Глава 8. Айлин

Я бегу что есть сил. Сгущается тьма, и я не вижу куда я бегу. Хорошо, что я в ботинках, но если попаду в трясину, то утону.

Мне надо взбодриться и прийти в себя. Желательно подальше от Торена. Я передумала!

Это что такое было? У его врага выросли когти и клыки, а Торен рычал как зверь. Разве такое возможно? Может, наркота, которую я подсыпала Торену, случайно попала и в меня?

Он убил человека! Ножом. Я видела. Кровавый ужас застыл перед глазами. Но не это меня пугает. Я словно заживо попадаю в свой кошмар. Я в темноте. Я дезориентирована, а вокруг никого, только шипение и рычание.

— Айлин! — слышу крик, нет, рев Торена.

А я и не бегу больше никуда. Ноги не держат. Штаны на мне не держатся — тоже, устала их придерживать, чтобы задом не сверкать.

Но меня тошнит. И голова кружится.

— Айлин!

Я же ничего не ела. Мне так плохо. Хотя вначале все было так хорошо. Наш поцелуй, объятия… ласки… И Торен он… он… мой… даже хоть десять человек убил бы сейчас. Но разве то человек? Мой Торен сражался голыми руками с монстром и победил его.

— Айлин! — кричит уже ближе.

— Я здесь, — шепчу, отчего-то зная, что он услышит. А что если Торен — тоже монстр? Наверняка так и есть. Он же не испугался. Для него это обыденно. И тогда на празднике он спас меня, не боясь быть раненным. Медальон зверя в ту самую ночь…

Свистящие взрывы фейерверков грохотали высоко над домами, сменяя один залп за другим. Темное ноябрьское небо озарялось разноцветными красками огней, принимающих разнообразные формы. Я вжимала голову в плечи каждый раз, когда слышала очередные залпы. Я ослеплена и дезориентирована. Я отчетливо чувствовала кисловатый неприятный запах пороха. Настойчивые воспоминания, несуществующие и невозможные, царапали мое сознание, словно те самые вспышки на небе.

Ночь Гая Фокса*. Ненавижу скопление людей. А та ночь приняла катастрофический по своему размаху масштаб.

Меня окружали разрисованные лица, или, что еще хуже, в масках. Горящие кресты повсюду. Священники. Я слышала смех и гомон. Люди, сотни, нет, тысячи людей, шедшие мне навстречу по Бьюкенен стрит, толкали меня плечами, как бы намекая, что я двигалась не в ту сторону. Я перекинула свои волосы через плечо вперед, наспех заплетя косу. Я боялась полыхающего повсюду огня. Боялась костров. Боялась, что волосы случайно охватит пламя.

Или не случайно.

У моего отца, Алистера Грэма, много врагов.

И это был идеальный момент, чтобы ударить по самому больному — его дочери.

Я обещала отцу, что погуляю с подругами и вернусь домой к полуночи. Дала слово, что не появлюсь на празднованиях и шествиях сегодня, но подруги уговорили меня, заверив, что будет весело и ничего со мной не случится.

В одном из исторических зданий в центре, на Бьюкенен стрит — главной пешеходной улице Глазго, первый этаж заняли различные магазинчики и пабы с выходом на улицу. Ноябрь довольно холодный. Мы забежали в сувенирную лавку, чтобы погреться. Я с удовольствием погрузилась в окружающую меня обстановку. Повсюду талисманы, кулоны, колоды карт. Даже куклы вуду имелись. Все такое странное и мистическое. Очень много украшений ручной работы из серебра и драгоценных камней.

Девочкам ничего не понравилось, они посмеялись, что это явно не «Тиффани» и «Картье», а я, вдоволь насытившись люксом, залипла у витрины с с простыми украшениями. Мое внимание привлек круглый медальон из эпоксидной смолы, на котором отлит из серебра силуэт звериной лапы. «Медальон Зверя или Волчья лапа» — так было подписано название на ценнике. Украшение висело на тонкой серебряной цепочке, а в темноте переливалось и светилось, словно лунный камень. Я крутила медальон в руках, восторгаясь искусной работой мастера.

