Глава 18.

Утро понедельника началось, как всегда: Денис вышел из подъезда в 7:15, рассчитав маршрут так, чтобы пройти мимо их скамейки в парке.

Скамейка оказалась покрашена в розовый цвет. Развёрнута на сто восемьдесят градусов к центральной аллее. А на спинке красовалась большая наклейка: улыбающийся смайлик в окружении соединённых рук, и яркая надпись:

«Общество "Не сиди!". За тёплое общение!»

Денис остановился, словно наткнулся на невидимую стену.

«Что это за общество?» — произнёс он, пытаясь отодрать наклейку.

— Я знаю, — раздался голос сзади.

Денис обернулся. Рядом стоял дворник, опираясь на метлу и ухмылялся.

— Это Галина Станиславовна, — пояснил он. — Наша местная активистка. Номер один. В прошлом году воевала с граффити, требовала закрашивать всё цветочками и солнышками. В этом — взялась за вашу «депрессивную» лавочку.

— Депрессивную?! — возмутился Денис.

— Ну, она так её назвала. Говорит, что скамейка, отвёрнутая от людей, — это пропаганда одиночества. Вредит обществу. Вот и решила исправить, — дворник хмыкнул. — У неё в команде несколько человек.

— Где их найти? — спросил Денис.

— Да они каждый вечер в Доме культуры собираются. На третьем этаже, комната триста четырнадцать. Вон там, — дворник махнул метлой в сторону старого здания через дорогу.

Вечером того же дня втроём — Денис, Ирина и Максим — поднялись на третий этаж Дома культуры. На двери кабинета триста четырнадцать был прикреплён канцелярской кнопкой лист бумаги, на котором аккуратно было выведено ручкой «Общество "Не сиди!" Добро пожаловать!»

Максим без стука распахнул дверь.

За столом сидели три женщины пенсионного возраста, одетые в одинаковые ярко-жёлтые жилеты со светоотражающими полосками. Перед ними лежали карты города, маркеры и стопка тех самых наклеек-смайликов. У окна, с видеокамерой в руках, стоял молодой парень лет двадцати в очках.

Во главе стола восседала женщина с короткой стрижкой и пронзительным взглядом. На её жилете был значок «Председатель».

— О! — она встала, широко улыбаясь. — Гости! Вы, наверное, из муниципалитета? Наконец-то обратили внимание на нашу работу!

— Мы не из муниципалитета, — Максим сделал шаг вперёд. — Мы насчет нашей скамейки в парке. Вы покрасили её в розовый цвет! Теперь скамейку видно всем проходящим.

— Да! И что? Эта ужасная скамейка была непримечательной, да ещё и отвёрнута от людей... Вы представляете, какое послание она несла? «Сиди один. Не общайся. Прячься». Это разрушает городскую среду! — она ударила ладонью по столу.

— Она создана для людей, которые нуждаются в личном пространстве, — произнёс Денис.

Галина Станиславовна перевела взгляд на него.

— Молодой человек, а вы сами-то на этой скамейке сидели?

— Да.

— И что? Стало легче? — в её голосе прозвучал явный интерес.

— Да. Стало.

— А пообщаться с кем-нибудь хотелось?

— Нет.

— Вот видите! — Галина Станиславовна засмеялась. — Вы сами себя изолируете! А город — это пространство для встреч. Люди должны видеть друг друга, улыбаться, здороваться!

— Не все люди так устроены, — вмешалась Ирина. — Есть те, кому для восстановления нужна тишина. Одиночество.

Парень, стоявший у окна, неожиданно произнёс:

— Галина Станиславовна, я читал статью про интровертов...

— Ванечка, милый, ты у нас документируешь, а не дискутируешь, — сказала Галина Станиславовна. — Что будет, если вы весь город заставите такими скамейками? Вы подумали об этом?

— Мы не хотим заставлять весь город такими скамейками, Просто считаем, что иногда человеку нужно место, где он может остановиться, — произнёс Денис.

Галина Станиславовна прищурилась. Ирина сделала шаг назад — она чувствовала, что сейчас произойдёт что-то интересное.

— Скамейка — это не враг движения, — продолжил Денис, глядя Галине Станиславовне прямо в глаза. — Это друг размышлений. Я, например, люблю сидеть на скамейке и думать. Иногда там появляются лучшие идеи.

Галина Станиславовна посмотрела на Дениса так, будто пыталась найти подвох.

Максим едва сдержал улыбку. Тихоня-программист вдруг превратился в философа. А Ирина почувствовала, как внутри что-то произошло. Она всегда считала Дениса милым и застенчивым. А тут он стоял уверенный, и говорил так, будто читал лекцию о смысле бытия. И это было весьма притягательно.

Галина Станиславовна вздохнула:

— Ладно. Мы перекрасим скамейку в прежний цвет.

Денис кивнул, пожал всем руки и направился к выходу. Максим и Ирина последовали за ним.

