Глава 10

Раз уж их путь всё равно лежал мимо постоялого двора, Олег, едва не наступивший в лепёшку навоза, решил отправиться к городскому начальству верхом.

Пока им оседлывали коней, барон Ферм успел переброситься парой слов с хозяином постоялого двора насчёт аренды за городом помещений, которые можно было бы использовать для временного расселения людей.

Тут, к месту, вышел один из братьев-торговцев, и Олег, объяснив свои пожелания, оставил их решать эту проблему без него.

Решение ехать верхом оказалось правильным, так как на подъезде к ратушной площади они попали во встречный поток оживлённо переговаривающихся людей.

При виде барона и его спутников встречные расступались, прижимаясь к домам, и кланялись, впрочем, не очень подобострастно.

Причину толчеи они поняли и унюхали‚ приехав в городской центр. На площади догорало пять костров, на столбах перед которыми на цепях обвисли обугленные трупы.

Судя по отвратительной смеси запахов горелого мяса и нефтяного масла, несчастных и костры перед сожжением облили горючкой.

Олег где-то читал в своей прошлой жизни, что Изабелла, королева Арагона и Кастилии, в своей доброте часто приказывала поливать сжигаемых перед казнью маслом, чтобы они быстрее сгорали и меньше мучались. Правда, некоторые знатоки той эпохи утверждали, что несчастным было бы лучше сначала задохнуться от дыма и сгорать в беспамятстве, но никто из этих умников, слава Богу, на себе этого не испытывал.

С какой целью здесь использовали масло, то ли из соображений гуманности, то ли, наоборот, из желания причинить побольше мучений, у Олега не было никакого желания выяснять.

Спутники барона реагировали на открывшийся вид гораздо спокойней, они в своё время и в замке Ферм насмотрелись на подобное.

Сначала, оставив слуг и коней на улице, Олег с Улей зашли в магистрат.

Секретарь магистрата, спокойный и внимательный толстяк, принял барона и его спутницу‚ проявляя всё положенное уважение, но было видно, что таким посетителям он совсем не рад, хоть и старается этого не показывать.

Но в этот раз к нему пришёл неправильный барон, или‚ наоборот, правильный, тут как посмотреть.

Когда барон сказал, что хотел бы поддержать город в лице секретаря небольшой финансовой помощью на борьбу с преступниками, которую он только что воочию наблюдал, и передал секретарю десять лигров, то показное уважение сменилось у того на искреннее.

– Господин барон, рад буду вам помочь. Вы по какому вопросу?

– По личному, – Олег‚ произнеся это, едва сдержал смешок, вспомнив сценку из любимой им книги. – Мы с моей сестрой Улей прошли кровный обряд принятия её в баронский род Ферм, и теперь мне нужно, чтобы ваши канцеляристы оформили баронете «козлик» и сделали это как можно быстрее. Магическую метку сделаю сам у своего родового мага. Власть самозванных монархов Винора для нас теперь не указ.

– Всё будет сделано в лучшем виде. Если позволите, я сам этим займусь.

Олег к предложению секретаря отнёсся доброжелательно.

Козликами назывались официальные документы, буквы которых выжигались на обработанной козлиной коже.

Изготовление козлика, после того, как барон дал все необходимые сведения, заняло меньше половины склянки.

По окончании Олег добавил к официальной плате в два лигра ещё пять, и секретарь проводил их с баронетой Улей Ферм до выхода‚ и сам открыл им дверь.

– Олег…

Олег обернулся и увидел, что Уля плачет.

– Баронета, прекратите реветь. Нет, Уля, ну‚ в самом деле, ты так и будешь каждый раз из-за всякой ерунды мочить глазки? Я уж думал‚ ты давно вошла в своё положение.

– Извини, Олег. Я всё.

Магиня приняла гордый и важный вид, который, впрочем, сильно смазывался покрасневшими глазами и носиком.

В мэрии Олег, ничуть не комплексуя, использовал тот же приём, что и в магистрате. Секретарь мэра, получив мзду, а Олег не скупился, решив вечерком повторить свои подвиги двухлетней давности, доложил своему шефу очень быстро и тут же пригласил пройти в кабинет градоначальника.

