Глава 9

И тут… маленький столик, а на нем красивый прозрачный кувшин с напитком вишнёвого цвета.

Компот? Вино?

В принципе, без разницы.

Рядом стоял хмурый Макс Дарвиг в белоснежной батистовой рубашке, внимательно наблюдающий за её метаниями. Есть, конечно, и Артур в темной шёлковой рубашке, но его жалко. Ещё есть темно-коричневая скатерть из тонкой ткани на столике, где теперь стояли уже пустые тарелки, но её тоже почему-то жалко.

А вот Макса почему-то не жаль. Ну, во-первых, потому что на нем белая батистовая нежная ткань, которую так и хочется испортить, во-вторых, сама персона вредного жениха, который вечно вольно или невольно оскорбляет ее, весьма раздражающая, и, в-третьих, как говорится на земле, бог любит троицу! Два раза она уже задела за живое жениха. Пусть будет и третий раз! На прощанье, перед расторжением помолвки!

На этом решении Катя и остановилась, а если окажется, что она, вдруг, не маг и не сможет очистить рубашку, ну, значит, сиятельному лорду Дарвигу не повезло…

Ха! В очередной раз!

Катя уверенно взяла за ручку графин.

— Ма-акс! — растягивая имя, проговорила она, медленно подходя к удивлённому и настороженному жениху, и с совершенно счастливым выражением на лице медленно вылила напиток из кувшина на неожидавшего подобного подвоха молодого лорда. — Буду пробовать свою магию на тебе! Жених ты мне или кто?! — и рассмеялась.

Словно ошпаренный, жених отпрыгнул от совсем спятившей невесты, но было поздно. Катя уже с любопытством наблюдала, как очень красивые разводы вишневого цвета достаточно быстро расходятся по белоснежной рубашке из тонкой ткани, как мокрая ткань прилипает к телу.

С не меньшем удовольствием она следила, как лицо Дарвига краснеет от ярости одновременно с рубашкой. Вау! Голубые глаза совершенно потемнели и метали молнии. Да ее жених просто бог гнева и ярости!

Вот и замечательно, а то глазками красивыми тут сверкает на неё, интерес проявляет, а так разозлится и точно захочет побыстрей избавиться от ненормальной невесты.

И скатертью дорога!

— Видишь?! Ты весь испачкан! — Катя еле сдерживала смех, как и Артур, который был счастлив, что веселая гостья не его выбрала своей жертвой.

— Еще бы! — процедил разъярённый Дарвиг, осматривая себя. — Это сложно не заметить! Ты… ты… вредная… наглая… — от возмущения и гнева он с трудом выталкивал из себя слова.

— А ты ангел, можно подумать, — смеялась девушка. — Подумаешь, испачкали мальчику рубашечку. Обидели мышку… А теперь вот! — Катя передала графин обалдевшему от её наглости хмыкающему Артуру и провела подрагивающими от волнения ладошкам вдоль мокрой рубашки, не прикасаясь к ней, безумно мечтая привести рубашку жениха, да уже и брюки, что скрывать, в порядок. Но не ради него. Кате очень-очень хотелось, чтобы она оказалась настоящим магом. Как в сказке!

Сначала ничего не происходило, а потом тонкий материал на теле жениха буквально на глазах стал становиться чистым, белым и сухим.

Катя долго и недоверчиво разглядывала дело своих рук. У неё получилось?!

— У меня получилось! — в полной растерянности девушка подняла взгляд на взбешённого Макса. — Чисто! — недоверчиво, но торжественно заключила она, гордо задрав подбородок, осторожно ткнув тонким пальчиком в то место на рубашке, где ещё недавно были следы от компота или вина. — Сухо! Ура! Я — настоящий маг! Это просто восторг!

Она радостно захлопала в ладоши. А потом решительно отобрала кувшин у Артура и принялась поливать вишневой жидкостью все подряд. А потом приводить испорченную обивку мебели, скатерть, занавеси в порядок.

Безумная, искренняя радость в глазах сумасшедшей невесты неожиданно что-то тронула в сердце Макса Дарвига. Гнев стал проходить. А сам Макс не мог отвести глаз от восторженного сияющего лица Кэтрин Мэнсор, и вдруг совершенно отчетливо понял, что расторгать завтра помолвку он не будет.

Наверное, он тоже совершенно спятил.

* * *

— Мне нужна компенсация, — заявил спокойно Макс Дарвиг, проводивший девушку по ветвям дерева к её комнате.

Они стояли на дереве, и неожиданно Катя оказалась прижата к широкой груди.

— Не дергайся, а то упадем вместе, — заявил жених.

— Ты решил меня поцеловать? — она удивленно посмотрела прямо ему в глаза.

