Глава 23

Понедельники я по обыкновению любила, но не этот. И дело даже не в стыде, с ним я справилась. А вот как быть с братом Тимы, который возомнил себя пупом земли, я не знала.

Войдя в родную приемную, первым делом увидела Вадима сидящего на столе у Ирочки. Он прямо таки сидел и в открытую флиртовал с помощницей. Видать, все же не телефон стоматолога она ему тогда давала.

— Вчера был прекрасный вечер. Надо обязательно повторить. Как насчет сегодня? Украду тебя сразу после работы, м-м-м?

Он взял ее руку и притянул к себе, и Ирочка не особо-то сопротивлялась. Она так была увлечена собеседником, что не сразу и меня заметила. А меня с моей неукротимой львиной гривой не заметить — это надо талант иметь.

Лишь когда я кашлянула, они оба напряглись и уставились в мою сторону. А я, между прочим, временный зам ген-дера!

— Доброе утро, Вадим Андреевич, — премило поприветствовала я, а на Иру и не взглянула. Сорваться боялась.

— Доброе, — согласился он, осматривая меня с насмешкой. А потом даже не постеснялся, указал на мои волосы. — Экзотично!

Махнула рукой.

— Ох, да, вчера была сумасшедшая ночка. Но сегодня я готова работать. Тимофей Андреевич предупредил, что назначил меня временным руководителем отдела?

Вадик хмыкнул, осмотрел меня нескромным взглядом с ног до головы и только сейчас слез со стола Иринушки.

— Предупредил, — произнес он вовсе не радостно. — Полагаю, ты и кабинет его займешь?

Ну, таких указаний у меня не было, зато было одно четкое — не впускать шпиона на нашу территорию. А раз стол в приемной занят, то мне ничего больше не оставалось.

— Всего на неделю. Думаю, после Тимофей Андреевич захочет вернуться.

— Даже и не сомневайся. Наш Тиран закоренелый трудоголик.

Он подмигнул Ире, и та хихикнула. Ну погоди у меня, я тебе устрою!

— Что ж, если будут какие-то замечания или предложения, вы знаете, как со мной связаться, — заявила вконец раздраженная я.

Вадик кривовато ухмыльнулся и подошел ко мне так близко, что я ощутила аромат кофе, которого мне так безумно не хватало!

— Бурная ночка, говоришь, — зашептал он томно, ничуть не беспокоясь об Ире. — А я-то думал, ты Кронина собралась заарканить.

Вопросительно вздернула бровь. Заарканить? Я? Угу!

— Он мой босс, — по секрету поделилась я и сразу вспомнила вчерашние предостережения Сережи. Никто о нас не должен знать, если не хочу проблем. — Я работаю на него. Но делаю это добросовестно. Вот и все.

Вадим с минуту меня разглядывал, будто что-то взвешивал, и, в конечном итоге, пришел к определенному выводу. Вывод мне ничуть не понравился.

— В таком случае, для меня еще не все потеряно, — совсем тихо обронил он, почти у самого моего уха. Обезбашенный парень! С одной пофлиртовал, а потом на ее же глазах ко второй начал подкатывать.

Вадим ушел быстро, к моему счастью. Колкий ответ так и крутился на языке. Но с этим кадром все же лучше не связываться.

— Ты! — ткнула пальцем в Иру и указала на двери Кронина. — В кабинет. Живо!

Она, сразу поняв, что ее будут ругать, потупила взор и молча пошла следом. Кабинет Тимы оказался заперт, но не зря же Сережа дал мне пароль от кодового замка. Он-то сказал на всякий случай, но я посчитала, что это он самый.

— Ира! — вкрадчиво начала я.

— Слушай, тебя Кронин случайно не кусал? — жалобно спросила она.

— Не поняла!

— Ну, просто, ты смотришь так же, как и он. И даже интонация точь в точь такая же. В общем, страшно мне!

— А с руководством заигрывать, значит, не страшно было да?

— Да он сам пришел! — начала оправдываться девушка. — Вчера позвонил и…

Я остановила ее жестом руки.

— Ира, здесь никого особо не волнует твоя личная жизнь. Но только, если она не помешает работе. А в данном случае, краткосрочная, а другой поверь, она быть не может, интрижка с братом генерального директора пользы нашему отделу не принесет.

