Глава 20

Трясущимися руками молодой фельдшер активировал портал. Тот вспыхнул синим пламенем, унося всех в заданном Анжи направлении.

— Высочество, — пробурчал Вейден, потирая ушибленный зад, — Вы где такую халтуру взяли?

Портал сработал, но вихревые потоки перевернули тела перемещаемых в пространстве и на выходе они сложились кучкой возмущенных тел.

— Вернусь во дворец, — проворчал принц, выбираясь из-под самого низа, — завхоза на неделю в вестибулярное колесо запихну. Сволочь. — сплюнул он на землю.

— Ага, — поддакнул Торен, — и кормить периодически жирным несоленым бульоном, чтоб тошнило побольше, — со знанием дела добавил он.

— Г-господа, — слегка заикаясь, подал голос Анжи. — Я вам настоятельно рекомендую поскорее убраться с грядки. Бабка очень не любит, когда покушаются на её вотчину.

Только сейчас путешественники узрели, что сидят в зарослях травы, но эти заросли были весьма упорядочены — стройно колосились ровненькими рядками.

— Жиха! — раздался грозный зычный окрик. — Ты опять безобразничаешь? Да ещё целую ораву приволок? Вот я вам щас!

На пороге домика, расположенного аккурат напротив грядки с травами, показалась взбешенная хозяйка с ведром в руках.

— Бабулечка! — взмолился Анжи, — мы по очень важному делу!

— Я знаю, по какому, — зловеще улыбнулась маленькая сухонькая старушка и …окатила всю кампанию горячими помоями.

— Б-бабушка, — севшим голосом прохрипел перепуганный на смерть внучек, — со мной принц! А ты его… помоями!

— Я те покажу прынца! — взвилась старушенция. — У меня ещё мальва после прошлой Прынцессы не отошла! А ну стой! Я до твоих портков все равно доберусь! — и выпрыснула струеметателем желтую жидкость.

С воплем «спасайтесь!» толстячок подпрыгнул и поскакал в ближайшие заросли акавы. Через прожженную дыру в штанах ярко блестел белый круглый зад. Старушка резво развернула свой аппарат и направила струю на посетителей. Под действием жидкости с убойным запахом одежда на мужчинах расползалась с каждой секундой.

Первым опомнился Торен и кинул обездвиживающее заклинание на взбешенную бабульку. Яростно вращая глазами, старушка силилась скинуть с себя сеть, но против военного мага была бессильна.

— Так, почтенная! — грозно прорычал маг, — прекрати буянить и я верну тебе способность двигаться! Перед тобой, действительно, Его Высочество принц Николас!

Высочество поднялось с травы, смахнуло картофельную очистку, откинуло назад мокрую челку и проворчало:

— Так «горячо» меня ещё никто не встречал.

— Моргни 3 раза, если поняла! — продолжал Торен.

Бабулька моргнула. Маг снял сеть и продолжил хмуро буравить взглядом хозяйку. А та оказалась не из робкого десятка. Принц? Ну и фиг с ним! Может, к ней не только принцы, но и сами короли и императоры заглядывают! Мужчины с сожалением снимали с себя остатки верхней части одежды. Вейдену досталось больше — у него и брюки пострадали и, пардон, нижнее белье. Ведьма оглядела потрепанную четверку и выдала:

— Ладно, уж, гости дорогие! Проходите в хату!

— Одолжение сделала! — проворчал полковник.

— А ты, любезный, прикрыл бы свои причиндалы, нечего ими сверкать! Соблазнять тут некого. Хотя… Катюха! — крикнула она своим зычным голосом.

Из домика выглянула молоденькая девушка.

— Принеси какую-нибудь хламиду мужику прикрыться, а то все хозяйство простудит и без потомства останется!

Вейден очень тихо цветисто выругался: ну, ладно бабка обсмотрела его всего, но девчонку зачем вытащила? Девушка быстро одним взглядом оценила обстановку, шустро нырнула обратно в домик и буквально через минуту вынесла ворох тряпок. Положила у ног хозяйки и хотела убежать, но бабка успела схватить её за черную толстую косу.

— Стой, негодница! А подать господам одежу? Я, что ли на старости лет спину гнуть буду?

