Глава 29
Глава 29
– Это всего лишь логика, эйр Лернавай! – опять разозлилась Хелен. – Когда вы уже смиритесь, что бывают умные девушки?
– Зато теперь я понимаю, откуда столько желающих убить какую-то девицу! – буркнул в ответ жених.
Поприветствовав Тобиаса Кагматта и его помощника Палама, все расселись.
– О, так вы нашли тех, кто заказал мое отравление? – спросила Хелен.
– "Заказал"? Странное выражение. Отравление организовывают, а не заказывают, как десерт в ресторане, – тут же отреагировал Лернавай.
Девушка прикусила язык. Не будет спрашивать, есть ли здесь наемные убийцы, неужели ее врагам надо лично бегать слуг подкупать? Бедняжечки! А то дознаватель опять заинтересуется степенью ее просвещенности.
– Нет, зачинщиков пока не нашли, но ты, Хелен, здесь сейчас по другой причине, – продолжал тем делом Лернавай. – Академия должна продолжить работу, опять принять всех студентов, а для этого понадобится у прислуги, которая останется там, взять магическую клятву.
Девушка моргнула, не понимая, куда сворачивает разговор.
– Хелен, ты бы могла написать текст клятвы для слуг академии? Так, как тебе показалось бы... правильнее? Чтобы впредь подобных ситуаций не было, и слуги не могли нанести вред студентам, даже косвенно, – спросил вдруг герцог во главе стола, вокруг которого они сейчас сидели.
– Я?! Почему я?
– Потому что клятвы твоих людей даже нам не удалось обойти, – обронил сбоку Лернавай.
– А вы пытались?! – ахнула Хелен. Всплеснула руками. – Кого я спрашиваю? Конечно, пытались. Я же самая отъявленная шпионка всех времен и народов! И мои кухарки, что делают конфеты, конечно, в курсе всех политических переворотов на континенте за последнее столетие!
– Бальмануг, не перегибай! – процедил Лернавай.
– Дядя, но ты действительно часто бываешь чрезмерно настойчив относительно эйры Бальмануг, – вступился Вакрок. Повернулся к девушке. – Хелен, не дразнись!
Девушка сжала губы. Но опять заговорил герцог.
– Итак, Хелен, если ты предложишь свои варианты текстов для подобной клятвы, то мы были бы тебе очень признательны. Аген тебе поможет, – кивнул он на Верчила.
– Не будем тебя задерживать, – добавил Лернавай.
Так ее позвали сюда исключительно, чтобы навесить новое дело? А послушать, как расследуется нападение на нее же, не позволят?
– То есть я даже не услышу, кто из слуг подсыпал мне яд?
– Хелен, это совсем неинтересно, – нахмурился Лернавай. – И впредь не повторится. Твоя охрана отныне будет в том числе проверять твою еду.
– Почему неинтересно? А как же добавить новые карточки на нашу схему?
– Ваша схема с карточками совсем по другому делу, – снисходительно заметил дознаватель.
– Только вред хотели нанести членам одной и той же семьи! – мигом парировала девушка. – Возможно, наши с отцом случаи действительно никак не связаны, но если наоборот? Что, если те, кто подставили моего отца, затем убили мать, а теперь прознали, что я в столице, в академии и пришли меня добить? Даже наплевав на то, что академия королевская? Очень похоже на то, как кто-то очень наглый творит свои делишки руками продажных дознавателей из вашего управления. Не находите?
– "Добить"? – заломил бровь Лернавай. Хелен моргнула и опустила взгляд на колени, опять у нее проскочили словечки из прошлой жизни. – И кому же ваша семья и чем так мешает, м-м, эйра Бальмануг?
– Дядя, но почему бы действительно не проверить эту версию? Если хочешь, я могу заняться этим, – встрял Вакрок, за что получил недовольный взгляд старшего родственничка.
– Не знаю, кому мы мешаем, – ответила девушка, не глядя на дознавателей. И не врала, имя той родни не знает. – Но если вы хоть кого-то виновного нашли по делу о гибели моего дядюшки Азара, то я бы их тоже нанесла на схему по делу отца.
– Виновного? Хелен, твой родственник, барон Азар Рилминег, погиб на охоте!
– Это официальная версия? То есть что его сын-наследник тоже сразу же погиб, вас совершенно не смущает? – разозлившись, Хелен вскинула голову. – Даже для успокоения совести не хотите провести проверку?
