Глава 11.5

Открыв глаза, она с удивлением обнаружила себя лежащей на кровати в гостинице.

— Мне это, что ли, только приснилось? — ошарашенно пробормотала Амели и резко поднялась. Аж в глазах потемнело. Сгорая от любопытства, она подождала несколько секунд, пока свет в голове включится, и кинулась к выходу из комнаты.

— Ты чего как чёрт из табакерки выскакиваешь? — выдохнул Дамир с выражением лица, будто пережил микроинфаркт. Стоял у книжного шкафа неподалёку от дверей спален и продолжал протягивать руку к одному из корешков.

— Я просто… как оказалась тут?.. Мы разве не пошли на море?

— Я тебя не переодевал.

Амели тут же метнула взгляд вниз и обнаружила, что всё ещё в купальнике, поверх которого было надето платье из струящегося шифона. Именно в нём она отправилась вечером на прогулку. Сейчас за окном, судя по темени, глубокая ночь. Значит, всё-таки ходили на пляж. Но почему не удавалось вспомнить, как они вернулись? Неужели в самом деле вырубилась, когда он собирался её поцеловать?

— Я же не это?..

— Именно это, — скупо подтвердил Дамир и вместе с книгой устремился к креслу.

Закрыв лицо ладонями, Амели беззвучно заорала. Это что за ерунда-то такая?! Как можно было хлопнуться в обморок во время их первого поцелуя? Да она неудачница в квадрате! Нет, самая главная неудачница на всей Мальдоре!

Наверное, он подумал, что Амели какая-то припадочная: будучи пьяной, пристаёт, а трезвой — отключается на самом интересном. Ну почему ей надо было вырубиться в настолько важный момент? Аж расплакаться хотелось от несправедливости...

— Я принёс фрукты, иди перекуси, чтобы поднять уровень глюкозы в крови, — позвал Дамир, сидя к ней спиной в кресле. У него, что ли, на затылке пара дополнительных глаз имелось? Откуда узнал, что она тут в беззвучной истерике бьётся, а не вернулась в комнату?

Подойдя ближе, Амели с грустью уставилась на глубокую миску с ягодами и фруктами, стоящую по центру журнального столика. Даже её любимый крыжовник где-то нашёл. Вряд ли в стандартном меню гостиницы тот имелся в наличии. Поэтому, послушно присев на край дивана, она стала медленно поглощать угощение.

Вкусные ягодки. С тонкой шкуркой и сладкой сердцевиной. Сок напоминал лимонад, но с более замысловатым букетом, где приятная кислинка переплеталась с ненавязчивой сладостью, а в послевкусии сохранялась лёгкая горчинка, как после зелёного яблока. У неё крыжовник ассоциировался с каникулами, безоблачным летним днём, детством, большую часть которого она провела в играх в саду за домом.

— Какой у тебя любимый фильм? — вдруг спросил Дамир.

— Чего? — Амели вскинула на него удивлённый взгляд.

— Ну, у тебя же есть любимый фильм? — чуть сконфуженно, как ей показалось, уточнил он и закрыл книгу.

— Конечно, их много. В каждом из жанров по несколько штук. Но, если выбирать один самый-самый… даже не знаю, наверное, «Моя неправильная любовь». Я его больше десяти раз пересматривала.

— И о чём этот фильм?

— Э-э, ну… обычная такая мелодрама. Да тебе будет неинтересно, — торопливо проговорила она, отводя взгляд в сторону. И почему из всех фильмов вспомнила именно тот, где главная героиня влюбляется в друга отца намного старше её, а потом почти весь фильм страдает от безответных чувств? Вот вечно у неё язык впереди мозга несётся! Надо срочно на что-то другое перевести его внимание. — М-м-м, знаю! «Девушка из тумана». Тоже мелодрама, но там ещё классная линия с мистическим детективом. А любовная линия невероятно трогательная. В ней герои проходят путь от друзей к влюблённым, преодолевая кучу жизненных трудностей.

— Любишь мелодрамы?