– Барон, баронета, рад вас приветствовать у себя.

Мэр оказался откровенный выжига и плут. Как только он узнал, что барону нужны люди, так сразу ухватил тему, что свободные в его глушь на ПМЖ не поедут, разве что на время работ и при высокой оплате, а рабы, сервы и крепостные стоят денег, а вообще их никто не продаст.

На предложение Олега не казнить бродяг, а передавать их ему, заявил, что это невозможно, потому что будет являться попустительством бродяжничеству, попрошайничеству‚ бегству от хозяев и воровству.

В общем, сошлись на пятидесяти солиграх за голову. Цена, с одной стороны, смешная, а с другой, мэр ведь не своё продаёт, а, по сути, достающееся ему бесплатно. Мэр, хоть и старался этого не показать, но был просто счастлив.

Олег тоже был доволен. Платить лигр за шесть человек – это, считай, даром. К тому же, если до этого он ещё раздумывал, кого из этих взяточников обобрать, то теперь уже вопрос был решён – за людей для баронства Ферм заплатит мэр.

– Я через три дня уезжаю, – поставил мэра в известность барон. – Хочу в этом году лично посетить летнюю ярмарку. Тут моими делами будут заниматься уважаемые Бимелатус и Бомариус, у меня с ними заключен договор. Они будут в курсе условий, и расплачиваться я им поручу сразу. Так сказать, товар – деньги. Как только ваши разъезды, патрули приводят бродяг и беженцев, так сразу же вы получаете деньги. В тот же день. Место передачи товара и денег обговаривайте с ними.

Расстались‚ довольные друг другом. Олег заметил, что у него совсем хорошо стало получаться общение с чиновниками. Дело-то оказалось нехитрым вовсе.

Обедал он, в этот раз, за столом не только с Бимом-Бомом, но и с баронетой Улей Ферм, которую представил торговцам как свою сестру. Рита ещё не вернулась, да и вряд ли вернётся до ужина. Дело ей предстояло непростое.

– Нашли подходящие здания, в полулиге от городских стен. Там пять пустых складских здания, небольшой барак для работников и сторожей, конюшня и колодец. Здания, говорят, в плохом состоянии, но сейчас лето, какое-то время пожить можно будет. Если устраивает плата в пять лигров за декаду, то мы завтра съездим, посмотрим.

– Устраивает, съездите, – согласился Олег.

За обедом Олег рассказал о результатах своих бесед с мэром. Договорились, что плата будет идти на паритетных началах, половину платы за людей оплачивает барон, половину – купцы из своих оставшихся от продажи стекла денег, а барон им потом вернёт кальвадосом со скидкой в четверть оговоренной цены.

– Пока непонятно, как определять качество товара, кого брать, а кого не брать, – поднял резонную тему Бом.

Некоторое время Олег раздумывал, а потом вспомнил о дешёвой стоимости товара и о том, кто, в конечном итоге, будет за него платить.

– А берите всех. Барон Пален разберётся.

После обеда он взял с собой Нечая и пошёл на задний двор, где между фургонами было достаточно пространства, чтобы отрабатывать приёмы рукопашного и ножевого боя. Погонял Нечая, заставляя того поочерёдно и многократно выполнять одни и те же приёмы. Повторили кое-какие техники ассасинов. Олег с удовлетворением отметил, что у парня с каждым разом получается всё лучше, а ещё он сделал вывод, что Нечай занимается и самостоятельно.

Естественно, что за ними увязалась и баронета-магиня. Посмотрев на их занятия, снова разозлилась на Нечая, что тот забыл в замке её сюрикены.

– Так, Уля, прекрати бурчать, как бабушка. Можешь продолжать занятия с Нечаем вместо меня. Только теперь он за наставника. Согласна или гордыня замучит, всё ж баронета.

Уля с сомнением посмотрела на своего слугу, но согласилась.

Олег же предупредил, что уходит к себе в номер отдохнуть, и чтобы никто, под страхом смерти, не вздумал его потревожить, пока он сам не выйдет. Нечаю поручил после тренировки и помывки заступить на пост возле его двери.