Звонко шлепнув по попе девушку, она подтолкнула её к вороху «одежды». Девушка покраснела, но без разговоров бросилась выполнять приказание. Протянула каждому по куску ткани, чтобы мужчины могли накинуть себе на плечи. Вейдену подала самый большой, с учетом повреждений его одежды. Протягивая ему хламиду, девушка совсем стала алой, хоть и старательно отводила глаза. А Вейдену неожиданно захотелось потрогать кончики её ярко-розовых ушек.

— Катька! — грозно окрикнула помощницу бабка. — Живо в дом, бесстыдница! Неча на господские бубенчики заглядываться! Не тебе их теребить!

«Тьфу ты, старая!» — в сердцах мысленно сплюнул Вейден. Кто о чем, а она о бубенчиках. Как будто кроме бубенчиков между ног у него ничего не произрастало. Мужчины прошли в дом.

— Жиха! — бабка позвала внука. — Иди в хату! Не боись за свои булки! Целые останутся! Да и батон тоже, охальник, — проворчала она, заходя вслед за гостями. — Катюха! — опять закричала на весь дом, — Собери на стол! Покормить гостей надобно, видно промблемы у них, думу думать будем. Да спроворь водички огненной, что в сенцах припрятана, да кавунчиков соленых поядренее выбери. А вы, гости полуголые, — обратилась она уже к мужчинам, — на девку не таращитесь, не смущайте. Она у меня в строгости живет.

Внутри домика было прохладно и чисто. Пахло травами, на небольшой печурке стоял котелок с булькающим варевом.

— Сидайте туточки, за столом, на лавку. А я пробу сниму с зелья, поди пора уж последний ковш добалять.

Она зачерпнула большой поварешкой немного зелья, капнула на руку и понюхала. Удовлетворенно крякнула.

— Хорош! Катюха! Долго ты ещё возиться будешь?

Ни слова не проронив, девушка ловко расставила тарелки, водрузила на середину стола чугунок с ароматной картошкой, рядом поставила огромную миску с мочеными маленькими арбузиками и литровую бутыль с синеватой жидкостью. Потом принесла глиняные кружки, нанизанные ручками на тонкие прозрачные пальчики. В довершении, на столе появилась плетеная вазочка с ломтями домашнего хлеба с хрустящей корочкой.

— Кушайте, гости дорогие. Ты уж, Высочество, прости меня, старую, за помои-то. Не ожидала я тебя так скоро. Зато на старости вспоминать будешь, как ведьма Агриппа тебя привечала, — хохотнула старушка и разлила всем голубой жидкости. — Катюха! Кинь в котелок траву, что в ковше, да становись и помешивай легонько, шоб не перекипело!

Девушка так же молча покорно взяла поварешку, высыпала из ковшика траву и встала спиной к гостям, помешивая варево.

— Ну, давайте за встречу, да за решение вашей бяды! — ведьма подняла кружку и лихо опрокинула содержимое в себя. Крякнула и захрустела арбузиком.

Мужчины, в который раз удивившись самим себе — как же, никто даже и слова против не сказал- повторили за хозяйкой. По телу сразу разлилось тепло и умиротворение. Закусив арбузиками, они принялись за картошку.

— Ты ешь, Высочество, во дворцах табе такого не подадут. Так шо, рубай, рубай на здоровье, а опосля и поговорим. Знать, бяда у тебя боольшая, что к деревенской ведьме подался.

За пустым разговором вперемешку с матюжками обед подошел к концу. Бабка, кряхтя встала и сменила Катю у котла. Девушка так же молча и шустро стала прибирать со стола.

— А ты, чего ж не ела? — мягко обратился Вейден к девушке.

Та бросила на него быстрый взгляд из-под опущенных ресниц и щеки опять покрылись румянцем.

«Какие длинные и пушистые!» — подумал о низ полковник и осекся. Что? ОН ПОДУМАЛ О ДЕВУШКЕ? Да ещё с нежностью? Бр-р-р! Точно, бабка ведьма!

— Нечего ей разъедаться! — буркнула хозяйка и смачно шлепнула девушку по попе, когда та пробегала мимо с тарелками. И почему-то Вейдену это не понравилось. Захотелось защитить девочку от бабки-тиранки. Обнять, обогреть, приласкать… Он качнул головой, смахивая эти мысли. Не к месту они сейчас.

— Скажи, бабушка… — начал принц.

