Глава 24
Ужин однозначно во всех отношениях стоил уплаченных денег — особенно потому, что мне удалось хоть ненадолго выкинуть из головы Леонида. После танца мы ещё посидели за столом, а когда у Кира зазвонил телефон, я посмотрела на часы. Половина одиннадцатого — однако, засиделись. Захотелось выйти на свежий воздух, в зале всё-таки душновато.
— Уже домой? — вопросительно взглянула на меня Леська.
— Я — да, — оглянулась на Томаша.
Он поднялся и галантно подал мне руку:
— Идём, принцесса, я подвезу тебя. — Эм-м, мы разве не на такси? — У меня арендована машина. Прокатимся по вечернему городу, — он многозначительно поднял бровь.
Так, понятно, почему он только мне подливал весь вечер. Бдительность хотел усыпить. Дальше наверняка последует приглашение заехать к нему в отель. Нет уж! Для такого мне ещё нужно было выпить три текилы, два шампанского и полведра самогона, закусив одним солёным огурцом. Второй бы уже понизил градус и заставил одуматься.
К счастью, Леська тоже засобиралась:
— Я, пожалуй, с тобой, Ника. Завтра рано в салон.
Кир поднялся следом за ней:
— Ну, тогда возвращаемся все вместе, я подвезу вас, девочки, как раз по пути.
Мне тут же полегчало. С чехом опасно оставаться наедине — вон как блестят шоколадно-карие глаза, сразу видно — недоброе злоумышляет! А я всё никак не могу решиться прыгнуть в этот омут с головой, с детства воды боюсь.
На прощание Томаш нежно поцеловал мою руку и томно произнёс:
— Как же не хочется расставаться! Остаётся надежда, что завтрашний вечер мы проведем вдвоём.
Я лишь загадочно улыбнулась:
— Нет ничего невозможного, если этого хотят оба.
Похоже, этой фразой, смысла которой и сама не поняла, я сразила чеха наповал. Вздрогнув, он ещё раз поцеловал мою руку и отпустил, всё ещё не веря своему счастью.
***
Дома нас ждал небольшой сюрприз — в ванной на полу вода, с потолка капало. У соседей сверху сломалась стиральная машина. Пришлось срочно переодеваться и браться за тряпки. Пару раз возникла мысль попросить помощи у знакомого сантехника, но я её быстро отмела. Третьего принца на белом ишаке я не потяну, да и коновязь не резиновая. Ещё не хватало смотреть, как мы ползаем по полу, устраняя последствия потопа.
Убирались до полуночи, после этого я, не чувствуя ног, вырубилась на диване.
Проснулась от того, что мой телефон разрывался от звонка. Ещё во сне подумала — «какая странная мелодия у будильника», а открыв глаза, сообразила, откуда исходят трели.
— Привет, Ника, — первый раз Кир не назвал меня «Белоснежкой» — от этого сон махом слетел, и я, подскочив на диване, приняла вертикальное положение. — Прости, если разбудил, Лесин мобильник отключен…
— Привет, что-то случилось?
Он начал было объяснять:
— У нас тут ЧП…
Но пошли какие-то помехи. На другом конце раздался треск.
— Я ничего не слышу. Повтори, пожалуйста!
— Лёнька заболел, всё серьёзно, — прорвался наконец голос Кира: — Сутки не могли выехать из-за бурана.
Я прижала телефон к уху с такой силой, что стало больно.
— Господи, что с ним, простудился? Ничего не понимаю, где он сейчас?!
— Сильный жар, кашель… Друзья везут его на городскую квартиру. Я еду туда…
Опять пошли помехи, я вцепилась в обивку дивана:
— Кир, ты меня слышишь? В больницу надо!
— Не хочет, говорит, всего лишь простуда…
И опять треск. Дурацкая связь!
Я подскочила и бросилась к окну, надеясь поймать сигнал получше.
— …короче скоро будем в Питере. За городом опасно оставаться с такой температурой.
