Глава 9

Что мы имеем? С улыбкой склонилась над своими подопытными. А улыбаться было чему. Соцветия на драцене не только увеличились в размерах, но и имели явный розоватый оттенок. Раз такого на ней не может быть, значит, опыт оказался результативным.

Теперь я реально почувствовала себя магом. Остаётся только дождаться, когда цветы расцветут.

С геранью тоже произошли изменения. Соцветия набрали силу и походили на гроздь смородины, где вместо ягод мелкие бутончики цветов. Интересно-то как! Единственное, что огорчило, у меня не получилось изменить только один цветок, произошло переопыление. Надеюсь, с опытом уйдёт этот косяк.

Сидеть в бездельи и ждать окончательных результатов мне не хотелось, поэтому, оставив эти цветы, решила взяться за алое.

С прошлым опытом всё более-менее понятно, и здесь делать то же самое не было желания. Мне нужно прощупать разные грани дара.

Алое мне хорошо знакомо. Нет, дома его не было, ну разве что у бабушки. Я торговала косметикой, а в ней это растение используется повсеместно. И самая ценная особенность его — это помощь в регенерации тканей.

Мозг живо начал вспоминать состав витаминов и других антиоксидантов. А что, если попробовать увеличить выработку их в растении? Зачем мне это нужно? Хрен его знает. Но пробовать буду.

Так. Взять всё растение или пока только листик? Посмотрела на довольно крупный объект и решила взять веточку. Это же магическая жизнь, здесь и локально можно экспериментировать.

А сейчас нужно понять, как правильно заложить результат и, главное, не забыть, о чём я думала, вдруг нужно будет повторить, а я не запомнила.

Витамины С, В, Е… вспоминала этикетки и что там написано. Сложные названия веществ казались чуждыми. Поэтому я сделала проще, не стала их мысленно читать, а просто взяла целый слепок слова и пошла дальше, мозг их знает.

Мысленно прошлась по списку ещё раз и, прислонив палец у основания ветки, пустила энергию в неё. Дичь, конечно, вся это магия, но мне настолько нравился процесс, что я готова была тратить на него всё своё свободного времени, а у меня его была прорва.

Держа в голове своеобразную этикетку, я вдобавок давала установку на результат. В идеале хотелось сделать из алое средство от морщин или хотя бы сильно заживляющее. Главное, чтобы оно не вызывало мутации на коже, а то выращу мутаген, — я тихо засмеялась.

Рискну ли я его испробовать на себе? Придётся. Не Марфу же просить, да ещё объяснять, зачем мне это нужно.

Провозилась весь день, и в итоге зарядила практически всё алое. Или у меня уже объёмы энергии выросли, или я стала более тонко её расходовать. Но если проанализировать мои действия с драценой и сегодняшний эксперимент, то так и есть. В первом случае я просто вытягивала материал, грубо можно сказать, а сегодня я работала с клетками.

Ладно, утро вечера мудренее, завтра уже будет видно.

* * *

Утром я подскочила раньше обычного и буквально побежала к своим подопытным. Судя по бутонам у герани, сегодня распустится моё соцветие, у драцены же всё только развивается.

Алое. Мне показалось, что обработанные ветки выглядят здоровей остальных: цвет насыщенный, более глубокий. Наклонилась рассмотреть, по краю появился едва заметный красноватый край. Будем следить дальше. Хотелось ещё немного стимулировать, но решила не делать этого для чистоты эксперимента.

И что мне делать, цветов же нет больше?

Фикус. Вспомнила про огромный цветок высотой больше моего роста, который стоял в гостиной.

Быстро умылась, оделась и поспешила вниз. До завтрака ещё есть время, меня никто не должен побеспокоить.

Проходя мимо апартаментов родителей, услышала приглушённый голос Светланы Юрьевны.

Я остановилась и бесстыдным образом прислонила ухо к замочной скважине. Тон был не интимный, поэтому решила подслушать. И не зря.

— … в покое! — голос был возмущённый, она явно хотела поругаться.

— Как ты не поймёшь, я вынужден это сделать. Выдам её замуж и сотрём этот позор с лица нашей семьи, — процедил папаша.

