26

В старых домах за каминами располагались железные бачки, достаточно большие, но меньше привычных нам бочек, туда и набиралась вода, по всей видимости, из местной скважины. Вода согревается, пока горит камин. И даже после того как угли начинают тлеть, вода на утро все еще горячая, так как трубы спрятаны за кирпичами нагретыми теплом камина.

Постелив в ванную простынь, я набрала воды и блаженно погрузилась в нее под мерцание найденных свечей. Завывание ветра за окном уже не казалось чем-то страшным, может потому что за стенкой был Демьян и вполне по-свойски, словно делает это каждый день, переворачивал кочергой угли. Не хватало только красного вина и вкусного ужина. Тогда бы обстановка была бы признана романтичной.

– Я помылась, свежая вода набирается в ванную. Ты можешь идти мыться, – сказала Демьяну выйдя из ванной комнаты замотавшись в простынь и накинув на голову наволочку.

У камина уже стояло пару кресел, застеленные оставшимся постельным бельем и небольшой столик. Пустой, к сожалению. Я присела в скрипучее кресло, вытянула ноги поближе к огню и обхватила плечи, страшась того, что кто-нибудь ворвется в дом, пока мы будем спать.

– А дверь входная закрыта?

– Ты боишься, что сюда кто-то вломится?

– Конечно, боюсь.

– Не волнуйся, я все закрыл. Кстати, в нашем мире, убийцы и воры – пустые понятия, относящиеся к забытым историям прошлого. Здесь правит порядок и гармония, так что тебе нечего бояться, – сказал Демьян, снимая с себя футболку и запачканные брюки. Отсветил-таки прямо мне в глаза своим накаченным телом.

– Зачем ты здесь раздеваешься?

– А что, я тебя смутил? Кажется, ты уже и так все видела.

– Ничего я не видела!

– Так что тебе мешает сейчас посмотреть? – прозвучал его мощный, но приятный голос, пробирающий до мурашек. Чтобы не давать ему повода для смеха, обернулась и посмотрела на него, ничего не стесняясь. Но видя мою растерянность, Демьян все же обернул бедра белой простыней, но не прекратил бросать в меня свою белоснежную улыбку, а я вдруг осознала, что не могу оторвать взгляд от этого феноменального создания, тело которого было покрыто чешуей, только не той что на рыбе, а едва заметной, переливающейся красивыми оттенками.

– Красивый, – ляпнула вслух, не думая, а потом сразу же отвернулась, уткнувшись лицом в собственные ладони. – И не надо!

– Что не надо?

– Смотреть на меня такими фиктивно женатыми глазами! Иди, мойся, а то вода остынет. Я хочу поскорее уснуть, а то начинаю чувствовать голод.

– А что, без меня не уснешь? – горячие ладони легли на мои плечи и пальцы принялись умело массировать уставшее тело. Хотелось бы мне сопротивляться, но нет… не хотелось! Когда большие пальцы круговыми движениями принялись массировать затылок, я чуть Богу душу не отдала от наслаждения.

– Ааах, – не сдержала, простонала едва ли держась на месте. Дракон усмехнулся и неожиданно наклонился к моему лицу.

– Хороший секс – это когда женский стон заглушает скрип кровати. Хороший массаж примерно тоже самое. Я быстро, не скучай. Вернусь и продолжим.

– Ага.

Расплылась как кисель. Куда нажали его пальцы? Что там за точки, что я чуть не кончила только от того, что он помассировал шею. И что значит мое «ага»?

Встрепенулась и залезла в сумку. Был у меня здесь такой халат... Хлопковый.

Бабушка подарила. Я еще подумала, что это самый настоящий антивозбудин.

Быстро переоделась, распустила волосы и принялась их расчесывать. Нервничала, а самое главное не злилась, разве только что на саму себя.

– Какая чудесная пижама.

Говорит так приятно, будто касается, а телу тепло и трепетно, что даже не верится, что все это на меня действует.

– Если бы знала, что все так сложится, купила бы что-то поприличнее, что бы вас, Демьян Валерьевич, не смущать.

– Да ты с ума сошла в такой момент выкать. У меня сейчас опустится.

