Глава 6

Настя

- Ты работать шпионом что – ли устроилась?

Катюша улыбается, я знаю. Слышу по голосу. Сегодня Сонечке чуть лучше. Все готово к операции, и это вселяет надежду. И мне на душе становится спокойнее.

- Нет, просто телефон мне предоставляет фирма, с которой я заключила контракт,- вру я, отчаянно краснея, хорошо, что Катюша меня не видит, иначе сразу бы раскусила. – Поэтому номер пришлось сменить. Ты на этот звони.

- Хорошо. Насть, ты береги себя,- тихо говорит сестра, а у меня в душе пляшут мазурку черти. Что меня ждет? Кто тот таинственный заказчик, которому я рожу малыша? Чужого малыша, который будет расти в моей утробе, развиваться. И смогу ли я его не любить? Получится ли относиться к нему, как к чужому? Эти вопросы пугают меня даже больше самой процедуры.

Симкарту я выкинула еще вчера. Когда вернулась домой. Надо же было быть такой дурой, и позвонить незнакомому мужику с требованием «искр» со своего собственного номера.Точнее не выкинула, утопила в ванной полной пены, чтобы уж наверняка.Пришлось с утра плестись за новой, ведь без связи я не смогу узнавать, что происходит с моими девочками. Почему плестись? Потому что ноги, после экзерсисов моего «искрометного» любовничка ходить отказываются. Спала я плохо. Мне снилисьсовсем не целомудренные сны и россыпи вонючей, скользкой рыбы, рассыпанной по кровати, на которой мы с Золотовым вновь и вновь сливались в страстном соитии. Фу. Только вот проснулась я от разрывающего тело возбуждения, что никак не добавило мне бодрости.

Пора. Напяливаю на себя приготовленное трикотажное платье, изумрудного цвета, которое, по словам Кати, идет мне невероятно. Волосы забираю в высокий хвост, становясь похожей на маленькую испуганную девочку. Такую прическу любила делать мне мама, называла ее "лошадь какает" и звонко при этом смеялась, пока не... На глаза наворачиваются слезы. Эх, мама, будь вы с папой живы, все было бы иначе.

От уличного холода не спасает даже легкое пальто. Интересно, почему я решила, что буду в нем выглядеть более официально? Ага, с красным носом, и дрожащая, как той терьер при виде мухи. Сражу на повал заказчика соплей замерзшей под носом. Графиня блин. Сумка, полная моих вещей, оттягивает плечо. По контракту, я не смогу жить в нашей с Катей квартире. На все время беременности мне предоставят жилье. Очень надеюсь, что не в семье клиента клиники. Жить в чужих людях я не приучена.

Возле клиники я останавливаюсь, пытаясь побороть горькую, нервную тошноту. Выдыхаю резко и делаю шаг на белоснежные ступени. Тело отдается истомой, и между ног становится дискомфортно. Черт, да почему я все время вспоминаю знакомство с этим мерзавцем, который воспользовался мной, как вещью. Хотя, ну да, я ж сама предложила. Только дурак откажется от того, что само плывет на твой ... Тьфу ты черт. В твои объятия.

- Осторожно. Девушка, вы совсем не смотрите куда идете? – слышу капризный голосок. На меня смотрит королева красоты. Высокая шатенка, в пальто цвета фуксии, которую я случайно задела своей холопской торбой. Да она наверное с небес спустилась, а тут я со своим свиным рылом в калашный ряд.

- Простите, - шепчу я, стараясь не рассматривать красавицу, как тигрицу в зоопарке. Есть в ней, кстати, что – то хищное. Крылья  тонкого носа раздуваются от ярости. Эта чертова лестница меня точно погубит. Как пить дать.- Я просто торопилась.Я ненарочно,- мямлю, как дурочка, себя за это ненавидя. Но давать отпор хамке у меня просто сейчас нет сил. Всю трясет от нервного возбуждения, страха и еще, как ни странно, воспоминаний оо вчерашнем вечере. Ну не идет у меня из головы Глеб Золотов, хоть ты тресни.

