Глава пятнадцатая: Любовь — это эгоизм вдвоем
Вы сущность женщины попробуйте поймите:
Перед лицом мужчины, в сплошном смущении
Она всегда нуждается в защите,
Но втайне мыслит лишь о нападении…
Сильное волнение никак не отпускало. С одной стороны, я сильно хотела увидеть Джейдана, с другой — непонятная обида заставляла сжимать кулаки. Столько всего произошло за короткое время… Смогут ли наши отношения вернуться в норму после всей боли и наших с ним запутанных поступков?
Я стояла возле двери своего дома со стороны улицы, придерживая ремешок маленькой сумочки, повисшей на моем плече, и всматриваясь в горизонт. Не сказать, что пейзаж будоражил воображение, но несколько опрятных домов c ухоженными газонами и зеленая аллея вызывали легкую полуулыбку. Все это такое родное.
Джейдан вот-вот должен появиться. По крайней мере, так гласило его сообщение, которое он отправил еще пятнадцать минут назад.
Солнце светит уже не так ярко, а более тускло и приглушенно, давая начало теплому уютному вечеру. Люблю в такое время сидеть на заднем дворике и пить чай, пролистывая любимую книгу или листая ленту социальных сетей. Зачастую, в книгах и интернете с любовью бывает проще, чем в жизни.
Я кусала губы и размышляла обо всем. Первые эмоции после звонка Джейдана схлынули, и я пришла к выводу, что если выяснится, что той девушкой была одна из поклонниц Джейдана, да даже если и обычная дурочка, попавшаяся на удочку, как и я, то нам придется расстаться.
Наши отношения еще не зашли настолько далеко, чтобы нельзя было все повернуть вспять. Мы не женаты, у нас нет детей и мнимой близости, которая длится десятилетиями. А значит, препятствий никаких. Если не брать в расчет разорванную в клочья душу…
Сквозь боль и наворачивающиеся слезы я смогла осознать, что, возможно, придется отпустить человека, который в рекордный срок стал для меня наваждением, больше, чем кто-либо до этого. Но я не смогу существовать с осознанием того, что меня так обманули при первой же ссоре. Такой человек не создан для отношений, в принципе. Не для таких, как я.
Тот раз, когда он ушел, я еще смогу принять и простить, но не измену. Я не буду такой всепрощающей дурой, которая кричит на весь мир о том, что глупая девушка рушит отношения, а умная сохраняет. Любовь дробит не помилование, раз за разом, а измены. Вот так каждый и остается с сердцем, которое приходится собирать по кусочкам.
Любовная связь вообще хрупкая вещь. Столько невзгод могут разрушить то, что строишь годами. И дело может быть просто в глупом недопонимании. Это я и хочу прояснить. Недоразумение ли это или нож в спине.
Сколько бы сердце ни зашивать, оно все равно влюбляется, а потом болит от собственного безрассудства, глупое. И ничего с ним не поделаешь, потому что оно не учится, как ребенок, а отдается порывам.
Через несколько минут капитан уже был здесь. Съехал с дороги, сворачивая к моему дому по гравию, заглушил мотор. Спустя мой вздох вышел из машины, нервно передернул плечами, хлопнул дверью и двинулся в мою сторону.
— Привет.
— Привет.
Повисла гнетущая, неловкая тишина. Мы оба отводили взгляды, не пытаясь взглянуть друг другу в глаза. Почему-то было не только неловко, а и неприятно, и больно. До чего же все дошло… А когда смотришь со стороны на чьи-то отношения, так легко увидеть глупость, но когда сама погружена в это — разные чувства, переживания и недоверие, застилают обзор. И даже если пытаешься поступить правильно, все равно не видишь полной картины, когда речь идёт о тебе.
Джейдан сдался первым. Я краем глаза заметила, как он перевел прищур своих зеленых глаз на меня, но сама не пыталась ответить, только поджала губы, крепче сжимая ремешок сумочки, поджала пальцы на ногах.
— Грейс, — рука капитана потянулась к моему лицу, а у меня в голове промелькнула вопросительная мысль — касался ли он так же той девушки? Тем не менее, не пыталась отстраниться, только закусила щеку изнутри, чтобы не расплакаться. Это не сердце мое глупое, а я сама.
— Идем? — вопросил парень, взяв меня за руку и переплетя наши пальцы. От этого жеста сердце пропустило удар. Я на деревянных ногах, со стеклянным взглядом двинулась следом. Всего одно прикосновение, а я уже готова простить все.