Поднявшись в номер, быстро ополоснулся в большой бадье с прохладной водой, принесённой по его приказу двумя гостиничными рабами, переоделся в походную одежду и использовал заклинание Скрыт.

Из номера он переместился на улицу с помощью Прыжка.

В кабинет мэра он пришёл заранее и устроился, чтобы никому не мешать, в углу возле шкафа.

Пока ждал окончания рабочего дня мэра, чтобы сопроводить того к месту хранения заначки, стал свидетелем его разговора с местным представителем растинских торговцев.

Подслушанный разговор ещё раз подтвердил, что городская власть давно подмята республиканцами, которые чувствуют себя в баронствах полными хозяевами положения.

Идти к закромам никуда не пришлось. То ли у мэра жена была растратчицей, и он ей не доверял, то ли готовился уйти в другую семью, но свой тайник он оборудовал в кабинете, прямо под рабочим столом.

К полученным от последних посетителей деньгам мэр добавил полученные от растинца, краснея и пыхтя‚ залез под массивный стол, приподнял две паркетины и положил деньги под них.

Задача для Олега оказалась крайне простой. Рассудив, что «Шерлоков Холмсов» здесь ещё не появилось, он не стал выдумывать сложный план.

– Ну ты и спать, Олег, – удивлялась Рита за завтраком.

БимБом ничего не говорили, но улыбались.

– А что случилось? – спросил барон.

Лучше бы не спрашивал. И Рита, и Уля, и Бим-Бом принялись наперебой‚ и всё время‚ поправляя друг друга‚ рассказывать о сгоревшем ночью здании ратуши.

Олег ел и делал вид, что удивляется. Поджог, естественно, был устроен им самим, чтобы скрыть следы кражи и не доводить дело до того, чтобы мэра стали терзать смутные сомнения.

Сумма, нахомяченная мэром, вызывала уважение, не всякое баронство могло бы похвастаться такой казной. Из тайника и ящиков стола Олег изъял в общей сложности более тысячи восемьсот лигров, полторы тысячи из которых он забрал в пространственный карман. Остальные деньги он вручил Рите на предстоящие покупки людей и товаров. Теперь в руках Риты, с учётом денег‚ полученных от купцов и взятых из казны баронства в поездку, должно было быть больше четырёхсот девяноста лигров.

После завтрака Олег поднялся в номер к Рите, где они и занялись пересчётом денег.

Интересно было наблюдать за ошалело-радостным и возбуждённым видом Риты, бывшей охотницы, которая до появления в её судьбе Олега, никогда не держала в руках сумму больше пятидесяти солигров. И хоть за последний год она уже и пообвыклась, но вид такой огромной, по местным меркам, суммы денег, вываленных кучей прямо на пол её номера, произвёл на неё впечатление.

Да Олег и сам был впечатлён. В пространственный карман он убрал все золотые монеты и только небольшую часть серебром, Рите же он передал почти всю сумму серебром и даже немного медью, поэтому куча получилась внушительной.

– Здесь очень много, это просто невозможно потратить! – воскликнула Рита, когда деньги были пересчитаны.

– Надо больше верить в свои силы, Рита. Да и не верю я, что женщина не сможет найти применения деньгам, – немного шутливо ответил своему лейтенанту Олег и продолжил уже более серьёзно: – Кроме людей, надо будет закупить ещё много всего. Продуктов мы с собой прихватили достаточно, но если людей окажется много, то на обратную дорогу вам еды не хватит, так что покупайте ещё. Ну и я там Биму-Бому уже сказал и тебе говорю, закупай больше железа, тканей, пряжи, нитей, всё, что может пригодиться. Одежду готовую тоже покупай, кожи, меха. В хозяйстве всё сгодится.

– Кому сказал? Биму-Бому?

– А, забудь. Не вздумай при Бимелатусе и Бомариусе так ляпнуть, обидятся.

Рита засмеялась.

– Это ты хорошо придумал. И запомнилось легко.

– Говорю же, забудь. Имей в виду, что у них опыт в торговле, поэтому прислушивайся к ним, советуйся, чтобы тебя не облапошили.