— Сделала в единственном экземпляре. Серебро пользуется большим спросом. Наивные люди верят, что оно спасает от оборотней, — захихикала женщина с платиновыми волосами до пояса. Вся в черной одежде, с острым маникюром в тон одежде. Глаза чуть прикрывали густые накладные ресницы, а губы покрывала идеально нанесенная темно-рубиновая помада. Женщина очень эффектная. Такую встретишь и никогда не забудешь, это точно.

— Значит, вам везет. У вас полно идиотов, на которых вы зарабатываете деньги, — небрежно проговорила я. — Еще, наверное, привороты всякие делаете и проклинаете кого? А по телефону гадаете на Таро?

— Милая, мы живем в современном мире! Только видеозвонки по фэйстайм или ватсап!

Я не смогла удержаться от смеха — с невероятной непосредственностью женщина рассказывала о своей работе.

— А что? — она приняла скучающий вид. — Есть даже групповые консультации, как у фитнес-гуру. Учимся составлять натальные карты.

Я покачала головой. Люблю прямолинейных людей, потому что сама такая же.

— Но ты, я вижу, в подобных услугах не нуждаешься? — подмигнула мне «ведьма». — Я — Нэн, — она протянула мне руку со своими длинными глянцевыми когтями. — А ты Айлин, верно?

— Откуда ты узнала? — я крайне удивилась. Потому что не часто посещаю какие-либо мероприятия с отцом. Только самые важные.

— Оказывается, и таких скептиков, как ты, можно провести? — Нэн откинула голову назад и зловеще рассмеялась. Я приподняла одну бровь в ожидании, когда она закончит демонстрировать свое актерское мастерство. Никудышное, к слову. — Глупышка, у тебя подвеска из-под свитера вылезла. И подружки тебя по имени звали. В моей профессии главное — быть чуткой и внимательной.

— И драматичной, — отметила я, спешно заправляя подвеску обратно под свитер.

— Особенно драматичной.

— Можно я куплю этот медальон с волчьей лапой? — меня он манил безумно, а я не привыкла отказывать себе в чем-либо.

— Хм. Удивительно, да? Именно он тебя сюда притянул! — Нэн изменилась в лице, прищуриваясь. — Прими в подарок от меня.

— Я должна буду рекомендовать твои услуги в обмен своим подругам? — смело спросила я. Потому что мне никогда не делали подарки просто так. Тем более, незнакомые люди.

— Каким подругам? Те, которые уже давно ушли, оставив тебя тут одну?

Я обернулась в ужасе — лавка пуста. Кроме меня и Нэн здесь никого.

— Возьми медальон, девочка. Он тебе пригодится. И заглядывай к старухе Нэн почаще.

— Старухе?

— Ну ведьма же должна быть старой, а то не солидно как-то, — она надула по-деловому губы, сняла медальон с крючка и надела его мне на шею. — Так себе время ты выбрала для прогулки с подружками.

Я поблагодарила Нэн за подарок и взяла ее визитку со стойки. Ну, мало ли, вдруг мне действительно расклад на Таро понадобится. Я вообще не люблю быть в долгу.

Отец с детства учил: «Берут — бери вдвойне. Бьют — убивай и не жалей. Дают — давай взамен в сто крат».

Я достала телефон из сумочки — связи нет.

— Власти глушилки врубили. Связи не будет до самого утра, пока идут шествия. Антитеррор и все такое, — Нэн сочувственно улыбнулась. — Хочешь, оставайся? Чай попьем. У меня и покрепче что найдется.

— Нет, спасибо, Нэн. Я не могу пользоваться твоей добротой. Мне нужно найти подруг.

— Как пожелаешь, — она пожала плечами и ушла в какую-то подсобку за кассой.