Но сделав рывок, усилие, посгребала в голове все недостатки и недочеты капитана. В красках описывая для себя насколько он может быть бесячим. Стало значительно легче. Но ненадолго.
Какое-то время никто из нас не пытался начать разговор, но вскоре Джейдан снова решил эту проблему.
— Как я уже и говорил, — он крепче сжал мою руку, — я люблю тебя.
Я с горечью хмыкнула. Какие прекрасные слова и какие они несвоевременные. Столько страдать и почувствовать боль, в конце-концов, после того, как тебе это скажут лицом к лицу, а не по телефону. Так безумно.
— Я правда не хотел тогда так поступать, просто не мог контролировать чувства, которые начали раздирать изнутри от одной только мысли… — Джейдан взъерошил свои волосы, резко проведя по ним рукой. — Все это время я только и мог, что думать о тебе, предполагать, что ты тогда хотела мне сказать… Я дурак, прости меня.
Бессвязная речь капитана слегка потушила тоску в душе. Но ситуация все равно оставалась неоднозначной. А калейдоскоп внутри моего сердца поворачивался все новыми и новыми сторонами, кидая меня с головой в пучину то одних чувств, то других.
Я просто молчала. Что я могу сказать? Начать задавать вопросы? В них нет смысла, если Джейдан будет готов врать ради моего прощения. А пойдет ли он на такое — мне неизвестно. Но все же лучше мило обманываться самой, чем быть жестоко обманутой им.
— Грейс! — похоже, капитану надоело говорить в тишину и лицезреть мою кислую мину. — Что мне сделать?!
В этот момент я задумалась о том, правильно ли поступила, предложив ему прогулку. Готова ли я к этому разговору? Телефон — одно, а вот так, лицом к лицу, — совсем другое. Как вообще все это можно решить, действительно?! Единственный мой порыв — по-детски топнуть ножкой и показать ему, насколько я обижена, чтобы он тут же устыдился и вымаливал прощение.
Но я, черт возьми, хочу быть благоразумной! Хотя бы более-менее.
— Почему все так тупо? — я сжала кулаки, смотря перед собой. Почему не могу разобраться в собственных же чувствах? Любить — это вообще не для меня!
Капитан взял меня за плечи, придвигая к себе, взглянул. И по его зеленым отчаянным глазам стало понятно, что не одну меня так штормит. Джейдан не был так безмятежен, как мне показалось изначально. Его грызло изнутри куда более сильно.
В момент я отстранилась от всего, вглядываясь в лицо человека, которого искренне в будущем хотела видеть своим мужем. Мне показалось, он неуловимо изменился: скулы заострились, под глазами залегли тени, безрадостное выражение лица будто прилипло к нему.
— Ты хочешь расстаться? — на меня смотрели самые печальные в мире омуты души, а я с наворачивающимися слезами абсолютно четко поняла, что не хочу. И замотала головой. Этого я хочу меньше всего на свете. Кто этого хочет, когда любит?
— Как же я жажду иметь возможность тебя не любить, — шмыгнула носом. Тогда все было бы намного проще. Жестоко? Не знаю. Но это все, что я могу сейчас сказать ему с полной искренностью, без утайки.
Но капитана мои слова не задели, его лицо будто вмиг просветлело, а губы расплылись в самой что ни на есть обаятельной улыбке. Такой, которая больше всего ему идет, когда он соблазняет девушек.
— Если любишь, тогда я дам тебе время подумать, мама приглашала тебя на ужин через несколько дней, — меня немного приобняли, — заодно с ней познакомишься.
Несколько дней?! Я мысленно запаниковала. Эти дни будут просто кругами ада и хит-парадами мыслей про тебя, Джейдан Рид. Мне нужна либо окончательная точка, либо окончательное многоточие. Но никак мне не нужны мои мысли, которые будут водить меня по накатанным дорожкам!
И как хитро с твоей стороны! Какая девушка будет бросать парня на семейном ужине с его мамой?!
Но сказала я совсем другое.
— Отлично, — вырвала руку из его ладони, — тогда встретимся через несколько дней, — и, не оборачиваясь, пошла обратно к своему дому. Только почему-то в это время, пока я осознавала, что капитан сейчас смотрит мне вслед, сердце обливалось кровью.
И потянулись дни мучений. В университете я старалась не пересекаться с Джейданом, хотя его старания были направлены в противоположную сторону — попадаться мне на глаза, как можно чаще. И еще эти осуждающие взгляды команды баскетболистов со всех сторон не прибавляли оптимизма, только самобичевания. Я стала похожа на старую, брюзжащую бабку, которая довольна только своим котом, и то — по четвергам.
