Глава 12

Глава 12

Дальше дни полетели еще быстрее, доверху наполненные разнообразными делами.

В академию Бальмануг пока не разрешили вернуться, к ее большому сожалению, ведь Вакрок вновь уехал. Да, авайны уехали и уже не представляли угрозы девушке, но опекун открыто заявил: пока вертал в столице, разве не хочет Хелен, чтобы Зуб Дракона был как можно быстрее исследован.

Да, Хелен хотела избавиться от авайновского артефакта. Пусть он давал ей дополнительное магическое могущество, но зачем оно ей, девушке в сугубо мужском мире? Чтобы нервировать эйров и быть лакомым куском для чужих семей? Спасибо, не надо. Своими изобретениями и артефактами она может заниматься с любым уровнем магии и без нанов, для этого Зуб Дракона ей не нужен, без него даже спокойнее будет. А что ей точно нужно – так это вернуть брата из Большого леса, где он томился заложником из-за этого камушка. Вернуть свою семью, то, что от нее осталось.

Поэтому теперь по утрам Хелен занималась в рабочем крыле дома, где у нее был свой кабинет неподалеку от кабинета опекуна. Преподаватели из академии нагрузили ее заданиями, которые девушка старательно выполняла, обложившись книгами из герцогской библиотеки. После обеда приезжали артефакторы и Муратар Ари и занимались Зубом Дракона. В это время Хелен либо помогала им в экспериментах, либо занималась своими делами, например, с Тезером испытывали в коридоре скейтборд, то есть очередную версию "каталки без ручки", которую ей прислали дверги.

Хелен по-прежнему делала вид, что подобные каталки, мол, игрушки самих двергов, а ей доверили только улучшить колеса. Или добавить артефакты, заставляющие каталки двигаться самостоятельно, если у нее, студентки-первокурсницы, получится. Да, была у попаданки идея сделать в этом мире "электро" транспорт, только на магической тяге – как ту летающую доску, которую им с Гарратом предстояло как-то довести до ума.

Самих двергов в дом герцога пока не пустили, прошло не больше седьмицы, как Хелен предоставила список нужных ей ремесленников, поэтому безопасники еще не успели проверить их на благонадежность. Зато пару раз отпускали саму девушку в гости к Ларкам! Конечно же, в сопровождении большой компании.

Йеанетт по-прежнему был ее телохранителем от Артама – не то академия берегла свой "бриллиант", не то королевская семья лично контролировала. Агуэла, как компаньонка, сопровождала знатную девушку при выезде и была человеком жениха. Абурс, как глава охраны герцога, выделял воинов для охраны Бальмануг. А сам герцог приставил к выезжающей в город девушке Тезера. Непонятно зачем, может, не столько для контроля, сколько для того, чтобы младший сын познавал мир во всем его разнообразии в компании "названой сестры"? И действительно, еще неизвестно кто больше радовался поездке в шитеровскую гостиницу – Хелен, желающая встречи с Ларками, или Тезер, чьи глаза горели неуемным любопытством, а рот не закрывался, засыпая вопросами на протяжении всей дороги.

Когда они такой значительной компанией с кучей охраны – как боевых магов, так и шитеров – впервые заявились в ресторан в "Синем пескаре", то произвели впечатление на местных жителей. Завсегдатаи даже не сразу признали Хелен. Например, находящийся в ресторане опять со своими дочками тот чиновник из хозяйственной управы, с которым когда-то приходилось спорить из-за проверок гостиницы по жалобам двергов-конкурентов. Он внимательно оглядел роскошный наряд заявившейся гостьи, ее сопровождение, которое заняло несколько столиков сразу, а затем, подняв взгляд выше, в лицо Хелен сам изменился в лице. После чего старательно раскланялся.

