Глава 13

— О чем ты хотел со мной поговорить? — начала с ходу Арина, когда Леша через некоторое время появился на пороге ее дома, подталкиваемый сзади раздраженным Андреем.

— Странно, но не знаю, это ты меня искала. — пожал плечами Леша, только что привезенный Андреем к дому сестры, в котором никогда не бывал. — А этот конвоир доставил меня к месту назначения. Что ты от меня хочешь, сестричка?

Арина подняла по тревоге Андрюху, чтобы тот срочно разыскал Лешу. Выполняя просьбы своей любимой Арины, их общий друг не задавал лишних вопросов, и проявил недюжинную силу, бесцеремонно запихивая его в машину. Это был один из немногих моментов, когда над Лешей одержали вверх, ведь мало у кого возникало желание потягаться с ним в силе. Чечен, что не мог проявить терпение и немного поуговаривать, а еще друг называется.

Арина понимала его сарказм, и без боя он сдаваться не собирался. И спокойствие в поведении было напускным, выражение глаз выдавало его внутреннее, рвущееся наружу бешенство.

— Андрюша, вернись, пожалуйста, за его машиной, у него там очень важная папка лежит с документами. — потом повернулась к Леше. — Дай ему, пожалуйста, ключи.

— Держи, предатель. — он бросил ключи Андрею, с которым собирался разобраться позже. Небольшая потасовка в машине была не в счет, так разминка. Вот чертовка, уже разнюхала, что он приехал с материалами.

— Лех, так надо. Поверь, она знает, что делает. — тот на лету подхватил ключи. Андрей здорово мучился, оказавшись под перекрестным огнем своих лучших друзей. Только, не хватало еще одного родственника для такого значительного события, третьего брата, Василия, и если его не позвали к столу переговоров, значит, Арина знала, что делает. Андрей вышел, прикрыв за собой дверь, с надеждой, что Леха когда-нибудь поймет мотивацию его поступков. Разве Арина кому-то могла желать зла? Ей он доверял больше, чем самому себе.

— Извини, что так пришлось… — чувство вины наполняло Арину, но как еще было поступить?

— Да, ничего, не парься сильно, не твоя головная боль, что ты меня лишаешь друга.

— Леш, я прошу тебя, не заставляй его выбирать между нами. Он этого не вынесет.

— Он не кисейная барышня, а здоровенный мужик, офицер, который был на войне. После этого можно перенести все. Он уже однажды пережил одну историю, и там потерял себя. А ты дружишь с этой сукой. — напомнил Леша ей на определенный жизненный поворот в жизни Андрея. Олеся, кроме омерзения в нем ничего не вызывала. Такую стерву еще надо было поискать.

Он резко с ней разговаривал, не собираясь демонстрировать, что его скоро раздавит. И он словно попал под скоростной поезд, не сбавляющей скорости. Последние сутки были перенасыщены событиями, и сейчас он не собирался выворачиваться наизнанку. А ведь только она могла все это почувствовать, все его тайные мысли, душевные переживания, робкие надежды. Он бы предпочел оставить все при себе, и не делиться с людьми, для которых его внутренний мир был крохотной частью глобального эксперимента.

— Когда ты узнаешь, как все было на самом деле…

— Что ты скрываешь? Или придумываешь? Знаешь, есть вещи, которым нет оправдания. — Леша знал на собственном опыте, о чем они сейчас говорили. Разве, после измены любимого человека есть срок давности, и можно с легкостью снять вину, даже если на предательство толкнули определенные обстоятельства.

— Я не могу сказать, это не моя тайна. Она ему сама должна признаться. — Арине была невыносима эта ситуация, с Олесей и Андреем, которые, вместо того, чтобы поговорить начистоту, попытаться понять, подогревали в себе ненависть, делая только больно друг другу. — Олеся, она лучше, чем ты считаешь…

— Олеся? Очень смешно. Надеюсь, этой сучке воздаться. Что там говорят твои видения по этому поводу?

— Он скоро узнает, почему… — она это видела, предпосылки уже были, есть человечек, который любит Андрея всей душой, готовый побороться за него, настоящего. Вернуть, оживить его на очень короткий период, самый счастливый в его жизни… Изменить и повлиять на ход этих событий она не имела права.

— Проехали, заканчивай быстрее экзекуцию. О чем ты хочешь узнать у меня?

— То, о чем ты постоянно думаешь. — это была провокация с ее стороны.

