Глава 47

Очередной скелет внес в обеденный зал новые блюда — сладкий пирог и пирожные. Еще один поставил на стол два графина с морсом.— Что это? — нахмурившись, лорд указал на балахоны на скелетах.— Одежда, — любезно просветила я его. — Вы сами их одевали.— В серые наряды, — отрезал лорд. — Бабочек с цветами там точно не было.Да? Я внимательней пригляделась. Действительно, на ткани словно были вышиты разноцветные мелкие цветы и бабочки. Много цветов и бабочек.— Я не знаю, что это, — пожала я плечами.— Зато я знаю, — раздраженно ответил лорд. — Ваша магия, ринна. Вы совсем не умеете ее контролировать.— Меня никто не учил, — пожала я плечами. — А там, откуда я прибыла, магии ни у кого нет.— Дикий мир.Лорд взмахнул руками. Из его пальцев вырвались и понеслись к скелетам черные лучи. Они впитались в балахоны и… цветы с бабочками остались на месте.— Гаррашарх ронторн горраш! — выдал лорд, разозлившись. — Что именно вы сказали или подумали?! Почему эта гадость не сводится?!— Удивилась про себя, почему вы не любите свою сестру, — соврала я.Не рассказывать же о своих глупых мыслях и чувствах.Лорд сверкнул глазами, как двумя прожекторами.— Вы ее тоже разлюбите, когда познакомитесь поближе.— Все может быть, — согласилась я. — Но так откровенно демонстрировать свои чувства точно не стану.Лорд попытался испепелить меня взглядом. Не получилось. К его сожалению, я осталась жива.— Уберите это, — приказал лорд, невоспитанно ткнув пальцем в узор на ближайшем балахоне.— Не могу.— Почему?!— Не умею.— Гаррашарх ронторн горраш! — повторил лорд, резко отодвинул сиденье от стола, вскочил и широкими шагами направился прочь из обеденного зала.Похоже, кто-то бесится. Ну и пусть его. Мне больше еды достанется. В конце концов, может, если я растолстею, лорд откажется от своей затеи жениться на мне?С такими мыслями я принялась за пирог, а потом и за пирожные, не забывая записать их морсом.Лорд больше в зале не появился. То ли наелся, то ли боялся ненароком меня прибить.Псих. Нервы ему лечить надо.Доев сладости в тишине и покое, я поднялась к себе и за несколько минут сняла то самое платье, ради которого мне необходима была личная служанка. Потом переоделась в простенькое домашнее платье, порылась в вещах, взятых из моего замка. Глубоко внизу, на самом дне, лежали два искусно вырезанных почтовых голубка. Ну как голубка. Я их так идентифицировала. На самом деле птички этого мира могли называться и по-другому.Такие волшебные вещицы использовались в этой империи, чтобы рассылать приглашения на праздники и торжества. Я обнаружила их в одном из своих тайников, но до последнего времени была уверена, что они мне не пригодятся.Время показало, что я сильно ошибалась.Оба голубка были извлечены на свет божий. Я вспомнила, как читала в одной из книг о них и о том, как и что на них наговаривать.— Ну, надеюсь, оно сработает, — вздохнула я и поднесла одного из голубков к губам — для улучшения слышимости. — Я, Степанова Виктория Андреевна, приглашаю Степанову Марину Андреевну на встречу, которая состоится…Я надиктовала обоих голубков и отправила их «на деревню дедушке», так как не знала точных почтовых адресов ни Маринки, ни Лорессы.Втайне я надеялась, что голубки не долетят, а значит, не нужно будет ничего ни для кого устраивать.Увы. Видимо, первопредок внимательно следил за действиями всех своих новых потомков, потому что буквально через час-полтора я получила ответы.Два точно таких же голубка, только с другим текстом, извещали меня, что мои приглашения получены. И адресаты с удовольствием появятся в замке лорда послезавтра на чаепитие.— Вот Верелия обрадуется, — пробормотала я, прослушав оба сообщения. — Готовить на такое количество едоков.Зевнув, я вышла из комнаты и пошла вниз, в кухню — обсудить с Верелией предстоящее чаепитие. В самом деле, не скелетов же вызывать для такого важного дела.Верелия была занята — она о чем-то яростно спорила с личем, тем самым, который как-то раз пришел к нам в замок вместе с лордом.— Думаешь, он тебя понимает? — с сомнением спросила я, послушав несколько секунд претензии Верелии. — По-моему, он только приказы выполняет. И то своего непосредственного хозяина.— Да все он прекрасно понимает, — отмахнулась Верелия. — Просто притворяется чуркой бездушной.Я скептически посмотрела на лича, стоявшего неподвижно перед разбушевавшейся Верелией, и промолчала.