Глава 3.3

— Какая жалость, — протянула Настасья, пожирая его глазами. Прикусила нижнюю губу и склонила голову, отчего жемчужные волосы разметались по молочно-белой коже лица. Она небрежным движением откинула гладкие пряди набок и интимным шёпотом поделилась: — Ты мне всегда больше Яробора нравился.

— Не могу ответить взаимностью.

— Как обычно, неприступен. Но это даже заводит.

— Будь добра, веди себя приличнее.

— Зачем мне это? Из-за твоей помощницы? — Настасья вскинула голову и посмотрела на Амели, кончик её носа с практически незаметной горбинкой шевельнулся, а затем губы растянулись в надменной ухмылке. — Полукровка.

До боли знакомая картина. Чистокровные оборотни вечно заостряли внимание на виде и породности. И чем дальше от столицы, тем хуже обстояли дела с терпимостью. Это в крупных городах можно было найти отдельные школы и университеты для полукровок, а вот в глухой провинции тем приходилось обучаться на дому. Мало кто из родителей в своём уме отдаст ребёнка в место, где из него три раза в неделю будут всю дурь выбивать на занятиях по рукопашному бою. И если в начальной школе ещё более или менее ощущалась равенство, то ближе к университету появлялся разрыв в силе.

Впрочем, даже в столице не следовало слишком расслабляться. Бытовой шовинизм то и дело вылазил из самых неожиданных щелей. Банально в клуб могли не пустить. Но Амели особо жаловаться не приходилось — её фамилия многие двери открывала. А вот за друзей из семей поскромнее ей всегда делалось обидно, когда те сталкивались с несправедливостью.

— Здравствуйте? — вопросительно протянула она с вежливой улыбкой.

— Привет, полукровка, — отозвалась Настасья, со смешком повторив очевидный факт.

— Это не просто полукровка, — одёрнул противную снобку Дамир, поднялся на ноги и в два шага пересёк пространство, разделяющее кресло и диван, чтобы опуститься на сиденье рядом с Амели. И главное, сел так близко, что они на миг соприкоснулись в плечах. — Это внучка близкого друга нашей семьи — Камелия Белополосая.

— А-а, Белополосая, да, припоминаю, — промычала она, рассматривая её уже другим взглядом: оценивающим с точки зрения благосостояния именитой семьи. А так обычно пялились зажиточные оборотни, когда прикидывали, на каком финансовом уровне относительно них находилась Амели. Подсчитывали, насколько надо быть вежливыми.

— А это бывшая невеста моего младшего брата — Настасья Белая, — представил ей неприятную барышню Дамир.

Конечно, она слышала о помолвке Яробора, но лично его девушку не видела. Сошлись они явно не по большой любви, поэтому никаких праздников Бурые не устраивали, а вот расставались с огромным удовольствием, немало вылив друг на друга грязи. Новость о разрыве их помолвки облетела всю Урсанию буквально за сутки.

— Я всегда метила в старшего, — поделилась Настасья громким шёпотом и кокетливо рассмеялась, увидев на его лице кислую физиономию. — Но родители решили выдать меня замуж за махину из мышц с отбитыми мозгами. И так уж сложилось, что я, в отличие от этого красавчика, — она указала пальцем на Дамира, — не имею такого высокого положения в семье, чтобы отказаться.

— Выбор есть всегда, — не согласился он.

— Ага, есть… Сытый голодного не поймёт, — лукаво усмехнулась Настасья. — Вот скажи мне, неприступный красавчик, тебя лишат финансовой поддержки, если ты женишься, например, на Камелии?

— Нет, не лишат, — подтвердил Дамир и добавил то, что Амели никогда не хотела бы услышать: — Но я бы и сам на ней не женился. Камелия ещё совсем ребёнок. Да и мне как младшая сестра.

— В гробу я видала такого брата, — фыркнула она, чувствуя горечь на кончике языка. И почему все вокруг упорно продолжали называть её ребёнком? Универ окончила, даже на работу устроилась! Чего же им неймётся?!

— Видишь, и реагирует как родная, — иронично хмыкнул он.

— А на обычном человеке? — не унималась эта подлая провокаторша, ответственная за возникновение обидных слов. — Даже без магических способностей, смог бы?

— Я понял, к чему ты клонишь. Но что тебе мешает стать финансово независимой? — его рука вольготно легла на спинку дивана сзади, против воли вынуждая Амели сконцентрировать всё своё внимание на крупной ладони, почти касающейся её плеча. Та находилась так близко, что можно было ощутить исходящее от неё тепло или лёгкое движение воздуха, когда Дамир шевелил пальцами. — Да, председателем «Медвежьей заботы» является дедушка, но именно у меня находится контрольный пакет акций. Я прислушиваюсь к его словам и потакаю мелким прихотям из уважения, а не потому, что у него есть реальные рычаги воздействия. И ему это прекрасно известно. У тебя тоже отличные стартовые возможности. Ты можешь как устроиться в хорошую компанию, так и собственную основать, чтобы выйти из-под влияния семьи. Но ты же и сама этого не хочешь, не правда ли? Ведь надо брать ответственность, а не перекладывать её на кого-то другого.

— Как скучно, — вздохнула Настасья, поднялась с подлокотника и обратилась к ней со странной интонацией, словно что-то недоговаривая или говоря одно, а подразумевая другое: — Наверное, быть на побегушках у такого нудного дядьки ужасно утомительно.

— Я тут на полгода, — сухо ответила Амели, отводя взгляд в сторону.

Из-за закрытой двери, ведущей в коридор, донёсся шум.

— Но это будут долгие полгода, — загадочно усмехнулась бывшая невеста Яробора и направилась к выходу из гостиной. — Хорошего вам вечера и удачных переговоров.