Я умолчала о холодной войне между братьями, мне вполне было достаточно делового кодекса, который я сама, к слову, игнорировала. Испытывала ли я угрызения совести по этому поводу? Ничуть! Я свою сторону давно выбрала. А вот Ире надо было определиться прямо сейчас.

— Это не шутки. И не моя прихоть. Если об этой связи узнает Кронин, считай, что ты уволена. Возможно, Вадик возьмет тебя к себе, но поверь на слово, Тимофей Андреевич расценит это не иначе, как предательство. А с предателями у нас в корпорации строго.

Я сложила руки на груди, всем видом выражая непреклонности.

Ира вздохнула, понимающе кивнула и засобиралась обратно, но у двери остановилась.

— Я сюда ради Вадима пришла.

Опа! У меня даже руки опустились. Вот так сюрприз. Ира развернулась и стала кусать губы, отмечая мою реакцию. Мне ее прибить хотелось жуть как. Все это время она, значит, об этом гаде думала.

— Мы с ним в одной школе учились, — начала говорить она робко. А я не стала перебивать. Хотелось услышать всю историю. — Только я на год младше. Он и не вспомнил меня, Ян! Конечно: я повзрослела, покрасилась, преобразилась. Но как можно забыть девушку, у которой ты был первым?

Я будто увидела Иру совсем другими глазами. Раньше не замечала той грусти, которая сейчас собралась слезами на ее глазах.

— Понимаешь, я в него с шестого класса была влюблена. И только в десятом, когда подвернулся случай, смогла обратить на себя его внимание. Эта была какая-то вечеринка…

— Корпоратив? — вырвалось у меня. Но я быстро мотнула головой, и жестом предложила Ире продолжать.

— Просто вечеринка у одного из наших общих знакомых. У него частный дом, нас с подружками тоже пригласили. И там был Вадик. Я танцевала, он меня увидел, подошел и молча увел за собой на второй этаж. А я шла за ним, как загипнотизированная. Наивная дура. Думала, что все, как в сказке. Любовь с первого взгляда. Он тогда мне такие слова шептал, что я и представить не могла, что такая страсть может быть. И я доверилась ему. Ну… Сама понимаешь. А спустя пару часов кто-то из его друзей вбежал в спальню, увидел нас в кровати, и начал смеяться. А потом вообще вся толпа влетела. Я сгорала от стыда, пыталась одеться. Но они и одежду забрали. Выбросили через окно. Им было весело. А Вадим…

Ира шумно выдохнула и стерла слезы со щек.

— Он смеялся со всеми. Ему было плевать. В глазах других он был крутым. Выпускник, затащивший очередную шкуру в свою кровать. Он поступил в университет, переехал в новый район. А мне еще год приходилось терпеть издевки и насмешки всей школы. Они мне дали прозвище Красный флаг. Знаешь, почему?

Я поморщилась и кивнула. Но Ире все же надо было произнести это вслух.

— Потому что они взяли простынь с кровати и повесили ее на балконе. Как символ моего падения.

Закончив на этой грустной ноте, Ирочка шмыгнула носом и с вызовом посмотрела на меня. Грусть сменилась ненавистью, воинственным настроем, желанием мести. И я прекрасно понимала ее боль. Хуже позора может быть только смерть.

— Подростки бывают очень жестокими. Особенно, когда это детки богатых родителей, которым все в жизни досталось слишком легко, — задумчиво произнесла я и послала девушке подбадривающий взгляд. — Значит, ты собралась мстить?

И Ира кивнула.

— Так точно.

Ну что же… Отлично! После такого надо быть слабоумной, чтобы перейти на сторону Вадима. А Ира мне все же нравилась. Возник только один вопрос:

— Как?

— Сделаю с ним то же самое, что и он, Ян. Только масштабнее. Как думаешь, теперь, когда он вырос и занял важный пост, ему будет очень стыдно оказаться голышом перед своими сотрудниками?

Ход ее мыслей мне определенно нравился. Даже разочаровывать не хотелось. Но так как мне очень уж захотелось помочь Ире с ее местью, то учесть некоторые детали она должна была.

