Глава 8

Погода в выходные благоволила отличному отдыху и прогулкам в шортах и летних футболках. Солнце светило так, что слепило глаза, трава зеленела, птички пели. В общем, на природе было хорошо.

Сотрудники в перерывах между водкой и текилой играли в волейбол, футбол, проводили нардические турниры. Все развлекались, всем было весело, что не могло не радовать.

Правда я во всеобщем веселии не участвовала. Иногда подходила к компаниям, перебрасывалась несколькими словами, но потом уходила. Разговоры тут были, разве что, об Андрее Григорьевиче и его дяде, который вот-вот должен был приехать.

— Элина, — проходя мимо столиков с досками для игры в нарды в одном из пустых залов, я обернулась на мужской голос. У дверей стоял Андрея Григорьевич, видимо, только что вошедший в помещение. — Может быть составите мне компанию?

— Опять хотите проиграть? — самоуверенно хмыкнув, я прошла к одному из столов и удобно устроилась, расстегнув пару пуговиц на легкой блузке. Не подумайте ничего такого, в зале просто было очень душно.

— Если продолжишь расстегивать блузку, я сдамся до начала игры, — мужчина присел напротив и принялся расставлять бочонки, не поднимая на меня глаз.

— Ой, я Вас умоляю! У Вас декольте сексуальнее и богаче выглядит, чем у меня.

— Почему ты о себе такого мнения? — мужчина вдруг в упор уставился на меня своим прожигающим взглядом начальника, и я даже стушевалась на несколько секунд. — Ты молодая прекрасная девушка с шикарной фигурой и очень приятной внешностью.

— Эм…. — в тот момент я растерялась и не смогла сказать ничего лучше, чем, — давайте играть, Андрей Григорьевич.

Второй день меня не покидало ощущение того, что после злополучной поездки в лифте между нами что-то изменилось.

Если раньше я давала мужчине отпор и никогда не трепетала перед его видом, сейчас все чаще смущалась, терялась и не могла найти, что ответить на его слова. Да и Андрей Григорьевич стал как-то мягче ко мне…

Может быть, в игру вступила моя паранойя, но почему-то мне казалось, что теперь начальник более обходителен. У него даже голос менялся, когда он со мной разговаривал.

Но, вероятнее всего, все это было только в моей голове. Во-первых, дурацкий поцелуй в стрессовой ситуации не может вызвать никаких теплых чувств. А, во-вторых, Андрей Григорьевич на меня уж точно не клюнет. Тут есть девчонки и симпатичнее, и податливее меня.

А мне разум затмило долгое отсутствие мужчины!

— Снова победа за мной, Андрей Григорьевич, — когда последний бочонок был сброшен, я с улыбкой победителя откинулась на спинку кресла. — Не надоело Вам проигрывать?

— Согласись, что эта партия была за мной. Если бы три раза подряд в конце игры не выкинула две шестерки, я бы выиграл без вопросов.

— Ладно, ладно, в этот раз Вы играли хорошо. Но недостаточно, чтобы победить меня, — я уже собиралась уходить и встала со своего места, но Андрей Григорьевич схватил меня за локоть и осторожно притянул к себе.

Наверное, не окаменей я от неожиданности и шока, угодила бы прямо к нему в объятия. Но я осталась стоять статуей в нескольких сантиметрах от своего начальника.

— Элина, я хотел пригласить тебя, — на этих словах мое сердце сделало кульбит и ушло в пятки, — на ужин, — божечки мои… ужин — это ведь даже не обед. Обед может быть деловым, а вот деловых ужинов я не встречала. Ужин может быть семейный, романтический…. — Приехал мой дядя. И он хотел бы видеть сегодня кого-нибудь из филиала помимо меня.

Дядя приехал! Фух! Если с дядей встретиться, это еще нормально, это не романтический ужин. Хотя… стоп! Это же знакомство с родственниками получается?!

Так, Элина! Дядя владелец банка, так что ужин — не более, чем рабочая формальность. Вот только почему на нем должна присутствовать я, а не кто-нибудь из начальников отдела?

— А почему я?… Я ведь обычная ассистентка. Есть начальники отделов, ведущие специалисты.

— Дядя их терпеть не может. А ты в банке новое лицо, — а, ну теперь ясно. Видимо, достопочтенный владелец банка выдерживает только один ужин с каждым из сотрудников. Мы как одноразовая посуда….

— Если того требует должность, конечно. Только я не готовилась к деловым ужинам, у меня и одежды-то подходящей нет.

