ГЛАВА 15. ШАНС

Когда Кассея, выспавшись, открыла глаза, с удивлением обнаружила, что Лиораэль не ушел. Не сбежал, испугавшись близости. Безмятежно дрых рядом, укрывшись краешком одеяла. Кажется, за ночь ее ледяной кристалл его порядком подморозил.

К нему хотелось прикоснуться, и отказывать себе она не стала. Чмокнула его в ложбинку над ключицей, вдохнув этот пьянящий имбирный аромат, аккуратно сползла с кровати и, услышав позади движение, избавилась от одежды. Знала, он проснулся и смотрит на нее. Шелковое белье опало к ее ногам, и с его губ сорвался судорожный мученический вздох.

Не потрудившись обуться, Кассея прошлепала в ванную. Почистила зубы и нырнула в закуток, где за перегородкой из мозаики находилась душевая. Лиораэль не заставил себя долго ждать. Дверь со скрипом приоткрылась, и он замер на пороге, вероятно, опасаясь, что она его прогонит. Что он неправильно истолковал ее намек.

Руки у нее дрожали, от страха кругом шла голова, но она так устала… Конечно же, сердце ей он разобьет. Наиграется и потеряет интерес. Пусть. Хоть будет, что вспомнить.

Ее бездействие он принял за согласие. Щелкнув пальцами, деактивировал светильники, погрузив ее во тьму, и зашелестел рубашкой. Минуты не прошло, как его руки накрыли ее грудь, легонько сжали и бессовестно заскользили по телу, стирая следы терзавших душу сомнений.

– Бесы, как же долго я об этом мечтал…

В поясницу ей упиралось доказательство того, что заведен он был до предела, но Лиораэль не торопил события. Не спешил, не настаивал. Дразнил, согревал, распалял, в то время как вода прохладным потоком лилась сверху, создавая поистине божественный контраст. Кассея откинулась назад, положив голову ему на плечо. Свежее дыхание нотками розмарина и мяты пощекотало ее рецепторы. Эльф остался эльфом. Пока она возилась, успел сбегать домой и привести себя в порядок.

– Кас?

– Слушаю.

– Поцелуй меня, пожалуйста.

Простая просьба выбила почву у нее из – под ног. Кожа пошла мурашками. Он мягко развернул ее к себе, придержав за талию, пальцами обхватил запястье и положил ее ладошку себе на щеку, чтобы даже в темноте она смогла найти его лицо. Хорошо, что свет он потушил. Будь между ними зрительный контакт, она бы не выдержала. Малодушно сбежала, оставив его в полной растерянности.

Кассея встала на носочки и потянулась к нему. Задела кончик аристократического носа своим и коснулась пухлых губ. Неожиданно нежных и мягких, вне всяческих сомнений созданных богами с одной только целью. Ее целовать.

Лиораэль открылся мгновенно, позволив ей углубить незатейливую ласку. Подхватил ее на руки, словно весила она всего ничего, и вслепую нашел на стене выступ – некое подобие лавки, над которой располагался ряд отверстий для выпуска ароматного пара. С выверенной точностью он сел, и Кассея очутилась сверху. Казалось, еще секунда, и они станут единым целым, но Лиор медлил. Разорвав поцелуй, отстранился, и в воздух взлетел маленький фантом. Бабочка с ажурными крыльями, что, упорхнув под потолок, затопила комнату золотистыми мерцающими искрами.

В полумраке его красота гипнотизировала, улыбка рождала желание, сжигающее ее изнутри.

– Поужинаешь со мной?

Обнаженный, разгоряченный, в душе с возбужденной женщиной… Он позвал ее на свидание?

– Да.

Кассея хотела его до дрожи в коленках, и шанс продлить этот миг, драгоценные минуты, когда он принадлежал ей и больше никому, сердце упустить ей не позволило.

На этот раз он сам прильнул к ее губам. Робко, томительно нежно. Откинул прядь ее волос и спустился на шею. Прихватил кожу зубами, как в день их знакомства, и резко встал, бережно выпустив ее из объятий:

– Я заберу тебя в семь, хорошо?

– Хорошо.

Сдернув с крючка полотенце, он завернул ее в кокон и, прихватив одежду с пола, выскользнул в гостиную. Кассея присела на бортик ванны, наконец вздохнув полной грудью. Чем бы не закончился их мимолетный роман, оно того стоило.

Входная дверь с грохотом захлопнулась, сообщив, что Лиораэль ушел. Отжав волосы, она накинула халат и отправилась варить кофе, параллельно размышляя, что наденет вечером. Приготовила нехитрый завтрак, вышла на балкон, собираясь насладиться тостом с ветчиной, и уронила поднос…

– Вы? – свой голос она не узнала. То ли хрип, то ли писк.