— Адрес говори, — схватила листок и заметалась в поисках ручки. — Звякни из дома, я сразу к вам.
Кир неожиданно быстро согласился:
— Ладно. Ты ведь с Лесей? Возможно, нам понадобится помощь…
— Да, мы вместе, — почувствовав странную пустоту в желудке, я тяжело сглотнула. Лишь бы всё обошлось! — Ну почему сразу не в больницу, а на какую-то квартиру?
— Потому что он упрямый, как осёл… — вздохнул Кир и начал диктовать адрес…
…Через час мы с Леськой, уже собранные, сидели в кухне в ожидании звонка.
— Ты хоть Томаша предупреди, что не придёшь…
— Что? — голос подруги вывел меня из странного оцепенения. — Ах да…
На кой мне этот чех? Чёрт побери, о какой выставке может идти речь, когда моему боссу плохо? Если с ним что-то серьёзное, я себе никогда не прощу, что пыталась клин клином выбить! Да я этих суженых… я их… всех уничтожу! Вместе с ишаками. Чтоб неповадно было.
Дрожащими пальцами я принялась набирать сообщение. Мысли хаотично носились в голове. Не дай бог воспаление лёгких! Это очень серьёзно. Нет, я должна… просто обязана быть рядом, вторая половинка, как-никак! Пропадёт ведь без меня мужик! Чёрт с ним с белым платьем, если на то пошло, мне этот этап можно и перескочить, не больно-то и хотелось. А вот стать женой смертельно больного декабриста — это моё!
«Не обязана, — прогундел внутренний голос. — Может, он тебя видеть не желает!»
Зато я желаю! Только моя неуёмная жажда жизни способна исцелить его! Чем я хуже Скарлетт О’Хара? Матери Терезы? Мэри Поппинс?
— Ника, успокойся, — Леськин голос привёл меня в чувство. — Кир обещал сразу же маякнуть…
В дверь позвонили, я подскочила на месте. И кто это мог быть? Приехал Кир?
Мы вдвоём бросились открывать. Там стоял сосед сверху. Тот самый, который нас затопил.
— Простите, пожалуйста, за вчерашнее, — покаянно вздохнул мужчина. — Если понадобится ремонт в ванной, готов оплатить…
Я лишь рукой махнула:
— Потом разберёмся…
В этот момент тренькнул телефон, высветилось сообщение от Кира: «Лёню привезли, вызвал “скорую”…»
Захлопнув дверь перед носом соседа, я посмотрела на Леську:
— Нужно срочно ехать!
Она кивнула и принялась загибать пальцы:
— Так, мёд взяли, клюкву с сахаром взяли, лимоны тоже…
Я побежала за сумкой со шмотками, в которой лежали наши ночные рубашки, нижнее бельё, домашние костюмы, зубные щётки, тапки, плащ-палатка, запас галет на три года и всякая всячина. Подготовились основательно, почувствовав, что придётся там задержаться.
Попавшийся под ноги Тошка испуганно шарахнулся в сторону. Чёрт, а с ним как быть? Ладно, что-нибудь придумаю… Главное, оставить побольше еды и лоток освежить. К нашему приезду одно перекочует в другое, и всё будет нормально.
***
До Лёниной квартиры мы добирались чуть ли не дольше, чем до его загородного дома. Пришлось взять такси — у меня то бензин на нуле, то колёса спущены, а Леська к своей «Ауди» подходить боится.
Через час машина остановилась возле красивого, по всей видимости, недавно отреставрированного дома дореволюционной постройки со скульптурами и колоннами. Мы выскочили, взяли сумки и направились к подъезду — массивной железной двери. Едва остановились, в нашу сторону повернулась камера видеонаблюдения. Не удержавшись, я показала пальцем на дверь, смотря в объектив — мол, открывайте скорее.
— Девушки, вы к кому? — раздался голос из динамика домофона.
— К Арсеньевым, в тридцать шестую квартиру, — ответили мы хором.
