Глава 78 Работа Провидения

- Проклятые! — взревел беловолосый, понимая, видимо, что уже не успеет подобрать артефакт и палец. — Больше вы портал не откроете! - он хищно оскалился и тоже вытащил из карманов какие-то палочки.

Что за новая приблуда, почему я о ней не знаю? Даже обидно! Засиделась вот в Котовасино, даже не в курсе магических новинок, которые у всех уже есть, кроме меня!

А вещичка-то, кстати, забористая! Изогнув бровь, я смотрела, как ладони демона словно покрылись льдом. Он что-то прошептал, вытянув руки вперед. Из центра ледяных «перчаток» вперед устремились сияющие частички, похожие на осколки.

Все было так красиво, что я даже загляделась. И так быстро, что понять суть смогла, лишь когда эти льдинки, набирая скорость, со свистом полетели к нам с Демьяном.

Вот что Карин задумал, с опозданием пришло в голову. Лишить Бальтазара и королеву махом двух козырей — возможности заново открыть Врата и перекачать силу из кристалла под Котовасино. Для этого нужно лишь одно — убить нас с Демьяном.

Под заклинанием замедления мгновения тянутся, как секунды. Я все влила в те слова, что успела прошептать незадолго до того, как острые иглы из магического льда вспороли бы наши с Демьяном тела. Но несмотря на ухнутую прорву сил, осколки почти не замедлились.

Прошили бы они нас насквозь или застряли в плоти, растекаясь в ней смертоносным ядом, от которого нет спасения? Не знаю. И никогда не узнаю.

Потому что иглы вонзились не в наши с Демьяном тела. В последний момент нас прикрыли собой те, кого мы совсем недавно ненавидели.

Между мной и смертью встал Георгян.

Симургу отдала свою жизнь Варвара.

Осколки вошли в их плоть, и время вернулось к своему обычному течению. Муж упал на мои руки бездыханным. Я рухнула на колени под его весом. Перепробовала все, но явственно ощущала, что тщетно пытаюсь вернуть того, чьей гибели недавно желала.

Маг ушел навсегда. А мне пришлось, тоже навсегда, запомнить это ощущение — когда держишь мертвое тело на руках. Словно хрупкий и пустой кокон, из которого наружу выбралась бабочка.

Клятва, данная мной ему совсем недавно, стекла по шее застывающими прямо на коже капельками, даруя освобождение. Я не видела, но чувствовала, как бурые «чешуйки» срываются и улетают прочь, унося с собой то недолгое время, когда мы с Георгяном принадлежали друг другу.

Без моего желания, из-за интриг власть имущих и вопреки судьбе. Но все-таки это было. А теперь уходило в никуда — и опять же, навсегда.

Варя продержалась чуть дольше. Она не отрывала глаз от Демьяна, держащего ее изувеченное тело на руках. Потом все же, словно нехотя, перевела взгляд на меня.

- Я все… сделала, - едва слышно прохрипела ведьма, - чтобы заставить страстоцвет расцвести… у нас с ним! — мутнеющие глаза наполнились завистью. — Но получилось… у тебя, дрянь… Почему?! Она не выдохнула, а провыла это слово, вложив в него всю тоску, боль и обиду на несправедливую судьбу, которая уготовила ей гроб вместо брачного ложа.

- Не знаю, - тихо ответила ей, пожав плечами. — Может, из-за того, что я не заставляла его.

- Береги… Демьяна… - просипела она. — Или достану… с того… света. Я с лихвой… отдала тебе долг, ведьма! Судорога скрутила ее, и девушка сжала ладонь симурга. Я чувствовала, как тело противится, но смертоносная магия демонов была сильнее. Пришло время последних слов. И они прозвучали — в лицо Демьяну.

- Я на самом… деле… любила… тебя.

Варя обмякла. Еще одна бабочка покинула куколку и устремилась в неведомые смертным дали.

- Видимо, и правда, любила, - эхом повторил Демьян ей вслед.

Да, несмотря ни на что, наши нежеланные, постылые, насильно и обманом навязанные супруги все же любили нас. Потому что любовь бывает разной. Но если за тебя отдали жизнь, значит, она все же была настоящей.