— Боюсь, милая, как минимум половина женского коллектива не особо удивится. А вторая половина, увидев голого мужчину, очень даже обрадуется. — Я развела руками. — Бабы!

Ира подумала немного и обреченно вздохнула.

— Ты не переживай! — попросила я и обняла Ирину. — Я помогу тебе. Составим операцию «Месть», ага?

— Яна! — Ира снова расплакалась и уткнулась в мое плечо. — Спасибо!

Чего не сделаешь во имя справедливости!

— Итак, рассказывай! — предложила я, протягивая девушке чашечку кофе. Как удачно Тима кофеварку в свой шкаф припрятал. Я сбегала к себе за кофе, Ира достала запасы шоколада, и мы устроились в приемной, чтобы не пропустить звонков.

— План был таков, — начала Ира. — Я хотела очаровать его, соблазнить, а потом бросить в самый неподходящий момент. В идеале влюбить и разбить ему сердце. Но после вчерашнего свидания поняла, что это невыполнимая миссия. Мужик уже влюблен. В себя! Весь вечер о себе только и говорил. Смотрел на меня и не видел. Ну как он мог забыть?

— Ну ведь почти лет десять прошло, верно?

Ира кивнула. А я попыталась мысленно представить, сколько женщин было у Вадима, если он каждую неделю встречался с новой.

— Ты мне вот что скажи, — осторожно произнесла я и немного выждала. — Сейчас ты его еще любишь?

Ира послала мне жесткий взгляд, мол, с ума сошла?

— Просто спросила! Хочу убедиться, что ты сможешь играть в жестокие игры, и при этом сама же не пострадаешь. Одно дело, Вадим, он сам по себе гад. Но ты ведь не такая.

— Яна, я тогда таблеток наглоталась и жить не хотела. Спасибо врачам, они мне желудок промыли, а заодно и мозги.

— Я могу представить, как тебе было, поверь! — заверила я. — Надо мной всю жизнь издевались. Но разница между нами в том, что я отпустила и живу настоящим, а ты нет.

— Я отпущу, когда эта сволочь встанет передо мной на колени и попросит прощения, — воинственно заявила Ира и выдохнула. — Вот.

Я тогда подумала, что ей вовсе не месть нужна, а прощение. Она должна простить его. Но говорить это вслух я не стала. Скорее всего, Ира сама придет к этому выводу. И довольно скоро, когда пообщается с Вадиком поближе, узнает его получше. Поймет, что он и мизинца ее не стоит. И тем более нервов и времени.

— Влюбить может и не удастся, — поделилась я. — Но заинтересовать — вполне. Дело в чем? Во-первых, ты не должна проявлять особого интереса. Можно сыграть на его самолюбии и намекнуть, что с ним было скучно, и повторять ты вовсе не спешишь. Но так как тебе делать нечего, то так и быть, ты сделаешь ему одолжение.

Ира внимательно слушала и со всем соглашалась. В конечном итоге мы даже наметили план действий на сегодняшнее свидание. Задачей Иры было споить Вадима и выудить как можно больше компромата.

Мы проболтали почти до обеда, но работа сама себя не делала, так что я вернулась в кабинет Тимы уже со своим ноутбуком и принялась за дело Тян.

К исполнению задачи все было готово. Анализ ДНК подтвердил версию об отцовстве. Даже и без него и так было ясно, что клиентка влипла. Мои парни нашли лабораторию и даже принесли мне уже подделанный анализ, где отцом указан муж Татьяны. Казалось, все просто. Просто набери клиентку, Яночка, вручи ей бумажку, получи свои деньги и живи припеваючи.

А я не могла. Совесть мучала. Связалась с Борей, спросила, нашел ли он мне какую-то информацию по Михаилу.

— Когда бы я успел, Яна Васильевна? — возмущенно произнес он. — Я же все выходные с вами был. У палаты дежурил.

— Ладно. Тогда давай сейчас этим и займемся. Вместе поедем.

Идея мужчине не понравилась. Но уезжать я уже не боялась. Ире строго настрого запретила покидать пост. Кабинет Тимы закрыла, в нашем отделе еще оставалось трое парней. А меня сопровождали сразу двое: Сергей и Борис. Так что я предвкушала.