Заниматься своими личными делами под присмотром стольких глаз не стоило, зато Хелен пообщалась с Шелли, подняла престиж заведения своим пышным появлением, ведь сюда их привезли в каретах с герцогскими гербами, заглянула в соседнее здание, где заканчивались ремонты. Поднялась и в апартаменты Уеаткона, чтобы проверить, как там идут дела, ведь пообещала Артаму закончить до открытия центра. Поскольку о "ремонтных услугах" Бальмануг для Уеаткона Лернавай уже знал, то девушка не постеснялась сюда заглянуть вместе с компаньонкой. Тезера в это время отвлекали во дворе шитеры с Рголом.

Оказывается, Норби забрали себе часть внутреннего просторного двора, устроив там что-то вроде тренировочной площадки, куда Джан с Когой пригласили молодого сына герцога. Непонятно зачем Норби "уличный спортзал", если такое же было в соседней гостинице Ларков. То ли "офисные сотрудники" из клана Норби не могли и полдня высидеть, чтобы не спуститься и не потренироваться немедленно, то ли прямо на месте проверяли кандидатов, кто приходил наниматься в их охранное агентство, куда Хелен когда-то предложила брать и людей. Или, может, просто занимали любую доступную территорию для себя, как то в крови у шитеров.

Когда Шелли пожаловалась на "захват" двора Норби в том здании, где у Ларков аж два заведения, то посмеивающаяся Хелен предложила тогда "для справедливости" Ларкам на оставшейся части двора устроить террасу от своего ресторана. С навесами, столиками для клиентов, даже высокими растениями в кадушках.

– Но этот ресторан будет для эйров! И как предлагать им столики... с видом на тренирующихся мужчин? – всплескивала руками молодая шитера.

– О-о! Я уверена, что именно эти места будут в первую очередь расхватываться... эйрами, – смеялась Хелен. – Да, эйра Фадира?

– Скорее всего так и будет, – хмыкала в ответ Агуэла.

Они смотрели на ту самую площадку из окон второго этажа, уже из кухни ресторации Ларков. И сейчас на площадке молодые парни – крепкие лохматые шитеры, один здоровенный полуобнаженный и лысый голин и пара людей в изысканных теплых сюртуках, одним из которых был Тезером, о чем-то спорили вокруг турника для подтягиваний.

– Но как компаньонка, эйра Бальмануг, я должна сделать вам замечание, что юным незамужним эйрам не положено знать такие... нюансы, – добавила Агуэла совершенно спокойно, без всякой претензии в голосе.

– Будем считать, что вы его сделали, – улыбнулась Хелен. – И будто я учла ваше замечание на будущее. Ой, Шелли, представляешь, эйра Фадира не просто компаньонка, но еще и телохранительница. Здорово, да?

Крепкая Шелли откровенно и даже придирчиво смерила взглядом фигуру невысокой женщины от макушки до подола скромного платья.

– Не смотри, что человеческие женщины мельче ваших, из них тоже могут получаться хорошие воины, – продолжала Хелен, обращаясь к сестре. – Особенно если они еще маги. А также умеют кое-что. Ой, представляешь, меня тоже собрались учить использовать отмычку... для разного.

Брови Шелли поползли на лоб.

– Тебя, эйру, учат с отмычкой работать? Хелен, а ты точно в доме герцога живешь? А не у какого-нибудь... Прошу прощения, эйра Фадира.

– Может, предложить Норби набирать в свое агентство также и женщин? Как раз для охраны эйр, например? – продолжала щебетать вдохновленная Хелен. А что, если у безопасников есть женщины-шпионки, то почему бы шитерам тоже так не поступать. – Эйра Фадира, если вдруг вас уволят из... кхе, вам понадобится другая работа, вы согласитесь устроиться в лучшее охранное предприятие в столице?

Теперь удивление было в изобилии и на лице компаньонки.

– Угу, озадачь Норби по полной, странная человечка. Кога говорил, в их клане до сих пор не все согласны, что стоило нанимать людей, – доложила Шелли. – Но женщин они никогда не возьмут в охрану. Это же опасно! Для самих женщин, конечно.

– Хм, тогда... – призадумалась на миг Хелен. – Тогда, эйра Фадира, вы можете быть преподавателем в моей школе изящных искусств...