На улице Максим не выдержал:

— Денчик, ты меня поразил!

Ирина шла рядом и молчала. Изредка она поглядывала на Дениса.

Следующее утро выдалось солнечным. Денис зашёл в офис, погружённый в мысли.

— Привет Денис!

Он вздрогнул и обернулся. Ирина стояла в полутора метрах с бумажным стаканчиком кофе в руке. На ней были джинсы и яркая блузка — никакого намёка на строгий офисный костюм. Волосы распущены. Обычно Ирина здоровалась официально: «Добрый день, Денис». А тут — просто «привет», с улыбкой.

— Привет, — ответил он.

Она развернулась и пошла по коридору, а Денис стоял и смотрел ей вслед. В голове промелькнула мысль: «Кажется, я ей нравлюсь».

Ирина начала приносить Денису кофе. Просто так, без повода. Ставила на стол, говорила «держи, остынет» и шла по своим делам. Денис каждый раз благодарил и улыбался.

Однажды он нашёл на своём столе шоколадку.

Максим, проходя мимо, это заметил:

— Шоколадку принесла Ирина. Я видел. Денчик, у тебя с ней роман?

— Нет. Просто Ирина благодарит за помощь с проектом.

— Ага, конечно, — произнёс Максим. — Она мне, между прочим, шоколадки не дарит.

Как-то утром Денис сидел за своим столом, пил кофе и смотрел в окно, когда услышал звонкий голос:

— Привет, Денис! Плановая проверка эргономики рабочего места.

Он вздрогнул. Рядом стояла Ирина — с планшетом в руках и выражением лица, которое означало «я здесь по делу и надолго».

— Какая проверка? — спросил он, чувствуя, как его внутренний радар лёгкого дискомфорта включается на полную мощность.

— Новая политика компании. Мы заботимся о здоровье сотрудников. Особенно тех, кто много сидит за компьютером. — Ирина сделала шаг вперёд и начала водить пальцем по планшету, делая вид, что что-то записывает. — Монитор на уровне глаз? Стул отрегулирован? А давай-ка я проверю.

Она подошла вплотную, наклонилась и поправила спинку его стула, задев плечом его руку.

— Спасибо, я сам, — пробормотал он.

— Не стоит благодарности, это моя работа. — Ирина выпрямилась, посмотрела ему прямо в глаза. — У тебя всё в порядке? Ты выглядишь напряжённым.

— Всё отлично, — произнёс Денис.

— Тогда я завтра зайду и ещё раз проверю, — улыбнулась она и вышла из кабинета.

На следующий день она снова пришла. На этот раз с сантиметровой лентой и пакетом. Она замерила расстояние от его глаз до монитора, записала цифры и сказала:

— Стоит немного отодвинуть монитор.

Денис подвинул монитор на несколько сантиметров. Ирина покачала головой:

— Нет, надо ещё.

Он подвинул ещё. Она подошла и собственноручно сдвинула монитор, опять коснувшись его плеча. Денис сжался.

— Теперь идеально, — произнесла она, а потом добавила: — Я принесла тебе подушку под спину. Эргономичную.

Через секунду она вытащила из пакета и положила на его стол ярко-оранжевую подушку. Денис посмотрел на подушку, потом на удаляющуюся фигуру Ирины и понял: всё, это уже не проверка.

Через три дня подушка стала постоянным элементом его рабочего места. А Ирина продолжала приходить, каждый раз с новым «важным замером» или «дополнительной рекомендацией». Денис начал подозревать, что скоро у него на столе появится целый набор эргономических аксессуаров, а сама Ирина пересядет к нему на колени.

В среду утром Максим объявил на планерке, что отдел кадров временно переезжает в кабинет разработчиков — якобы для «улучшения функционального взаимодействия». Денис не придал этому значения, пока не увидел, что Ирина ставит свои вещи за стол, который стоял прямо напротив его рабочего места.

— Привет! — сказала она. — Мы теперь соседи. Так удобнее согласовывать вопросы.

Денис промолчал. Он просто поднял монитор повыше, чтобы создать хоть какую-то преграду. Но Ирина была неутомима.

Через несколько минут она встала и подошла к его столу. Денис, молча, показал на кружку с надписью «Я хочу работать». Ирина рассмеялась, будто это была шутка.

— Забавная кружка. Где брал?

— Подарили, — буркнул Денис.

На следующий день она поставила на свой стол точно такую же кружку, с надписью «Я тоже хочу работать». Денис прочитал и уткнулся в монитор.

Каждый раз, когда он поднимал взгляд, он видел её лицо. Она улыбалась. Иногда махала рукой. Денис решил, что завтра придёт на час раньше, чтобы занять другое место. Но когда он пришёл, его стол уже был переставлен ближе к окну, а на нём стояла записка: «Здесь больше света». Подпись: «Ирина».