Глава 12

Леха

Пост охраны находился у центрального входа в отдельной будке. Вход был только по специальным электронным пропускам. Я засветил «корочки» и прошел без разговоров.

— Дядя Игорь, а можно еще раз ту же запись показать, только ему? — указала на меня хмурая Хиросима.

— А он кто? — пожилой мужчина в форме охранника смотрел на меня с подозрением.

— Опер Леха, — представила меня рыжая.

— А документики опер Леха мне предъявит?

Я повторно достал «корочки», и мне без разговоров нашли нужное видео.

— Останови, — потребовал я.

Хиросима была права: мужик действительно был похож на кузнечика. Длинные ноги он чуть сгибал в коленях, морда такая, что хоть сейчас на стенд «Их разыскивает полиция». Маленькие, близко посаженные глаза, тонкое вытянутое лицо, востроносый, губы тонкие.

Он с Хиросимой вошел на территорию университета, обошел его по периметру и вышел с другого входа.

Дальше нужно было снова поднимать городские камеры, но что-то мне подсказывало, что кузнечик опять нырнул в слепую зону.

— Такой во сне приснится — топором не отмахаешься, — прокомментировала Хиросима, — а если колени в обратную сторону выгнуть — вылитый кузнечик.

— Этим я и планирую заняться, — согласился я.

Сфотографировал на телефон кузнечика, проверил качество изображения и отчеканил:

— Спасибо!

Мы вышли из будки в рекреацию — пустую, потому что у студиозов начались пары.

— Я могу быть уверен, что ты не вляпаешься в неприятности? — строго спросил я у моей прелестницы.

— На все сто процентов, — с самыми честными глазами заверила меня Хиросима.

— Я не шутил про обезьянник, — предупредил ее.

— Леш, я поняла, правда. И ошибку свою поняла, что этот портфель сразу в полицию не отнесла, — скисла рыжая.

— Призна́юсь, что тут неправ был я. Правильно, что не понесла.

— Да? Почему? — вскинулась Хиросима.

— Потому что тогда они нашли бы тебя раньше, чем я, — с трудом, но признался я.

— Зачем им я?

— Не знаю, но выясню. А ты береги себя. Постарайся одна не ходить, да и вообще без надобности никуда не ездить.

— Как скажешь. Беги, Леха, вижу, что тебе невмоготу уже, — как-то странно посоветовала мне Серафима.

— Если что — сразу звони мне, — предупредил я.

Рыжая кивнула, поправила сумку на плече и ушла.

Я вышел на улицу, достал пачку сигарет, прикурил и медленно побрел к машине.

Пазл пока не складывался, но предположения были. Почти невероятные, но опыт подсказывал, что иногда самое невероятное есть самое верное.

Зачем им было искать девчонку, которую сами же и подставили? Выяснить, что она знает? Или портфель ей отдали как временному хранителю с целью потом забрать? А смысл в пустом?

Я сел за руль и поехал в отдел.

А может, все вообще не так было?

С самого начала я считал, что вор хотел запутать следствие. Передал портфель первой попавшейся девчонке в костюме, которую было не так легко найти, тем самым путая ниточки и задерживая следствие.

Но тогда зачем они нашли ее сейчас?

А что, если вор не получил того, чего хотел? Украл портфель, но нужного в нем не обнаружил?

Из него вытекал следующий вопрос: кузнечик достал документы где-то по пути или изначально украл пустой портфель?

Тогда все складывается. При таком раскладе убирать девчонку глупо, а вот сблизиться с ней — вполне логично.

Я вжал газ в пол, параллельно набирая Сан Санычу.

— Твою дивизию, — сплюнул он, — все-таки Дима?

— У меня два варианта: либо вор вытащил бумаги по дороге, но не вытащил флешку, либо с самого начала украл пустой портфель. Есть мысли, зачем Диме могли понадобиться эти сведения?

— Мои парни за ним наблюдают, выясняем. По моим данным, его ничего не могло связывать с Краславским.

— Диана не пришла в себя?

