41. Да

Я точно не знала, что такое любовь, а тем более страсть. Сокрушительное, лишающее разума желание. Это я поняла этой ночью.

Мы не целовались, мы переплетались всем, чем можно было, как два дерева ветвями. И что такое забыться настолько, что не заметить свое обнажение, я тоже испытала впервые.

Кажется, только что грубые мужские ладони спустили тонкую  шелковую ткань с моих плеч, и вот уже я ощущаю всей кожей горячее мужское тело, обнаженное как и я. Когда он успел до конца разоблачиться, я так и не поняла.

И на кровати мы оказались с просто волшебной скоростью. Будто в портал шагнули, в одно мгновение пересекая всю комнату.

Но теперь Киар не спешит. Ему  явно хочется продлить этот момент. Целует жадно, но очень расчетливо. Обжигающие звездочки поцелуев вспыхивают на моей коже все ниже и ниже.

Я поощрительно изгибаюсь в ласкающих меня сильных руках и не сдерживаю стоны, которые заводят меня саму все больше и больше.

Метка горит ровным ярким пламенем. Ее мягкая пульсация  уже давно стала для меня привычным фоном. Но сейчас каскады волн, что от нее расходятся становятся насыщеннее и подстегивают мое возбуждение до крайних отметок.

Хочу его… Так сильно, как никого никогда не хотела. Вот именно сейчас.  Хочу, чтобы оказался во мне, наполнил своей силой, овладел мной, сделал своей. Хочу прочувствовать этот момент, запечатлеть в памяти навсегда.

Не так как в тот первый наш раз, когда никто не контролировал себя из-за вспыхнувшей метки. Хочу по-другому. Осознанно и с открытыми широко глазами, потому что я разрешила это себе.

И мне не стыдно ни капли. Что может быть стыдного в том, чтобы быть честной с самой собой, в том чтобы не обманывать себя и не запирать свои чувства в клетку тотального контроля.

А ведь я жила в этой клетке всегда. Делала то, что от меня хотят и ждут. Сначала родные, учителя, окружение, потом муж, коллеги, друзья. Получается я все время жила не своей жизнью, не для себя, а для кого-то еще.

Как же горько осознавать это только сейчас.

Но этот момент — мое решение. Я сама пришла в спальню василиска, сама сказала ему “да”.

И жалеть ни о чем не буду потом. Единственное, о чем я сейчас думаю с сожалением — это то, почему я не сказала это “да” раньше.

Мужские губы с голодным урчанием набрасываются на мою грудь, сильные пальцы скользят в развилку между ног. Ахаю, когда они задевают набухший в ожидании чувствительный бугорок.

— Киар! — внутренности простреливает острым жарким спазмом. — Ммм…

Он прикусывает торчащий сосок и с хитрой улыбкой смотрит на меня. Оказывается не только Тайрик может так лукаво и открыто улыбаться.

— Нравится? — хрипло спрашивает он и ныряет пальцами глубже между моих мокрых складок.

— Даа, — я решила, что этой ночью не буду врать ни себе ни ему. — Хочу тебя, Киар…

Он со свистом втягивает воздух сквозь сжатые зубы и его глаза опасно вспыхивают. А я завороженно смотрю как на плечах проступает та самая золотая чешуя. Красиво как…

Огненные отблески от пламени в камине напоминают мой резвящийся огонь на коже. Мы сейчас словно два магических протуберанца. Встретились и вот вот вспыхнем с удвоенной силой.

И снова я не успеваю отследить, когда тяжелое мужское тело накрывает мое и длинным плавным толчком наполняет собой.

О даа!

Но мужчина снова не торопится: смотрит с жадной пристальностью в мои глаза, словно до самого дна заглянуть в меня хочет. Но я-то уже не могу ждать. Едва сдерживаюсь, чтобы не вспыхнуть новым солнцем.

— Пожалуйста, Киар, если  ты не начнешь двигаться, я сейчас с ума сойду, — всхлипнув, прошу я, и на его лице такая хищная радость проступает.

Первый сильный толчок немного болезненный, но я рада и этому острому удовольствию. Оно немного отбрасывает назад мою разрядку. Мне не хочется чтобы все быстро закончилось. Я в первый раз так сильно желаю мужчину и совершенно нескромные фантазии кружат голову и заполняют мои мысли.

Хочу чтобы взял меня не один раз. Чтобы ночь была жаркой и ненасытной, как огни в глубине его зрачков.

Это “да” просто перевернуло все внутри. Весь мой прежний закрытый упорядоченный мир. Свободу какую-то подарила.

И я, не стесняясь уже, кричу на всю спальню, когда Киар ускоряется и начинает вбиваться резче и размашистее. Он рычит и его чешуя царапает мой живот. Но мне все равно. Я в таком непередаваемом кайфе, что подобные мелочи только подстегивают мое наслаждение.

— Еще, еще! — срывающимся голосом прошу я.

Пламя охватывает  нас полностью. Жадно ревет в ушах, но его гул глушит рычание василиска и мои громкие крики.  Не знаю как это выглядит со стороны, но, наверно, кажется, что два высоких  костра яростно занимаются любовью на широком ложе.