– Хелен, вряд ли тебе понравится другая версия. Подумай сама, кому выгодна смерть барона Рилминег и его сына? Кто сейчас стал бароном?
– Дядю Аяра не убили со всеми за компанию только потому, что его в стране не было! И связь была давно с ним потеряна!
– Но в Осебрутаж он вернулся достаточное время назад и почему-то до сих пор жив!
"Да потому что он менталист и узнает, если кто-то рядом решит напасть на него!" – сжав зубы до боли, подумала Хелен. Потом испуганно покосилась на герцога. А вдруг тот как-то мысли читает? Именно дословно слышит?
Но герцог воспринял ее взгляд по-своему.
– Раймонд, думаю, Хелен права. И то, что логика вполне по силам девушкам, и что все эти дела могут быть связаны между собой, – заявил Тобиас Кагматт. – Пусть выносит любые нужные ей сведения на свою схему. Аген, я разрешаю передать эйре Бальмануг дело по разбирательству смерти ее дяди Азара Рилминега и его сына. Да, Хелен, разбирательство всё же было. Нет, Раймонд, не возражай! Пусть Хелен тоже посмотрит бумаги... своим женским взглядом. И копию дела из академии тоже передадим позже.
Сам же повернулся к девушке и продолжил:
– Хелен, мы уже отправили сообщение твоему дяде Аяру о произошедшем. И когда он пришлет ответ, я надеюсь, он согласится с моими доводами, что тебе не обязательно продолжать учебу в академии...
– Как?! Но я хочу учиться! – не выдержав, перебила девушка опекуна.
– Зачем?
– Чтобы быть образованной! Наравне с другими!
То есть с мужчинами, которые правят в этом мире.
– Хелен, ты уже во многом опережаешь даже выпускников академии, – мягко уговаривал ее герцог. – Так что можешь продолжать свое обучение дома, моя библиотека всегда к твоим услугам, можем нанять отдельных преподавателей.
– Но мне нужен диплом! – возмутилась Хелен, понимая, что ее хотят снова запереть за семью замками, за высокими заборами.
И кто знает зачем: чтобы было проще охранять от покушений или чтобы такую "прелесть" другие не переманили? Как те же котронцы. Или просто другие знатные семьи. Ведь в академии Бальмануг может "осчастливить" своими идеями кого-то еще, мало ли, неугодного семье Кагматт.
– Зачем тебе диплом? – поинтересовался теперь Лернавай.
– Чтобы получить лицензию артефактора!
"И стать более самостоятельной, а, значит, свободной личностью!".
– Но зачем тебе лицензия, если ты рано или поздно выйдешь замуж? – а это спросил Вакрок.
– И что? – не поняла Хелен. – Я буду продолжать работать с артефактами, что бы ни случилось. Даже после замужества.
А как иначе? Она не собирается превращаться в "настоящую" эйру, которую волнуют лишь наряды и званые вечера, а самой большой проблемой считает очередь к модистке или необходимость подобрать новую мебель в очередную гостиную.
Только было Вакрок собрался еще что-то добавить, как его прервал Тобиас.
– Не будем сейчас спорить о дипломе. Хелен, все необходимые дела тебе передаст Аген. Но вначале, в ближайшее время я бы хотел получить от тебя варианты текста для магической клятвы слуг академии.
Вот так вежливо ее в итоге выставили из кабинета герцога. Но Хелен и самой не хотелось там задерживаться.
Она-то поверила, что ей пойдут навстречу, разрешат заниматься интересными делами, несмотря на то, что она девушка. Ведь Лернавай согласился ради помолвки с требованиями не мешать ей в торговле, и что она будет учиться дальше. Но, видимо, такая поблажка лишь временная, копалась в ситуации Хелен, вслед за Верчилом возвращаясь в свой кабинет. То есть выделенный ей временно в доме опекуна.
"Получается, мне дают только на время поиграться с учебой, артефактами и торговлей? Мол, чем бы Бальмануг ни тешилась, пока у нее авайновский камень? А потом рано или поздно либо камень изымут, либо придется выйти замуж и... всё? Неужели мне придется бросить все мои занятия?!".
Хелен надеялась, что опекун у нее окажется более мудрым, не похоронит ее способности из-за ожиданий общества. Хотя, возможно, он-то как раз в итоге разрешит ей втихаря работать в лаборатории, видит же, насколько ее идеи полезны. В лаборатории, расположенной наверняка на его территории!