— Ничего страшного, встреча не будет носить формальный характер. В шесть я зайду.

С этими словами мужчина оставил меня одну в зале. И что-то я окончательно запуталась. Если встреча все-таки неформальная, зачем на ней я?

Вопросов пока было больше, чем ответов. Но раз я пообещала начальнику присутствовать на встрече, я буду на ней присутствовать. Нужно привести себя в порядок, чтобы не ударить в грязь лицом перед владельцем банка.

В какой-то степени я была рада, что у меня появилось занятие на день и вечер. На базе я откровенно скучала из-за своей отстраненности от коллектива, только иногда говорила с Ольгой Александровной и играла в нарды с начальником.

К шести часам вечера, несколько волнуясь и переживая, я была готова. Надела летящее платье бородового цвета длинною до щиколотки, достала украшения к нему и уложила волосы в аккуратную (насколько это позволяли мои кривые руки) шишечку.

Андрей Григорьевич не заставил себя долго ждать. Без трех минут шесть я заприметила мужчину через окно своего номера. Одет он был в самые обычные джинсы и футболку, а в руках нес…. Букет полевых цветов.

Мамочка! Скажите, что он подарит их дяде в честь приезда.

— Элина, добрый вечер, — мужчина учтиво поздоровался и протянул мне цветы. Все-таки не дяде…. — Это в знак благодарности за помощь ну и извинение за изменения в планах.

— Спасибо, большое, но не стоило, — с опаской принимая букет (все-таки я аллергик), я прошла в номер, кое-как засунула его в стакан, который стоял рядом с графином, и тихо ругаясь под нос, отправилась с Андреем Григорьевичем на эту формально-неформальную встречу.

Оказалось, что Анатолий Владимирович прибыл еще сегодня днем, но сей факт по коллективу не распространили. Мужчина не любил шумные встречи и теплые приемы.

А за ужином он собирался поболтать с любимым племянником и, конечно, узнать, как обстоят дела в филиале. Но опять же вопрос: зачем здесь я?

Ужин должен был состояться в небольшом зале местного ресторанчика, где уже был накрыт стол на три персоны. В центре восседал мужчина лет пятидесяти приятной наружности.

Если честно, он ничуть не походил на владельца банка. Выглядел так просто и добродушно, как будто был трактористом или, скажем, электриком.

— Дядя, познакомься, это Элина Васильевна. Моя ассистентка. Элина, это Анатолий Владимирович, владелец нашего банка.

— Очень приятно с Вами познакомиться, Анатолий Владимирович, — пропела я, усаживаясь за стол.

Ужин, как я и ожидала, больше походил на семейное застолье. Мужчины обсуждали как дела у всех их многочисленных родственников, критиковали купленный в кредит автомобиль нового мужа сестры Анатолия Владимировича.

В общем, зачем я была на этом празднике жизни, понятно так и не стало. Конечно, я участвовала в разговорах, что-то комментировала, когда того требовала ситуация, но в целом была бесполезным приложением.

Зато, знаете, салат с креветками был вкусный. Вот только ради него стоило прийти и послушать о тете Маше из Саратова, дочка которой третьим забеременела.

— Прошу прощения, важный звонок, — когда нам принесли десерты, Андрей Григорьевич отлучился на телефонный разговор. И тут я ощутила себя неловко. Затянувшуюся паузу явно нужно было чем-то разбавить, но в моей голове не крутилось никаких мыслей кроме как о том, что ягоды на торте были переморожены.

— Элина, как Вам работа в банке? Насколько я знаю, Вы с нами уже больше месяца. От Андрея ассистентки сбегают чаще, чем я успеваю о них узнать.

— Первое время было нелегко, конечно…. Но сейчас мы с Андреем Григорьевичем к друг другу притерлись и, как мне кажется, сработались.

— Это замечательно. Всегда искренне радуюсь, когда на работу приходят хорошие сотрудники. Элина, прошу прощения, а Вы замужем?

Я чуть вишневой косточкой не подавилась, честное слово!

— Честно говоря, нет, и никогда там не была.

— Интересно…. — хорошо, что к тому моменту за стол вернулся Андрей Григорьевич. Потому что понятия не имею, куда бы завел нас этот разговор.

У них у всей семьи навязчивое желание женить Андрея Григорьевича? И почему-то у меня складывается ощущение, что женить его хотят на мне! А я что? Я вообще замуж, может быть, не хочу.