- Да пошла ты, овца,- выплевыает небесное создание, окатывая меня таким ледяным взглядом, что кровь в жилах стынет. Представляю себя жертвой снежной королевы,не меньше. Бррр- Мой жених даже клинику выбрать нормальную не смог. Шляется всякий сброд тут. Если бы я не опаздывала, то обязательно бы задала вопрос руководству этой богадельни.

Королева, на то и королева. Тут же теряет ко мне интерес, и взлетает по ступеням, стуча каблучками по мрамору.

Тепло в помещении никак не помогает мне перестать дрожать. Зуб на зуб не попадает. Прохожу по коридору,  туда, где в прошлый раз загнала себя в кабалу – к кабинету юриста.

- Войдите,- отзывается хозяин офиса.- Настя. Да не мнитесь, мы ждем только вас. Вы и так опоздали, а это неприемлемо. Господин Золотов заплатил достаточно, чтобы не ждать.

 Я делаю шаг в свою новую жизнь.Золотов, да надо разворачиваться и бежать со всех ног. едва услышав это имя, только вот ноги становятся ватными.  Замираю на пороге, наткнувшись на взгляд разъяренных синих глаз, в которых тут же появляется ошалевшее выражение. Он злился. Злился на то, что я опаздываю. И эта фифа, сидящая рядом с ним, наверное его накрутила, рассказав, что какая – то чувырла ее толкнула.

Если бы небеса могли сваливаться на голову, я бы наверное пережила их падение на мою тупую черепушку. Если бы мир перевернулся к верху тормашками, я бы смогла начиться ходить на руках. Если бы...

Господи, за что? Это же просто невозможно. Правда – правда это просто шутка? Фигушки. С моим ли везеньем?

- Настя значит? – слышу я знакомый голос, чувствую, ощупывающий мое тело, взгляд, от которого сердце начинает биться, где - то в районе пятки.- Я думал Каролина.

- Почему, Каролина? – удивленно спрашивает красавица, которую я чуть не сбила на ступенях, по- хозяйски положив руку на колено мужчины из моих сегодняшних снов. В ее словах сквозит презрение и насмешка.- Дорогой. Это твоя графиня? Потасканная какая –то. И неуклюжая. Ее гены же не могут передаться нашему наследнику?

- Потому что живу в стране кошмаров,- тихо отвечаю я, мечтая просочиться между стыками напольной плитки. Искрометный жрет меня глазами, Черт, почему оон так на меня действует? Это же ненормально

Глеб

Я звонил ей все утро. Бегал по торговому центру в разорванной рубашке, и раз за разом слушал механический голос, сообщающий, что «абонент не абонент» Клялся себе, что больше не вспомню эту чертову «Мерри Поппинс», и тут же снова нажимал на кнопку вызова, не обращая внимания на свой безумный вид, на стреляющих глазками в мой голый торс, продавщиц. Да вообще ни на что вокруг.

Сегодня должна решиться моя судьба, а я не могу думать ни о чем, кроме чертовой зеленоглазой ведьмы. Глянул на часы. Опаздываю. Схватил с вешалки первую попавшуюся рубашку, и побежал на кассу. Нацепил обновку, под удивленные взгляды продавщиц, почему – то прикрывающих свои гелевые рты ладошками. У рыжухи не такой. Он у нее сочный от природы. Так приятно было... Черт, да твою ж мать.

Бежал к машине, как угорелый. Теперь придется выслушивать от Ольги кучу нытья. Я опоздал. Опоздал сильно, и меня это бесило невероятно.

- Я опаздываю,- в голосе Ольги, искаженном расстоянием, услышал нервоз. Слава богу, она не будет мне выносить мозг за мою беответственность.

- И очень зря, детка,- хмыкнул я в трубку, удивленно оглядываясь по сторонам. Интересно,почему на меня все смотрят, как на мартышку в контактном зоопарке: алчно, жаждуще, и с усмешкой? – Ты очень безответственно себя ведешь.

 Бинго. Наконец - то и мне удалось вывести из коллеи снежную королеву Олю. Прям представляю, как она морщит своий иеально ровный нос. А вот у рыжухи...

 В штанах становится тесно. Найду, и буду трахать, пока не попросит о пощаде.

