Глава 24

– Я лишь хо­тел из­ви­нить­ся, – от­ве­тил Игорь, но так фор­маль­но, что я разо­зли­лась толь­ко силь­нее.

– Ну что вы? Раз­ве прав­да мо­жет оби­деть? – не ме­нее хо­лод­но улыб­ну­лась я и от­вер­ну­лась к кни­ге, да­вая по­нять, что не хо­чу его сей­час ви­деть.

– За­ви­сит от то­го, как она по­да­на, – вдруг смяг­чил­ся муж и, опу­стив­шись на ко­ле­но ря­дом со мной, ак­ку­рат­но за­брал кни­гу. – Что это у вас тут? Ого!

Игорь да­же ды­шать стал ре­же, про­во­дя по жел­той стра­ни­це длин­ны­ми паль­ца­ми так неж­но, буд­то ка­сал­ся не кни­ги, а те­ла воз­люб­лен­ной.

К ще­кам при­лил жар, но я тут же пе­ре­ве­ла взгляд с его ру­ки на стра­ни­цу.

– Что это за кни­га? – спро­си­ла де­ло­ви­то и взя­ла опись на­след­ства.

Раз уж при­шел, пусть пе­ре­ве­дет текст. С пар­ши­вой ов­цы – хоть шер­сти клок.

– Ко­пия ве­не­ци­ан­ско­го из­да­ния “Исто­рии” Ге­род­о­та. Ори­ги­нал на­пе­ча­та­ли в на­ча­ле шест­на­дца­то­го ве­ка, этот том… – Игорь пе­ре­лист­нул стра­ни­цу, – пят­на­дцать лет на­зад, то­же в Ве­не­ции.

Я на­шла со­от­вет­ству­ю­щую стро­ку в от­цов­ской кни­ге и от­ме­ти­ла на­про­тив нее ед­ва за­мет­ную га­лоч­ку гри­фе­лем. Су­дя по за­пи­сям, отец от­дал за эту кни­гу весь­ма нема­ло. И с го­да­ми она ста­нет толь­ко цен­нее.

– Как ду­ма­е­те, сколь­ко бу­дет сто­ить та­кой том сей­час? – уточ­ни­ла я, за­ду­мав­шись.

Игорь взгля­нул на ме­ня, на­хму­рив­шись.

– Ду­ма­е­те, про­да­жа от­цов­ско­го на­след­ства ре­шит ва­ши про­бле­мы? До сих пор это по­мо­га­ло, но ра­но или позд­но ваш чер­дак опу­сте­ет, – хо­лод­но от­чи­тал ме­ня он, слов­но школь­ни­цу.

Я сжа­ла гу­бы. Упрек-то по де­лу: мне и са­мой не нра­ви­лось, что управ­ля­ю­щий ре­шал фи­нан­со­вые во­про­сы за счет на­след­ства Са­ши, но не при­зна­вать­ся же, что под­пи­си на ста­рых до­ку­мен­тах ста­ви­ла не я?

– На­де­юсь, мне не при­дет­ся опу­стить­ся до это­го вновь, – при­шлось пой­ти на по­пят­ную мне.

– Вам и не нуж­но бы­ло, – с неожи­дан­ной го­ре­чью от­ве­тил Игорь. – Ес­ли вам че­го-то недо­ста­ва­ло, вы мог­ли на­пи­сать об этом мне. Но я так и не по­лу­чил от вас ни од­но­го пись­ма, мои день­ги вы пред­по­чи­та­ли пу­стить на ве­тер, мои по­дар­ки – ис­пор­тить и вы­бро­сить. И для че­го? Лишь для то­го, что­бы за бес­це­нок про­дать ан­ти­ква­ри­ат, остав­лен­ный вам от­цом, и жить на эти ко­пей­ки? И да­же не по­ста­вить ме­ня в из­вест­ность!

За бес­це­нок? А я ведь не об­ра­ти­ла вни­ма­ния, да и не мог­ла знать, сколь­ко на са­мом де­ле сто­и­ли те ве­щи, ко­то­рые про­дал управ­ля­ю­щий. Я ведь да­же не ви­де­ла их. Все это он про­во­ра­чи­вал за спи­ной Иго­ря, а ко­гда тот вер­нул­ся, на­вер­ня­ка за­ве­рил его, что эти сдел­ки за­клю­че­ны по мо­е­му го­ря­че­му же­ла­нию.