К пику мы приходим почти одновременно. Сначала мое тело прошивает неконтролируемой крупной дрожью и дергает ярчайшими судорогами, а потом и Киар с глухим стоном замирает глубоко внутри меня и изливается горячим семенем.

Мое пламя сразу опадает и превращается в просто ласковые лепестки, лижущие кожу.

— Знаешь, сколько ночей мне хотелось разрушить стену между нашими спальнями и больше не видеть как за тобой закрывается дверь, — усмехнулся он, скатившись с меня и подгребая одной рукой к своему обжигающему телу.

Вот как так? Я феникс, а обжигает он меня. Я хмыкнула и умастила голову на его груди.

— Представляю, — улыбнулась ему.

В теле гуляло какое-то шальное безбашенное удовольствие, и спать совсем не хотелось. Наоборот, я надеялась на продолжение. Только маленькую передышку сделаем…

— Нет, думаю, не представляешь. Я лежал и смотрел на стену по несколько часов и не мог уснуть. Ходил возле нее, как зверь в клетке. Если бы я мог управлять силой мысленно, то она уже бы давно была разрушена. Не знаю, как сдерживался. Ты так рядом и в то же время недоступна. Казалось, ты никогда не согласишься, — он тяжело выдохнул. —  А потом мне казалось, что ты снова меня зовешь, что тебе снятся кошмары. Я выходил в коридор и прислушивался, подолгу стоял у твоей двери и ждал…

— А  знаешь, — я улыбнулась  самой хулиганской улыбкой. — А мне нравится твоя идея по объединению комнат. Можно будет потом обдумать…

Киар гулко и громко смеется, а у меня мурашки табунами от его густого завораживающего смеха. И от того каким счастьем наполняются его глаза. Теплым, нежным, родным… Еще немного и я влюблюсь окончательно.

Нет, я уже влюбилась. Затянуло в его омуты колдовские. Будь, что будет.  Не жалеть. Это тоже свобода и мой выбор.

Пусть и кажется, что его нам навязала какая-то жестокая случайность, но теперь я благодарна ей. Мне потребовалось время, чтобы осознать и принять этот факт, но я впустила в свое раненое сердце новую любовь и  уверена, что она сможет исцелить его. Я очень на это надеюсь.

Мои пальцы бездумно скользят по мужскому рельефному торсу, и я чувствую, как напрягается его пресс под моей ладонью.

— Тания? — удивленно говорит Киар.

Я поднимаю на него глаза и вдруг в голове вспыхивает азартная идея. Хочу! Решила я, едва эта мысль оформилась. Ни с кем не хотела даже с Андреем, хоть он и намекал, а вот с Киаром я готова перейти ту грань приличий, которую еще не переходила ни с одним мужчиной.

Моя ладонь сдвигается ниже по его животу. Глаза отслеживают как красивый длинный член снова наливается силой. Обхватываю пальцами его основание.

Ничего себе! Мои пальцы не смыкаются в кольцо. Даже думать  сейчас не хочу, как он во мне поместился. Я думаю о другом,  о том каков он на вкус…

И пока моя смелость до предела разогрета моим азартом, я действую. Наклоняюсь, к напряженному мужчине трогаю языком кончик его гладкой головки.

Ммм… соленая и ничуть не противная. Скорее еще больше возбуждающая. Между ног сладко потянуло от реакции василиска. Низкий мужской стон и хриплое тяжелое дыхание — вот моя награда.

Какое, оказывается, удовольствие ощущать эту женскую извечную власть. Знать, что можешь подарить наслаждение тому, кто тебе небезразличен.

Я наклоняюсь ниже и обхватываю член губами, вбираю неглубоко. Все же опыта у меня нет, но его заменяет горячее желание его получить. Бархатистая солоноватая кожа на языке. Мужской терпкий вкус и запах забивает все рецепторы.

Я наслаждаюсь процессом, а мой василиск наслаждается мной. В какой-то момент его пальцы запутываются в моих волосах и начинают задавать нужный темп.

Между ног пульсирует в такт движению моих губ. Мужская плоть становится совсем каменной. Такое ошеломительное открытие для меня. Пальцы подобный контраст отслеживали не так четко и ярко. Нежная тонкая кожа, под которой стальная налитая жесткая твердость.

В какой-то момент Киар не выдерживает и резко отстраняет мое лицо от своего паха, разворачивает спиной к себе и ставит на колени, а затем размашисто вторгается одним сильным движением.

Его горячий язык влажно скользит по метке на моей лопатке, губы жадно втягивают огонь, а бедра продолжают мощно  вбиваться в резком рваном ритме, пока новый обоюдный взрыв не настигает нас обоих.

Вот теперь бы отдышаться и просто понежиться в его объятиях, но нашу идиллию вдруг прерывают.

— Брат, нельзя быть таким жадным. Я тоже хочу приласкать нашу истинную и послушать ее сладкие крики, — слышу я веселый голос Тайрика от двери.