— Кому «бабушка», а кому ведьма Агриппа! — резко оборвала его хозяйка.

Принц подавился воздухом, откашлялся и продолжил:

— Скажи, уважаемая Агриппа, тебе знакомо это зелье? — он вытащил из заднего кармана брюк сложенный листок с отчетом аппарата.

— Катька! — опять позвала помощницу ведьма. — Где ты ходишь, бездельница? Бери поварешку, мешай варево, мне погутарить надобно.

Девушка выпорхнула из соседней комнаты и сменила хозяйку за котелком.

— Дай-ка сюда, что тут у тебя, — бормотала старушка. Она изучила список и расплылась в улыбке. Причем эта улыбка не предвещала ничего хорошего. — Знаю я его. Вам то он зачем?

— Скажи, уважаемая, — напрягся маг, — как долго это зелье действует и можно ли его ослабить или вообще нейтрализовать?

— Как долго? — она задумалась, — ну, ежели через кожу, то где-то неделю и начинат действовать через 1–2 дня. А, ежели через слизь — ну там поцелуй и все такое, — она мельком глянула на девушку, — то прямо сразу. Вывести? Вывести можно. Зелье специальное нужно. Да, — удовлетворенно кивнула она головой.

— Скажи, уважаемая, а можно сделать так, чтобы действие этого зелья, то есть агрессия, было направлено на определенный объект? — задал вопрос Вейден. Эта мысль, что Марта отравили с таким расчетом, что он кинется на свою жену, не давала ему покоя.

Ведьма задумалась. Атмосфера в домике напряглась так, что, казалось, воздух искрит повсюду. Вот прямо сейчас вскроется причина неадекватного поведения Сторма.

— Можно, чего ж нельзя? — наконец изрекла она. — Только надо что-нить от этого объекта, волос, там, или ноготь, или кусочек кожи, ну или это, — она кивнула на пах мужчины, — семя ваше тоже сойдет.

— А запрограммировать время воздействия? — тут же заинтересовался Вейден.

— А это к магам, ведьмовских сил на это не хватит, — она встала и направилась к котлу. Понюхала зелье и велела котелку слезть с печки.

Мужчины впервые в жизни наблюдали, как ведьмовской котелок, аккуратно переваливаясь, неспеша прошествовал в уголок, где его накрыла девушка чистой тряпицей. Агриппа с поварешкой в руках села на лавку.

— Я так понимаю, вам этот нейтрализатор и нужОн?

— Хотелось бы, — осторожно сказал принц и с опаской посмотрел на поварешку.

— А че дадите в оплату?

— Старая, ты совсем охренела? — не выдержал доктор и покрутил пальцем у виска, намекая, что именно в этом месте у ведьмы непорядок. — К тебе сам принц, понимаешь, ПРИНЦ, пришел, а ты — оплата! Да скажи спасибо, что он тебя казнить не велел, за то, что ты его помоями!

— Потому и не велел, шо не хочет огласки! — огрызнулась Агриппа. — Неча мне тут свои порядки устраивать! — и крикнула в двери. — Да заходь уже, окаянный!

В дверь просочился белый как мел Анжи.

— Иди на кухню, Катька покормит тебя. Да смотри у меня! — она пригрозила ему поварешкой. — Не лапай девку! А то одними портками не отделашся!

— Что были поползновения? — усмехнулся Торен. Вейден недовольно на него посмотрел: зачем выносить грязное белье?

— А че ж нет, что ля? — охотно поделилась Агриппа. — Дело молодое, а девка ладная, вот и тянет его к ней. Как только приезжат, так и лезет. В последний раз еле успела, отпаивала потом её сутки. Теперь вот молчит, онемела, страху тода натерпелась, — в голосе бабки впервые послышались теплые нотки. — Да вы не думайте! Он у меня спокойный. Пьяный тода был, отмечали они шось в академии, а Катюха…запах от ней шел, дивочий. А оборотню много ля надоть? Вот башню и снесло. Он потома долго в ногах валялся, прощенья просил.

Вейден захотел вот прямо сейчас, открутить тот самый «батон», который болтался между толстыми ляжками Анжи. Он с силой сжал кулаки под столом.

— А родители девушки? — продолжал Торен.