— Как ты можешь, она твоя дочь⁈

— Я тебе не сказал, что она устроила на беседе с Николаем Никифоровичем. Заходил к нему намедни. И знаешь, что он мне рассказал? Твоя Екатерина угрожала убить его в первую брачную ночь.

Вот же старая вобла, рассказал-таки, да ещё и переиначил.

Светлана Юрьевна меня удивила, рассмеявшись.

— Какой позор, такое распространять о невинной девушке! Твой Николай Никифорович просто испортил воздух при ней, поэтому и выскочил как ужаленный петух. А Катя не стала его позорить. Признай, стар он для женитьбы, только народ смешить.

— Не стоит наговаривать.

— Значит, ему можно, а мне нет? Я не позволю чернить имя моей дочери! — мамаша повысила голос.

— Всё, не кипятись. В этот раз я ответственно отнёсся к кандидатуре.

— Он солдафон и ниже нас по статусу! — возмутилась Светлана Юрьевна.

— Пётр Иванович из состоятельного купеческого рода. В свои двадцать пять уже ротмистр, и, главное, дар у них одинаковый. Он хорош собой…

— Не смеши, видела я его пару лет назад… Да и не мужчине судить. И что ты о нём знаешь? Только то, что он хороший офицер!

— Екатерина не будет ни в чём нуждаться, и даром никто не упрекнёт. Я добра ей желаю. Светлана, дорогая моя, пойми… — послышались тихие перешёптывания.

Я уже хотела уйти, но разговор продолжился.

— И когда он явится с визитом? — маман тяжело вздохнула, видно, согласилась с доводами мужа.

— По приезде нас из Москвы.

Больше не было смысла слушать. Что за гадская жизнь, зависеть от родичей. Хорошо, что время есть придумать стратегию по нейтрализации очередного соискателя моей милости.

* * *

До отъезда оставалось два дня. Я была в прекрасном настроении. Сегодня наконец-то расцвела драцена. Очень необычные вышли цветочки, похожие на розовых ёжиков с длинными белыми усиками. У герани тоже цветы вобрали признаки драцены, и в центре каждого цветка был объёмный белый пушистый комочек. В грозди смотрелось очень красиво.

Я сидела в гостиной в ожидании обеда и тихо работала с фикусом. Я не хотела особо афишировать свои эксперименты, поэтому работала с текстурой листьев и ароматом. Да, фикус практически не пах, как раз это и послужило толчком к эксперименту, положительный результат будет явный.

Слегка потёрла обработанный пару дней назад лист, он отличался от других слегка матовым цветом, словно покрыт тонким слоем воска, как на яблоках. Это значило, что всё работает. Появился лёгкий травянистый аромат. Хотелось что-то типа пачули или сандала, но в этом случае придётся прибегнуть к скрещиванию.

Я по-разному воздействовала на каждую ветку, и на другой получился другой результат: листья уплотнились, но остался глянец, но не холодный и гладкий, как у стандартных листиков, а чуть вязкий. И запах другой, горьковатый. Не сказать, что приятный, но явный. И если добавить другие нотки, то может выйти что-нибудь интересное.

От анализа меня отвлёк шум, доносившийся из вестибюля. Создалось впечатление, что кто-то пришёл. Я тайком выглянула. Мужчина — гость стоял солдатиком, одет в длинную шинель, головной убор в руке. Невзрачный, небольшого роста, может, чуть выше меня и с усами, — я не люблю усатых. Как-то был один соискатель моего внимания, так условием свидания как раз было удаление усов. Не согласился, ну и послала.

Когда послышался шум с лестницы второго этажа, он судорожно стал поправлять волосы.

— Господин Горский с визитом, — объявил лакей.

— Добрый день, господа, — начал мужчина. — Простите, что внезапно с визитом. Дела требуют моего отъезда, а терзание сердца не даёт покоя. Не соизволите принять меня сейчас?

Неожиданно я поняла, что это тот самый претендент. Ну сейчас так сейчас. Я сама вышла и направилась к своим родичам, они уже дали распоряжение позвать меня и подать ещё один прибор к обеду.

К тому моменту, как я подошла, он снял верхнюю одежду, оставшись в военной форме.

— Разрешите представить Горский Пётр Иванович, моя дочь Екатерина Фёдоровна, — представил отец.

