Глава 45 Ночные приключения
- Тогда проходите, - буркнула и сама прошла в дом.
Ректор протопал следом и, разглядывая помещение, двинулся прямиком в комнату.
- Куда в обуви-то?! — не без удовольствия дала выход гневу. — Полы чистейшие! Дальше прихожей — или босиком, или… Впрочем, вариантов нет.
- Даже тапочек не предложишь? — он капризно надул губы, словно барышня, которой презентовали кольцо с куда меньшим размером бриллианта, чем она рассчитывала.
- Нету, - развела руками. - Завтра непременно местных жителей попрошу сплести вам лапти, - съязвила с улыбочкой.
И обязательно такие жесткие, чтобы мозоли при одном взгляде на эту обувку вскакивали на пятках и мизинцах!
- Лапти — это хорошо, - ответил мужчина, скинув ботинки и продолжая разглядывать избу. — Увезу домой как сувенир.
Ух, ежки-макорошки! Я сморщила нос. Вот уж правду говорят — нет никого хуже гостя с вонючими ногами! Точно козел, вот и подтвердилось!
Отойдя на пару шагов, чтобы не помереть от этой газовой атаки, задумалась. Где его спать укладывать? Кормить не собираюсь, пощиплет травку во дворе, парнокопытное. Но рядом с конем Ромуальдом его, увы, нельзя к забору на ночь привязать. А жаль. Самое то было бы!
- Так что же вас привело в Котовасино? — села на стул и приступила к допросу, замаскированному под вежливый разговор.
- Помогать приехал, конечно же! — ректор плюхнулся на кровать. — Ты же была моей любимой студенткой, Медовая.
Темнишь, стрекозел столичный, темнишь! Теперь меня еще сильнее любопытство гложет. Ничего, разберемся, помощничек!
- Ну-ну, - усмехнулась и встала. — Пора спать ложиться, с утра прием пациентов, как раз и пригодится ваша помощь как столичного специалиста. Будем грыжи вправлять, геморрои лечить и от всяческих иных проблем население избавлять!
- Н-да? — Зельцер погрустнел. — И много их обычно, пациентов этих? Надеюсь, что как в первый день набегут, чтобы очередь терялась на линии горизонта! Ты у меня завтра и проживание отработаешь, и моральный ущерб возместишь.
- По-разному бывает, - увильнула от ответа и взяла с кровати подушку.
- А ты куда?
- Спать укладываться.
- Тут еще одна кровать есть?
- Нет, здесь подпол есть, вот там и обоснуюсь. — Отодвинула половик и открыла дверь в подполье.
Можно было бы, конечно, этого командировочного козла туда отправить, а сверху шкаф поставить, чтобы не вылез. Но увы, он сильный маг, выберется.
- Какая ты негостеприимная, Медовая! — зацокал обиженно, как белка, у которой орех отобрали.
- У меня еще и рука тяжелая, помните об этом, - прозрачно намекнула и начала спускаться внутрь.
- Подожди! — всполошился ректор, подскочив на кровати. — А покормить меня?
Надо же, оказывается, он проголодаться успел, пока в Котовасино добирался - за те несколько секунд, пока через портал шагал.
- Изба, конечно, служебная, - не без удовольствия отозвалась я. — Но питание идет раздельно с проживанием, сами знаете. Но я ведьма добрая, так что ешьте все, что найдете в доме. Только предупреждаю — паучка Стасика не обижать!
- Но…
- Спокойной ночи! — захлопнула дверь подпола и на всякий наложила заклятие сигнализации — чтобы, если гад решит ночью попытать счастья, его шарахнуло как следует, отбив все желания и заодно возможности к их исполнению!
Вот так-то!
Ночью, конечно же, не спалось. В голове одна за другой проносились мысли, будто в догонялки играя. Тяжело вздыхала, ворочаясь на Вариной кушетке, и мутузила кулаком ни в чем не повинную подушку. Плохой, мягко говоря, из меня вышел следователь. Вынуждена признать, что так ничего толком и не узнала касаемо исчезновения моей предшественницы. Поняла только, что она была та еще гадина, плохо относилась ко всем, кроме себя любимой — даже фамильяра своего обижала, обожала роскошь и то ли мечтала, то ли всерьез собиралась замуж. Вполне возможно, за Демьяна. Кстати, учитывая их амурные отношения, его тоже можно смело добавить в список подозреваемых.