В моз­гу за­ше­ве­ли­лась смут­ная до­гад­ка, но до­ду­мать ее мне не поз­во­лил муж.

– Ес­ли так вы ви­ди­те свою бу­ду­щую неза­ви­си­мость, вы­нуж­ден вас разо­ча­ро­вать: та­кой сво­бо­ды я вам не поз­во­лю, – то­ном че­ло­ве­ка, ко­то­рый аб­со­лют­но уве­рен в ис­пол­не­нии сво­ей во­ли, за­явил он.

Я по­чув­ство­ва­ла, как в гру­ди на­рас­та­ет ярость. Как он сме­ет? Сам ед­ва ли ин­те­ре­со­вал­ся де­ла­ми же­ны и толь­ко по­сы­лал ей день­ги. Са­шень­ке да­же вра­чей не удо­су­жи­ва­лись вы­зы­вать! А те­перь он вер­нул­ся и ко­ман­ду­ет, буд­то у се­бя до­ма.

– Вы не име­е­те пра­ва рас­по­ря­жать­ся мо­им при­да­ным, – про­ши­пе­ла сквозь зу­бы я, уси­лен­но ста­ра­ясь про­жечь в му­же ды­ру ярост­ным взгля­дом.

Игорь в от­вет на вспыш­ку мо­е­го гне­ва вдруг тон­ко улыб­нул­ся.

– Дей­стви­тель­но, та­ко­го пра­ва у ме­ня нет. По край­ней ме­ре до тех пор, по­ка вы дее­спо­соб­ны, – ми­ро­лю­би­во по­яс­нил он, но в его об­ман­чи­во по­теп­лев­шем тоне толь­ко по­след­няя ду­ра не рас­слы­ша­ла бы угро­зы.

“Си­дит ти­хо, или сдам в пси­хуш­ку”, – та же угро­за, ко­то­рую я уже ви­де­ла в пись­ме.

Я сжа­ла паль­ца­ми кни­гу с опи­сью и по­хо­ло­де­ла от вне­зап­ной, но та­кой ло­гич­ной мыс­ли: уже не же­нил­ся ли Игорь на Са­шень­ке толь­ко ра­ди ее ан­ти­квар­но­го при­да­но­го?

И по­че­му я рань­ше об этом не по­ду­ма­ла? Ведь ес­ли так, то все ло­гич­но: уехал, оста­вил управ­ля­ю­ще­го, ко­то­рый за­пер же­ну в по­ме­стье, и ве­лел не пус­кать к ней док­то­ров, что­бы она ти­хо и без скан­да­ла ото­шла в мир иной. Толь­ко не преду­смот­рел, что от безу­мия же­на нач­нет рас­про­да­вать на­след­ство.

С дру­гой сто­ро­ны, Игорь – и не преду­смот­рел? С мо­им впе­чат­ле­ни­ем о нем это ни­как не вя­за­лось. Да и за­чем ему эти ве­щи? Из люб­ви к ис­кус­ству раз­ве что. Он ведь на­вер­ня­ка по­стро­ил свой за­вод не за два по­след­них го­да: на мо­мент сва­дьбы уже дол­жен был быть бо­гат. В день­гах он яв­но не нуж­дал­ся. Да и тот его взгляд, ко­то­рый я ви­де­ла в церк­ви... Раз­ве так смот­рят лю­ди, ко­то­рые до­би­лись сво­е­го?

– Вла­ди­мир Ана­то­лье­вич, при­не­си­те мне бу­ма­гу и пе­ро, – по­тре­бо­вал Игорь.

Я встре­пе­ну­лась и взгля­ну­ла на управ­ля­ю­ще­го, при­бли­же­ния ко­то­ро­го да­же не за­ме­ти­ла. Ста­рик по­кло­нил­ся и ис­чез в глу­бине ком­нат, а по­том вер­нул­ся и пе­ре­дал му­жу тре­бу­е­мое.

Игорь при­нял­ся быст­ро пе­ре­би­рать кни­ги. От­кры­вал, за­пи­сы­вал на­зва­ния и год из­да­ния, по­том, лег­ко уло­вив ло­ги­ку мо­ей сор­ти­ров­ки, рас­кла­ды­вал по стоп­кам. Вы­гля­дел при этом так, буд­то и не угро­жал мне ми­ну­ту на­зад. Ка­ков наг­лец!