— А нет у ней никого. — отмахнулась бабка. — Так шо Жихе подвезло дважды. Первое — я успела и девка бабой не стала, и второе — отвечать за её страхи не пришлось. Я ведь её оставила у себя, пусть живет покамись, по хозяйству помогает и то ладно. Хотя я иногда и жалею, что успела. Попортил девку — женился бы. Глядишь, посурьезнел бы. А то все прыгает! А нейтрализатор — так вот он, остывает в уголку, — переключилась она на другую тему. — Катька как знала, со вчерашняго вечеру поставила булькать, цельную ночь от него не отходила.

— Так а давно Катя здесь живет? — продолжал допытываться Торен.

— Катька! — крикнула Агриппа. — Неси ещё огнянки и кавунчиков!

В комнату метнулась девушка с бутылкой и тазиком закуски. Потом скрылась и вернулась уже с чистыми кружками. Вейден заметил, что в уголках глаз у неё дрожат слезы, да и прядь смоляных волос выбилась из-под косы. Опять Анжи руки распускает? Вейден почувствовал, как его распирает от желания надрать толстую задницу фельдшеру.

— Как давно? — Агриппа разлила голубую жидкость и приложилась к кружке. — Давно, ещё девчонкой малолетней приблудилась. Я травы собирала, нашла её в лесу. Сидела и ревела. Ничего не помнила, да ещё и голяком, осенью — то. Вот и пожалела, бедовую. На свою голову. Толку от ней никакого — нет способности к ведьмовству и знахарству. А как заневестилась, так и вовсе одни промблемы. То Жиху отгонять приходиться, то других женихов. Слетаются как пчелы на мед каждый невестин сезон. И немота её не смущает. Хотя чегой там немота? Второй иль третьей женой пойдет — так самый раз. Делай с ней, что хошь, все никому не расскажет.

— А раньше она разговаривала? — подал голос Самоли.

— А то, — пьяненько захихикала старушка. — Щебетала, шо сойка по весне.

— Так а чего замуж не отдаешь её, старая? Или тебе кайов не нужен? — усмехнулся принц и получил ещё один недовольный взгляд Вейдена.

— А на хрена мне кайов? Мы с городским главой договор заключили: он опосля своей свадьбы заберет её в свой дом, попользует, а как надоест — вернет. А там и Жихе можно. Не зря же я её кормила. Пусть отрабатывает. Девка ладная, а от приплода, если че, так я травок дам, избавится.

Девушка стояла ни живая ни мертвая. Видно слышала планы своей опекунши впервые.

— Одни волосья чего стоят! — продолжала бабка. — Распусти космы! — приказала девушке. Та испуганно шарахнулась в сторону, но старушка ловко схватила её за косу. — Стой, убогая!

Вейден было дернулся помочь девочке, но был остановлен Тореном.

«Не сейчас!» — шепнул тот одними губами и полковник понял, что маг что-то задумал.

— И ножки у ней стройные, — не унималась ведьма, — и все, что к ним прилагается, тоже в отличном качестве. Нетронутое! Цельное! — гордо задрала подбородок и попыталась задрать юбку девушке. Та стала выворачиваться и отбиваться. — Стой, кобыла необъезженная! — звонко шлепнула по попе, схватила за полную, не по хрупкой фигуре, грудь и потрясла. — Вишь, как откормила? — она довольно засмеялась и выпустила воспитанницу. — Кровь с молоком! Отличный товар! Мне за неё глава откупную на 10 лет аренды дает! А я больше и не протяну. Стара.

— Я не пойму, мы что — на рынке рабов? — не выдержал принц. — Мы за зельем пришли! А нам девицу расхваливают! Да ещё чуть ли не впихивают!

— Зелье твое остывает, негоже его горячим трогать, — сердито ответила ведьма, — а девку хвалю, так и похвалиться мне не перед кем. Глава и Анжи без всяких слов её с радостью возьмут. А мне одобрения хочется, вон какой товар выпестовала. Вам-то деревенская убогая ни к чему, у вас там всякие фрейлинки да магички, на эту и не позаритесь.

— Ну почему? — Торен плотоядно ухмыльнулся.

— У нас солдат полная крепость, вниманием женским обделены, нервничают по этому поводу. А тут такой подарок! И молчать будет и искать её никто не возьмется. Как считаете, Ваше Высочество? Подходит нам такая лапочка для снятия стресса?

— Торен, ты с ума сошел? — прошипел принц и получил сильный толчок в бок. Охнул и выдавил, — что хочешь за неё, старая?