С другой стороны, ведьму могли угробить соперницы, их ведь целых 15 штук было. Дон Жуан деревенский, везде успел! И когда только время находил, спрашивается? И на демона работать, и девок из окрестных деревень портить? Впрочем, ему и стараться не надо, я-то вон тоже сразу под его чары попала. Стыл мне и позор, ведьма еще называется!
Эх, так и не усну ведь. И пить хочется. Забыла с собой кувшин с водичкой прихватить. Придется вылезать и прокрадываться на кухню. Лишь бы этого гада не разбудить. А то ведь точно решит, что Медовая передумала и решила воспользоваться его щедрым предложением касаемо внебрачных половых связей.
Тихо-тихо выбралась из подполья в комнату. Громкий храп, перемежающийся с куда более ужасными звуками — и чего он такого громкого слопал у меня на кухне, интересно, дал понять, что осторожничать не было никакой нужды. Зельцера сейчас даже танцующий в обнимку с гармошкой пьяный ящер не разбудит.
Хихикнула, представив картинку. Но усмешка слетела с губ, когда увидела, как в окно скользнула с улицы черная тень. Это что еще за ночные сюрпризы? Затаила дыхание, глядя, как тень направилась к кровати. С одной стороны, мне жаль перд…, простите, храпящего Зельцера, с другой не дает покоя мысль, что кто-то может помочь мне избавиться от этого гада.
Так, Медовая, не стыдно?!
Да стыдно, стыдно. Беззвучно прошептала заклинание, и под потолком зажегся яркий желтый шар. А следом на пол рухнула моя челюсть, потому что увиденное точно навсегда останется в моей бедной памяти!
Первым, что я увидела, оказались ягодицы проклятого ректора. Кто ж знал, что этот паразит спит голым? Как теперь это развидеть, а? Но самым интересным стало даже не это. Потому рядом с ним на подушке лежал букет ромашек. А еще чуть дальше сидел… Демьян!
- Остановись мгновенье, ты ужасно, - пробормотала я, наблюдая эту картину маслом.
- Что все это значит?! — прорычал наш деревенский плэйбой.
Столичный же плэйбой вздрогнул всем телом и перестал храпеть. Взамен этого тоже вздрогнувшие ректорские ягодицы с перепугу произнесли не менее громкий звук. Опешивший от такой наглости Демьян посмотрел на него полыхающим взглядом. А проснувшийся маг сначала поглядел на ромашки, которые так трогательно лежали рядом, потом перевел глаза на парня, сидящего рядом.
- Это что еще такое?! — взвизгнув, ректор отполз в сторону и прикрылся простыней.
- Это… - едва дыша от смеха, пояснила я, - приветственная делегация для вас, господин Зельцер! Запоздавшая немного. Зато… от всего сердца! Видите, какие котовасинцы гостеприимные!
Не в силах больше сдерживаться, расхохоталась в голос и медленно сползла по стеночке. Почувствовав, что происходит нечто интересное, из воздуха выпрыгнул Барбарис 15-ый.
- Какая забавная икебана, - муркнув от удивления, констатировал он. — Впрочем, добрее надо быть. Совет вам да любовь, мальчики! — он улыбнулся во всю свою кошачью морду.
Демьян отпрыгнул от Зельцера. Который, в свою очередь, отполз на самый край кровати и, что было закономерно, свалился на пол, смачно шлепнувшись оголенными прелестями на половицы. Своей грязной попой на мой чистый пол!
- Ай, - донеслось обиженное из-за постели. — Мария, почему у тебя ковра нет?
- Это служебная изба, почем мне знать, - все еще подхихикивая, ответила я. — Кто-то, вероятно, сэкономил на финансировании.
- Вот вернусь в столицу, обязательно подниму этот вопрос!
Ты сначала себя подними, горе-ректор! А то валяешься там, как недоеденная печенька.
- Мария, что этот гад делает в твоем доме?! — к Демьяну вернулась способность говорить.