У меня была только фотография сомнительного содержания. Муж клиентки и какая-то барышня в обнимочку. Но спустя полчаса силами нашего хакера Вити мы имели имя и адрес.

Я даже не представляла, что скажу женщине, но так как времени у меня до выздоровления Тимы было в обрез, действовать надо было кардинально.

Выдохнув, я постучала в дверь квартиры, не особо надеясь, что застану женщину дома в рабочее время. Но мне повезло. Дверь открылась, и на пороге возникло нечто неопределенное. Волосы короткие, торчат ежиком, обскубаны на скорую руку. Морда лица опухшая и местами укрыта синяками. Тело щупленькое, облаченное в грязное поношенное тряпье. Не удивительно, что в этой особе я не сразу признала Кристову Евдокию Петровну. Женщина еле стояла на ногах, и исходивший от нее запах перегара очень четко давал понять, что жизнь у нее не удалась. Если даже у нее и могло что-то быть с Михаилом в далеком прошлом, то точно не в настоящем.

— Простите, обозналась, — проблеяла я и собралась уже уходить, как в коридоре показалась маленькая кудрявая макушка. Я так и застыла в шоке, глядя на мальчика лет десяти — точную копию мужа Татьяны. Даже головой мотнула и быстро нашла на телефоне его фотку, чтобы убедиться в страшных догадках.

— Ты тоже это видишь? — оторопело спросила я Сережу, стоявшего за моей спиной.

— Это уже интересно, — заключил он. — Надо проверить.

А затем Серый достал из кармана жвачки, присел на корточки и поманил парнишку. Он несмело вышел вперед, и теперь я могла лучше его разглядеть. Худой, сутулый, загнанный, бледный до неприличия. Одним словом — обездоленный.

— Добрые люди, а может деньжат подкинете? — заплетающимся языком просипела мамаша. — Мне ребенка кормить нечем.

И этот самый ребенок с жадностью выхватил у Сережи упаковку жвачек. У меня все внутри остановилось и перевернулось от этой картины. Не должны дети так страдать. За что же этому мальчику такое?

Серый потрепал его по волосам и незаметно вырвал несколько волосин для анализа.

— А мы продуктов сейчас принесем, — ответил он и послал мне вопросительный взгляд. Кивнула.

— Конечно!

— Да лучше деньгами, — протянула мамаша. — А я сама в магазин схожу.

Угу. Знали мы, за чем она сходит. У меня возникло непреодолимое желание снять с себя куртку, закутать в нее ребенка и унести с собой. Навсегда. Чтобы больше он никогда не видел такой жизни и этой «женщины». Господи помилуй, а я еще думала, что моя мама не очень-то хорошая. А вот оно как бывает.

— Где его отец? — спросила я.

— А не знаю! — Евдокия развела руками и противно захохотала. А потом вдруг насупилась. — А вы кто такие?

— В самом деле, — заворчал Сережа и зловеще добавил: — Мы социальные работники.

Бывает такое, что мамы не очень-то хорошо справляются со своими обязанностями, но своих детей все же любят и не желают отпускать. Здесь был совсем иной случай. Мамаша потрепала парня за ухо и улыбнулась.

— За тобой пришли, Мих. Монатки собирай.

И когда парень, вжал голову в плечи, пошел обратно в квартиру, дамочка вдруг заявила:

— А че, денег мне за него дадите? Тут приходил один, обещал дать.

— Сколько? — спросила я.

— Двадцать штук, — пропела довольно женщина. Нет, коза она рогатая.

Я послала Серому красноречивый взгляд, и он вытащил кошелек. Всучил ей тысячу.

— Тебе хватит.

— Э, не! Я тогда пацана тому отдам. Я че дура, что ли?

— Даже не сомневайся в этом, — заверила я и вытащила из кошелька Сережи все деньги. Двадцати тысяч там не было, но ребенка я все же была настроена забрать именно сейчас. — Если недостаточно, можем вызвать полицию, они добавят.

Коза окинула нас неприветливым взглядом.

— А че, реально из соц-службы, что ли? — задалась она вопросом.