— И о чем я постоянно думаю? — это был вызов с его стороны, озвучивай, что ты там подглядела, не факт, что я все буду признавать. Он развалился на диван, принимая расслабленную позу. Арина осталась нервно расхаживать по комнате.

— Я хочу знать, кто такая Ника Савельев. — тихо, но твердо ответила она. — Так же, как и ты, я хочу понять, что она из себя представляет.

- Что? — Леша приподнялся с дивана и тут же рухнул обратно. Что ей известно о Нике? Спрашивая о ней, она уже имела представление о рыженькой. Но что ей известно о его мыслях, и той роли, что пришлось ему сыграть в жизни Ники. Конечно, для Ники он был малозначительным эпизодом, но для него это стало уже навязчивой идей.

— Расскажи мне о ней.

— Черта с два! Тебе, что не у кого было спросить? Ты же не отстала от жизни, пользуешься интернетом? Там полно информации о ней.

— Это не то. Ты, конечно, не все о ней знаешь. Но ты был очень близко от нее. — в принципе, это все что дали ей понять и узнать те силы, что сейчас присутствовали в этой комнате, помимо их двоих, прося подвести Лешу к осознанию некоторых вещей постепенно, без резких маневров.

— Слушай, Ариночка, если ты такая всезнайка, то какого хрена меня выспрашиваешь, и устроила шоу с захватом заложников?

— Мне важно услышать это от тебя. Потом можешь задать мне любой вопрос.

— Хорошо, возможно, я отвечу, но только после того, как ты расскажешь, кто такой Юра Воронцов? Что из себя представляет этот псевдоинтеллигент? И с чего вся эта возня? Что у тебя с ним? — поставил условие Леша.

— А ты не догадываешься? Ты же, уже все понял.

— Я тебе не капитан очевидность и не провидец с призраками в голове.

— Ты гораздо большее, и знаешь об этом. От судьбы не убежишь. Прими это и перестань себя изводить.

— Не уходи от ответа. Кто такой господин Воронцов? Что ты о нем знаешь? — Леша хотел получить ответы на поставленные вопросы, а не говорить о себе.

— Он мой будущий муж. Очень надеюсь на это.

— Ты серьезно? Сочувствую. Вся твоя жизнь псу под хвост, с этим чванливым аристократом.

— Не стоит, Леш. Он мне понравился.

— Что он за черт? Ведь он не так прост, да? Ты бы даже не взглянула в его сторону, будь он обычным парнем. Какой в нем порок зарыт, ты раскопала уже?

— Он удивительный человек. И почему ты так враждебно к нему настроен? На это есть причины?

— А это ты ответь на этот вопрос. И еще, как ты собираешься устранять соперницу?

— Я не собираюсь никого устранять. Он должен сам выбирать. — Арина не находила себе места, разговор давался очень тяжело. Леша постоянно находился в состоянии атаки, как зверь, загнанный в угол. — Юра, он… Я до конца не поняла, что он может. Ты понимаешь?

— Усиленно пытаюсь понять этот бред. И ты готова лишить себя батарейки?

— Почему ты это так видишь? Ты же тоже что-то видишь? — Арина словно головой об стенку билась, не понимая, почему он так настроен против Юры. Были ли тут личные мотивы? И потом вдруг неожиданный вопрос. — Скажи, они приходят к тебе?

— Кто они? — Леша прекрасно понимал вопрос. Его бесил этот вопрос.

— Призраки… Души умерших.

— Их не существует! Это бред собачий! — рассмеялся он, только как-то не очень естественно, заставляя себя смеяться, вроде как, над очевидными истинами. Призраков прогрессивное человечество не признает.

— Именно ты знаешь, что это не так! Ты отвергаешь то, что не многим дано. Люди слепы, а ты можешь… — Арина начала заводиться, она первый раз в жизни разговаривала с ним так долго. Ей хотелось найти единомышленника, понимающего их сущность, вместе всегда немного теплее… — Давай я тебе докажу. — она протянула ему руку. Надо убеждать его фактами.

— Арина, не морочь мне голову. И я не позволю тебе себя сканировать, или как там это у вас называется.

— Ты же не веришь в это, тогда чего бояться?

— Но это не значит, что я позволю тебе свои колдовские штучки проделывать со мной. Я не собака Павлова, не надо на мне экспериментировать.

— Позволишь. — с порога заявил Андрей. — Ты ей позволишь все, что она захочет. Приступай, милая. Лех, извини… По-другому никак.

