Глава 21

Маша Не знаю, что за марка машины у Сергея, но… Все кричит о достатке ее владельца. А внутри ощущаешь, что попала в совершенно иной мир. Это не тот старенький, но по словам Сережи, очень крутой мерс, на котором он меня возил, когда мы встречались. Тогда он вел его сам. Сейчас за рулем водитель. Сергей разговаривает по телефону. Это уже третий вызов за поездку. Каждый раз прислушиваюсь, о чем говорит. А там только про работу, финансы, подписание документов, подтверждение проектов. А раньше, когда ему звонили, разговоры в основном были про то, как кого «нагнуть» или на кого-то надавить. Что сделать, чтобы их не «нагнули». Про необходимость в очередной раз куда-то подскочить и порешать вопросы. В общем, разница с «раньше» и «сейчас» огромна. Из делового и богатого интерьера салона выбивается детское кресло. Видно, новое. Даша всю поездку недовольно хмурится и надувает губки, сложив руки на груди. Обиженно, как на предателя, поглядывает на разговаривающего по телефону Сергея. Поговорив с ней, понимаю, что раньше ее в этой машине не «приковывали» к одному месту. Она могла прыгать по салону, словно путешествует на круизном лайнере. Я благодарна Сереже за кресло. Главное, это Дашина безопасность. Элитный жилой комплекс встречает нас ухоженной парковой зоной и сверканием стекол высоток. Сергей остается решать какие-то вопросы на ресепшене, а нам вручает ключи. – Бельчонок знает куда идти. Скоро догоню. Дальше настроение Дашули меняется на радостно-предвкушенное. Она в нетерпении тащит меня вперед, показывая дорогу. – А теперь смотри! – словно ведущая на каком-нибудь развлекательном шоу взмахивает рукой. Разъезжаются высокие зеркальные двери, и моему вниманию предстает почти полностью стеклянная кабина лифта. Даже пол прозрачный. Открывается вид на улицу. Поездка в таком лифте вызывает страх и восторг одновременно. Двор отдаляется, люди внизу становится меньше и меньше, а мы все «взлетаем» и «взлетаем». Господи, малышка, не прыгай так! Сейчас как стекло под нами треснет… Полетим вниз. Дыхание перехватывает, и сердце замирает. Возгласы «Смотри, смотри, мама!» и «Классно, классно!» сменяются прилипшим личиком ребенка к стеклу. Да, сколько же здесь этажей?! Когда уже поднимемся? Диньг! Фух! Двери за нашими спинами разъезжаются, и я тащу Бельчонка, хочу поскорее покинуть кабинку лифта. – Не поняла?! – у двери, к которой мы подходим, стоит красивая, очень ухоженная девушка. И одета она в очень красивые, модные и с виду дорогие вещи. Девушка упирает руки в бока и с неприязнью смотрит на нас. Я в своем состоянии и теперешнем виде выгляжу совсем уж ущербной замарашкой. Становится вообще не понятно, почему Сергей со мной возится, когда вокруг такие… А вдруг это его девушка? Его ждет. А вдруг… невеста? Предположение неприятно скребет по душе когтями. – Опять ты? – спрашивает девушка у Даши, которая не обращает на нее внимание. А я уже готовлюсь вступиться, если что. Дочка, словно рядом никого нет, подходит к двери и старается попасть ключом в щель замка. Такое не нравится незнакомке. Это, похоже, выводит ее из себя. – Где Сергей? – нетерпеливо бросает она нам. Замок щелкает, дверь открывается. – Сережа не только детей, но и бомжей решил привести себе в дом? – возмущается девушка. Видно, что настроена она воинственно. И вряд ли даст просто так зайти в квартиру. Про бомжа очень обидно, пусть с какой-то стороны, и справедливо. Но все равно, как она смеет при моей дочке так говорить про меня? Кем бы она Сереже не приходилась… Ответить на хамство я не успеваю. Как и не получается у незнакомки продолжить свою речь. – Мам, не обращай на нее внимание, – отмахивается от девушки Дашуля. Она своей маленькой ручкой тянет меня внутрь квартиры. – Это нищенка. У нее нет денег на нормальную одежду, только на ленточки. Представляешь? Я и незнакомка хлопаем глазами. И если девушка просто от заявления моей дочки, то я от непонимания, с чего моя малышка взяла, что у той из одежды лишь ленточки. Прийти в себя Дашуля нам не дает новым заявлением: – Эх, скоро ее на костре сожгут. Или в яму со змеями бросят. Так папа сказал. А после, закрывает перед офигивающей девушкой входную дверь. – ЧТО?! – слышится хоть и приглушенное, но довольно громкое за дверью. – Анжела? – следом раздается удивленный голос Сережи. И я приникаю ухом к дверному полотну. Хочется услышать разговор. Громкий возмущенный голос незнакомки с нотками истерики позволяет это. – Что это значит?! Почему у них ключи от твоей квартиры, а ни мне, ни Але ты не давал их? Тот ребенок, он твой? А ты уверен? Эта та швабра его родила?