 До медицинского центра не еду. Скорее низко лечу,рискуя убиться, так и не познав радость отцовства. То – то будет Ольге радость. Она была категорически против моей затеи. Но сдалась, под натиском некоторых, очень весомых аргументов.

- вы выглядите, хммм...- поднимается мне навстречу юрист.- Глеб Егорович, вы не считаете, что ваш наряд, хммм...- мнется мужик, бегая хитрыми глазками.- Я понимаю,что выможете себе позволить быть не таким как все, но доллжна же быть какая - то грань

- Говори, твою мать. Ты меня учить, что ли собрался этикету?  Поздно, я необучаем.- рявкаю я. Честно говоря,  мне уже надоели взгляды окружающих, полные странного интереса к моей персоне.

- Мне кажется, ваш внешний вид, немножко не отвечает деловому общению,скорее...

- Немножко, у тебя пресс видно,- рычу я. Меня правда до оскомины бесит холеный дядька с прической тип «жидкий одуванчик».

- Вот. – в руке мужика появляется зеркало, как раз в тот момент, когда в офис, без объявления, входит Ольга. Ее глаза горят злостью. Интересно, кто посмел вывести фурию из себя? Жив ли несчастный. Или уже поет хоралы на небесах, как безвинно убиенный.

- Прекрасно. Ты как всегда неподражаем. Дорогой,-не моргнув глазом, цедит невестушка.- Меня там какая -то шалашовка чуть не свалила с ног, а он тут обновкой красуется.

Ну, лоханулся я с рубашкой. А виновата рыжая ведьма, которая завладела моим мозгом настолько, что я не увидел нарисованный на груди чертовой тряпки, разноцветный, улыбающийся член, с огромными ушами по бокам. Оторвать бы гребаные руки креативному модельеру, придумавшему сию красотищу.

- Знаешь, это могло бы стать твоим логотипом. У тебя же всегда так- куда член. Туда и ноги,- улыбается Ольга.

Я не успеваю ответить на колкость невесты. В дверь тихо стучат, и мне откровенно говоря насрать, что подумает обо мне колба с ногами, которая ⁷совсем бесстыдно опаздывает. Уж точно я не опущусь до ношеной сорочки хозяина кабинета, которая вряд – ли сойдется на моей груди. Уж лучше вот так, с ушастым членом наперевес.

Когда в кабинете появляется огненная шевелюра, мне кажется я схожу с ума. Настя, я так и знал, что у нее имя девушки из сказки. Не из дурацкого мультфильма, а именно из теплого, сказочного мира. Оно идет ей безумно.

- А я думал, Каролина.-как дурак сиплю я, не в силах совладать со зверем, раздирающим мои брюки.

Ольга говорит что – то, но мне похрену. В моем воспаленном мозгу всплывают картинки. Я представляю, что раскладываю зеленоглазку прямо на столе лысого дрища – хозяина кабинета,и чувствую, что еще немного и просто спущу в гребаные узкие штаны. Сука, надо купить шаровары, как у Алладина. Хмыкаю, представив, как буду выглядеть в рубахе с ушастым членом и широченных штанах. Вадим Казаченко в его ранние, самые лучшие годы, блин. Да рыжуха меня к себе в таком виде на километр не подпустит. Ни в каком виде не подпустит, суде по панике в глазах, которые сейчас у нее цвета волнующегося перед бурей, моря. Она хочет бежать. Я вижу. Снова кинуть меня с обрывками идиотских трусов в руках, пахнущих ею так одуряюще. Наверное я извращенец. Дай бог не дойду до того, что буду бегать по парку в плаще, в поисках баб с зелеными глазами, и показывать им своего,жаждущего Насти, зверя.

- У вас есть подсобка? - словно под гипнозом спрашиваю у юриста, но эта ведьма тоже слышит мой вопрос, судя по всему. С тревогой поглядывает на дверь, ища пути к отступоению. Ольга читает договор. Вот за что ее уважаю, так это за внимательность. Даже не смотрит в мою сторону, хотя слышала о чем я спрашивал дурака, сидящего рядом со мной.

