Глава 29. Леон

Второе пробуждение далось гораздо легче. Картинка не плыла, а в голове прекратились убийственные стуки. Но самым прекрасным этим утром был запах персика. Мой любимый. И, конечно же, его обладательница, которая сладко посапывала на моей груди. Она излучала спокойствие, но я прекрасно понимал, что это ненадолго. Нам необходимо обсудить произошедшее, и я надеялся обойтись малой кровью. И все-таки какая же она красивая. Волосы Жени разметались по подушке, и ее тонкий носик слегка подрагивал на выдохе. Не удержавшись, я прикоснулся к ее лбу губами, и тихий стон вырвался из моего горла. Как же мне ее не хватало. Прошли сутки без Жени, а я уже столько наворотил и точно несколько раз крупно облажался. Вот черт! Я же приехал домой с Марикой. Но если Женя здесь, то где она? Я аккуратно двинулся в сторону, перекладывая сонную Женю с груди на кровать. У меня практически получилось выбраться из нежных объятий, но в самый последний момент запястье обвили теплые пальцы, и, испугавшись, я громко выругался. – Лапочка, ты меня в могилу сведешь, – прошептал я, приложив руку к сердцу. – Так и было задумано, – охрипшим ото сна голосом серьезно поговорила Женя. Я попытался улыбнуться, но мышцы лица отозвались болью, и вместо улыбки вышла кислая гримаса. – Мне надо кое-что проверить. – Спустив ноги на пол, я попытался встать и пошатнулся, вовремя поймав равновесие, уперевшись рукой об стену. Женя приподнялась с кровати и хитро наблюдала за мной. В ее глазах горел неподдельный интерес, но лицо выражало беспокойство. Словно все внутри ее боролось, предлагая ей выбор: помочь мне или оставить справляться самому. Она протяжно выдохнула и, сбросив с себя одеяло, прошаркала ко мне, потирая глаза от яркого света. – Садись на кровать, я принесу тебе воды и полисорб. – Нет, я сам, – сорвался мой голос, как только я сделал шаг от стены, и моя коленка подкосилась. Женя успела поймать меня под плечо и усадила на кровать. Я удивленно посмотрел на большую кровавую ссадину, и сознание показало картинку из вчерашнего вечера. Женя с грустью посмотрела на меня и вышла из комнаты. Я молился всем богам, которых знал, чтобы она не столкнулась с моей бывшей девушкой. Но Лапочка быстро вернулась с обещанными лекарствами и баночкой перекиси. – Все хорошо? – удивленно произнес я, стараясь разглядеть коридор. – Если ты ищешь Марику, то она давно уехала, – присев на корточки, спокойно проговорила Женя, обрабатывая ногу. – Вы виделись? – Конечно. Она написала мне эсэмэс с просьбой приехать. Кстати, она очень даже милая, когда не ведет себя как стерва. Не знаю, как выглядело мое лицо со стороны, но я чувствовал, что глаза взлетели на лоб. Женя и Марика? Дурдом. А может, они меня разыгрывают? Или это все дурацкий сон? Я ущипнул себя за руку и сразу же скривился от очень даже реалистичной боли. Женя тем временем, отвернувшись, разводила в воде полисорб. – Прости меня, – с грустью произнес я, не в силах терпеть ее отстраненность. Я не видел реакции Жени, но заметил, как дернулись ее плечи. Я обвил ее талию руками и притянул к себе, усаживая на колени. Она молчала, и лишь крепко сжатая в руках чашка выдавала ее беспокойство. – Ты меня тоже, – прошептала Лапочка, и я который раз за это утро захотел себя ущипнуть. Женя, увидев непонимание на моем лице, продолжила: – Я не имела права принимать решения за тебя. Я думала, что стану преградой на твоем пути к спортивному будущему. Размышляя о будущем, я совсем забыла про настоящее, а в настоящем я очень сильно люблю тебя и готова бороться за наши отношения. Я поддержу любой твой выбор. Я крепко обнял Женю. Бешеный стук ее сердца отзывался в моей груди, и я осознавал, что больше не отпущу ее. Все эти годы я бездумно существовал, живя турнирами и тренировками. У меня не было друзей, я практически не гулял и тем более не проводил время в компании. За этот месяц моя жизнь стала ярче, чем за последние несколько лет. И все благодаря сильной Ведьме, которая околдовала меня. Подхватив ее подбородок большим и указательным пальцами, я притянул ее для поцелуя. – Ну уж нет, – отмахнулась Женя, посмеиваясь. – Если ты забыл, то напоминаю: вчера ты исторг из желудка все, что можно было. – Лапочка чмокнула меня в щеку и протянула кружку. Я понимающе кивнул и залпом выпил отвратительное лекарство. – Я в душ, жди меня здесь. – Подорвавшись с места, я снова пошатнулся и уже с осторожностью направился в ванную. – Кстати, – выглянув из коридора, привлек к себе внимание Жени, – а где мои девочки? – Они у твоего папы. Зевс сегодня ночевал со мной. – Как и всегда, ему повезло больше, – обиженно пробубнил я. – Еще скажи, что вы спали вместе. Женя усмехнулась, и я одарил Зевса злым и одновременно завистливым взглядом. * * *Первым делом я два раза почистил зубы. Все еще находясь в прямом смысле слова в шатком положении, я оперся о стену, обдумывая случившееся. Надо бы написать Марике и поблагодарить ее. Я искренне надеялся, что она не повернет это против меня. Внезапный стук в дверь испугал меня, и я закашлялся, подавившись пеной от зубной пасты. – Я тут расческу оставила, – раздался извиняющийся голос из-за двери. Протянув