. Она замерла в моих руках как пойманная птичка. Слышал, как бешено бьется ее сердце. Да и мое пыталось выскочить из груди.

Танец закончился, и я ослабил объятья. Загадочная улыбка тронула губы Инны. О чем она думает?

К нам подошел репортер и попросил разрешения сделать снимок. Это отвлекло меня от порочных мыслей.

— Для журнала «Мир элиты», — сообщил корреспондент. — И пару слов для наших читателей.

Я посмотрел на Инну. Она на мгновение задумалась.

— Не стоит, — произнес я.

— Нет, почему. Я не против, — улыбнулась Инна.

Она поднялась на цыпочки и шепнула мне.

— Надо довести дело до конца. Мы же тут ради этого.

Я обнял Инну за талию и привлек к себе. Наклонился к ее уху и тоже прошептал:

— Не только.

Вспышка фотоаппарата ослепила.

— Вы будете делать официальное объявление о помолвке? — задал вопрос репортер.

- Считайте, оно уже сделано. И ваше издание будет первым, кто напечатает эту новость.

— Благодарю за оказанное доверие, — корреспондент не скрывал радости. Еще бы — эксклюзивная новость!

Инна улыбнулась мне светской улыбкой. У нее почти получилось. Но какая-то напряженность мелькнула в уголках ее губ. Или это была горечь?

— Больше нам нечего сообщить, — я дал понять корреспонденту, что в подробности помолвки его посвящать мы не собираемся.

Он учтиво поклонился и моментально исчез в темноте зала.

— Думаю, после того как наша фотография появится в журнале, от тебя все отстанут окончательно, — заметила Инна.

— Надеюсь, мы потратили время не зря. Спасибо тебе. А теперь забудем о нашем фарсе. Он закончен. Я хочу, чтобы ты сегодня просто беззаботно веселилась. У тебя все налаживается. Мне обещали помочь и ускорить твой развод. Так что скоро ты будешь свободна, как бабочка.

— И ты тоже, — засмеялась она. — Тебя, наконец, оставят в покое.

— Очень надеюсь.

Тень грусти промелькнула на ее лице:

— Отсюда ты уже не вернешься в Златогорск? Останешься в Москве?

— Почему?

— Ты и так сильно задержался в нашей провинции.

— Я не хочу уезжать из так называемой провинции. И виновата в этом ты, — я сказал то, что давно должен был сказать.

Инна тихонько вздохнула.

— Ты что-то погрустнела.

— Нет, ничего, немного устала. Какое-то дурное беспокойство. Или предчувствие чего-то. Но все это просто нервы, как говорит моя свекровь. Пустое, пройдет. Спасибо, что возишься с моими проблемами. И с квартирой помог, и с Димой. Что бы я без тебя делала, мой друг? — шутливо спросила Инна.

— Ты преувеличиваешь мои заслуги. Не будем думать о грустном. Все наладится, я уверен. И давай выпьем по бокалу шампанского. Не возражаешь?

— Нет, — задорно улыбнулась она.

Я взял с подноса проходившего мимо официанта два бокала и подал один Инне.

— За исполнение наших желаний. (3303c)

Наши бокалы тонко зазвенели. Прозрачные пузырьки искрились в напитке и поднимались к поверхности.

Инна посмотрела мне в глаза с каким-то веселым отчаянием.

— Что-то говорит мне — сегодня будет волшебный вечер.