— Решил.

— А мое мнение тебя не интересует?

— Интересует, — осторожно ответил парень.

— Это радует, знаешь ли, — выдохнула Катя. — Мне тоже интересно, как ты целуешься.

— У тебя большой опыт? — напрягся лорд.

— Скажешь тоже! Опыт! Вот с Арчи хотела поопытничать, но ты вмешался.

— Ты можешь тогда помолчать? — голубые глаза жениха требовательно смотрели на неё.

— А ты хорошо целуешься? Потому что я ещё ни разу… вникаешь?

— Вникаю… Это совершенно дурацкое слово, Кэти.

Макс осторожно наклонился и с удовольствием отметил, как Кэтрин не шарахнулась от него, а, наоборот, широко раскрыв любопытные глаза, с интересом уставилась.

— Я думаю, что чем красивее парень, тем он лучше целуется, — прошептала она с совершенно серьезным лицом, внутренне усмехаясь над его удивленной физиономией. — Ты как думаешь?

— Я думаю, что ты очень-очень-очень много разговариваешь, — скрывая улыбку, ответил Дарвиг, понимая, что Кэтрин снова шутит. Вот же бестия!

— Ну, это потому что я волнуюсь, а ты очень-очень долго тянешь кота за хвост.

— Кого? Какого кота? — как всегда, не понял Макс.

— Не важно, — хмыкнула Катя. — Так ты будешь целоваться или нет?

— Ты можешь помолчать?

Когда тёплые сухие губы жениха накрыли ее губы, Катя замерла, прислушиваясь к своим ощущениям.

Приятно. Необычно. Очень странно. Но приятно же! Она даже расслабилась, потому что до начала поцелуя очень волновалась — вдруг сейчас она почувствует слюни, как говорили девочки, но ничего подобного не случилось.

Катя робко обняла Макса за талию и прижалась к стройному тёплому телу. Тот ещё крепче одной рукой осторожно прижал к себе тонкую девичью фигурку, а второй покрепче ухватился за ветки деревьев.

Дарвиг чувствовал, как нежные девичьи губы доверчиво раскрывались, как хрупкая фигурка дрожала совсем рядом, как Кэтрин крепко обнимала его, и понимал, что от испытываемых чувств голова идёт кругом, а прерывать поцелуй совсем не хотелось. Но тогда они оба сейчас свалятся с дерева.

Макс заставил себя остановиться и оторвался от сладких губ девушки. Невесты. Его невесты!

— Ну как? — тихо прошептал он. — Тебе понравился наш первый поцелуй?

Катя растерянно захлопала ресницами.

— Очень! — в ответ удивлённо прошептала она и с любопытством уставилась на его губы. — Они у тебя такие мягкие и нежные, никогда бы не подумала, что у парня они такие. Я всегда думала, что они твёрдые.

Девушка осторожно прикоснулась кончиками пальцев к губам жениха. Макс замер, удивлённый тем, как ему стало приятно, и нежно поцеловал маленькие пальчики.

— О-у! Что это ты делаешь? — сразу смутилась девушка, резко отдёрнув руку, но было совершенно ясно, что неожиданная ласка ей понравилась.

— Целую твои нежные пальчики, — немного хрипловато ответил лорд.

— Я тоже должна поцеловать твои? — поинтересовалась Катя.

— Нет, совсем не должна, — с трудом сохраняя серьёзность, ответил с нежностью в голосе Макс.

— А можно… ещё раз? — Катя затаила дыхание, смущённо уставившись в глаза жениха.

— Что? — Макс тоже замер, не поняв вопроса.

— Поцеловаться с тобой. Мне, правда, понравилось. Можно?

Уговаривать лорда не пришлось.

От второго поцелуя у Кати закружилась голова и подогнулись коленки. Мягкие и нежные губы жениха теперь очень долго не отрывались от неё, и ощущения тоже стали другими. Странными, немного пугающими.

Она стояла, совершенно смущенная, растерянная, спрятав лицо на груди того, кто скоро перестанет быть ее женихом. Или не ее. Но это уже не важно.

И стало вдруг жаль. Ведь, если он так хорошо целуется, то…

Что? Катя не придумала. Но себя стало очень-очень жаль. И ту, другую Кэтрин, тоже. Видимо, настоящая леди Мэнсор догадывалась о том, как лорд Макс Дарвиг умеет целоваться, поэтому так сильно расстроилась, что он не хочет на ней жениться.

Макс тоже находился в смятении.

Они стояли молча, совершенно потрясённые теми чувствами, которые так неожиданно охватили обоих.

— Тебе пора, — на ушко прошептал Макс, слегка задевая его губами, от чего по телу девушки прошла новая волнительная дрожь, которую он с удовольствием почувствовал.