руку, Женя пыталась нащупать на стиральной машине пропажу. Она стояла за дверью и старалась не подсматривать, пыхтя в поисках. – Ты мне не поможешь? – В голосе Лапочки послышались требовательные нотки. – Нет, – весело ответил я. Схватив расческу, я с интересом наблюдал за картиной. Но Женю хватило ненадолго, и, раскрыв нараспашку дверь, она, как фурия, влетела в ванную. – Ах ты, – налетела на меня Лапкина, пытаясь выхватить свою вещицу. Я взял ее руки и опустил, притянув вплотную к себе и обхватив талию. Она глубоко дышала, а ее грудь вздымалась, касаясь моего голого тела. Злость во взгляде сменилась желанием, а зажатые руки вырисовывали линии на моих бедрах, заставляя член твердеть с каждым движением. Я впился в губы Жени, наконец-то забирая долгожданные поцелуи. Ее язык двинулся мне навстречу, и, застонав, я сильнее прижался к ней, стараясь завладеть каждым сантиметром тела. Расческа со стуком упала на кафель, но мы не посмели оторваться друг от друга. Подхватив Женю за бедра, я усадил ее к себе на торс. Она ловко обвила ногами мою талию, запуская пальчики в мои волосы. Я понес ее в душ, не прерывая поцелуя. Прислонив Лапочку к стене, я без лишних раздумий начал опускаться, покрывая шею и ключицу поцелуями. Тонкие бретельки топа, придерживающие шикарную грудь, слетели первыми. Я моментально переключился на соски, облизывая и посасывая их. Женя сладко постанывала, закатывая глаза и прикусывая нижнюю губу. Одни ее всхлипы могли довести меня до разрядки. Поставив Женю на пол, я стянул ее шорты, а следом и свои боксеры. Мы тяжело дышали, смотря друг на друга, как хищники, готовые вот-вот кинуться и растерзать жертву. Включив душ, я с удивительной точностью подобрал комфортную температуру воды и завел Лапочку под теплые струи. Женя выгнула спину, подставляя грудь под воду. Я наблюдал, как ее соски вновь твердеют, а капли на коже блестят под светом лампочек. Внутри меня все горело, требуя оказаться внутри моей сладкой Ведьмочки. Женя играла со мной. И на каждый мой шаг вперед она отступала и в конечном итоге оказалась в ловушке, прижатой спиной к стенке. Опустившись на одно колено, я прильнул губами к внутренней части бедра, испытывая ее. – Прошу, – требовательно прошептала она, прогибаясь сильнее в пояснице и подставляя себя мне. Язык коснулся ее губ, издевательски кружа вокруг клитора. Я наслаждался всхлипами, и, когда Женя в очередной раз требовательно качнула бедрами, я погрузил два пальца в нее, упиваясь громким стоном. Она задрала ногу, ставя на мое плечо. И в этот самый момент все мои ограничители полетели к чертям. Кончиком языка я надавил на самую возбужденную точку, срывая с уст очередной громкий стон Жени. Мы синхронизировались. Я погружал в нее пальцы, а она покачивалась навстречу, углубляя проникновение. Язык скользил вверх-вниз, задевая нежный бугорок. Женю пробила дрожь, но я и не думал останавливаться, посасывая клитор. Она вонзила мне в шею ноготочки и, заставляя подняться, притянула к себе, слизывая с губ собственную влагу. – Хочу тебя, – простонала Лапочка мне в губы, и я вошел в нее, ловя ртом громкий вздох. Женя обвила ногой мое бедро, открываясь для меня под новым углом. Ее груди подпрыгивали от каждого толчка, и, смотря на них, я молился не кончить прямо сейчас. Я резко вышел из Жени и развернул ее, вонзаясь с новой силой. Она расставила ладони на стене для лучшего баланса и прогнулась в пояснице, заманчиво покачивая ягодицами. Вода текла по спине, обводя изгибы и аппетитно подчеркивая ее формы. Я нагнулся и прикусил кожу на шее Жени. Ее тело моментально покрылось мурашками, а сама Женя, повернув голову, провела по моей скуле языком, слизывая капельку воды. Я был близок к разрядке и чувствовал, что Женя тоже подходит к пику. Проведя пальцами по низу ее живота, я коснулся клитора, массируя его. Лапочка затряслась, сжимаясь вокруг моего основания, и мы одновременно кончили. Я прижал Женю к груди, наслаждаясь ее теплом и любовью, пока вода остужала наш пыл. Выдавив на мочалку гель для душа, я с особой нежностью растирал спину Лапочки. Мы молчали, наслаждаясь уютным умиротворением. Пока я проводил мочалкой по одной руке, на другой я оставлял поцелуи, не в силах оторваться от нее. – Прости, что сорвался на тебя, – грустно проговорил ей над ухом, смывая мыльную пену с ее плеч и рук. – Я не должен был сомневаться в твоих чувствах. Мне нужна только ты. И, проведя сутки без тебя, я в этом еще сильнее убедился. Раньше мое сердце билось баскетболом. А когда пришла ты, взбалмошная девица… – Женя сгребла пену и дунула мне в лицо, делая вид, что обижается. – Я не договорил. – Стряхивая пену с лица, я чмокнул Лапочку в нос. – Взбалмошная девица, которая играет лучше многих парней. Я осознал, что теперь мое сердце бьется в унисон с твоим, словно баскетбольный мяч, отбивающийся от паркета. – Какой-то баскетбольный ритм, – усмехнулась Женя, строя корону из пены на моей голове. – Ты моя победа и главный матч жизни. – Поймав ее руки, я приблизился к лицу, оставляя между нами крошечные сантиметры. – Я люблю тебя, – едва касаясь губ, проговорила Женя, и я сократил расстояние, срывая с ее уст поцелуй.