Нет, хочу, конечно, но не за своего начальника. Такую семейку мне, боюсь, не потянуть….

Ужин закончился в восьмом часу вечера на положительной ноте. Анатолий Владимирович закрыл счет, наплевав на возражения своего племянника, и, попрощавшись с нами, удалился в бар на втором этаже ресторана.

— Спасибо за приглашение на ужин, я, пожалуй, тоже пойду.

— Я провожу, Эль, — сопротивляться было бесполезно, поэтому я только согласно кивнула и медленно пошла в направлении выхода из ресторана.

Мы неспеша шли по мощенной желтыми камушками тропинке, наслаждаясь приятной прохладой вечера. Сейчас на природе было так хорошо и спокойно, что ничуть не хотелось возвращаться в душный номер.

Хорошо, что большая часть коллектива закрылась в номерах с пошлыми играми и алкоголем. Нас никто не видел, а следовательно и не обсуждал.

— Ты, должно быть, замерзла? — Андрей Григорьевич подошел ко мне со спины, когда я остановилась, чтобы посмотреть на небольшой искусственный пруд с плавающими на поверхности кувшинками, и приобнял за плечи.

От неожиданности я вздрогнула. Мужчина расценил этот жест по-своему и обхватил меня крепче, закрывая от вечерней прохлады в своих объятиях.

Наверное, мне стоило сделать шаг в сторону, возразить, на корню пресечь такое нарушение личных границ. Но я не могла…

Будучи предельно честной с собой, я понимала, что сейчас испытываю уют и комфорт. Находясь в руках этого мужчины, заботливого, сильного, приятно пахнущего, я ощущала себя настоящей девушкой. Не сумасшедшей ассистенткой, не сильной и независимой, не стервозной Элиной, а хрупкой девушкой.

Я развернулась робко и осторожно, чтобы не разрывать кольца объятий на своих плечах и, поднявшись на носочки, заглянула мужчине прямо в глаза.

Он улыбался, глядя на меня и смотрел в упор, чуть наклонив голову в бок. В свете фонаря карие глаза мужчины выглядели очень светлыми, почти янтарными. А мягкие губы напротив приобретали насыщенный алый оттенок.

Мне вдруг захотелось вновь почувствовать их вкус, прильнуть и с жаром отдаться поцелую, ощущая на себе крепкие объятия.

Так, Элина, тормози на поворотах!

Отрезвив свой разум за несколько секунд, я сделала шаг назад и отвела взгляд. Мать твою, что это сейчас вообще такое было?!

Я действительно хотела поцеловать своего начальника, не имея на то никаких веских причин?

— А..Андрей Григорьевич, мне нужно в номер. У меня режим, — сказала я первое, что пришло на ум.

— Но ведь нет даже восьми вечера.

— А я встаю в пять утра. Бегать решила.

— В таком случае, увидимся завтра на пробежке.

Вот же черт спортивный! И что мне теперь реально в пять утра просыпаться и бегать идти? Да еще и с ним? Нет, этого я точно не выдержу…

Нужна какая-нибудь мимолетная интрижка, пока я не набросилась на собственного босса.

Андрей Григорьевич проводил меня до номера и, пожелав спокойной ночи, пошел к себе. Конечно, больше всего мне сейчас хотелось неспокойной ночи, но эти мысли вслух я решила не озвучивать.

В номере было скучно. Ложиться спать в восемь вечера я, конечно, не собиралась. Но и что делать в четырех стенах не знала.

В конце концов, натянув спортивный костюм потеплее и заварив себе кружку чая, я вышла на скамеечку около корпуса, чтобы насладиться вечером.

— О, а вот и компания нашлась! — сзади раздался малознакомый мужской голос с характерным похрипыванием от большого числа выкуренных сигарет. — Эля, кажется.

— Да, все верно, — согласилась я, пододвигаясь на лавочке, чтобы мужчина мог присесть.

— А я Виталик. Инкассатором в банке работаю, если не знаешь, — мужчину я и впрямь частенько видела около инкассаторской машины на парковке. Вот только обычно он был облачен в черные брюки и черную плотную водолазку, поверх которой надевал специальный защитный жилет. А сейчас мужчина был одет в обычные джинсы и футболку, которые не скрывали его мускулистого тела.

Хм, если бы знала, что инкассаторы в нашем банке так хорошо выглядят, ходила бы через парковку почаще.

— Очень приятно познакомиться, Виталик, — пропела я, протягивая руку для рукопожатия. — А почему не с коллективом?