— Ну да, как и все остальные девочки. Вообще, мне разные жанры нравятся: комедии и детективы люблю не меньше мелодрам. Однако я считаю, что в любом кино обязана присутствовать хоть капелька романтики. Иначе неправдоподобно получается. Что за жизнь такая, если в ней совсем нет любви? Поэтому без разницы, триллер или боевик, но хотя мимоходом у главного героя обязан быть обозначен любовный интерес. А если его совсем нет, то какой-то неполноценный фильм выходит.

— И правда, — мягко усмехнулся Дамир, смотря на неё с теплом во взгляде, а затем поднялся из кресла и пошёл в сторону книжного стеллажа. — Не хочешь что-нибудь посмотреть? Я пока спать не хочу, а ты, похоже, успела выспаться.

— Конечно, хочу! У меня есть два фильма, которые могут тебе понравиться. — Амели поднялась с дивана и побежала за ним следом.

— Отлично, тогда поищи их. Я уже заглядывал, тут подключены все популярные видео сервисы, — проговорил он, засовывая пухлый том на прежнее место. Повернулся к ней лицом и недоумевающе нахмурил брови. — А ты чего подскочила?

— Не знаю, — растерянно отозвалась она. Тело двигалось само, последовало за ним без какой-либо мысли в голове.

Однако вместо того, чтобы вернуться на диван, Амели продолжала стоять и глядеть, как если бы чего-то ждала. Дамир тоже на неё смотрел. Внимательно так. Появилось ощущение, что Амели для него — открытая книга. Он её читал, даже особо не напрягаясь. И чем дольше длилась эта игра в гляделки, тем волнительнее становилось на душе. Между ними уже вспыхнула молния, и теперь с секунды на секунду должен был грянуть гром.

Дамир поднял руку и коснулся её щеки, щекотно проведя подушечками пальцев до уха, в волосах, за которым утонул. Он аккуратно потянул Амели за затылок, одновременно склоняясь к ней навстречу, и они соприкоснулись в невесомом, почти целомудренном поцелуе. И тут же Дамир отстранился, чтобы заглянуть ей в глаза. Нашёл в них ответ на неозвученный вопрос и снова поцеловал, но в этот раз по-другому: более глубоко и страстно, словно хотел поглотить целиком.

Мир вокруг растворился, осталось лишь его дыхание и нежная ласка шелковистых губ. От новых, ни на что не похожих, ощущений у неё перехватило дух. Слишком приятно, чтобы быть правдой. Волшебство, не иначе. У Амели самовольно сжались пальцы, желая удержать внутри волну искрящихся покалываний, прокатившуюся по телу. Она не могла до конца разобрать, что чувствовала, но это определённо что-то совершенно новое, неизведанное и невероятно притягательное. Всё, что с ней происходило раньше, больше нельзя было назвать поцелуями. Так, жалкими копиями. Лишь один мужчина оказался в состоянии воплотить мечту в жизнь.

Тяжело дыша, Дамир медленно отодвинулся. Полуприкрытые глаза выглядели, как у захмелевшего. И то, что его так опьянил их поцелуй, задевало особые струны внутри Амели, о существовании которых до сегодняшнего дня она и не знала. Ей не хотелось останавливаться…

Однако он опустил взгляд на пол, словно желая отвлечься и перевести дыхание, и вдруг фыркнул, не удержав смешка. И только тогда Амели осознала, что продолжала поджимать на ногах пальцы. Смутилась до глубины души, но не успела ни слова произнести, как Дамир ласково обнял её и прислонился щекой к макушке:

— О небо, какая ты милая прелесть.

— Ты заставляешь меня чувствовать себя неловко! — пожаловалась она.

— Прости меня, я не специально, — проговорил он и поцеловал её в висок, из-за чего пальцы на ногах опять непроизвольно поджались. Чужой взгляд снова метнулся на них, и из него просыпался ласкающий слух, бархатистый смех. — Прости, Камелия, ты слишком очаровательная, это сильнее меня.