Глава 21. Леон

Сидя в тренерской, я подглядывал за происходящим. Когда я вчера вернулся домой, мне позвонил отец и сказал, что девчонки выбрали Женю капитаном. Я был вне себя от радости, но попросил их озвучить результаты на тренировке. Я помнил ощущения, когда меня при всех избрали кэпом. Конечно же, я тогда не подал виду и сразу начал излагать план на предстоящий сезон. Но внутри я просто танцевал джигу-дрыгу[8]. Единственным, кто застал после тренировки мой победный танец, был Руслан. Я поделился этой новостью с Богданом, и тот по счастливой случайности находился рядом со Снежаной. Пришлось им строго-настрого запретить ей об этом говорить. Их пытка длилась полдня, но стоила того. Из своего укрытия я заснял видео и отправил Богдану. Теперь он оправданно мог радоваться и поздравлять лучшую подругу. Меня переполняла радость за мою девушку. «Моя девушка». Звучит-то как! Она выдала прекрасную речь, и в целом я никогда не сомневался в ее способностях. Несколько недель назад Лада подошла ко мне и спросила моего мнения. – Леон, замечала за тобой внимание к играм нашей женской команды. Хотела спросить тебя как опытного спортсмена. Кого из девчонок ты видишь в роли капитана? – Не понял. Ты же и так капитан. Лада огляделась по сторонам и нагнулась ко мне: – Между нами, девочками… Я непонимающе поднял бровь, вызвав у Лады приступ смеха. – Прости, привычка, – Она положила руку мне на плечо, но, поймав мой взгляд, поспешила сбросить. – В общем, мне надо передать бразды правления. Выпускные экзамены и прочие дела. У тебя есть более дружелюбное выражение лица? – отпрянув, спросила Лада, но я пропустил этот вопрос мимо ушей. – Думаю, Лапкина станет отличным капитаном. – Отлично, хоть в чем-то мы сходимся. – Она радостно протянула мне пятюню, которую я тоже проигнорировал. Уже тогда я знал, что Женя – лучшая в команде. После университета ее захотят заполучить не один и даже не два клуба. Тетя Наташа возвращалась в тренерскую, и пришлось оставить наблюдательный пункт, чтобы меня не застукали. – Думаю, это было правильным решением, – немного с волнением произнесла тетя Наташа, закрывая за собой дверь. – В чем сомнение? – Как ты узнал? Я уставился на нее взглядом «я вас знаю наизусть», отчего она, подняв руки, мол, сдается, рухнула в кресло напротив меня. – Она еще так молода. И, словно подтверждая слова тренера, за дверью раздался девичий звонкий смех. Мы метнулись к двери и слегка приоткрыли ее. Нам предстала картина: Женя, громко смеясь, убегает от Снежаны, за ней бегут Лада и Кира. Тетя Наташа уставилась на меня, молча говоря «вот это я и имела в виду». – Вам нужен свежий взгляд на игру. – Прикрыв дверь, я взял женщину за руки. – Доверьтесь ей. Она вас удивит. – Меня удивляешь ты, – ласково сказала она и нежно провела ладонью по моим растрепанным волосам. – Я счастлива, что ты смог открыться. Твои глаза впервые засверкали. – Она поцеловала меня в щеку, а я почувствовал, как сердце приятно сжалось, ощущая давно забытое тепло. Я притянул тетю Наташу в крепкие объятия, и на глазах впервые за долгое время выступили слезы. * * *– За что?! – вскрикнул я, получив по голове скрученной стопкой бумаг. – За что?! – передразнила меня Лапкина. – Я себе места не нахожу. Думаю, почему же мои друзья со мной не общаются, а это ты им запретил! – Женя накинулась на меня. – Фактически я запретил им только говорить о твоем новом звании. Не писать они решили сами. – Схватив ее за руки, я быстрым движением завел их за спину и притянул к себе. – Больной! – Ведьма! Я сидел на капоте машины и через толстовку ощущал учащенное сердцебиение моей Жени. Каждый раз я старался смотреть в ее глаза, но то, как она прикусывала губу, стараясь скрыть волнение, сводило меня с ума. – Перестань кусать губы, – с придыханием произнес я, зарываясь носом в ее волосы, – иначе вместо тренировки мы поедем ко мне и у нас будет кардио. Женя звонко хихикнула, запуская прохладные ладони мне под кофту, отчего кожа моментально покрылась мурашками. Острыми ноготками она вырисовывала импровизированные линии на голом торсе, а в глазах вовсю плясали веселые чертики. – Ле-е-е-е-о-о-он, – хитро протянула она. – Ты мне доверяешь? – Да, – без раздумий выпалил я, чем удивил самого себя и, кажись, Женьку тоже. Она выбралась из объятий и отошла на несколько шагов назад все с той же хитрой улыбочкой. – Пустишь за руль Мандаринки? Не знаю, как я выглядел со стороны, но в этот момент я думал, у меня глаза вывалятся наружу. Я пялился на Женю и видел, как ее яркая улыбка меркла. Неужели на моем лице отражена настолько негативная реакция? Я был нисколько не против, а скорее, наоборот. Меня настолько поразил ее вопрос, что я просто не находил себе места. На мгновение я представил эту картину: Лапочка за рулем спортивного автомобиля, крыша откинута назад, а ее волосы развеваются на ветру, и мы вместе напеваем одну и ту же мелодию, играющую по радио. Вернувшись сознанием в реальность, я увидел, как Женькин запал окончательно погас и она грустно начала двигаться