— Да, знаешь, как-то не ладятся у меня отношения с ними. Пьянеют они быстро, — мужчина хохотнул, а я немного насторожилась.

Мы поговорили о том, о сём, обсудили поездку, погоду. В целом, это было неплохое начало знакомства с мужчиной. Может быть, я бы даже согласилась на второе свидание с ним, но…

— Ну что, красавица, к тебе или ко мне?

Вот, интересно, почему девушки (или конкретно я?) устроены так, что периодически ищут секса на одну ночь, а когда находят его, выпучивают глаза от страха и бегут так, что сверкают пятки?

— Виталий, Вас начальник инкассации ищет, — раздалось у нас за спинами. Я встретилась с серьезным взглядом своего босса и расслабленно выдохнула.

— Опять напился еще до наступления ночи… Что ж, Элина, было приятно познакомиться! Но долг зовет. Может быть, еще увидимся, — мужчина поцеловал тыльную сторону моей ладони, кивком попрощался с Андреем Григорьевичем и покинул нашу компанию.

— Интересный у Вас, Элина, режим, — властным ледяным голосом произнес мужчина. Когда он начинал так говорить, я знала, что ничего хорошего ждать не стоит.

— Не спалось что-то, — соврала я.

— И Вы решили, что флирт с коллегой сработает как снотворное?

— Простите, но Вас не касается моё решение, — сказала я и встала с лавочки, но тут же оказалась нос к носу со своим начальником.

Андрей Григорьевич сделал шаг вперед и одним движением прижал меня к себе, лишая всякой возможности двигаться.

— Какая же ты несносная и непокорная!

— С чего бы мне быть покорной? — хотя, черт возьми, если он будет продолжать шептать мне на ушко пошлости своим низким голосом, я соглашусь быть самой покорной из всех покорных.

— Потому что в глубине души ты хочешь быть такой, хочешь, чтобы мужчина имел над тобой власть, — я не против, чтобы какой-нибудь мужчина имел меня. И даже не какой-нибудь, а очень конкретный.

— Андрей Григорьевич, это всё неправильно, — чуть не простонала я, когда мужчина заправил выбившуюся прядь волос мне за ушко и провел прохладными пальцами от мочки до ключицы. — Вы начальник, я Ваша ассистентка.

— Неплохой сюжет любовного романа или фильма для взрослых.

— Боже мой! Прекратите, — прекратите, иначе я воплощу этот сюжет в жизнь!

— Эль, я тебе совсем не нравлюсь? — мужчина был так близко ко мне, что при разговоре его губы касались моих, заставляя забывать обо всем.

— Вы мой начальник, — повторяла я как мантру, — значит остальное не имеет смысла.

— А если я скажу, что в пятницу подписал заявление о твоем увольнении?

— Что?!

Меня как будто ледяной водой окатили. Я отпрянула от мужчины, посмотрела на него округлившимися от удивления глазами и, сообразив, что только что произошло, влепила ему звонкую пощечину.

— Да подавитесь своей должностью ассистентки! — выплюнула я Андрею Григорьевичу в лицо. — Хотелось бы посмотреть на дуру, которая согласится работать на Вас, но, увы, в этот банк я больше ни ногой. А Вы повернутый, сумасшедший, самовлюбленный индюк! Вот Вы кто!

Кое-как сдерживая слезы, я забежала в корпус и, не помня себя, добралась до комнаты.

Наспех скидала вещи в сумку, параллельно вызывая такси и размазывая соленые струйки по щекам.

Да как он мог меня уволить? Я же справлялась с работой! Я терпела его выходки, выполняла даже те задания, которые выполнять не должна была. А он?

Думал, что я влюбилась в него по уши и описаюсь кипятком от одной только мысли, что теперь мы можем быть вместе, несмотря ни на что? Да хрен там!

Любовь любовью, а зарплата мне нужна. Да и о какой любви речь? Это же так, мимолетная интрижка!

Я выбежала из своего номера прямиком к выезду со двора, куда заказала такси. Но около черной девятки меня ждал сюрприз. А точнее Андрей Григорьевич, расплачивающийся с водителем.

Не успела я дойти до машины, как она тронулась с места, скрываясь в вечернем полумраке.

— Что Вы сделали? — возмутилась я, стараясь не смотреть на спокойного как мамонт мужчину.

— Не дал тебе уехать. Ты очень эмоциональная, Эль. И если тебя не тормозить, столько глупостей сгоряча можешь наделать.