Отвечать мы не стали, потому что мальчик вышел к нам, и продолжать беседу с этой кретинкой не хотелось никому. У ребенка с собой оказался лишь маленький кулечек с какими-то вещами внутри. На нем была вовсе не зимняя куртка, грязная шапка и резиновые калоши вместо нормальной обуви. Смотреть без слез было сложно. Но я собралась, пообещав себе, что сделаю все возможное и невозможное, чтобы изменить его жизнь к лучшему. Не зря меня потянуло в дом к этой женщине. Значит, пришло время его забрать.

— Документы на ребенка дай, — потребовала я.

— Я взял, — ответил тихо мальчишка и закашлял. — Свидетельство о рождении.

Послав пропащей женщине полный укора взгляд, я взяла мальчика за руку и увела из этого ада. Меня удивило, насколько смиренным и тихим он был. Будто готовился к тому, что однажды за ним придут. И еще слова мамаши о том, что кто-то уже предлагал за него деньги, вызвали холодок ужаса по спине. Какие кошмары могли ждать этого мальчика, если бы я пришла слишком поздно.

Всю дорогу до машины он молчал. А когда Сережа его посадил, я попросила подождать пару минут. Сама подбежала к киоску, купила несколько булочек, воды и вернулась обратно. Боря и Сережа как раз обсуждали, что делать дальше, когда я запрыгнула на заднее сидение к ребенку.

— Кристов Михаил, — сообщил Серый, зачитав имя в документе. — Отец и отчество не указаны.

Я протянула мальчику еду, и тот дрожащими руками ее принял.

— И чего с ним делать будем? — недовольно спросил Боря.

— Любить и баловать, — пообещала и улыбнулась Мише. — Ты кушай, кушай. Все хорошо будет. Меня Яна зовут. Я тебе помогу.

Откусив булку, маленький Миша кивнул.

— Я знаю. Я это сразу понял.

И со слезами на глазах он начал жевать, пряча от меня загнанный взгляд. И я слез сдержать не могла. Но в то же время как никогда чувствовала себя хорошо и правильно.

— В офис пока давай, — скомандовала я.

— С ним? — удивился Боря.

— А чего бы и нет? В тепле, в уюте, — согласился Серый. — Присмотришь за ним, пока я в лабораторию смотаюсь. На анализ пару дней уйдет.

— Я присмотрю, — вызвалась я и снова улыбнулась мальчику. — У меня все равно как раз компании эти два дня не будет.

— А Кронин…

— С ним я сама разберусь.

И на этом мы отправились в офис. Я бы сразу Мишку домой повезла, но надо было предупредить Тиму. И потом, мне не хотелось надолго Иру оставлять. А еще очень важно было вызвать на откровенный разговор Михаила, мужа Татьяны.

Мальчишка осматривался по сторонам с неприкрытым восторгом. А я старалась говорить с ним обыденно, не делая из всего большого события, чтобы ему было легче адаптироваться и принять мысль о новой жизни. Если честно, я пока сама не могла знать наверняка, какой будет реакция Михаила, Татьяны, и чем закончится вся эта история. Одно я знала точно. Парня оставлять у биологической матери нельзя. Законно лишить ее прав ничего не стоило. Оставалось лишь подтвердить отцовство.

Я завела Мишку в производственный отдел, посадила его за пустой стол, включила игру, и пока он был занят, послала гномов за покупками. Одного в аптеку, второго за приличной одеждой, а третьего за полноценным обедом.

Мне очень хотелось пригласить Михаила Тян в офис прямо сейчас. Но я понимала, что без анализа ДНК это будет бесполезная беседа. Нужны очень четкие доказательства родства. Значит, пару дней все же выжду. И потом, чтобы не выдавать связь Татьяны с нами, было принято решение выдать меня за социального работника. И соответствующие документы Витя обещал достать к среде.

Мы так увлеченно составляли план действий, что я совсем забыла позвонить Кронину. Зато он позвонил сам и начал разговор со словами:

— Корпорация еще цела?

Я осмотрела производственный отдел, столы которого были завалены пакетами и коробками, и поджала губы.

— Яна, не пугай меня! — попросил Тима.

— Все отлично, — заверила я, наткнувшись взглядом на сияющие глаза мальчика, которому только что вручили новые ботинки. — Просто возникли новые обстоятельства. И мне понадобится немного больше времени, чтобы все разрулить.