Теперь уже обе спутницы ошарашенно уставились на Бальмануг.

– Да, точно! Введем уроки самообороны для девочек, да? Очень нужное дело! – воодушевленно сочиняла на ходу Хелен. – Уметь вовремя угомонить чрезмерно увлекшегося кавалера, особенно если он навязывается против желания самой девушки, порой гораздо важнее знания этикета.

Увы, это она знала на собственном примере. Знание, как вежливо послать мужика, не сравнить с умением сломать ему руку, если она тянется куда не надо.

– Знаете, эйра Бальмануг, что меня больше всего тревожит в ваших словах, столь необычных для девушки вашего круга? – после паузы осторожно протянула Агуэла. – Ваше замечание, что меня могут уволить. Это случится только в случае большого провала в работе, но я не допущу подобного.

И понимай как хочешь. Но Хелен только отмахнулась.

– Или если вы сами захотите сменить работу, эйра Фадира, на более спокойную. Быть учителем в школе гораздо проще, чем компаньонкой, постоянно проживающей в чужом доме, – поясняла Бальмануг свои предложения. – Полдня занятий и вы можете возвращаться каждый вечер домой к своим детям.

– У эйры семья? – вот теперь удивилась Шелли. – И она тем не менее работает?

– Я вдова, – сухо ответила Агуэла и отвернулась к окну.

Во дворе с турника как раз легко спрыгнул оголившийся до пояса Кога, уступая место человеку. Тезер в одной белоснежной рубахе, скинув сюртук на руки своему сопровождающему, в свою очередь приступил к подтягиваниям и прочим выкрутасам на перекладине. Ргол бы присоединился к ним с радостью, догадывалась Хелен, но вес даже молодого голина не всякий турник выдержит, поэтому "не зеленому" парню приходилось только маяться рядом.

– То есть всё-таки можете совмещать и семью, и работу? – не отступала Шелли, и взгляд ее, упершись в стену, стал отрешенным и задумчивым.

***

– Ох, я же еще хотела видеть Саву! И других ваших мальчишек-разносчиков, – вспомнила Хелен и предложила отправиться в чайную Болта, которая располагалась в этом же здании.

Заодно посмотрят, как там обстоят дела. Хелен знала, что для своего однорасника дверги-мастера в первую очередь закончили ремонт, а теперь в его же заведении устраивали свои обеды и "производственные" посиделки-совещания, которые не обходились без обильного застолья.

Когда они переместились в чайную, раскланялись по дороге и в самом кафе со всеми знакомыми и полузнакомыми двергами, выпили по первой чашке чая с плюшками, обменялись парой сотен слов с сам Болтом, только тогда смогли вернуться к своему разговору.

Хелен рассказала Шелли, как она ездила в военный госпиталь и зачем ей беспризорники, подрабатывающие на улице.

В самом госпитале девушке понравилось, насколько вообще могут нравиться подобные места. В местном, по сути средневековом госпитале было по-королевски... чисто и опрятно, везде царил порядок. Уже за одно это можно было поставить пять балов заведению. Госпиталь занимал большую территорию, состоял из нескольких зданий, не считая подсобных построек, окруженных деревьями и за единой оградой.

Персонал был в меру вежлив. Уеаткона с компанией встретили не то чтобы торжественно, скорее по-деловому и так, будто Артам был здесь завсегдатаем, как-то уже привычно, что ли. На Хелен с компаньонкой не обращали особого внимания, когда Уеаткон с парой лекарей провели всех по основным местам и широким коридорам, вроде как с экскурсией. Даже в пустующую сейчас "операционную" позволили заглянуть гостям. Молодым Кагматтам, конечно же, доставалось больше внимания местных магов-целителей, тем более сами парни не терялись, а живо интересовались всем подряд.