А по вечерам снова начинался водоворот мыслей. Словно с наступлением сумерек дьявол питается плохими людскими эмоциями и подпитывает их, тогда как днем все это еще можно хоть как-то контролировать.
Скарлетт упивалась своими отношениями то с одним, то с другим. Уже и третий на горизонте нарисовался, не удивлюсь, если и четвертый. Но все это она рассказывала мне сама. Интересоваться не было никакого желания. Все силы уходили на подавление тоски и слез. Хотя будет правдой сказать, что таким образом подруга пыталась меня отвлечь.
Отец пропадал то на работе, то на свиданиях, он весь излучал счастье, и это было единственной причиной для радости в моей жизни — его ликование. С пассией отца я больше не пересекалась, но это меня не коробило, когда придет время, познакомимся поближе.
Совру если скажу, что в день «икс» не наступила некая разрядка и спокойствие. Сегодня все решится. И как бы я ни пыталась скрыть эти мысли и от себя тоже, всё равно они вертелись в моей голове: я увижу Джейдана, поговорю с ним, возможно, дотронусь.
И это одновременно и грело душу, и рвало ее на части, убивая мое и так невеликое самомнение, которое мне иногда хочется просто выбросить и отдаться сердечным порывам. Но кем я стану без гордости? Возможно, я и обычная дура, которая влюбилась в ловеласа, но я не отрекусь от этой частички себя.
И этим вечером либо моя боль продолжится, либо забудется, как страшный сон. Потому что я намерена хоть как-то это закончить. С любым финалом этой болезненной истории.
Это был выходной день, я решила надеть штаны. Обычные джинсы, разве что симпатичного фасона. И белую майку с разрезами по бокам. На ноги напялила любимые кеды, никак не уговорив себя на туфли.
Как ни печально, полностью красивой я могу быть только с хорошим настроением или с адскими усилиями. И это действительно проблема. Вот бы наоборот… А то и рожа радостью не сверкает, и наряд прямо говорит, что хозяйка устала от жизни.
Еще было светло, когда я сгрузилась в машину Джейдана, направляясь к нему домой. Было не настолько неловко, как несколько дней назад, но холодок всё так же присутствовал.
— Я не понимаю, почему мы не можем вернуть все к тому, что было раньше. Все же решилось, я извинился, — не вытерпел капитан, высказывая, видимо, накипевшую мысль. Как по-детски, наивно. Интересно… а он даже не догадывается? Типичный мужик.
Хотя откуда ему быть осведомленным? Как он может знать, что Скарлетт его засекла и всё рассказала мне? Зная подругу, не удивлюсь, если она вообще из кустов разглядывала садящихся в машину.
И я решилась.
— Джей, что это была за девушка, с которой ты садился в машину в день соревнования? — закусила губу, всматриваясь в мелькающие редкие дома за окном.
— Так вот в чем дело, — капитан воззрился на меня взглядом, в котором читалось кристальное понимание. — Ты ревнуешь!
Капитан тепло мне улыбнулся, забыв даже о дороге, и, казалось, по радостно поднявшимся плечам и вмиг улучшившемуся настроению, сбросил с души весь груз, который тяжкой ношей тянул вниз.
Я прищурилась, нахмурив брови. Может это и ревность, но не стоит мне этим тыкать, когда я в таком возбужденно-эмоциональном состоянии! Вспыхиваю, как спичка! А он мало того, что с какими-то вертихвостками расхаживает, так еще и имеет наглость…!
— Я расскажу тебе, кто она, котенок, но позже, — наводил интриги мерзавец, отворачиваясь от меня, когда я уже готова была устроить истерику.
В салоне послышался скрежет моих зубов.
Выходя из машины ловеласа, я громко хлопнула дверцей. Злость бурлит, ногти впиваются в ладонь, а выражение моего лица никак не сулит ничего радужного, когда я подхожу к крыльцу его дома и резко оборачиваюсь, как бы с намеком, чтоб впустил. А этот негодяй только добродушно посмеивается.
В доме приятно пахло чем-то вкусным, доносящимся из теплой глубины, я непроизвольно принюхалась. Это не те котлеты, которые я наспех готовила отцу перед тем, как уйти. От аромата чего-то жареного действительно сводило живот в предвкушении трапезы.