С тру­дом сдер­жи­вая зло­бу, я то­же вер­ну­лась к де­лу. Что-то под­ска­зы­ва­ло, что лезть на ро­жон сей­час не сто­ит, пусть и очень хо­чет­ся.

Те­перь пред­сто­я­ло по­де­лить кни­ги не толь­ко по сте­пе­ни ис­пор­чен­но­сти, но и по язы­ку, на ко­то­ром они из­да­ны. То­ма с про­из­ве­де­ни­я­ми рус­ских клас­си­ков и со­бра­ни­я­ми за­ко­нов я раз­ло­жи­ла от­дель­но. Фран­цуз­ских, сре­ди ко­то­рых без тру­да опо­зна­ва­ла толь­ко Рус­со, Дид­ро и де Са­да, убра­ла от­дель­но. В тре­тью стоп­ку лег­ли несколь­ко зна­ме­ни­тых “нем­цев”, фа­ми­лии ко­то­рых мне то­же бы­ли зна­ко­мы.

– Возь­ми­те, – за­кон­чив бег­лый об­зор, Игорь про­тя­нул мне лист с на­зва­ни­я­ми гре­че­ских книг, пе­ре­ве­ден­ны­ми на рус­ский.

Я на несколь­ко се­кунд неволь­но за­лю­бо­ва­лась иде­аль­ным ров­ным по­чер­ком: стро­гим, но от это­го не ме­нее изящ­ным. Та­ким же, как в пись­ме, на­по­ми­на­ю­щем па­у­ти­ну.

– Бла­го­да­рю, – не успев осо­знать свою веж­ли­вость, про­бор­мо­та­ла я, при­ни­мая лист.

Игорь тут же под­нял­ся и скрыл­ся в до­ме, буд­то хо­тел от ме­ня сбе­жать. Хо­тя ко­му еще от ко­го бе­гать при­ста­ло.

Вот и пы­тай­ся по­сле это­го по­нять муж­чин: при­шел из­ви­нить­ся, по­том на­е­хал, те­перь ушел. Но при этом по­мог.

Я про­бе­жа­ла взгля­дом по ли­сту и, оста­вив кни­ги до­су­ши­вать­ся, вер­ну­лась в спаль­ню. Там се­ла за стол и еще раз вни­ма­тель­но пе­ре­смот­ре­ла спи­сок. Вы­хо­ди­ло, что из книг про­да­но не так уж мно­го: несколь­ко то­мов рус­ской клас­си­ки, до­воль­но до­ро­гие из­да­ния “По­ве­сти вре­мен­ных лет” и “До­мо­строя”, кое-что из по­пу­ляр­ный фран­цуз­ских ро­ма­нов.

Сло­жив сум­мы, за­пи­сан­ные от­цом, я при­свист­ну­ла: вы­хо­ди­ла чет­верть го­до­во­го до­хо­да с по­ме­стья. И это – еще по де­шев­ке? С дру­гой сто­ро­ны, управ­ля­ю­щий мог про­дать кни­ги и го­раз­до де­шев­ле, осо­бен­но ес­ли спе­шил их сбыть.

Я до­ста­ла рас­пис­ки, но, к сво­е­му огром­но­му со­жа­ле­нию, сумм на них не об­на­ру­жи­ла.

По­до­зри­тель­но. То ли по­тря­са­ю­щая без­ала­бер­ность, то ли план. Но ка­кой? В чем его смысл?

Кста­ти, а ко­му, ин­те­рес­но, Вла­ди­мир Ана­то­лье­вич сбы­вал ста­рые ве­щи и кни­ги? Где на­хо­дил по­ку­па­те­лей на та­кое, как он сам вы­ра­жал­ся, ста­рье?

Этим во­про­сом я и оза­да­чи­ла управ­ля­ю­ще­го за ужи­ном, пой­мав удив­лен­ный взгляд Иго­ря. Вла­ди­мир Ана­то­лье­вич нерв­но по­же­вал гу­ба­ми, ед­ва за­мет­но кру­тя вил­ку в паль­цах.

– Тут мне немно­го по­вез­ло, Алек­сандра Кон­стан­ти­нов­на, – на­ко­нец от­ве­тил он. – В Ры­сев­ске есть один ста­рьев­щик, пад­кий на вся­кое ба­рах­ло. Он и по­ку­пал.