обратно ко мне. Она успела сделать один шаг, и я радостно крикнул: – Лови! Ключи полетели по самой что ни на есть идеальной траектории и приземлились в ладонь Жени. Она с недоверием посмотрела на меня, и ее глаза в мгновение вспыхнули, а через секунду Лапкина уже радостно висела на моей шее, расцеловывая щеки. Она грациозно прошла к двери с водительской стороны и впорхнула в салон. Я с улыбкой наблюдал за этой картиной. Вообще, в последние недели улыбка стала частым гостем, в особенности благодаря этому светловолосому урагану в моей жизни. Я впервые занял место пассажира в своей машине. И, сказать честно, это было странное ощущение. Предвкушение чего-то нового вперемешку с адреналином, словно яд, проникало в мои вены, заставляя сердце биться чаще. Женя уверенно восседала за рулем. Ей не хватало короны для полного антуража. – Кстати, как давно у тебя права? – Я же папина дочка, – ухмыльнулась она. – В шестнадцать лет я уже знала всю теорию наизусть и даже пару раз водила папину машину. Понятное дело, не по основной дороге. Чаще всего мы заезжали в какую-нибудь глушь, и я ездила там. А парковаться папа научил меня на даче. Так что, как только мне стукнуло восемнадцать, папа почти за руку потащил меня в ГАИ. Я сдала с первого раза, – гордо проговорила Женя, убирая волосы в хвост. Вбив адрес спортивной площадки в навигаторе, я полностью расслабился на своем месте и, положив руку на колено Жени, произнес: – Погнали. Водила Лапкина так же удивительно, как и играла в баскетбол. И с каждым днем эта необыкновенная девушка еще сильнее вбивала свое имя в мое сердце. Она ехала не слишком быстро, соблюдая все правила дорожного движения, при этом не упускала момента, когда можно было немного поднажать. Всю дорогу я наблюдал за ее профилем. Щеки слегка порозовели от встречного ветра, и мне хотелось расцеловать каждый румяный сантиметр. По радио заиграла песня группы «Моя Мишель» – «Ветер меняет направление», и, дождавшись припева, мы с Женей одновременно запели:  Ветер меняет направление.Боюсь, что потерял тебяЗа краем света,За краем света.Жаль.Солнце шагнуло через форточки.Любовь – вишневой косточкойПустить по ветру, пустить по ветруВдаль.  * * *Расставив фишки по площадке, я присоединился к Жене, которая все это время разминалась. – Забыл сказать, мы сегодня будем не одни. – Улыбнувшись, я помахал ребятам. Женя обернулась и увидела Снежану и Руслана, идущих к нам. Она сразу бросилась навстречу к подруге с распростертыми объятиями, как будто они не виделись два часа назад на тренировке. В голове давно зрел план по их совместной тренировке. Мне нравилось то, как они чувствовали друг друга во время игры. Эта космическая связь ощущалась не только в жизни, но и во время матча. Их передачи были всегда четкими, несмотря на любые помехи. Даже не видя друг дружку, они словно чувствовали, где находится каждая из них. – Она даже мне так не радовалась, хотя мы два дня не виделись, – пробухтел Руслан, проходя мимо меня и бросая сумку возле моих вещей. – Они знакомы практически всю жизнь, а тебя она знает всего неделю. Ты приоритеты-то расставляй, – усмехнулся я. – Ну-ну, смотрю, ты стал профи в отношениях, мистер Альфач. – Да пошел ты! – Я толкнул друга в плечо, и тот чуть было не упал, но вовремя схватился за железную сетку ограждения. – Посмотрите, какие мы стали ранимые, – с улыбкой проговорил Рус. – Я тебе сейчас точно врежу, шутник! Рус поднял руки, отступая и сдаваясь. Но ухмылка с его лица не сходила, так и вынуждая дать ему договорить, чтобы она поскорее исчезла. И пока девчонки между собой шептались, медленно возвращаясь к нам, я дал другу шанс высказаться. Тот победно вскрикнул, привлекая к нам внимание, и мне снова захотелось его закопать. – Если без шуток, – он подошел ко мне и приобнял за плечо, – то ты очень изменился с Женей. До этого ты был запрограммированным и бездушным роботом. – Я сжал руку Руса, намекая на то, чтобы он подбирал выражения, но тот сделал вид, что ничего не почувствовал, и продолжил: – А сейчас ты стал живым. Улыбаешься чаще, новички перестали тебя шугаться. Ты даже пришел на командную тусовку. Это круто, бро. Я счастлив за тебя! – Руслан по-дружески постучал меня по груди и, не дав мне ответить на монолог, вернулся к Снежане, притягивая ее к себе для поцелуя. – Ну что, капитан? Для чего ты нас позвал? – расплывшись в улыбке от ласки своего парня, поинтересовалась Снежана. – Все очень просто. Сегодня ты, – указал я пальцем на Женю, – и ты, – палец переместился на Снежану, – будете пытаться отобрать у нас мяч, а потом пройти нашу оборону. Руслан присвистнул, а у Снежинки дернулся глаз. – Почему это «пытаться»? – возмутилась Женя, кинув на меня строгий взгляд. Моя девочка! Мне было необходимо их разозлить, чтобы увидеть весь арсенал возможностей. Иначе бы они дурачились, а сейчас первостепенной целью станет доказать свое превосходство. Так что для большего азарта я проигнорировал ее вопрос. Молча встав под кольцо, я поманил Женю пальцем, призывая к началу тренировки.