Какое-то время Рита машинально опять начала пересчитывать деньги в разложенных кучках, видно, сам процесс понравился. Потом посмотрела на барона.

– Насколько можно этим купцам верить?

– Верить в наше время нельзя никому. Даже самому себе. Мне – можно, – опять пошутил Олег фразой из прошлого мира. – Если серьёзно, то они производят впечатление умных и расчётливых людей, да, скорее всего, такими и являются. А я их на крючки очевидной огромной выгоды и дальнейшей перспективы насадил. Так что, уверен, не сорвутся. Пока они чувствуют запах выгоды, они наши с потрохами. Ты теперь расскажи, что с наймом дружины. А пока рассказываешь, давай всё по мешочкам раскладывать.

Они вместе стали пересыпать монеты в кожаные мешочки и укладывать эти мешочки в тяжёлый, обитый металлом сундук.

– Желающих пойти к вам в дружину полно. Но в основном это молодёжь, вторые-третьи и так далее сыновья, выучившиеся кое-как сами или с помощью наставника махать мечом. Ты же сказал брать семейных. Таких тоже много, но в основном уже старые, отслужившие у разных баронов. Но четырнадцать человек я подобрала. Тоже не первой молодости, но ещё послужить могут. Завтра придут сюда. Если глянутся, то принесут присягу.

На следующий день и правда в трактире у гостиницы собрались все четырнадцать отобранных Ритой воинов. Олег не поленился побеседовать с каждым и выбор Риты целиком одобрил.

Тянуть не стали, и в тот же день Олег принял у них клятвы верности. Кроме этих четырнадцати человек, Олег принял на службу ещё и одну женщину, бывшую наёмницу, которую привёл один из новых дружинников. Женщину звали Кабриной, ей было уже больше сорока лет, но она была достаточно сильной и крепкой.

Ночь перед своим отъездом в Гудмин Олег провёл в постели у Риты.

Все вопросы давно были уже оговорены, возможные проблемы обсуждены, поэтому после секса они просто расслаблено лежали и долго ни о чём не говорили. Потом Олег снова погладил крепкое бедро своей молодой соратницы.

– Я уж думал, что у тебя с Шерезом всё серьёзно.

Рита хмыкнула и пожала плечами.

– У него со всеми серьёзно. Но больше всего у этого ловеласа серьёзно с женой управляющего, она, считай, каждый день в его комнате стоит перед ним на коленях и чмокает. Уже даже служанок не стесняется. Гури первое время пытался с ней скандалить, но давно, похоже, смирился, а жаловаться тебе не стал – побоялся Шереза.

– Ого, а я и не знал про это.

– Так ты и не интересовался никогда. Ты хоть знаешь, что Веда беременна? – Рита, оторвав голову от груди Олега, посмотрела на него и, увидев на его лице удивление, засмеялась. – Теперь будут проблемы с отцовством. Шерез ведь не один у неё, кроме мужа, был. Кстати, а ты там как? Не?

Олег от неожиданности даже начал вспоминать свои альковные похождения, но мгновенно успокоился – с Ведой у него уже давно, ещё с сольтских времён, ничего не было. Вместо ответа, он перевернул Риту на животик.

В поездку в Гудмин Олег и Уля взяли с собой четверых воинов, накануне принятых бароном к себе на службу. Свои семьи те уже отправили в импровизированный лагерь, организованный Бимом-Бомом возле города. Олег решил, что одного фургона ему хватит, так как принятых на службу воинов он обеспечил лошадьми ещё накануне. В фургоне разместились Улины служанки Гира и Филеза, а управлял им тот самый серв, который провинился во время стычки.

Бедолага при виде Риты начинал сильно паниковать, и у него практически всё валилось из рук. Олег просто пожалел молодого неопытного мужика и выбрал для поездки его, пока тот из-за своих очередных ляпов опять не попал под горячую руку лейтенанту.

Попрощавшись с Ритой и купцами, подождал, пока Уля перестанет обниматься с Ритой, и дал команду на начало движения.

Дорога, которая шла от Нерова в Гудмин и далее в Легин и Брог, была главной транспортной артерией южных баронств и поэтому поддерживалась во вполне приличном состоянии. Во всяком случае, слишком уж большие ухабы или промоины тут иногда подсыпали, а по дороге время от времени проезжали патрули городской стражи. Магистраты городов поделили эту дорогу на участки, за которые каждый из этих городов отвечал.