Только когда в конце экскурсии, как раз в той самой операционной, Уеаткон упомянул главному из сопровождающих, что именно Хелен будет поставлять оборудование, и предложил обсудить с ней вопросы, мужчины соизволили глянуть на девушку. Но к их чести не стали показывать, что стройная юная эйра не очень соответствует обычным понятиям поставщика, по крайней мере, вслух никто ничего не сказал.

Ее попытались увести в кабинет управляющего для беседы, но Хелен попросила показать на месте, чем сейчас пользуются лекари. И, честно предупредив, что сама ничего не понимает в медицине, попросила подробно рассказать, чего бы хотелось целителям для удобства их работы. Конечно, вначале мужчины выразительно переглянулись, снисходительно поглядывая на Хелен, которая достала один из своих самосшитых "блокнотов". Но по ходу дела, когда она задавала уточняющие вопросы, взгляды целителей становились всё более озадаченными. Например, когда спросила, как они обрабатывают хирургические инструменты, как выглядят их "жарочные шкафы". Сказала наобум, не знала, как здесь медики стерилизуют свои скальпели и прочее.

– Откуда эйре знать о таких шкафах? – спросил один из целителей. Эти устройства посетителям на экскурсии не показывали. – В вашем роду есть лекари?

– Нет, но... хм, мой отец был огневиком, а он говорил, что в огне любая зараза сгорает. А у вас здесь везде так чисто, вот я и подумала, что инструменты вы тоже как-то обрабатываете, – старательно похлопала ресницами Хелен. – Но вряд ли их как посуду моют в тазу, сильное прогревание скорее бы убрало все бакт... м-м, всё ненужное, да?

Оказалось, что в госпитале действительно используют особые металлические шкафы, где разложенные на решетках инструменты очищали раскаленным паром, а сами устройства стоят в отдельных помещениях. Гостей отвели, показали, как те шкафы устроены.

– Но разве пар не мешает? – спрашивала Хелен, заглядывая в недавно открытый шкаф, пока еще пышущий жаром, где остывала партия скальпелей и чего-то подобного, и видя конденсат на содержимом. – То есть после влажной обработки приходится всё сушить, и бинты так вряд ли обработаешь.

Хелен не знала детально, как с такой задачей справляются медики в ее мире, но почему бы самой не додумать.

– А без пара, то есть воды нельзя обойтись? Если просто прокаливать воздух?

Как в духовке, например. Интересно, сколько нужно градусов, чтобы убить все бактерии? И есть ли у магов термометры?

– Получается слишком большой расход кристаллов, – ответил ей маг помоложе. – Обычное топливо мы не можем использовать для подобных шкафов, иначе будет грязно в помещении. Приходится использовать силосодержащие кристаллы, но в случае с воздухом, а не паром получается более затратно...

– Если улучшить теплоизоляцию шкафов, то расход кристаллов можно значительно уменьшить! – сообщила Хелен. – И в этой комнате не будет так жарко.

– И горячим воздухом сложнее управлять. Как обеспечить равномерную обработку? Внизу инструменты слишком перегреваются, сверху недостаточно, – добавил маг.

– Значит, надо продумать принудительную вентиляцию замкнутого цикла внутри шкафа, – проговаривала Хелен, быстро записывая в своих листах. Склонив голову, она не видела, как переглядывались мужчины. – О, еще звуковой и световые "датчики" можно предусмотреть в конце завершения работы. И "таймер" чтобы можно было выставлять время обработки...

Она уже попросила несколько дней назад вертала Ари сделать секундомер, подробно объяснила требуемое, сама бы не осилила выполнить такой механизм. Теперь придется озадачить его еще новыми идеями, таймер тоже нужен.

– Простите, эйра, что вы сказали? – переспросил один из лекарей, не расслышав бормотание девушки.

– Ох, простите, это... наши, артафакторские словечки... – мило улыбнулась Хелен и засыпала мужчин новыми вопросами, чтобы не цеплялись к ее иномирным словам, опять некстати проскочившим.

О том, что она сделает все-таки носилки, высоко приподнятые и на колесиках, девушка просто поставила перед фактом лекарей. Надо же ей свою идею в академии доделать. И будет приятнее, если ее задумка в дальнейшем упростит работу санитаров.