Молодой мужчина широко улыбнулся, я даже представила его без усов, довольно приятная внешность, но не более. Я уже хотела дать ему возможность поговорить, ведь так принято, но тут меня настиг запах. Пахло какой-то мокрой псиной, видно, одежда согрелась в доме и начала источать запах. Я не смогла сдержаться и скривилась.

— Нет, — помотала головой, так сильно было отрицание. Если он пришёл на знакомство с вонью, то что будет, когда он после службы придёт домой.

— Что? — офицер растерялся.

— Вы же для беседы со мной прибыли? Смысла не сижу. Будь вы хоть графом при генеральских погонах. Мой ответ нет, я повернулась и пошла наверх.

— Екатерина, объяснись! — не выдержал Фёдор Александрович.

Я же даже шаг не сбавила. Понимаю, некрасиво поступила, но что сделано, то сделано.

Зашла в комнату и села в ожидании родичей.

Они явились спустя минут пятнадцать, видно, проводили солдатика.

— Я требую объяснений! — в комнату влетел папаша.

— А что объяснять? Он воняет как скунс! Вы хотели, чтобы я, переборов тошноту, сидела рядом, да ещё при этом обедала⁈ И это, хочу уточнить, всю жизнь, которую вы мне с ним определили. Кто он, сын какого-нибудь разорившегося графа? Или скорей всего барона, которому не терпится хоть кого-то заполучить и желательно с приданным. А нет, у него скотский дар! Он же кавалерист! — высказала как озарение.

Фёдор Александрович был готов взорваться.

— Ты не смела так поступать! Ты должна была соблюсти рамки приличия! Какой позор! — вопил папаша.

Что удивительно, но в глазах Светланы Юрьевны я видела понимание, она поддерживала меня как женщина.

— Из-за спорного дара, вы, Фёдор Александрович, готовы сбагрить меня с глаз долой первому встречному. Я лучше уйду из дома и буду жить одна, чем с этими… субъектами, что вы мне подсовываете. Вы себя позорите, а не я!

Маманя стояла белее мела, а отец, напротив покрылся красными пятнами. Я же старалась стоять прямо, но хотелось втянуть шею и вообще убежать, Катя-квашня внутри меня так вообще уже хныкала.

— Потрудись не попадаться мне на глаза, — прошипел он и вышел из комнаты.

— Катюша, ну что ж ты так…? — Светлана Юрьевна села на кресло и, опустив лицо на ладони, заплакала.

Говорить, в этом случае, только оправдываться. А оправдание — это уже признание вины.

Не дождётесь! — я сжала кулаки. Бороться буду до конца.

Единственное, что грустно осознавать, это то, что моя поездка на бал-маскарад накрылась. Ладно, всё к лучшему, найду себе занятие. Теперь я знаю, как работать с растениями, и буду двигаться всё дальше.

До вечера я сидела у себя. Спасибо, что голодной не оставили. Но жалеть себя мне было некогда, я продолжила работать с геранью. Опыт с фикусом показал, что даже в сухих на эфирные масла растениях я могу стимулировать выработку пахучих веществ. А уж с геранью должно получиться очень ярко, там можно и на пахучих нотах поиграть.

Разбила кустик на зоны и стала обрабатывать. Через несколько дней должен появиться результат. Если будет выходить, как я задумала, то, по сути, я могу букет духов прямо на растениях выращивать, — тихо засмеялась, представив, как вместо флакона духов беру срываю листочек и растираю в руках.

Ложилась спать с мыслью забуриться в работу, чтобы не думать о поездке. Представляю, как будет злорадствовать Татьяна, когда поедет на бал одна. Мысли о сестрице-изуверке подпортили настроение, но я всё равно быстро уснула, вымоталась немного.

* * *

Какое же было моё удивление, когда утром с завтраком ко мне пришла Светлана Юрьевна. Лицо каменное, чуть злое. Поставила поднос на столик и, повернувшись ко мне, процедила.

— Не делай так больше. После завтрака можешь начать сбор вещей в поездку.

— Спасибо, маменька, — я подскочила и стиснула её в объятиях.

— Задушишь, бунтарка, — она тихо рассмеялась. — В следующий раз будь умней. Есть множество способов отвадить неугодных женихов. Не можешь найти деликатный способ отвадить сразу, возьми паузу для обдумывания, — нравоучала она меня, когда я села завтракать.