Это не помешало уже на второй день поездки их маленькому отряду поучаствовать ещё в одной стычке. Банда плохо вооруженных и скверно одетых разбойников, видимо, соблазнившись немногочисленностью баронского отряда, решила напасть из засады.

Уля магией опознала ловушку заранее, задолго до того, как они к ней приблизились.

Организована эта засада была так по-дурацки, а внешний вид выскочивших разбойников был так печален, что они вызвали у Олега скорее жалость, чем даже раздражение.

Впрочем, миндальничать он не стал. Какие бы жестокости и несправедливости этого мира не привели людей на скользкую дорожку разбоя, встав на неё, они должны были быть готовы отвечать за свои поступки. К тому же о пытках, издевательствах и прочих насильственных действиях, которыми подвергали бандиты своих жертв, Олег знал прекрасно.

Он накрыл всю выскочившую на дорогу банду заклинанием Замедление, а троих сидевших в засаде лучников он уничтожил заклинанием Пламя.

Потерявшие подвижность разбойники, которые с трудом могли даже просто повернуть голову, были быстро перебиты четвёркой дружинников.

– Олег, мне бы тоже такое заклинание выучить, – с нотками зависти произнесла Уля.

– Вернёмся в наш замок, я тебе расскажу и покажу в меру своих возможностей. Будешь пробовать. Может и получится.

Дальнейший их путь пролегал без особых происшествий. На этой достаточно оживлённой дороге им часто попадались встречные обозы и караваны, а так как баронов среди них не было, то дорогу уступали отряду Олега.

Несколько раз заночевали и перекусили на постоялых дворах в вольных поселениях.

Во время дороги, когда Уля утомлялась доставать его своими вопросами и залазила к своим служанкам в фургон, Олег размышлял о происходящих событиях и своих дальнейших планах.

Как-то раз вдруг с края сознания всплыло, что в Нерове он ни разу не увидел ни одной книжной лавки вроде той, в которой он начинал свою рабочую карьеру в Сольте. С этой мысли размышления перешли на то, почему тут реально такая отсталость в плане каких-либо зачатков технического развития. Словно всё замерло раз и навсегда.

Являлось ли это следствием того, что в этом мире не было продвинутой эпохи античности, он сомневался. Олег бы предположил тут влияние магии, хотя каким образом магия бы помешала прогрессу, он не представлял. Но он вспомнил, что и на Земле было множество народов, которые просто застывали в своём развитии, а были и такие, что даже деградировали.

Олег вспомнил передачу, про найденные уже в двадцатом веке в местах проживания аборигенов Амазонии величественные следы цивилизации майя. Но почему без всяких внешних агрессий и войн произошла такая деградация людей, не могли сказать и учёные. Но магии вроде бы там не было.

Чем ближе они подъезжали к Гудмину, тем чаще им приходилось обгонять попутные торговые караваны, обозы и просто одиночные крестьянские телеги. Привычку своих дружинников охаживать обгоняемых крестьян хлыстами, барон сразу же пресёк на корню.

В последнем перед приездом в город вольном поселении огромный постоялый двор был забит под завязку. На ярмарку стремилось множество народа, и мест не хватало.

– Олег, мне здесь и не нравится. Поехали, за деревней переночуем? Тепло, хорошо. Гира нам сготовит вкусно.

Олег был с нею согласен. В постоялом дворе его прельщала только возможность посетить баню, но раз до города остался один дневной переход, то можно и потерпеть. Он уже дал знак своим, чтобы выворачивали со двора, когда был остановлен приветственным криком.

– Барон Ферм! Вот уж не ожидал вас тут увидеть! – к ним от гостиницы быстрым шагом шёл некогда спасённый им из паленской тюрьмы баронет Женк Орвин. И, уже подойдя к ним и увидев Улю со знаком баронеты, вдруг резко застыл, а потом, не отрывая от неё взгляда, спросил у Олега: – Вы не познакомите меня со своей очаровательной спутницей?