- Есть. Под лестницей. Там уборщицы инвентарь хранят,- шепчет адвокат, явно уже сомневаясь в моей адекватности. как бы не разорвал контракт. Дуракам детей иметь, вроде, не положено по закону. - а вам зачем?

- Полы помыть собрался, - зло рявкаю я. Надо отвести взгляд от куколки, а то может конфуз случиться. – Отлить хочу.Отвали от меня.

Схватить ее, утащить в под обку  и там, между швабр и ведер...

Девчонка привалилась к стене, и судя по всему, сейчас рухнет в обморок. Баб в обмороке я не трахал еще. Да, блядь. Это становится не смешным.

-Все в порядке,- наконец нарушает звенящую тишину, повисшую в кабинете, моя невеста,- мне не нравится только пункт о проживании этой,- кивает она в сторону потерянной Настти, дорогущей прической

- Я не «эта»,- голос рыжухи дрожит. Надо же, а она не простушка, вон как светятся глаза, и волосы, цвета пламени, буквально развеваются, и милое лицо горит праведдным гневом. Мне становится интересно.- Мое имя Анастасия Романова. Запомните пожалуйста. Каролина осталась в стране кошмаров. И да, это ваш удел - подсобки. А меня увольте от вашего хамства.

- Стоять! – приказ измоего рта вырывается сам, когда я смотрю, как разворачивается рыжуха, чтобы уйти с гордо поднятой головой. Да, в ней чувствуется порода. Ольга, как не умасливает себя всем подряд, не может вытравить из себя рабоче – крестьянского происхождения. Мизинчик отставляет, когда пьет кофе из чашки. Я стараюсь не завтракать дома, чтобы не видеть этого позора.

Девка замирает. Каролина, мать ее за ногу. Сейчас бы нагнуть ее и...

- Мы примем все ваши условия,- говрю тихо. Настолько, что слышно, как моя невеста скрипит дорогущими молярами.-  И,  хочу за это искры. Вы меня понимаете, Настенька?

- Разбегитесь, и ударьтесь головой в стену. Искры вам это обеспечит,- мечет зеленые молнии нахалка. – А меня ждут анализы.

- Ты это спустишь с рук, этой овце? - удивленно интересуется Ольга.

- Она будет носить нашего ребенка,- морщусь я, стараясь представить Настю с огромным животом.От чего возбуждаюсь еще сильнее. Я точно чертов маньяк.

Когда она уходит, мне хочется рвать и метать. С трудом сдерживаю себя. Чтобы не разгромить все вокруг к чертовой матери.

 - Через две недели проведем процедуру. Думаю проблем не будет,- противно улыбается юрист, пожимая Ольгину ручку. Только теперь понимаю, что все еще смотрю на дверь, за которой скрылась моя рыжуха. У меня рвет крышу от этой девки. И я уже совсем не уверен, что хочу иметь ребенка от снулой рыбины, улыбающейся сейчас противному мужику, приподнявшему кучу бабла. Интересно, что толкнуло Настю на столь отчаяный шаг? Ничего,теперь она никуда не денется. А я сделаювсе, чтобы решить ее проблемы, и потребовать за это бллагодарность. Да, я такой. Только такой плод мог родиться от дерева, посаженнного моим  папулей. И нет, я этим не горжусь. Но, откровенно говоря, так жить легче.

- И что это было?- ухмыляется моя невеста, когда мы наконец оказываемся в машине.

- Просто перенервничал,- без зазрения совести, лгу я, заводя джип. Надо врачу, что ли показаться? Это же ненормально, что у меня башню сносит от телки, которую я даже не знаю.

- Ты могла бы сама выносить этого ребенка,- сейчас я ненавижу Ольгу, радостно подпевающую Бобу Сиггеру, поющему про ночные движения. Сука, и он туда же.

- Мне моя фигура дорога, мое солнце. Надо же тебя удерживать чем – то возле себя, - улыбается эта поганка, пробегая пальчиками от моего колена к паху. Противно. Странно, раньше я бы отреагировал по другому.

- Я устал. Давай потом,- кривлюсь я в усмешке. Хотя. Вот совсем мне сейчас не смешно. Если так пойдет дальше, то искры, в обозримом будущем, мне не светят.