А я начала немного злиться. Где ты, горе-мамаша, была до этого? Ага, знаю, всё это объясняла своей Танечке. Почему эта тварь у меня постоянно как кость в горле? Вроде и не встречаемся особо и ревновать по отношению к родителям не тянет, но вспоминаю и вспоминаю! Потому что это наследие прошлой Кати, я должна игнорировать эти эмоции.

На обед меня выпустили. Фёдора Александровича не было, решал дела на предприятии, но к вечеру он вернётся, и мы поедем на вокзал. И ужинать будем уже в поезде. Моё первое путешествие в этом мире начинается.

На вокзал мы отправились за два часа до отправления поезда, хотя дорога должна занять меньше часа. Наняли большой четырёхместный экипаж, и впервые мы сидели с Татьяной рядышком. Отец на меня не смотрел, видно, что очень зол, но и я не стремилась поймать его взгляд, просто смотрела на плывущие за окном здания вечернего города.

Сестра достала складной веер и стала обмахивать себя, при этом манерно держа руку. При этом выражение лица было такое, что прежняя Катя позавидует, вселенское недовольство, душно ей, видите ли.

Но меня привлёк аромат, который от неё исходил. Очень интересный, терпкий, мне такие нравятся. У прошлой Катерины были духи сладкие чрезмерно, а другие у меня не получилось купить.

Я не стала спрашивать, что за аромат, название скорей всего незнакомое. Только дам повод подумать, что я завидую. Поэтому просто ловила нотки и пыталась разгадать букет. Сандал, чуть лимона, что-то фруктовое, амбра, скорей всего и полынь.

Как же меня захватила эта тема… — ухмыльнулась. Хорошо бы найти комнатные розы, вот где можно развернуться на ароматических нотках. Хотелось бы создать вкусные ароматы, как шоколад или клубничное пирожное со сливками, девчонкам такие очень нравятся и мне тоже.

Увлеклась так, что не заметила, как доехали до вокзала. Белое здание с большими арочными окнами, внутри которого горел свет.

Мы в нём не задержимся и сразу пойдём к поезду. Я шла и не стесняясь крутила головой, прошлая Катя здесь была давно, ездили раз в Москву всем семейством, к каким-то родственникам. Девушка запомнила только мелькавшие за стеклом пейзажи, просидела всю дорогу окна. Я же ощутила себя героиней приключенческого романа и способствовал тому сам поезд. Красивый, тёмно-зелёный с большими окнами, в которых просматривались сами купе, а впереди стоял паровоз, я такие видела только в кино, большой такой, можно сказать, брутальный.

Купе были двухместные. Два тёмно-красных гобеленовых дивана по обе стороны и столик. Привычное расположение, но размеры побольше нашего СВ. Я старалась не смотреть на сестру, очень надеялась, что она не настолько отшибленная, чтобы устроить что-нибудь в поезде.

Двадцать минут до отбытия. Решила выйти в коридор и посмотреть на перрон. Ощущение, что я смотрю романтический фильм, здесь только усилилось. Провожающие, отъезжающие, улыбки, слёзы. Вон парочка украдкой держится за руку: счастья им. Очень надеялась, что я всё же по любви выйду замуж, но пока перспектива мне не нравится.

Папаша закусил мою проблему как бульдог, и пока не найдёт мне мужа, не успокоится. И подходить к выбору он теперь будет вдумчиво, это может дать мне время, а с советом от Светланы Юрьевны, в два раза больше. Ведь думать я могу долго.

Поезд тронулся. В Москве мы будем поздним утром. Только поняла, что скоро Новый год. Я так привыкла, что в наше время всё увешено гирляндами, что просто не замечала нехитрые украшения. Сам бал будет двадцать восьмого декабря, и мы вполне успеваем вернуться до Нового года. Это очень хорошо, ведь не дело оставлять остальных детей на этот семейный праздник.

Стало грустно, каково сейчас моим родителям? Хотелось верить, что Катя из этого мира на моём месте. Да, она попала в другую магию, технологическую и, возможно, никогда не адаптируется, но она живая…

Ладно, хватит возвращаться к прошлому!