Я по­чти фи­зи­че­ски по­чув­ство­ва­ла, как на­пряг­ся Игорь при этих сло­вах. По­вер­ну­лась к нему, но внешне он остал­ся со­вер­шен­но невоз­му­тим.

– До­ро­гая, для об­суж­де­ния дел есть вре­мя по­ми­мо тра­пезы, – ти­хо ска­зал он, де­лая вид, что сло­ва пред­на­зна­ча­лись толь­ко мне. Но услы­ша­ли этот яв­ный упрек все.

Мне оста­ва­лось толь­ко сжать вил­ку и пе­ре­ве­сти те­му на оче­ред­ные ку­ли­нар­ные успе­хи Нас­та­сьи.

Спать я ло­жи­лась с твер­дым на­ме­ре­ни­ем зав­тра же вер­нуть­ся к кар­ти­нам. Я хо­те­ла по­ве­сить хо­тя бы несколь­ко из них к при­ез­ду Вар­ва­ры и ее му­жа, что­бы при­дать го­сти­ной жи­лой вид.

Утром с тем же на­ме­ре­ни­ем вы­шла из бу­ду­а­ра, и, за­ня­тая пла­на­ми, не сра­зу за­ме­ти­ла, как ко­сят­ся на ме­ня слу­ги. Толь­ко в го­сти­ной оста­но­ви­лась, при­гвож­ден­ная к ме­сту при­сталь­ным вни­ма­ни­ем Иго­ря, на­пря­жен­ным мол­ча­ни­ем Вла­ди­ми­ра Ана­то­лье­ви­ча и со­чув­ству­ю­щи­ми взгля­да­ми Нас­та­сьи с Гла­фи­рой.

Осмот­ре­лась, и взгляд неволь­но упал на та­кие зна­ко­мые ца­ра­пи­ны на ме­бе­ли, ко­то­рые со­всем недав­но за­де­лы­вал Ни­ки­та.

Све­жие ца­ра­пи­ны.

С губ неволь­но со­рва­лось ру­га­тель­ство, Игорь по­мор­щил­ся.

– Ес­ли вы не при­шли в се­бя, Алек­сандра Кон­стан­ти­нов­на, то мо­жет, вам не сле­до­ва­ло по­ки­дать спаль­ню се­го­дня?

Я не на­шлась с от­ве­том. Да и не смог­ла бы сей­час ска­зать ни сло­ва: оби­да ско­пи­лась в гор­ле со­ле­ным ко­мом, и ес­ли я сей­час из­дам хоть один звук, непре­мен­но вы­льет­ся сле­за­ми.

Жаль бы­ло и ме­бель, ко­то­рую при­дет­ся чи­нить во вто­рой раз – и вид у нее уже бу­дет со­всем не та­кой ак­ку­рат­ный, как по­сле пер­вой по­чин­ки. И се­бя, и соб­ствен­ные ста­ра­ния. Я так ра­до­ва­лась, ко­гда дом на­чал об­ре­тать жи­лой вид. Так хо­те­ла, что­бы это пре­крас­ное ме­сто, од­но­вре­мен­но и по­хо­жее на му­зей, и по­че­му-то очень род­ное, вновь ста­ло теп­лым – не толь­ко от ог­ня в ка­ми­нах. Так ста­ра­лась до­ка­зать, что я во­все не безум­ная ба­ры­ня, ко­то­рая но­ча­ми бе­га­ет по до­му с но­жом. И все – зря?

Под­няв взгляд на Иго­ря, по­ня­ла, что как бы ни ста­ра­лась сдер­жи­вать сле­зы, они все-та­ки под­сту­па­ют к гла­зам.

Ты го­во­рил со мной, ты спо­рил со мной, ты да­же при­нял пра­ви­ла мо­ей иг­ры. И те­перь – не по­ве­ришь, что я ни в чем не ви­но­ва­та? Ты по­чти го­тов дать мне раз­вод, ты по­ста­вил усло­вие, ко­то­рое не смо­жет вы­пол­нить су­ма­сшед­шая, и яв­но де­лал это не в по­ры­ве гне­ва. И те­перь вновь утвер­жда­ешь, что я по-преж­не­му безум­на?