— А че дашь? — хищно прищурилась ведьма.

— Это к магу, он начал, ему и расхлебывать! — умыл руки Николас.

— Могу дать артефакт молодости! — предложил Торен.

— И-и-и! У меня зелий для восстановления красоты достаточно! — отмахнулась ведьма. — Че другое есть? Нет? Так и разговор окончен. Сгинь отселя! — приказала она девушке.

— Стой! — Торен поднялся из-за стола.

Бабка схватила девушку за косу и намотала на руку. Та болезненно скривилась и Вейдену стало невыносимо нечем дышать. Он и так сидел с голым торсом, так как брюки основательно пострадали и хламида заменила полотенце вокруг бедер, а воздуха резко стало не хватать.

— Я дам тебе унифицированный военный амулет, — посулил маг.

— И че в нем такого?

— Он одновременно защищает от магического воздействия и от действия зелий. Такого у тебя точно нет, да и не будет никогда. Главе скажешь, что девка сбежала. И 500 монет золотом пришлю.

Бабка задумалась.

— Не обманешь?

— Клятву могу дать!

— Дай!

Маг поднял правую руку ладонью вверх.

— Клянусь, что передам ведьме Агриппе 500 золотых монет не позднее завтрашнего дня!

На ладони вспыхнул и погас синий огонек. Старушенция алчно сверкнула глазами:

— Забирай! Токо обратно после солдатни я её не возьму! И Жихарке она ни к чему така будет!

С этими словами ведьма с силой толкнула девушку на мужчин. Вейден молниеносно подскочил и поймал несчастную. Девушка по инерции ткнулась носом в голую грудь и со страхом забилась в мощных руках мужчины.

— Тихо, тихо, — шептал он в маленькое ушко, гладя девушку по гладким теплым волосам. — Я о тебе позабочусь, не бойся.

Впервые в жизни ему нравилось сжимать хрупкое девичье тело. Он не испытывал отвращения, как раньше. Его израненная душа нашла родственную, такую же раненую и одинокую. Зверь Вейдена довольно и счастливо заурчал: «Моя!». «Наша.» — терпеливо поправил Вейден своего арса. Девушка как будто почувствовала эмоции Вейдена и расслабилась.

Ведьма направилась к котелку и наполнила из него зельем целую бутылку.

— А за зелье — Анжи её первым попробует! — со стуком её поставила на стол и выдала ультиматум бабка.

— А за зелье — встал принц, — я забуду о помоях и о неофициальной торговле живым товаром. Тебе понятно, старая?

Принц величественно прошествовал к ведьме и забрал бутылку.

— И, кстати, — он потряс её содержимым, — зелье, для которого вот это предназначено, является запрещенным. Так что пусть Анжи закатает губу и сам помалкивает обо всем, что здесь было. Всем всё ясно? А теперь пусть девушка соберет вещи и мы уходим.

— А неча собирать! — прорычала обиженная ведьма. — Как пришла голяком так пусть и уходит! Спасибо скажите, что эту одежу на ней оставляю! Или нет. Сымай все с себя, забава солдатская!

Принц выгнул бровь и снял с плеч хламиду. Доктор с магом переглянулись и последовали его примеру. Вейден снять не мог, так как остался почти без штанов, но он взял куски материи и соорудил нечто вроде ширмы. Девушка, смущаясь и краснея, сняла платье и протянула ведьме.

— Исподнее тоже! — нагло заявила она.

— Не бойся, мы не смотрим, — сказал Вейден, — раздевайся, я укутаю тебя хламидой.

Девушка покопалась за «ширмой» и со слезами протянула хозяйке дома узелок — в нижнюю старенькую сорочку она завернула трусики. Вейден сразу же обернул девушку кусками ткани и подхватил на руки, стараясь не смотреть на голые коленки. Девушка была легкой и…родной.

Принц, хмурясь и матерясь сквозь зубы, вышел вон из ведьмовского жилища. Мужчины последовали за ним. Во дворе они встали в круг, взялись за руки, Вейдена с двух сторон держали маг и доктор, Николас активировал портал и он перенес их в крепость. И уже никто не увидел, как злое морщинистое лицо старухи разгладилось, залучилось доброй улыбкой и она прошептала:

— В добрый путь, внучка!