— Это не Ваше дело, что я делаю сгоряча! Теперь моя жизнь вообще Вас не касается: ни личная, ни рабочая.

— Прекрати эмоционировать, пожалуйста. Мы же взрослые люди, сейчас всё обсудим и решим, — мужчина попытался развернуть меня к себе лицом за локоть, но я демонстративно вырвала руку и отвернула голову. Пусть знает, что я обижена!

— Вы уже всё решили в пятницу. А я все решила сейчас! Было ошибкой приходить… Что Вы делаете?!

Не дав мне договорить, Андрей Григорьевич перекинул меня через плечо, придерживая одной рукой за попу, в другую взял мои скромные пожитки и понес в направлении номеров.

— Не кричи, пожалуйста. Не хватало, чтобы весь коллектив увидел наши с тобой разборки.

— Нет у нас никаких разборок, — шикнула я еще тише. — И вообще ничего общего нет!

— Пока нет, но потом будет. Квартира, машина, бюджет, дети….

— Вы спятили или пьяны!

— Пьян тобой!

После этой фразы мужчина занес меня в свой номер, бросил на широкую двуспальную кровать и навис сверху, отрезая от внешнего мира.

Я планировала продолжить сопротивляться и уйти из его номера с гордо поднятой головой, но один лишь нежный поцелуй в кончик носа и добрая улыбка заставили меня сменить гнев на милость и с придыханием вжаться в кровать.

— Эль, давай поговорим, — тихо произнес он, улыбаясь.

— Х..хорошо, — надо же, как быстро я, оказывается, успокаиваюсь под правильным мужчиной.

— Я действительно подписал заявление о твоем увольнении в пятницу. Почему-то думал, что так будет лучше и для меня, и для тебя. Но по твоей реакции я понял, что ошибался. Это было глупым решением моей собственнической натуры. И я прошу у тебя за это прощения.

— Хорошо, — осторожно согласилась я.

— Я хотел завтра пригласить тебя на ужин и признаться в чувствах, сказать как много ты для меня значишь. Потому что за все это время я очень привязался к тебе, Эль. Ты необыкновенная! Я еще не встречал такой живой, неунывающей и смелой девушки, которая умеет постоять за себя, умеет быть сильной. И я влюбился. Я не хочу больше без тебя. Хочу теперь только с тобой.

— А если я не захочу? — ну а что? Я же не уверена до конца, что чувствую к нему симпатию. Вдруг это просто временное влечение?

— Я попытаюсь расположить тебя к себе. Постараюсь доказать, что со мной ты сможешь стать счастливой. Но если нет… Я всё пойму и ни в коем случае не буду настаивать.

— Андрей Григорьевич, — начала я.

— Эль, я знаю, что для тебя есть много «но». У меня семья не подарок, да и я вообще не праздник. Но с тобой я начал меняться. И планирую продолжить это делать. А заявление об увольнении я порву, и забудем о нем как о страшном сне.

Я заглянула в глаза мужчине, который по-прежнему нависал надо мной, гипнотизируя взглядом. Хотелось понять собственные ощущение я этот момент, разобраться в чувствах.

Сердце рвалось наружу в объятия этого мужчины, но мозг твердил остановиться. Ведь давайте честно, эти отношения будут обречены на неудачу.

Я не знала, что ответить Андрею Григорьевичу. Поэтому промолчала и отвела глаза в сторону.

— Ладно, Эль, я всё понимаю. И отказ приму, не волнуйся. Мы сможем сделать вид, будто этого всего между нами не было?

— Наверное, — одними губами прошептала я. — Будет лучше, если я уйду.

— Прости, что всё так вышло.

— Ничего. Никто не виноват.

Не подавая виду о том, что творится у меня на душе, я добралась до своей комнаты. А там, упав лицом в подушку, впервые за долгое время разрыдалась от горьких чувств.

Мне больно было признаваться самой себе в том, что с этим человеком я могла бы стать счастливой, но не стала. Мы хорошо ладили, понимали друг друга, нам было весело вместе, но из-за каких-то дурацких предрассудков я сказала ему «нет».

Сердце в груди бешено билось от одной только мысли, что у меня был шанс засыпать в его объятиях, вместе ездить на работу, планировать будущее. Но мозг уперто твердил, что все это неправильно.

— Почему все так сложно? — шептала я самой себе, размазывая слезы по щекам. — Почему я не могла отбросить все сомнения и согласиться быть с ним?

Так и не определившись, что это было: предрассудки или здравый смысл, я легла спать, обнимая подушку.