— Я в тебя верю, — ласково произнес Тима. Мне захотелось прижаться к нему и замурлыкать от удовольствия. — И скучаю.

— И я, — призналась честно. Ну и раз он такой добренький… — У меня тут мальчик появился. Можно я его на пару дней к тебе возьму? Тебя все равно нет.

Последовала пауза, после чего Кронин грубо выдал:

— Н-не понял!

Я нахмурилась и посмотрела на телефонную трубку, будто Тима мог видеть этот взгляд.

— Вам что, жалко что ли? — возмутилась я. — Если жалко, я тогда с ним обратно к себе в квартиру поеду. Или вообще в офисе ночевать будем.

— Яна, мляха муха, ты издеваешься? — завопил Кронин. — Какой к черту мальчик? К-какой ночевать? В моем офисе? Я убью Борю.

Последнее он процедил зловеще, а потом и вовсе бросил трубку. Я с открытым ртом пялилась на телефон, пока не услышала звонок в другом конце рабочего зала. У Бори.

Послав мне красноречивый взгляд, сотрудник поднес к уху телефон и поморщился.

— Да нет, Тимофей Андреевич, все не… — Оборвавшись, он продолжил молча слушать, а потом нахмурился и отнял трубку от уха. — А ты ему сказала, что мальчику десять?

Медленно покачала головой и снова посмотрела на паренька. Наверное надо было сказать, что он мне почти в сыновья годится, да? А то, если бы Кронин мне заявил, что с ним в палате поживет девочка, пока меня будет, я бы тоже первым делом не о том подумала.

— Предположительно ребенок Михаила, — услышала я обрывки фраз Бориса. Потом строго ему помахала пальцем и указала на выход. Нечего при ребенке обсуждать дела.

Спустя несколько минут Боря вернулся и хмуро объявил:

— Все уладили. Пацана себе на ночь заберу.

— Да? — скептически спросила я и осмотрела этого шкафовидного мужчину. — Ему с тобой не понравится.

— Понравится, — заверил Борис. — У меня дома приставка есть и собака.

— Да? — продолжила я. — А мыть его тоже собака будет? А лекарствами кормить?

— Яна Васильевна, я старший из семи детей в семье. Я знаю, как мыть, кормить и лечить детей. А самое главное, мотивация железная. Если что не так сделаю, то меня наш начальник через бумагоизмельчитель пустит.

И после мужчина послал мне такой взгляд, что спорить больше не хотелось. Сама виновата же!

Зато остаток дня я провела с Мишей, ненавязчиво его расспрашивая о жизни. К счастью, пить мать начала всего несколько лет назад. А до этого хоть и не была самой заботливой в мире, но ребенок хотя бы не голодал. А еще он совсем не хотел говорить о маминых друзьях, и я поняла, что не все из них хорошо с ним обращались. Оттого он такой испуганный и тихий. Но умный, сразу видно, что все схватывает на лету.

— У него аналитический склад ума! — подметил Витя, составив мальчику компанию в игре. — Программированием тебе заниматься в самый раз. И прибыльно.

Я была счастлива видеть, что к концу вечера Миша почти расслабился, и перестал бояться окружающих мужчин. Я бы хотела остаться с ним и на ночь, но второй звонок Тимы меня переубедил.

— Ему десять лет! — сходу объявила я.

— Я уже понял, — умирающим голосом ответил босс.

— Ой, а что с вами?

— Давление поднялось. Капельницу поставили. Скоро отключусь. Просто позвонил тебе сказать, что я завидую этому мальчику. С ним ты. Обнимаешь его, наверное… По волосам гладишь.

Голос Тимы с каждым словом становился все тише. (25301)

— Вам там случайно не морфия в капельницу подмешали? — спросила и, зыркнув на сотрудников, тише добавила: — Давайте я приеду.

— Не надо. Все равно спать буду. Сама отдохни. Ты молодец у меня. Горжусь.

И на этом он заснул. А я еще с минуту слушала его тихое сопение и думала, что больше всего на свете сейчас хочу быть с ним. Ведь у каждого должно быть свое место: у этого мальчика, у Тимы, у меня. Если бы только все было так просто. И никакие бандиты не мешали. Но об этом мы поговорим потом.