– Чтобы с операционного стола больного можно было легко перевести в палату, даже один человек с такой работой справится, – объясняла Хелен, зачем нужна каталка-носилки. – И кровать можно тоже улучшить. М-м, чтобы она регулировалась по высоте, углам наклона разных частей, ручки можно предусмотреть по бокам, чтобы больной мог сам вставать... И тоже на колесики можно поставить, с тормозами, конечно.

В своей прошлой жизни девушка с настоящими кроватями-трансформерами в больницах, к счастью, не сталкивалась. Но смутно помнила по сериалам о врачах, что медицинская мебель тоже бывает навороченной.

– Чтобы кровать менялась по высоте? – хохотнул маг помладше. – Зачем?

Целитель из тех, что постарше, задумчиво нахмурил брови и повернулся к Артаму.

– Эйр Уеаткон, это возможно сделать?

Тот глянул на Хелен, а она ответила:

– Не обещаю, что результат будет быстро, но вы, эйр Уеаткон, можете заказать разработку подобных улучшений в академии нашему факультету. Тогда даже платить за патент не придется. Что касается носилок, заказ на которые одобрил декан Эмирит, то они почти готовы, только немного доработаем со студентом Гарратом, и всё.

Да, вряд ли она сможет заинтересовать двергов изобретениями на больничные койки, лучше оставить это осебрутажцам. Как раз пусть корона оплачивает затраты на разработку. Да и других студентов можно будет приобщить к делу, будет им чем заняться.

– "Нашему факультету"? – переспросил лекарь помоложе. – Эйра учится в академии?

И неосознанно провел рукой по волосам приосаниваясь.

"А он думал, что Уеаткон, известный ловелас, просто для компании притащил сюда одну из своих девиц?" – возмутилась про себя Хелен.

– Да, эйра Бальмануг учится на артефактора и уже много интересных штук придумала, – добавил с гордостью Тезер.

– Я же говорила, что самокатные игрушки не мои, а дверговские, я только колеса им улучшаю, – тихо прошипела в сторону младшенького Хелен, заметив, как округляются глаза у местных целителей.

Хватит с нее чужого внимания, дядя уже попенял, что она в столице успела прославиться. Так ведь можно привлечь внимание той недружелюбной родни.

В любом случае лекари впечатлились и теперь именно ради Хелен провели расширенную экскурсию, куда только не заводя "будущего артефактора". Теперь девушка с наиболее любопытным Тезером шла впереди с целителями, а Артам с Вакроком следовали за ними в конце делегации, разговаривая о чем-то своем.

В одном из второстепенных коридоров они наткнулись на больного, который, сидя на лавке, швырял нож в деревянную панель на стене напротив. А затем подтягивал его к себе обратно за тонкую веревку, привязанную к рукояти. Конечно, веревка мешала полету и меткости, нож чаще соскакивал, из-за чего небритый мужик в помятой рубахе ругался.

– Сверрин, вернись в палату, – строго велел один из целителей, когда они всей компанией повернули в тот коридор.

Мужик зыркнул на них из-под косматых бровей, как раз подтащил за веревку к себе нож ближе, и прямым, но нецензурным текстом ответил врачу, куда тому идти.

Пока один из сопровождающих извинялся перед эйрами за те грубости, что нельзя было говорить "отличившемуся капралу, удостоенному особой награды" в присутствии дам, а другой приблизился к самому больному и выговаривал ему, мужик огрызнулся:

– Когда меня уже выпустят из этой грыховой шараги? Чтобы я уже пошел да упился до смерти! И сдох в канаве. Лучше бы помереть в объятиях грудастой красотки, но на меня теперь и продажные женщины не взглянут. Я не просил меня спасать такой ценой! Так что теперь рот мне не затыкайте!

Артам и Вакрок догнали их, подошли поближе, чуть оттеснив девушку. Вакрок тоже сделал замечание мужчине, чтобы тот не выражался при дамах. Поэтому досталось и парню.