— Я тебя уже ненавижу. — Леша обернулся к вошедшему с его папкой Андрею. Это относилось ко всему, и что он его приволок сюда, почти силой, и что поехал по ее наводке за документами, и что сейчас, как зомби, находится под полным ее влиянием. — Без свидетелей. Убирайся к черту!

— Я подожду за дверью. — Андрей чувствовал себя последним негодяем, сдавая сейчас друга, ставя его в безвыходное положение, но твердо был уверен, что действует во благо ему. — Лех, давай потом поговорим, а?

— Сгинь с глаз моих. — прорычал Леша. Андрей вышел, прикрыв за собой дверь. Леша понимал на что идет, сейчас его препарируют хирургическим путем, и выпотрошат все внутренности, но если есть хоть шанс, что это поможет раскрыть вчерашнее преступление, то он готов пойти на эту жертву. И добавил уже Арине. — Если ты хоть кому-нибудь…

— Даже Андрею не скажу, хотя он поймет. — она присела рядом с ним, взяла в свои ладони его руку. — Мне нужно твое разрешение. Скажи «разрешаю».

— Это чего за хрень? Ведьминский ритуал?

— Леш, мне нужно твое разрешение. — Арина начала ему объяснять суть этого процесса. — Пока ты не прошел Обряд, у меня есть шанс, с твоего разрешения что-то увидеть. После принятия способностей, именно тебя никто не сможет… сканировать, как ты говоришь.

— Если я откажусь, ты опять позовешь прирученного бугая, он меня скрутит, и выбьет разрешение?

— Нет, тебе это нужно не меньше моего. Тебе сейчас просто необходимы мои способности, раз ты не пользуешься своими. — она выпустила его руки, и терпеливо выдержала его полный презрения взгляд. — Ладно, нет, так нет. Я тебя не могу заставить.

— Переиграть меня хочешь? — сквозь зубы прорычал он, протягивая ей сам руку. — Разрешаю.

* * *

Арина больше пяти минут сидела молча, закрыв глаза, прислушиваясь к тому потоку информации, что к ней пошла от него. Даже та малая часть, что оказалась ей доступна, повергла ее в полный шок. Как же он живет со всем этим? С бесконечной борьбой, каждый раз преодолевая себя, обладая такой силой, готовой его раздавить. И еще он был очень несчастен и бесконечно одинок…

К Леше, через нее рвались те силы, с которыми сама Арина встретилась первый раз. Пока Юра был рядом, она надежно была защищена от вторжения. Души умерших являлись иногда сами, ища контакта, иногда их приходилось вызывать, тревожить их закрытый бестелесный мир. Но сегодня с ней настойчиво искала связи душа, застрявшая между небом и землей, безнадежно умирающее тело которой, пытались спасти врачи. Сознание ушло из телесной оболочки, без возможности вернуться обратно. Душа отчаянно просила о помощи.

Разыгравшуюся у библиотеки драму, она показала своими глазами. Как Ника пыталась помочь, как появился Леша. Вспышки между ними, непреодолимое влечение друг к другу, недоразумение внезапно разлучившее их. Как страдает она, чувствуя себя обманутой, как злится он, от осознания, что был отвергнут.

— Ты же почувствовал, когда та девушка умирала? — наконец решилась она на первый вопрос. — Ты же чувствуешь это, да? Вспышки происходят, потом у тебя дикая головная боль. Она почти умерла, эта девушка.

— Не фантазируй. Она выживет. Клан Савельевых подключил все свои ресурсы для ее спасения.

— Нет. Она не выживет. Она не хочет.

— Она, что, с тобой, типа разговаривает? — по слогам, выговаривая каждое слово, спросил он.

— Да, я ее слышу. А она видит и читает мысли других людей. Именно она подсказала, что ты привез мне что-то показать. — кивнула она на оставленную на тумбочке Андреем папку с документами и фотографиями.

— Арин, а можно конкретнее? Меня интересуют факты, кто, имена, где искать, в чем мотив.

— Она не может сказать всего. Говорит, что ты сам скоро их найдешь. Это твое испытание.

— Значит, я их поймаю и посажу? Может, завтра? Можно ускорить этот процесс?

— Нет. Леш, ты их найдешь сам, но не посадишь. Их ждет другое наказание.

— Я разочарован. Какое же это испытание, если моя профессия искать засранцев и сажать в тюрьму?

— Быть с ней твое испытание.