Гордон Деналь собственной персоной стоял у нее перед носом. Ее ночной кошмар. Чудовище без совести и принципов. Чистенький, отглаженный, причесанный. В накрахмаленной рубашке и черном камзоле с вышивкой. Убийца. Пленник Иллая, за которым в Сейгарде должен был следить конвой, а руки – венчать блокирующие магию браслеты. Облокотившись о перила, он курил сигару:

– Успокойтесь, принцесса. Я не причиню Вам вреда.

Секунды ей хватило, чтобы прийти в себя:

– Убирайтесь! Считаю до трех.

– Ну поджарите Вы меня, – Деналь не сдвинулся с места. – Легче станет?

Пламя рвалось наружу:

– Станет!

Подумать только. Ему наглости хватило явиться к ней домой!

– Кассея, я здесь, чтобы поговорить. Мне пришлось попотеть, дабы усыпить бдительность солдат Вашего брата. Как – то, быть честным, я не рассчитывал, что придется все утро топтаться на улице, пока Ваш эльф не отправится по своим делам. Через полчаса меня хватятся.

– Поговорить? О чем? О том, как на глазах у Иллая Вы убили Манделу и наших сестер? Или о том, как Ваш сын превратил меня в монстра?

Гордон потушил сигару и наклонился, собрав на поднос осколки разбитой посуды. Шепнув бытовое заклинание, убрал кофейные лужи на полу, развеял куски несостоявшихся тостов:

– Вы мне, конечно, не поверите, но гибель маленьких принцесс – трагическая случайность, которая не дает мне спокойно спать по ночам.

Огненную сферу она держала наготове:

– Да неужели? А война, которую Вы принесли на наши земли, тоже случайность?

– И без меня знаете ответ. Война была неизбежна. Неизбежна и сейчас. Ваш брат понимает, что скоро Винсент поведет войска на Эльсинор, поэтому и решился ударить первым. Шесть лет назад я поступил так же. Иллай защищает свой дом, я сражался за свой. В том, что Шантилар плохо подготовился к битве, нет моей вины.

К сожалению, Деналь не лгал. Отец рассчитывал на помощь кессарийцев, а потому не стал искать других союзников. Обратись он к правителю Фьяльки, который давно точил зуб на Килденгард, вместе они бы стерли армию Гордона в порошок.

– Вам напомнить, что Вы согласились напасть на свой, как Вы изволили выразиться, дом ради спасения собственной шкуры?

Год в безмолвной башне не сломал мерзавца. Ранение, плен не стерли с губ ухмылку. В синих глазах не погас блеск превосходства.

– Мой сын не способен править. Он глуп, самонадеян и легко поддается влиянию. На троне фактически сидит герцог Аревальди. И если я Вам кажусь негодяем, Вы просто не знакомы с этим типом.

– Что Вам нужно от меня?

Из кармана камзола он достал треугольную печать со специфическим рисунком:

– Вот. Это моя попытка искупить свою вину… И взятка.

Кассея вздрогнула:

– Эрхмангор?

Семейная реликвия Деналей? Знаменитый артефакт, позволяющий забирать души из садов Накиры?

– Он самый. Не обольщайтесь, там остался один заряд. Эртель Стоун умеет пользоваться этой штуковиной. Просто назовите ему имя. Я бы остановился на одной из Ваших сестер, но выбор за Вами.

Эрхмангор изготовил Тристан Фойре, некогда лучший артефактор света, по случаю свадьбы Гидеона Деналя, прадеда Гордона. Это был прорыв, ведь подарить человеку вторую жизнь не под силу даже некромантам вроде Стоуна.

Воскрешения, которыми занимался Эртель в Килденгарде, проводились исключительно с разрешения короля и с использованием сего странного треугольника, существующего в единственном экземпляре, ибо самого Фойре убили на дуэли через неделю после того, как он прославился на весь континент своим изобретением.

По иронии судьбы, ему Эрхмангор не помог. Бабка Тристана родилась во мраке, а у демонов, пусть и полукровок, как известно, нет души. Есть только тень.

– И что же? Вы последний заряд не потратите на покойного брата?

Деналь брезгливо сморщил нос:

– И не подумаю. С его легкой руки мать Фредерики сгорела в пожаре.

– Ну так верните ее.

– Марисса была набожной женщиной. Правильной. Она никогда мне этого не простит. Берите. Артефакт не кусается и я тоже. Он Ваш.