Из-за поворота в коридор вбежал пес милой наружности с высунутым языком и ласково потерся о ногу Джейдана. Вычесанная рыжевато-каштановая шерсть собакена поблескивала, покрывая и радостную мордочку.
— Картер! — капитан опустился на одно колено, а я поперхнулась, нервно засмеявшись. — Ты единственный, кто всегда рад меня видеть, — почесывая пузо перевернувшемуся на спину пёсику, Джейдан лукаво-горестно на меня посмотрел.
— Почему это? — перед нами появилась дородная женщина в фартуке, вытирающая руки вафельным полотенцем. — Мы с Кэйси тоже безумно рады, — дама сложила губы в улыбке.
— Кстати, — Джейдан чмокнул мать в щечку, — она уже дома?
— Нет, у ребенка только уроки закончились, она уже отправила эсэмэску, что идет домой, — женщина насупилась, — не то, что ты.
Капитан чем-то смахивал на свою маму: та же улыбка, тот же нос, вот только глаза у неё серые, а губы более тонкие. Вообще, довольно привлекательная женщина с сеточкой морщин вокруг глаз и длинными светлыми волосами.
— Грейс, — женщина отодвинула сына в сторону и подошла ближе ко мне, — рада тебя наконец-то встретить. Джейдан все уши прожужжал — «Грейс то, Грейс се, Грейс не звонит, мам я дурак…»
— Мам!
— Не мамкай, может, я с невесткой поговорить хочу? — я опешила, парень нахмурился. Так, что-то мне это все напоминает. — Идем к столу, дорогая, небось, уже аппетит нагуляли, — и она потянула меня вглубь дома. Я не стала уточнять, почему должна была проголодаться, с учетом того, что приехали мы из моего дома, и дорога заняла от силы минут десять.
— Кэйси вот-вот вернется, после школы она обычно голодная, как слон, — щебетала мать капитана, пока усаживала меня за стол, уже накрытый несколькими салатами и обмотанной пищевой пленкой нарезкой из колбас. — С мужем, к сожалению, не познакомишься, он в длительной командировке, — женщина стукнула по столу. — Сколько раз говорила ему сменить работу, а то с семьей вообще не видится! Хорошо хоть зарплата приличная!
Кассандра, а именно так звали маму Джея, успела рассказать мне обо всем на свете, оперев локти о стол, подпирая ладонями щеки и горестно мотая головой, когда мы переходили на особо острые темы. Картер вился вокруг ног, как бы это странно ни звучало, пока в конце-концов не залез на диванчик, пристроившись рядом, уткнувшись носом в ногу.
Джейдан успел переодеться, помыть посуду, проследить за кастрюлями и сковородками, стоящими на плите, а мы все разговаривали и разговаривали.
— Ага-ага, — Кассандра уперла руку в бок, — вишневый маскарпоне совсем не то, что клубничный. Сына, переверни блинчики.
— Вы правы, — я вымученно улыбнулась, стараясь казаться вежливой, хотя тема была далеко мне не близкой, — вкусы совсем разные.21b4bc
— А знаешь что ещё разное бывает?! — женщина взмахнула руками. — Политики! Так, значит, сейчас объясню тебе, что они задумали…
Но пролить свет на наших политиков Кассандра не успела. Хлопнула входная дверь и женщина поспешила туда, шаркая тапками. Видимо, встречать дочь — Кэйси.
— Извини, — шепнул подошедший капитан, — когда мама встречает новых людей, разговор лучше не прерывать, а то потом будет обида и реплики, что мы ее совсем не ценим, держим за рабыню и даже поговорить с людьми нормально не даем.
— Все нормально, — слегка повеселела от того, что хоть ситуация и казалась забавной, я еще и помогла хоть кому-то отвлечься от мирских забот и серой рутины.
— Йоу, — из-за косяка двери показалась девушка на вид лет пятнадцати с большим пучком волос на голове, с красными прядями, жующая жвачку.
Кэйси прошла к нам, кинула черный рюкзак на диван и плюхнулась в кресло, от чего ее коленки тут же выглянули из рваных джинс. Фиолетовая футболка заправлена в штаны, а от чокера на шее у меня и вовсе глаз задергался.
— Кэйси, вынь жвачку, сейчас кушать будем, — промелькнуло рядом тело Кассандры — она вернулась к плите.
— Ма, я и так поем! — девушка закатила глаза.
— Я кому сказала?! — рыкнула женщина, стукнув половником по столешнице, не оборачиваясь. Видимо, здесь это атрибут ее власти.