– Тебе, красавчику, хорошо говорить! Тебе девки небось не отказывают, сами вешаются. А мне куда теперь такому, – мужик хлопнул себя по одному колену, и Хелен поняла, что ниже у него пустая штанина.

– Тебе предоставят бесплатно кресло с колесами, – подпрягся Уеаткон. – И ты сможешь вернуться к семье...

– Какой семье?! Не успел я ее завести, а теперь уже и не будет! – ярился мужик. – Ничего теперь не будет! Только и осталось что сдохнуть в канаве.

Так вот кому достанется одно из ее кресел, которые просил Уеаткон, поняла Хелен, глядя на пациента, сгорбившегося и нервно дергающего в руках ножик. Она смотрела на его осунувшееся лицо, давно небритую тяжелую челюсть, лихорадочно блестящие глаза и понимала, что мужчине в первую очередь не инвалидное кресло нужно, а работа с психотерапевтом. Только где в этом мире такого взять?

Извиняясь за поведение больного, сопровождающие предложили эйре Бальмануг пройти дальше, но девушка уперлась.

– Капрал – это ведь офицерское звание? Вы, эйр, обучены грамоте? – спросила она у самого пациента в мятой несвежей одежде.

Тот на какой-то миг опешил, а потом в грубой форме высказал, что он не эйр, но если дамочка думает, что он неграмотен, то ей следует... Уеаткон с братьями Кагматтами его вовремя заткнули, тоже чуть не на грубости переходя. Хелен опять вмешалась, пытаясь успокоить мужчин.

– Отлично, капрал... Сверрин. – Ей подсказали имя. – Тогда прежде, чем сдохнуть в канаве, вы можете выделить немного личного времени, которого, как я понимаю, у вас теперь больше, чем бы вы хотели, на уроки грамотности?...

– Для тебя, крошка? С удовольствием! Могу много чему... – Оскалился мужик, но его совсем уж грубо осадил Вакрок.

– Нет, уроки чтения и письма нужны для пары мальчишек, – выдала Хелен мужчинам, озадаченно на нее глянувшим при этих словах.

Даже Сверрин не перебивал, пока девушка вдохновенно щебетала, хлопая ресницами, что, мол, некоторым мальчишкам-посыльным с улицы пора подниматься по карьерной лестнице. И она с удовольствием бы взяла их посыльными в свой магазин, но ее курьеры должны быть грамотными. Только, как жаль, но у мальчиков нет родителей, и некому обеспечить им обучение. И как было бы хорошо, если бы уважаемый капрал, которому всё равно теперь нечем заняться, дал бы несколько уроков...

– А мне зачем всё это? – не понял мужик, тряхнув головой и наконец-то вклинившись в поток журчащей речи Бальмануг. – Я лучше буду пить! И тискать подавальщиц... И деньги мне не предлагай, красотка, мне вроде бы какую-то пенсию обещали. Чтобы упиться хватит, а большего мне не надо. Хотя, если ты сама...

И опять похабную ухмылку выдавил на лицо.

– Я вижу, что вы вполне крепкий, – успела перебить его Хелен. – И упиваться до смерти вам придется о-о-очень долго. А там, гляди, и пенсия быстро закончится. Грустно будет оказаться в канаве... трезвым и живым, да? Но если вы обучите мальчишек грамоте, и они сдадут экзамен успешно, то я... могу предложить вам бочонок самого крепкого дверговского пойла, из тех крепчайших, что они даже не продают людям. Чтобы уж наверняка вы могли помереть от какой-нибудь дряни, как того хотите.

– Че?! – опешил небритый мужик, ножик застыл в его руке.

Целители тоже с возмущением в глазах обернулись к стройной девушке, но Уеаткон качнул им головой, подавая знак, чтобы не вмешивались.

– Хелен! – возмутился Вакрок рядом. – Так нельзя!