Хуже всего то, что Вакрок, заикаясь о замужестве, подразумевает, что ни диплом, ни "возня" с артефактами ей в будущем не понадобятся. Вот что царапало ей душу.
"Как же так? – Хелен уселась в удобное кресло в кабинете, но рассеянно глядела поверх своих бумаг. – Может быть, мне нужно было не столько изобретениями заниматься, сколько пропихивать свободы и права для женщин в умах местных? Потому что чем больше я стараюсь с изобретениями, тем сильнее окружающие мужчины хотят меня запереть в чьем-нибудь, то есть в своем доме! Мои наработки пойдут в фонд магических секретов семьи мужа, а меня саму вежливо попросят переключиться на рождение настолько же одаренных детей? Этого ли я хотела?!".
Нет, она ничего против детей не имела. Против абстрактных детей когда-нибудь в отдаленном будущем. Как и внести свои изобретения как приданное в их будущую с избранником семью. Но всё это должно было быть на добровольной основе и совместным решением. Не хочет она беспрекословно выполнять чужие приказы, жить по чьему-то решению, пусть даже любимого на тот момент мужа. А как же ее свобода?!
Девушка ожесточенно потерла лоб, словно это поможет прийти умной мысли.
Но нужные идеи не находились.
Насколько знала Хелен, в ее родном мире движение за права женщин заняло не одно десятилетие. Да что там, более сотни лет назад началось и то на сегодня достигло успеха лишь в группе стран и не по всем фронтам. Но у нее нет лишней сотни лет, она же не вертал и не грын, чтобы ее желание равноправия начали воспринимать здесь всерьез.
И что же делать?
Идею пойти "по наименьшему сопротивлению", то есть быстро стать вдовой, чтобы получить хоть немного послаблений, сразу откинула. С Вакроком она хочет "долго и счастливо", а не ценой его смерти получить льготы. Если же найдет способ стать вдовой на стороне, то этим точно перекроет себе возможность стать потом женой наследного сына герцога. Наследники родов, тем более таких старинных и приближенных к короне, на вдовах не женятся.
Да и в любом случае, если она станет хоть чьей женой, даже во второй раз, то автоматически попадет под полную власть мужа! А там как повезет. Вот сейчас ей повезло с опекуном, который, по крайней мере, не указывает ей, как себя вести или куда можно или нельзя ездить. Очень повезло. А Вакрок уже несколько раз сделал замечания, решив за нее, что ей делать!
"Может, ну его, замужество вообще?" – проскочила дерзкая идея.
Только ясно же, что такой перспективной магине, то есть девице с такими родовыми талантами не дадут помереть бездетной. Даже в старых девах отсидеться не дадут. Рано или поздно подберут кандидата для размножения... то есть для усиления чьего-то родового дара и всё – будь любезна, производи на свет новых магов.
"Черт побери! Да на фоне этого даже проблема с ракасами не кажется уже такой страшной! То есть невыполнимой. Может, договориться с ракасами будет проще, чем с эйрами?".
Так что же ей делать? Всё равно начинать постепенно продвигать идеи феминизма? Зная, что результаты будут нескоро? И прекрасно понимая, что такими "подозрительными" лозунгами еще больше раздует недовольство Лернавая? Или плевать на "жениха", они всё равно временно помолвлены, главное, как воспримет идею Вакрок? И если Вакрок будет за, то даже старшему дознавателю Управления безопасности придется смириться?
Хелен пришла в себя от какого-то ритмичного звука. Только потом осознала, что это ее пальцы выбивают ритм на столешнице. Оглянулась. Верчил, оставив ее в покое, в другом конце кабинета занимался своими бумагами. Протяжно выдохнула.
"Может, за свои магические теории нужно было у короны вместо титула и земель попросить... да хоть право нормально наследовать за отцом для женщин? Для начала марша феминизма в этом мире? Или право для девушек поступать в академию магии без разрешения родителей? Сколько бы потенциальных магинь можно было получить! Вдруг далеко не все дочери согласны с тем женихом, что навязывают им родители? Вот интересно, моя бывшая соседка Иманила что сделала, если бы у нее был выбор – осталась в академии еще на пять лет свободы или всё же вышла за того жениха не первой свежести?".