— Тьфу, — сестра капитана выплюнула резинку на ладошку и тут же прикрепила ее ко дну стола. — Так ты и есть та самая Грэйси, из-за которой брат в последние дни от злости ломает дверные ручки?
— Всего-то раз было, — Джейдан скрестил руки на груди, недобро зыркнув на Кэйси.
— Да-а ла-а-адно-о, — саркастично протянула девушка и снова закатила зеленые глаза, такие же, как у брата. — С того дня, после соревнования, я ни разу не видела, чтоб ты улыбнулся. Может из-за нее вы и продули, как лошары последние? Ты, вот, точно играл не в полную силу, витая в облаках.
— Кэйси! — Джейдан аж привстал с дивана. — Фильтруй речь!
— А что я такого сказала? — сестра, копируя брата, сложила руки. Воцарилась тишина. И Джейдан, и Кэйси не отрывали друг от друга взгляд, в глазах читался вызов. Воистину, настоящие брат и сестра. Я слышала поверья, что истинные братья и сестры устраивают батлы с детства. Сама-то я никогда в таком не участвовала. К сожалению, я в семье единственный ребенок.
— Странно, аж три банки огурцов в этом году вздулось, — послышалось от плиты, а потом послышался звук кастрюли, накрываемой крышкой.
— Так ты тоже была на соревнованиях? — решила я разбавить неловкую тишину. Хотя эти трое и чувствовали себя, как обычно.
— Ага, в машине-то я и заметила, что это рахло чем-то опечалено, — в этот раз глаза закатил капитан, а меня как током прошибло, даже открыла рот от удивления. Так это она?! Он уезжал с сестрой, которая приехала к нему на соревнования?! Скарлетт, я тебя прибью! Столько нервов, боли, ведра слез! И еще столько же было бы, не прояснись все сейчас! А все из-за того, что сестру Джейдана увидели со спины и не опознали в ней подростка!
— Джейдан, на пару слов! — я вскочила с места и поспешила к дверному проему, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не хлопнуть себя ладонью по лицу. Я все-таки дура! Как я не могла осознать, что у подруги всегда так?! Хотя, чего теперь ее винить — хотела как лучше, а получилось по-фирменному.
В коридоре капитан не затормозил, а, схватив меня за руку, переплел пальцы и потащил вверх по лестнице, придерживая, чтоб не споткнулась, видимо, тоже готовый на разговор.
— Поговорим в моей комнате, если не хочешь, чтобы нас подслушивали, — кинул слегка недовольной мне.
— Больно надо! — крикнули снизу, и показались две пары злых глаз на первом этаже, а мы тут же скрылись за дверью комнаты баскетболиста.
У меня не было времени разглядывать его комнату. Меня переполняли чувства. Он мне не изменял, никакой другой девушки не было. Я зря мучала и его, и себя. Понапрасну лила слезы, все же проблемы не было, все надуманное. А он хороший человек! Я так и знала, нужно было доверять своим чувствам и ему!
С плеч будто свалился огромный груз, а по щекам, наперекор всем хорошим чувствам, полились слезы, я вцепилась в полосатую футболку любимого и уткнулась в его грудь, всхлипывая. Как же хорошо! Все обошлось!
— Грейс… — меня погладили по голове, а я подняла лицо, чтобы посмотреть в любимый зеленый взгляд, в котором тут же вспыхнула любовь ко мне тоже! Теперь я уверена в понимании того, что произошло, и уже не больно.
Губы Джейдана потянулись к моим, накрыли их. И это был самый прекрасный поцелуй в моей жизни, даже слаще, чем все с ним до этого. Джей подхватил меня под ягодицы, я обвила его ногами, обнимая рукой за шею. Я чувствовала тепло в своем сердце, хотелось вечность шептать ему на ухо, что люблю, вот так, обнявшись, всегда находиться рядом.
Теперь я знаю, что меня никогда не оставят, а если и повторится тот случай, когда капитан ушел, теперь я могу понять, что он чувствует и почему это делает. Ведь если люблю, то должна принять таким, даже с недостатками. Они есть у всех.
Но не думаю, что все повторится. Уверена, что капитан учится на ошибках.
Я говорила, что любовь приносит радости и боли равносильно? Забудьте! С этим человеком я могу чувствовать себя счастливой больше, чем несчастной. Конечно, пока мы не ссоримся.
Но блаженство пьянит больше терзаний.
Кстати, ужин был потрясающим, а ехидные взгляды женской половины семьи Рид — еще лучше. Тем более, что вскоре и я вошла в этот женский круг.