– Почему нет? Капрал Сверрин взрослый человек и сам в праве выбирать, что ему делать со своей жизнью. Даже с той второй, которую ему вновь даровали целители, наверняка вытащив чуть ли не из рук смерти. Я всего лишь помогу капралу исполнить его желание наиболее полно. Но пусть тогда и он поможет мне с моим желанием получить грамотных рассыльных. Те мальчишки сообразительны, и меня в целом устраивают, нужно лишь обучить их грамоте. Всего немного времени на учебу нужно потратить капралу, и он получит то, что ему поможет.

– Ври да не завирайся, красотка. Коли дверги такое пойло людям не продают, то тебе и подавно откуда его взять? – усомнился капрал, перестав крутить нож и почесав задумчиво и без того взлохмаченную шевелюру, которая явно давно не видела расчески.

– Насчет этого можешь не переживать, капрал. У этой эйры среди двергов много знакомых, – хмыкнул Уеаткон. – Только благодаря ей эти нелюди взяли меня в свою игру бартахло, кстати, посложнее пек-орка будет. Если хочешь, покажу как-нибудь, как в нее играть. Хотя нет, там играют исключительно на деньги, а ты собрался свое пособие пропивать...

– Так чё, научить двух пацанов читать, и ты дашь мне бочонок дверговской бурды? Самой крепкой? – стал уточнять Сверрин.

– Пятерых, – тут же ответила Хелен.

– Че?! Переигрываешь на ходу, дамочка?!

– Боитесь, что не справитесь с пятью мальчиками? А как же вы солдатами командовали? – подняла брови Хелен. Увидела, как темнеет лицом мужик, и сразу добавила. – Ладно, сверху добавлю еще флягу какой-нибудь голиновской бурды, как раз скоро от них караван придет. Они делают вытяжки на разных травах для лечения, и их настойки для растирок настолько крепкие, что даже дверги не решаются пить, но для вас я достану даже такое. Но только после того, как все мальчики успешно сдадут экзамен.

– Ладно, – махнул рукой Сверрин и откинулся спиной на стенку, у которой стояла его лавка. – Гони давай этих пацанов, эйра. Чем быстрее я с ними начну, тем быстрее со всем этим покончу.

– Ой, а будет ли позволено мальчикам пройти сюда, в госпиталь? – спохватилась Хелен, глядя на главного из сопровождающих.

Тот, все еще ошарашенно молчавший, перевел взгляд на Уеаткона. Артам кивнул. Тогда эйру Бальмануг заверили, что пропустят мальчиков в палату к капралу Сверрину и обеспечат им возможность заниматься.

– Приятно было с вами познакомиться, капрал, – присела в мимолетном книксене Хелен и показала сопровождающим, что готова отправиться дальше.

И только спустя несколько поворотов коридоров один из целителей не сдержался и резко высказал девушке, что не для того они спасали воина, чтобы ему потом по первому – и такому идиотскому! – желанию дрянь всякую доставали, помогающую умереть.

– Но вы действительно забрали у него ногу, не дав ничего взамен, – заявила в ответ Хелен. На зарождающее возмущение поправилась. – То есть вы, конечно, дали ему возможность жить, только капрал не знает, что ему теперь делать с настолько сильно изменившейся жизнью. Вы не дали ему новое занятие вместо армии, куда ему уже не вернуться. А дверги говорят, что вся дурь от безделья, что сидеть без работы или какого-нибудь занятия никак нельзя. Так пусть капрал вначале делом займется, а там, может, передумает умирать.

Вот так в другом мире, кроме как волшебником, приходится быть еще немного психотерапевтом, хмыкнула про себя Хелен. Что ж, развивать этот мир, так по всем фронтам.

– А если нет? Если не передумает? Вы что же, действительно дадите ему потом то пойло, эйра Бальмануг? – возмущался целитель.