Щёлкнул замок — дверь открылась.
Внутри холл напоминал фойе музея: мраморный пол, гранитные колонны, витражи на окнах. Я взглянула на консьержа в тот момент, когда тот высунулся из будки и приветливо нам кивнул:
— Проходите, пожалуйста.
Не останавливаясь, мы поспешили к лифту. Внутри кабина сияла позолотой, на полу лежал чистый красный коврик, а на консоли стояла ваза с живыми цветами.
Шикарно живут боссы, ничего не скажешь! Словно во дворце.
Поднявшись на нужный этаж, сразу же нашли квартиру Арсеньевых. Остановились перед роскошной двойной дверью из какого-то золотистого дерева. Она явно отличалась от других необычным дизайном: средняя часть каждой половинки — тёмные стеклопакеты, оформленные коваными решетками. Сразу видно — тут живёт архитектор.
Я нажала на звонок. Открыл Кир и поднес палец к губам:
— Проходите тихонечко, пришёл врач.
Мы бочком прошмыгнули в просторную прихожую. И здесь тоже царила роскошь — высокие потолки с лепниной, зеркала с бронзовыми светильниками, статуи… Дверь в гостиную была открыта, скинув пальто и быстро стащив сапоги, я бросилась туда.
Огляделась — картины на стенах, антикварная мебель, камин… Да здесь каждая вещь стоимостью в мою годовую зарплату! Красиво, но мы здесь не для того, чтобы любоваться интерьером.
Кир с Леськой шуршали пакетами в прихожей. Мне же не терпелось хотя бы одним глазком посмотреть на заболевшего босса, которого я не видела аж два с половиной дня и ужасно соскучилась…
Где происходит осмотр, может, в спальне?
Коридор из гостиной вёл в другие помещения. Я направилась туда. Принюхалась, здесь уже отчётливо ощущался запах медикаментов. Остановилась перед приоткрытой дверью. Заглянуть или нет? Пересилило любопытство — моя путеводная звезда.
Я осторожно просунула голову в щель и застыла, как вкопанная.
Увиденное повергло меня, мягко говоря, в глубокий шок. Средних лет врачиха что-то писала за столом, а на огромной кровати сидела молоденькая медсестричка в полурасстёгнутом белом халатике. Одна её рука покоилась на плече генерального, а другая нагло лезла к нему за пазуху.
— Сейчас мы измерим температурку, — донёсся до меня кукольный голосок этой фифочки. — Не волнуйтесь, вы в надёжных руках!
Ах так, значит?! Ну, я покажу вам, в чьих руках находится этот красавчик! Как по команде сработал мой импровизатор. Не зря же во мне сидит великая актриса!
Со словами:
— Лёнечка, миленький, как же ты меня напугал! — я влетела в спальню и, рыдая взахлёб, бросилась с другой стороны кровати на грудь босса. Слёзы текли в три ручья. И откуда только они взялись? Может, от обиды, что я уже несколько дней занимаюсь перевоспитанием шефа, а его тут пытается заарканить какая-то вертихвостка в едва прикрывавшем задницу халатике?
— Ника?! — прозвучал хриплый голос Леонида. — Ты здесь?
— А как же, мой хороший? Ждала тебя на даче, думала, туда вернёшься. Дети плачут, спрашивают, где папа! Только Кузьма, десятый, младшенький, пока говорить не умеет, смотрит на меня вопросительно! Хорошо, что Кир позвонил и рассказал, — всхлипывая, продолжала я. — Ты ведь у меня такой скрытный! Всё клещами нужно вытаскивать.
— Дорогая, напрасно волнуешься. В твоём положении нельзя этого делать, — неожиданно включился в игру босс, видимо, заглянул глубоко себе в душу и ощутил себя отцом Кузи, младшенького. — Всего лишь небольшая простуда…
Сестричка фыркнула и, достав градусник, разочарованно произнесла:
— Укол подействовал. Температура упала на один градус.