Я выхожу из лавки и долго бреду по улице, опираясь только на интуицию и чутье, но толпа унесла меня куда-то, пока я не начала идти против “шерсти”. Я не смогла бы даже лавку Нэн найти, реши я вернуться обратно.

Костры, факелы... Пламя повсюду! Контраст огня и темноты ослепил меня. Кто-то дернул меня за косу. Я обернулась — трое мальчишек лет десяти бегали вокруг меня и звонко прокричали:

“Гай Фокс! Ткни его в глаз!

Запихни в дымоход и там оставь его умирать”

Как мило. Но мне было вообще не смешно.

— Пошли вон, — выругалась на них, хмурясь, и детвора разбежалась, не испытывая мое терпение.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться.

— Эй, ты, белобрысая! — мужчина в маске схватил меня за руку и потащил в толпу. — Давай веселиться с нами, красотка!

— Не трогайте меня! — разозлилась я, пытаясь совладать с подступающей паникой. Еще и этот дурацкий фейерверк оглушал меня. Слезы потекли по щекам от страха — я почти ничего не видела. Кто-то сорвал с меня сумку.

— Девка ниче такая. Красивая и одинокая, — гоготнул кто-то и сжал мои ягодицы сквозь джинсы, словно проверял на упругость. Я попыталась вырваться из тисков, но меня окружили плотным кольцом и утащили в какую-то подворотню.

Я закричала, срывая голос. Забилась в истерике, царапаясь и кусаясь, но никому до меня не было дела. Толпа праздновала поражение Гая Фокса четырехсотлетней давности и радостно встречала каждый залп разноцветного огня в небе.

— Позабавимся, златовласка? — заржал один из мужчин, схвативших меня. Он сорвал, оставляя ссадины на моей шее, золотую цепочку и подвеску с бриллиантами с моим именем. Под раздачу попал и медальон с волчьей лапой. Он выскользнул из рук грабителя прямо на влажный от ночной прохлады асфальт.

— Отпустите меня! Пожалуйста! — умоляла я. Мне очень хотелось, чтобы это все прекратилось. Вот бы я могла спрятаться и забыться!

Но вместо того, чтобы сжалиться надо мной, кто-то порвал застежку моих джинсов, пока мои руки были зажаты мертвой хваткой насильников. Я почти не могла пошевелиться.

— Повеселимся и отпустим, — пообещал один из них. Я запомнила его по хриплому прокуренному голосу.

— Эй, Робби! Девушка вежливо попросила, чтобы ты отпустил ее!

Еще один мужчина. Их так много вокруг. Я не выживу. Не выживу!

— Пошел ты к черту, МакФэлан!

Я слышу звон холодного оружия. Бандиты в масках достали ножи и мачете. Надеясь, что я им больше не интересна, я попятилась, но меня остановил один из этих уродов. Зажав мой рот грязной и пропитанной табачным дымом рукой, крепко обхватил голову. Я не могла даже пискнуть. Дышала через нос, но из-за адреналина и волнения не хватало кислорода. У меня закружилась голова.

Мне оставалось только сопеть и смотреть на то, что происходило передо мной, хотя я почти ничего не различала. Переулок освещали лишь один тусклый фонарь и растущая луна в пороховом облаке от праздничного салюта.

Высокая фигура мужчины, возникшей передо мной, заслонила собой весь обзор.

Мрак скрывал незнакомца, и лишь яркие всполохи цветных огней ненадолго освещали его лицо, отбрасывая на него мрачные и зловещие тени. Он в одиночку планировал справиться с пятью бандитами?

Ситуация складывалась — хуже не придумать. После того, как с ним расправятся, бандиты примутся за меня. Еще более злые и голодные.

_________________________

*Ночь Гая Фокса — Традиционное для Великобритании ежегодное празднование (но не государственный праздник) в ночь на 5 ноября.

В эту ночь, пятую после Хэллоуина, отмечается провал Порохового заговора, когда группа католиков-заговорщиков попыталась взорвать Парламент Великобритании в Лондоне в ночь на 5 ноября 1605 года. (Википедия)