Глава 12

Я понятия не имею, куда мы летим, сейчас у меня есть только сообщение от Абрамова, во сколько явиться в аэропорт. Никак не могла пересилить себя и спросить подробности, поэтому и одежду вынуждена собирать наугад. Покупать ничего не планирую, выпендриваться мне там не перед кем, не хватало еще, чтобы Абрамов начал думать, что я хочу произвести на него впечатление. Беру только два новых купальника, потому что старые совсем вышли из моды. В аэропорт специально приезжаю впритык по времени, пусть миллионер понервничает. В обычных джинсах и толстовке я больше похожа на подростка, чем на журналиста известного журнала. Он встречает меня с кислой миной, но плевать мне на его недовольство, в конце концов это не я потащила его против воли в отпуск. В самолете, когда Абрамов решает обратиться ко мне с каким-то вопросом, я демонстративно затыкаю уши наушниками и отворачиваюсь к иллюминатору. Пусть сам с собой общается всю дорогу, я его развлекать не собираюсь. Уже через час после просмотра какого-то скучного фильма меня вырубает, а просыпаюсь я от того, что кто-то настойчиво трясет меня за плечо. Открываю глаза и не могу сразу понять, где нахожусь. Прямо перед глазами находится лицо Костика. Он бесцеремонно выдергивает один наушник и недовольно поджимает губы. – Можно только позавидовать тому, какой крепкий у тебя сон, – ворчит Абрамов, – минут десять уже трясу тебя и никакого толку. – У меня нет проблем с законом, и я всегда вовремя плачу налоги, чего и тебе советую. Сон сразу наладится, заодно и на людей перестанешь бросаться. Вижу, как опасно вспыхивают его глаза, но заткнуться не могу. Возможно, когда-нибудь мой язык доведет меня до крупных неприятностей. Но сейчас я не хочу об этом думать. – Скоро посадка, хватит спать, – опять бубнит, а я закатываю глаза. Ну что за человек, а? Он вообще что ли расслабляться не умеет. Получив свой багаж, мы на такси добираемся до отеля. Сильно по сторонам стараюсь не глазеть, чтобы не показывать своей заинтересованности, позже все рассмотрю. Безусловно все здесь очень красиво и дорого, думаю, в другие места Абрамов и не ездит. Когда администратор протягивает нам только один комплект ключей, мое терпение взрывается окончательно. – Что все это значит, Абрамов? – сквозь зубы выдавливаю, – я сюда работать приехала. Не рассчитывай, что тебе что-то обломится. В прошлый раз была единоразовая акция. – Там два смежных номера, истеричка, так что у каждого будет своя комната. – Два номера, которые соединены общей дверью. Нет уж. Меня такое не устраивает. Меняй. Или я уеду отсюда и сниму для себя бюджетное жилье где-нибудь подальше отсюда. В договор наше совместное проживание не входило. Абрамов гипнотизирует меня непроницаемым взглядом, закатывает глаза и возвращается к администратору. В итоге номера нам дают разные, но они находятся совсем рядом друг с другом. Жаль, я бы предпочла на разных этажах. – Через час встретимся в ресторане на первом этаже, расскажу план мероприятий, – бросает мне Костик, перед тем как скрыться за дверями своего номера. Я принимаю душ, сушу волосы и заплетаю их в косу. В уши вдеваю серьги кольцами, из одежды надеваю бежевый сарафан. Это вообще универсальная вещь в моем гардеробе. И в пир, и в мир. Спускаюсь на первый этаж и заворачиваю в ресторан. Абрамов уже сидит там и листает меню. Подсаживаюсь к нему за столик и решаю сначала тоже выбрать себе что-нибудь на ужин. Последний раз я ела в самолете, поэтому успела проголодаться. – Итак, – откладываю папку с меню в сторону, – пока мы ждем свой заказ, я готова тебя выслушать. Абрамов поднимает вопросительно бровь и ухмыляется так, как только он умеет это делать. – А я думал здесь я решаю, – настроение у него, судя по всему, на высоте, чего нельзя сказать про меня. Я до сих пор очень зла на него и на всю ситуацию в целом, в которую, кстати, он меня и загнал. Возможно, после ужина мне станет легче. Но это не точно. – Какова роль моего здесь пребывания? Может тебе доставляет удовольствие загадочно молчать, пока я строю свои догадки, но мне все это уже поперек горла. – Может, я просто хотел, чтобы ты отдохнула? – лениво улыбается и стреляет в меня своими дьявольскими глазами. – Ты? Да я никогда в жизни не поверю в это, – степень моей злости увеличивается. – Неужели я так плох? – Ты чудовище, – выдаю эту фразу с удовольствием. – Ты разбиваешь мне сердце, Вика. Вот так пригласи девушку в отпуск, а она потом закидает тебя обвинениями. – Ну, во-первых, у тебя булыжник, а не сердце, а во-вторых, разве это было приглашение? – последнюю фразу практически выкрикиваю, – потому что Лебедев меня чуть в бараний рог не скрутил, только чтобы я согласилась поехать. Охренеть, подарочек. – Он тебя обидел? – неожиданно серьезно спрашивает Абрамов. – Он меня просто достал. Угрозами, шантажом, в общем в конечном итоге заставил поехать. – Я просил его мягко подтолкнуть тебя к этому решению. – Тогда я тебя разочарую. Ты, Лебедев и «мягко» понятия несовместимые. – Ну, почему же. Той ночью я был очень даже мягким и нежным. Помнишь? Обычно предпочитаю пожестче, конечно, но с тобой почему-то захотелось другого. Я вспыхиваю, как свеча и начинаю отчаянно краснеть. Со мной такого со школы не было. Черт. Ну и тип. Нужно срочно менять тему, обсуждать ту ночь, да еще на курорте может быть очень опасно для меня и моего тела. – Давай вернемся к моим обязанностям. В чем они заключаются. – Ты будешь везде ходить со мной и записывать, – лениво пожимает плечами. – Что записывать? В смысле, как секретарь? – Нет, секретарь у меня уже есть. Записывать все, что сочтешь нужным для своей статьи. – И тебе что совсем все равно, что я там напишу? – Нет, не все равно. Перед публикацией дашь мне почитать.