А я не унималась, коме… тьфу, трагедийная актриса так и пёрла из меня, разрывая тесёмки лифчика:
— Хороший мой, ты хоть бы о близнецах подумал! Куда ж я с ними, если с тобой что случится? Не каждому выпадает такое счастье, пятеро — и сразу!
Лёня, не ожидая от меня такой наглости, зашёлся кашлем:
— Доктор, что с ним? Скажите честно, он ведь задыхается! Не томите! Вот ведь, не сидится ему дома в праздники, на рыбалку с дружками сбежал…
— Да не волнуйтесь вы, мамаша, — заговорила врачиха, переглянувшись с «вертихвосткой». — Не смертельно это, если вовремя лечение начать. Сильная простуда. Правда, есть подозрение на воспаление лёгких. Хорошо бы в больницу его. Но ваш муж категорически отказывается. Значит, будете лечиться дома. Я тут выписала рецепты: антибиотики, отхаркивающее, витамины. Желательно делать уколы дважды: утром и вечером, в ягодицу. Наша Лидочка могла бы приходить к вам…
Ах, вот что они задумали! Через ягодицы к моему боссу подбираются?! А он, дурак, даже не сопротивляется… Ну уж этого я точно не допущу! А то после Лидочки ещё какая-нибудь фифа заявится, моргнуть не успею!
— Ну что вы, доктор, в ягодицу я и сама могу кого хочешь уколоть! — заявила врачихе, мельком замечая, как Кир с Леськой в коридоре корчатся от смеха.
Медсестра поднялась с постели и поправила халатик.
— Если что, звоните. Приеду в любое время.
Ну кто бы сомневался! Такая всегда готова примчаться по вызову к состоятельному мужику и полечить его в кроватке.
Врачиха принялась убирать инструменты в сумку.
— Не забывайте, обильное теплое питье и постельный режим. Никаких горчичников и парения ног, пока не спадёт температура. Завтра придёт дежурный врач, ещё раз прослушает и запишет вас на КТ. У меня всё. Выздоравливайте, Леонид.
Не успела закрыться дверь за медиками, как я в изнеможении откинулась на кровать.
Фу-ух, кажется, получилось!
— Жёнушка, принеси попить хоть, — послышался простуженный голос генерального, и я потянулась за стаканом. В глаза мужчине смотреть было страшно. Уж тем более не ожидала услышать следующее: — А вообще хвалю за находчивость! Спасла больного от назойливой сестрички.
Я облизала пересохшие губы. Да ладно, какое там спасла?! Для себя любимой старалась… Нащупала горячую руку Леонида, и сердце встрепенулось. А вдруг действительно воспаление?
Искоса посмотрела на него. Выглядел он, мягко говоря, неважно: трёхдневная щетина не могла скрыть бледное осунувшееся лицо с красными слезившимися глазами.
— Ника, а теперь позови сюда Кира, — просипел генеральный. — Не надо было тебе приходить, заразишься ещё.
— Не волнуйся, у меня крепкий иммунитет, а ты так просто от меня не отделаешься. У меня же ещё Кузьма с этими… с близнецами. — Склонившись над мужчиной, я поцеловала его в лоб. Чёрт, горит весь… — Сейчас принесу воду с лимоном, потом чай с малиной. И не капризничай, больной! Можешь пока сходить в туалет, если дойдёшь самостоятельно…
Чуть не прикусив язык, я быстро отстранилась. А не много ли себе позволяю?
— Да тут рядом, в смежной комнате и ванна и туалет, — босс снова зашёлся кашлем.
Ванная в спальне? Красиво жить не запретишь!
Кир присел с другой стороны кровати, и внимание Леонида обратилось к брату.
Я же поспешила к ожидавшей в коридоре Леське. Чёрт бы побрал мужское упрямство! Не хочет в больницу, пусть даже и не думает гнать меня отсюда. Никуда не уйду, буду стоять насмерть!..