– Раз пообещала, значит, дам, – как отрезала Хелен. – Зато я почти уверена, что теперь капрал в ожидании того чудо-пойла не будет сводить счеты с жизнью. То есть последние несколько месяцев проживет осознанно, не пытаясь ежедневно упиться человеческим алкоголем. Может, успеет понять, что и без одной ноги можно прекрасно жить, свыкнется с новым положением. К тому же скучать он теперь не будет. Пусть у него нет семьи, но и у тех детей нет родителей. Может, они хоть как-то помогут друг другу в своих одиночествах. Поэтому, пожалуйста, не гоните тех мальчишек из госпиталя, даже после уроков, пока капрал находится здесь.

Всё это сейчас за столом в чайной рассказывала Шелли не столько сама Хелен, сколько в красках описывала Агуэла. А также подошедший с молодыми шитерами Тезер со смехом пополнял общий рассказ о той поездке. К этому времени к ним присоединился законник Мермот, которого Бальмануг заранее попросила найти.

– Так что мне нужна ваша помощь, – объясняла очередную задумку Хелен своему "штабу". – Надо выбрать из уличных разносчиков "Пескаря" наиболее смышлёных парнишек, привести их в порядок... Ресин, возьмите деньги из моего благотворительного фонда и купите приличную одежду ребятам, в которой они будут ходить на уроки. Попросите от моего имени эйру Халимар помочь с подготовкой. Ходить пока придется в госпиталь, правда, он далековато расположен. Джан, ты можешь организовать регулярную доставку мальчиков туда?

– Так, значит, выбрать пять мальчиков, – записывал Мермот в свои бумаги.

– Нет, десять, – с улыбкой поправила Хелен.

– Как? Почему десять? – никто не понял таких изменений. – Ты же говорила о пяти мальчиках.

– Сделаем вид, что капралу якобы предоставлено право выбора наиболее смышлёных из наших кандидатов. Пусть ему скажут, что несколько первых занятий тестовых, то есть отборочных, поэтому пусть всех десятерых проверяет. А потом... Я думаю, он не один сейчас мается в госпитале, потеряв смысл жизни, – объясняла Хелен. – Возможно, кто-нибудь из раненных от скуки тоже возьмет шефство над нашими парнишками. Шелли, ты только подумай, как заменить их на время учебы, чтобы мальчики не лишились работы и дохода. Или можно предложить их услуги в самом госпитале, да хоть... уборщиками?

– Хелен, но зачем тебе десять грамотных посыльных? – уточнил Тезер. – Разве тебе столько нужно в твоем магазине? О-о, а у тебя на самом деле есть свой магазин? Ты не... преувеличивала?

– Мне десять не надо, себе я выберу из них самых умных, – ответила Хелен. – Но пусть и остальным детям будет шанс на лучшую жизнь. Зная грамоту, мальчики смогут найти другую работу, нежели побираться на улице случайными заказами. Кстати, Тезер, поможешь подготовить вопросы для будущего экзамена, по которым мы будем решать, достаточно ли грамотны дети?

– Я?!

– Да, тебе лучше знать, чему обычно учат мальчиков. К тому же мне понадобится твоя помощь в общении с капралом. Думаю, девице он может грубить, а с тобой ему будет проще общаться, по-мужски, так сказать. Ты ведь мне поможешь?

– Конечно. О, так это вроде особого вида благотворительности? – догадался Тезер. – Наша матушка со знакомыми дамами посещает иногда сиротские приюты.

– Угу, только дети бегут из тех приютов, потому что там ужас что творится, как только знатные дамы оставляют свои подарки и уходят. Мне Сава и другие рассказывали, – поделилась сведениями Хелен. – И я считаю, что детей нужно пристраивать в конкретные руки, в семьи, а не в приюты.

– Но капрал те еще "руки", – усомнился Тезер. – Он был очень груб.

– Так и беспризорники не нежные цветочки, коли смогли выжить на улице, – хмыкнула Хелен. – И многие из этих мальчишек никогда не знали твердой мужской руки. А капрал хоть и груб, но офицер, с дисциплиной и мужской честью знаком. Я уверена, что правильно делаю, доверяя ребят этому Сверрину. Хоть кому-то из них, но будет польза.