– Кто опустится?

– Мой «Дракон».

Нагло прижавшись ко мне сзади он потерся об меня своим стояком. Ох, сомневаюсь, что его может уложить личное местоимение второго лица множественного числа.

– Пижама всем пижамам пижама.

– Ну вообще-то это халат!

– Да какая разница? Даже не знаешь с какой стороны подступиться, где поднять, где опустить. Прямо лучшее противозачаточное средство. Хотя нет, самый настоящий антивозбудин.

Вот! И я так подумала, когда увидела это чудо. Но оно теплое и приятное к телу. Не то что эти синтетические пеньюары, от которых кожа чешется и прыщами покрывается.

Перекинув влажные волосы и опустив с плеча рукав, босс поцеловал меня в плечо, схватившись обеими руками за мою грудь, а я в этот момент встала в ступор и проворонила момент, когда Демьян задрал халат и скользнул рукой между моих ног

– Какая же ты сексуальная. Я хочу снять с тебя эту тряпку!

Не успела я опомниться и открыть рот как меня тут же развернули. Руки дракона схватились за края халата, который не справлялся с обязанностью антивозбудина.

– Да погоди ты!

– Хорошо, – попытки стянуть с это хлопковое чудо были приостановлены, но руки властно схватившие меня за бедра не ограничились поглаживанием. Пальцы сжались на ягодицах, вынуждая меня прижаться к его телу.

– Между мужчиной и женщиной вечно что-то встаёт, – игривый тон, веселые глаза, указывающие вниз. А может не случайно мы оказались в такой обстановке? Ведь за эти худо-бедно три дня с его родителями и несколькими днями в доме моего деда между нами ничего не было… Ведь не было?

Если бы я могла стать еще пунцовее, то стала бы. Демьяна мое смущение изрядно позабавило, но отступать он не собирался. Не обращая внимания на мое сопротивление, он прижал меня к себе все сильнее подталкивая к кровати.

Попытки освободиться были тщетны – его сила была ошеломляющей. Губы дракона яростно впились в мои, игнорируя мое недовольство. Я пыталась на него накричать, но этот страстный, наполненный огнем поцелуй перекрывал мои собственные слова. Это было странное чувство. И кошмарное и в то же время приятное, когда я понимала, что сила и власть, которые он имел, делали меня бессильной рядом с ним. И пока потоки горячего пара обнимали мое тело, я сдалась этому дракону.

Наконец, усталость взяла свое. Поцелуй завершился. Мы оба не могли отдышаться, меня так еще и ноги не держали. Улыбаясь, Демьян усадил меня на кровать. Взгляд его устремился в мое самое укромное место в момент, когда я была готова возразить не словом, а сумкой по его голове! Ведь он резко раздвинул мои ноги, а сам сел между ними.

– Да ты спятил!

– Не двигайся, женушка. Расслабься.

– Ну уж нет!

Вцепившись в его голову, попыталась ее как можно дальше отстранить от своей вагины. Вот еще! Чего удумал! Да кто я ему вообще?

– Да я тебе приятно хочу сделать! Чего ты дёргаешься?

– Ты себе хочешь приятно сделать!

– Себе я могу рукой сделать приятно, тебе, кстати, тоже. Будь послушной раздвинь ноги, иначе поставлю здесь в неудобной позе. Я, знаешь ли, в такой жаркой атмосфере становлюсь несдержанным!

Раздвинув пальцами половые губы Демьян коснулся языком плоти и кончиком прошмыгнул по клитору, вырывая из меня что ни есть самый настоящий мышиный писк.

– О-о-х, – выдохнул в мою промежность. Я сразу же ощутила легкий приятный холодок, контрастирующий с происходящим. – Ты такая чувствительная.

Его язык, горячий и влажный прошелся от сжимающейся дырочки до клитора. Коснувшись снова самого пульсирующего места, принялся его полизывать, а потом обсасывать и даже покусывать, доводя меня до непривычного мне обморока. Ко всему этому он ввел в меня палец и задвигал им вместе с языком. Здесь я уже не выдержала, отпустила его волосы и рухнула на матрас, который скрипнул в подтверждение, что ночь будет капец какой жаркой.