Катя нехотя отстранилась и, пряча грустные глаза, направилась к своим окнам. Макс рядом страховал ее. Он же и помог девушке залезть на подоконник комнаты.

— Твоей следующей невесте повезёт с тобой, — тихо проговорила Катя, не в силах смотреть в голубые счастливые глаза лорда. — Ты прекрасно целуешься. Ей точно понравится. Спокойной ночи.

Она аккуратно закрыла окно, оставив за ним растерянного Дарвига. В её сердце поселилась странная необъяснимая тоска. Лучше бы она не целовалась с Максом, чтобы теперь так сильно не расстраиваться по поводу того, что лорд Дарвиг теперь будет целовать других девушек, а не её.

Когда начнёт выбирать себе новую невесту. Та, наверное, будет невероятной красавицей и настоящей леди.

Как-то странно всё выходит. Шиворот-навыворот.

И невеста эта новая… Она заранее ей не нравилась. Даже представила мысленно, как выливает этой идеальной леди на голову вишневый компот.

* * *

На следующий день Макс Дарвиг рано утром огорошил герцога Червинга и всех остальных членов его семьи своим желанием сохранить помолвку.

На радостях Катю выпустили из заточения, а позже все домочадцы и слуги только диву давались, как молоденькая леди носилась по всему замку, проверяя его на чистоту и, находя места с пылью, грязью и паутиной, применяла свою бытовую магию, а потом чуть ли не пищала от восторга.

Жених вместе с Артуром и Ники ходил за ней хвостом.

Кроме того, леди Кэтрин попросила слуг найти для неё красивую деревянную палочку, которой стала махать из стороны в сторону, счастливо приговаривая:

— Крекс, пекс, фекс! Ну, надо же! Я фея!

Максу нравились все эти новые выражения, нравилось наблюдать за радостной невестой, иногда виснущей у него на шее с совершенно восторженной мордашкой.

Однажды, когда она снова на радостях повисла на нем, а Ники и Артура не оказалось рядом, он, не удержавшись, заключил девушку в объятия, и осторожно поцеловал прямо в улыбающиеся губы, за что тут же получил такую оплеуху, что в голове зазвенело.

— Сбрендил?! — тут же прошипела невеста новое странное слово, но Макс смысл понял. — Быстро отпусти меня! Сейчас нас увидят!

Макс не отводил от нее пристального взгляда и с удивлением подумал о том, почему раньше считал эту очаровательную девушку некрасивой и неинтересной.

— Мы скоро поженимся, — вырвалось у него. — Можем целоваться сколько хотим.

К его изумлению Кэтрин начала нервно хохотать, а потом вдруг разозлилась, топнула ногой, заявив:

— Я не хочу замуж! Не сейчас! Я хочу быть магом!

— Леди не обучаются бытовой магии, — хмуро проговорил Макс, с тревогой отметив слова «я не хочу замуж».

— Я буду первой, а потом у меня будет нормальная семья! Поэтому лучше откажись от меня!

— Что значит нормальная семья?

— Семья, где все будут заняты не непонятно чем, а друг другом! — хмуро заявила девчонка. — Не балами, визитами, сплетнями, службой для вида, а будут каждый день проводить вместе. Вместе готовить, убирать, воспитывать детей. Понимаешь? А не скидывать это на одного, другого, третьего!

— Для этого есть слуги. Ты тогда должна выйти замуж за одного из них, — ехидно заметил Макс.

Резким движением Катя выкинула из стоящей рядом с ними вазы цветы и выплеснула воду на камзол жениха.

— Сушить не буду! Больше не подходи ко мне! — возмущённо заявила она. — Это предупреждение!

Гордо вскинув подбородок, она прошагала мимо ошарашенного лорда. А Макс недоумевал, когда он успел влюбиться в эту маленькую леди-недоразумение? Некрасивую, шумную, без манер.

А ещё… весёлую, с сияющими восторгом глазами, добрую, ласковую, шуструю, нежную.

Леди Кэтрин Мэнсор скоро станет его женой. Которая будет заниматься бытовой магией, наводить уют в доме и воспитывать их детей, которых будет очень много, чтобы скучать ей было некогда без балов и приемов.

Макс усмехнулся. Надо поскорее пожениться, пока она не отправилась в Академию магии, или ещё куда-нибудь. С этой шустрой девчонки станется — не успеешь оглянуться, уже всю академию на уши поставит, а там парней пруд пруди и…

Вот только, надо, чтоб она сама согласилась стать его женой, а, похоже, что у Кэтрин… как она там говорит?

Макс задумался, а, вспомнив, хмыкнул. «Детство в попе играет» — именно так она говорит, его странная невероятная невеста.