— Нет, состояние ухудшилось. Да что там на этой флешке такое было? — не выдержал Саныч.

— Мы ее найдем, обещаю.

— Может, флешка у девчонки?

— Нет, я бы знал. Я виделся с ней сегодня, она сама сдала мне кузнечика. Фотографию я вам скинул.

— Видел. До связи.

Я убрал мобильный, доехал до отдела, залез в багажник, где лежал уже осмотренный мной вдоль и поперек портфель в целлофановом пакете, и пошел в кабинет.

— Я девчонок к тебе в кабинет посадил, — отчитался дежурный со смешком, — дорогие?

— Мне со скидкой и по акции, — отмахнулся я.

Поднялся к себе и вошел в кабинет, где на стульях вальяжно сидели Эльвира и Анжела.

Тома и Вера в жизни.

— Привет, Леш! Давно тебя не видно было.

— Некогда. Зачем пришли?

— Есть информация.

— Слушаю, — я сел за стол, а пакет с портфелем бросил себе под ноги. — Какие проблемы вы мне в этот раз принесли?

— Никаких, — пропела Тамара, — сегодня только информацию. Ты, Леха, один из немногих нормальных ментов, поэтому сразу к тебе пришли.

— Буду считать, что это ценный комплимент, — кивнул я.

— Ты слышал что-нибудь о майоре Щукине?

Я напрягся, потому что не только слышал, но и работал под его началом. Кивнул и ждал, что девчонки мне скажут.

— Нас недавно с Веруней ваши задержали. Мы не ожидали, ты нас обычно предупреждаешь, когда облавы готовятся. В общем, привезли в отдел и сразу к Щукину. У, морда противная. В общем, он про тебя много спрашивал, искал, за что зацепиться. Очень интересовался нашим с тобой общением.

— Вы что сказали?

— Сказали, что ты наш любимый постоянный клиент. Щукин обещал помощь взамен на информацию, но мы тебя все равно не сдали.

— Спасибо, девчонки! Я разберусь.

— У тебя проблемы? Помощь какая-то нужна? — спросила Вера, которая по образованию была юристом, а по нелепому стечению жизненных обстоятельств — жрицей любви.

— Нет. Как мама?

— Пока держится, — устало ответила Вера, которая уже несколько лет лечила маму, болевшую раком, — спасибо, что с клиникой помог договориться.

— У вас что-то еще?

— Нет, мы пойдем. Пока, Леш.

Девчонки ушли, а я выругался.

Проблемы сыпались как из рога изобилия, а Щукин, падла, так и не простил мне вывих челюсти и множественные ссадины.

Я снова закурил, вспоминая его масляную рожу и наглую ухмылку. И свою жену в его кабинете, которая со слезами на глазах уверяла меня, что они просто друзья и ничего у них не было.

Плашку сорвало тогда со свистом. Я вообще не соображал, что делал, пока меня парни не оттащили.

Меня тогда Сан Саныч и выручил. Помог замять драку и забрал в свой отдел. Спас от статьи и увольнения с позором.

А Щукин мстить решил. Против Саныча не пошел бы, по службе тоже придраться не к чему — ментом я был честным, ни одной взятки не взял и дела не разваливал. Он решил с этой стороны зайти, падла.

Как все не вовремя, мать вашу!

Вот вообще не вовремя! У меня кузнечик, Хиросима и еще работы вагон и тележка.

Почему-то при воспоминаниях о рыжей на губах сама собой появилась улыбка. Девчонка была маленьким вредным солнышком, даже воспоминания о котором заставляли улыбаться.

И мне бы о своих делах думать, а не о ней, но Хиросима цепляла. Сильно цепляла. Это дело становилось моим личным. Просто потому, что ее безопасность была превыше всего.

Наверное, пришло время посвятить в это дело Римира — он ее брат и имел право знать. А еще должен был помочь мне обеспечить ее безопасность и мое спокойствие.

С остальным я буду разбираться в процессе. И со своими внезапно возникшими чувствами — тоже!