А жаль, мне он больше нравился потерявшим дар речи и, как хамелеон, меняющим цвета — то было белое лицо, то ярко-красное, то пятнистое. Такое разнообразие оттенков!
- Явился по таинственной служебной надобности, - пояснила я, хотя могла бы и проигнорировать.
- Какой еще служебной надобности?!
- Откуда я знаю? — пожала плечами. — Он у нас такой же загадочный, как и ты, на все вопросы отвечать отказывается.
- Не переводи стрелки, женщина!
- Я сейчас тебя опять фаерболом в кусты крапивы отправлю, понял?
- Почему меня, а не его?
- Могу и обоих, - снова пожала плечами.
- Не надо, - поспешно попросил ректор, встав на ноги и обмотав простыню вокруг бедер.
Вялое объемное брюшко свесилось по краям, непрезентабельно морщась стареющей кожей. Так Зельцер, оказывается, пользуется магией для таких вот мелких личных нужд, придавая себе молодцеватый подтянутый вид! Ай-яй-яй! Вот ведь паразит!
А нас учили в Академии ворожить только в случае необходимости, ибо волшебство должно идти на пользу, а не использоваться корысти ради. Хотя, конечно, когда у студентки-ведьмы на носу вскакивал прыщ накануне свидания, никакие кары не могли ее остановить от применения пары заклинаний, чтобы извести проклятый прыщик. - Медовая, у тебя, стало быть, неподобающие отношения на подведомственной территории? — ректор ткнул пальцем в ромашки на кровати и упер руки в талию.
- Ничего подобного, - запротестовала я, всерьез опасаясь, что простыня сейчас упадет с его вялого брюшка, и мне придется знакомиться с другой стороной ректорской анатомии. - Смотри у меня! — он погрозил кулачком. — Не позорь Академию, а то живо докладную на стол положу… кому надо!
Вот как раз смотреть на тебя и не хочется, чтобы пропустить момент спадания простыни. Но какой, однако, лицемер! Его двуличие вперед него, наверное, родилось!
- А ты девушку-то не пугай, ректор, - вмешался Демьян. — А то и на тебя управа найдется.
- Ой, Ваше величество, простите, разрешения не спросил! — Зельцер презрительно фыркнул. — Кого-то ты мне напоминаешь, кстати, парень.
- Того, кто тебе нос расквасит, наверное.
- Ты вообще на каком основании на меня наезжаешь?!
- Он помощник демона, - встряла я.
Не смогла удержаться и не порадовать любимого преподавателя.
- Да? — ректорская спесь тут же поубавилась.
С опаской глядя на Демьяна, он сделал пару шагов назад.
В этот момент на окно взлетел петух и торжественно заявил во все свои куриные легкие:
- Кууу-кааа-реее-кууууу!
- Заткнись! — хором рявкнули мы, повернувшись к нему.
Кеша икнул и, вздохнув, сам спрыгнул в кусты, не дожидаясь приветственного пинка под хвост.
- Что это с ним? — Демьян изогнул бровь. — Ночь на дворе.
- Сломался мой будильник, - констатировала я. — Кстати, и правда, ночь. Давайте уже спать. Если ты, конечно, - съехидничала, глядя на парня, - не хочешь Зельцеру в любви объясниться!
- Мария! — рыкнул красавчик, насупившись.
- Что? — пожала плечами. — Ты же так старался, цветы приволок, в конце концов. Кто я такая, чтобы мешать любви?
- Зараза! — Демьян покачал головой, но все же улыбнулся.
- Давай уже, лети вслед за петухом в кусты, тебе не привыкать.
- С фаерболом вдогонку?
- Если надо, будет и фаербол. Для тебя, дорогой, ничего не жалко! Можешь, кстати, удивить меня и выйти в дверь — в кои-то веки!
- А он останется? — парень кивнул на Зельцера и помрачнел.
- Увы, да. Сама не в восторге, но вынуждена уйти в подполье, пока он здесь.
- Куку-реку! — раздалось из кустов.
- Точно, сломался. — Я вздохнула. — И где этот гусь?
- Дурдом! — закатил глаза ректор.
- Это только начало, - не без удовольствия ответила я. — Все, а теперь всем спокойной ночи!