Еще как вариант, чего можно попробовать добиваться, – официально разрешить женщинам быть "боевиками", если уж у них такой дар. Например, та же Гилмот. Может, ее семья стала скрывать проявившийся огневой талант дочери не потому, что задумала дерзкое непослушание короне, а просто потому, что быть боевым магом для знатной девушки "неприлично"? Ведь Адиэль для стабилизации дара, взятый под контроль преподавателями, пришлось бы ходить в академии на полигон, полный озабоченных разгоряченных студентов, и только от этого хотели уберечь ее родители, скрывая правду?
Однако пока четких идей у Хелен не было, она отложила проблему в подсознание, сама занялась другими делами. Той же клятвой для академической прислуги.
Затем был обед в расширенном составе – то есть с Лернаваем. Однако на этот раз присутствие за столом обоих мужчин – навязанного жениха и того, кого сама Хелен хотела бы в этой роли – для нее самой не стало сложностью. Она до сих пор немного дулась на Вакрока, который не видит в ней будущего артефактора, поэтому даже не смотрела в его сторону.
Потом Хелен с радостью вернулась в свой кабинет и листала дело о смерти дяди Азара Рилминега. Вначале тамошнее Управление порядка не увидела ничего подозрительного в гибели барона на охоте. Потому что подобное случается, что поделать, такова жизнь. Даже не смутило то, что его сын тоже там погиб, так уж получилось. Вдову бывшего барона, убитую горем женщину, никто из дознавателей не стал слушать, мало ли ей показалась, что «ее мужчины» не случайно погибли. Конкретных имен ведь не прозвучало, так только, женские рыдания.
Когда же спустя много месяцев туда поехали разбираться безопасники по приказу из столицы, конечно, следов уже не осталось. Оказывается, даже часть слуг успела разойтись в поисках другой работы, поскольку было неизвестно, кому достанутся земли и когда. В принципе, еще родня в том регионе была – боковые линии рода Рилминег. Но без точного доказательства, что младший сын – Аяр Рилминег – умер и не оставил после себя наследников, земли бы всё равно не передали следующим наследникам, находились пока под присмотром "вышестоящего" графа.
Так что новых подозреваемых Хелен не получила, зато почитала отчеты безопасников о другой своей родне, узнала новые имена. Кристен Бальмануг не поддерживала связь с семьей или просто не всё рассказывала своей дочери, поэтому о многих прежняя Хелен не знала.
Теперь же нынешняя Хелен завела отдельные карточки на новую родню. А затем, недолго сомневаясь, попросила Верчила поделиться дополнительной информацией о тех людях, в первую очередь об их дружеских, деловых и прочих знакомствах, прекрасно понимая, что о ее изысканиях будет доложено кому надо. Ну а что делать, если некому кроме как безопасников предоставить сведения. Потому что шитеры далеки от хитросплетений эйровских отношений, тем более интриг. Даже если отправить их в родовые земли Рилминегов на разведку и сбор данных, прямолинейные шитеры многого недоглядят. Они отличные охранники, но не детективы. То ли дело тонкие, но точные намеки Верчила, который сам эйр в N-м поколении, а также дознаватель и имеет доступ к нужным сведениям.
Вот таким насыщенным оказался первый день незапланированных каникул у Хелен.
Но назавтра с утра пораньше она опять в штанах шла в сторону тренировочного флигеля. Ждет ли ее там Абурс?
Оказывается, ждал. Как и еще один охранник, подготовленный мастером специально для тренировки девушки, на этот раз другой. Находящийся там же Вакрок, стиснув зубы, хмуро наблюдал, как Абурс дает наставления новому "инструктору" для Бальмануг, но промолчал. Тезер широко и ехидно улыбался. Вчера он подробно объяснил "тёте Хелен", как по поместью проходят их малые и прочие тренировочные круги, по которым они бегали. Так что если новый охранник поведет девушку не туда, она уже сама знает, где начало и конец маршрута. И пусть только попробуют ее запутать!
Подмигнув Тезеру, улыбающаяся Хелен дождалась напутствия от Абурса и развернулась на выход. Не забывая при этом держать в поле зрения нового сопровождающего. Мало ли насколько быстро начнет нападать этот, уже зная, как она вчера обошлась с Бразеном.
Сам Абурс развернулся к оставшимся в центре зала мужчинам, были там и другие охранники, и достаточно громко проворчал:
– Не завидую я тому "счастливчику", кому достанется Бальмануг. Ну и намается он с ней.
Продолжения Хелен не слышала, она уже со всех ног удирала от выскользнувшего за порог доверенного ей мужика.