При ближайшем рассмотрении Эрхмангор оказался обыкновенной железкой с очень искусным магическим плетением, которое, увы, почти потухло. Некоторые артефакторы пытались создать нечто подобное, но их попытки не увенчались успехом. Пожалуй, Каталина смогла бы повторить триумф Фойре, если бы для Берлейн предложение скопировать чью – то работу не было сродни оскорблению.

– Вы сказали, что это взятка…

Держать поднос Гордону, очевидно, надоело, и он водрузил его на стол:

– Завтра мы выступаем на Килденгард. В результате я уверен. Народ поддержит меня, а я, в свою очередь, откажусь от трона в пользу дочери, как и обещал Иллаю. Однажды Фредерика станет хорошей королевой, но в данный момент она слишком юна и невинна. Знать ее с потрохами слопает и костями не подавится.

Теперь, когда гнев ее немного поутих, Кассея не могла назвать план Иллая откровенно провальным. Пока, на правах старшего, на троне восседал Альберт Деналь и кушал тарталетки, обильно запивая их вином, Гордон, как младший, но более одаренный интеллектом брат, крутился словно белка в колесе, дабы Килденгард процветал. После смерти Альберта именно Гордон должен был унаследовать престол, но Винсент позорно сбежал с поля боя, позволив Иллаю пленить отца, и провозгласил королем себя.

Газетчики писали, что за год недовольство простых людей властью достигло апогея. Бедняки еле – еле сводили концы с концами, наблюдая, как приближенная ко двору элита купается в роскоши, от рассвета до заката разгуливая по балам и приемам. Вероятность того, что, едва Деналь появится на горизонте во главе армии Иллая, простой люд сам примется штурмовать дворец, где поселился Винсент, а вояки арестуют своих генералов, после чего все это безобразие поддержат, была крайне высокой.

Ход мыслей Гордона она уловила:

– Иллай не позволит Вам перебраться в Килденгард и править вместо дочери. Вы вернетесь в Эльсинор и остаток своих дней проведете под охраной.

– Не вместо нее. Вместе с ней. Вы же своими глазами видели эту трепетную лань. Ей нужен мудрый наставник. Тот, кто ей всегда подскажет, где друг и соратник, а где волк в овечьей шкуре. Кому стоит доверять, а с кем лучше держать ухо востро и кинжал за пазухой.

Разумное зерно в его словах, конечно, было. Фредерика не училась в академии, не воспитывалась как наследница престола. Вместо этого долгие годы девчонка прозябала в Форте Грез, куда ее любезно отправил король Альберт, пронюхав, что его брат собирался официально признать ребенка, рожденного от служанки.

Сам Деналь же пребывал в полнейшей уверенности, что его дочь погибла в пожаре вместе с матерью. Если бы Сианна Балиоре не сбежала из форта, прихватив с собой с десяток магов, отбывающих наказание за то, что когда – то они потеряли контроль над силой, Фредерика так и влачила бы там свое жалкое существование.

– Неужели я похожа на человека, который продастся за бирюльку? – Кассея бросила Эрхмангор на поднос, скрестив руки на груди. – Я не стану просить брата даровать Вам свободу.

– Вы похожи на сообразительную девушку, принцесса, и Вы знаете, что я прав. Какой – нибудь прохвост опоит Фредерику приворотным зельем, а потом затащит под венец и сделает ей детей. И все. Килденгард перестанет быть союзником Эльсинора. Начнется новая война.

– Кто – кто, а Вы у нас, помнится, имеете особый опыт по части приворотов.

Бить его по больному оказалось неожиданно приятно. В синих глазах сгустились тучи, но Гордон сумел сдержаться и не пронзить ее молнией:

– Посмотрел бы я на Вас, окажись Вы в такой ситуации. В юности Стоун был бабником и алкоголиком. Матерился, как сапожник, постоянно приходил домой с разбитой мордой и учился с три на два. При этом Каталина предпочла его. Тут и приворотом не побрезгуешь.

Как женщина Кассея понимала выбор Берлейн. Этот мистический флер Эртеля… Интриговал, что ли. Притягивал девичьи взгляды.

– Слабое оправдание.

– Не спорю, – Гордон покосился на часы. – Мне пора. Эрхмангор Ваш. Какое бы решение Вы не приняли.

Портал он открыл с поразительной легкостью, подтвердив ее догадку. Под рукавами его камзола не скрывались блокирующие магию браслеты. Главное условие его относительной свободы.

– Стойте! Как Вы избавились от браслетов?

Деналь криво усмехнулся и невинно пожал плечами:

– Стянул у Вашего брата ключ.