— Этот, типа, призрак преследует меня? Меня проверяют на вшивость? — кажется, он начал понимать, в чем заключается испытание. Ему это совсем не понравилось. Арина пытается донести, что Ника — его тяжкий крест. Еще сутки назад, он бы с радостью возложил на себя приятную миссию, быть с Никой, но обстоятельства изменились, все вернулось на круги свои. — Домашние задания будут? А экзамены?

— Не дурачься, ты понял, о чем я. Я о Нике, она твое испытание.

— А если я передумал испытываться с Никой? Там, можно отменить эту экзекуцию, быть приставной игрушкой? — Леша поднял голову вверх, задавая вопрос тем силам, которые якобы здесь присутствовали. В каком углу, они кстати, тусят? Ничто в доме Арины не выдавало, что здесь живет необычная девушка-экстрасенс, никакой соответствующей атрибутики. Где приютится бестелесным странникам, если нет магических шаров предсказаний? — Слушай, а может, она моя личная батареечка, типа, вечный двигатель? Ну, как у тебя с Юрой.

— Нет, это совсем другое. Юра для меня «Дан». В Нике нет этого предназначения. Возможно, что она «Ждана», но такие как ты, могут выбирать сами…

— «Ждана»? Это, что за хрень?

— Это, значит «Желанная», «Ожидаемая», «Долгожданная» для тебя. Выбранная именно тобой. Ты не из Посвященных, у тебя есть право выбора…

— Значит, я могу отказаться от этой чудовищной «Жданы»? Честно, меня это даже пугает… К черту Нику!

— Ты можешь уговаривать себя сколько угодно. Ты уже влюбился. Дальше…

— А можно отменить дальше? Я готов к переговорам. — он не дал ей закончить логическую мысль, что следует за влюбленностью. Перспектива дальше, его пугала. — В разумных пределах.

— Леш, она просит тебя помочь Нике, и не бросать ее. Ты ей очень нужен, без тебя Ника пропадет.

— Я ей не нужен. Или ты плохо видишь? Посмотри еще раз. — Леша протянул ей руку еще раз, смотри, убедись, что ты сейчас не права, не цепляй за болячку, засевшую внутри. Какая же садистка эта Арина. Она что издевается над ним? — Меня послали к чертовой бабушке. Ты, это хотела от меня услышать? Тебя не устраивает сей ответ, да? Не удается устранить соперницу моими руками?

— Мне нужна ее фотография, что у тебя в папке. — Арина, словно не слышала его выпады. Встала, переложила папку на стол, раскрыла, и тут же увидела ее. Да, именно такой она представляла себе Нику, эффектную девушку с рыжими, слегка волнистыми волосами, задорный, даже озорной взгляд. Арина накрыла фотографии Ники ладонью, и стала считывать информацию, удивившись, как легко это дается. Она стала просматривать остальные снимки, надолго задержала взгляд на отдельном снимке Юры, потом показав Леше, спросила. — Я могу эту фотографию оставить себе? — от Юры не шло, и не могло идти информации, просто ей хотелось иметь его фотографию.

— Извини, что только одна, я не подготовился. Я еще был не в теме. — Леша терпеливо ждал, пока сестричка проведет все необходимые манипуляции. — Твой вердикт? Я хочу знать о Нике все!

— Ты обещаешь, что не будешь использовать, все, что я расскажу, против нее? Чтоб жажда мести не оказалась сильнее разума и сердца.

— На чем мне поклясться? У тебя нет книги заклинаний? — он не мог остановиться, перестать дурачиться, иначе все, что она говорит, надо принимать, как истину. Он не хотел истин, чуждых его пониманию. Арина ставила перед ним неразрешимую задачу, как узнать о Нике все тайны, и остановить в себе желание воспользоваться этим? А как быть с жаждой отмщения? — Если, это будет относиться к делу, то извини…

— Я очень рискую, но эта девочка, Кристина… — Арина махнула рукой куда-то за плечо Леши, указывая местонахождение бестелесной души. — Она считает, что ты должен знать все. И только ты в состоянии все исправить. Она искала с тобой Контакта, но ты блокируешь любые попытки. Она ведь не единственная, кто делала попытку наладить с тобой контакт. Ты же это чувствовал?

— Как это выглядит? Эта Кристина? — Леша стал вертеть головой, силясь понять, где находится душа и как она выглядит. Он не хотел делиться своим опытом, это означало, все признать. — Как ты ее видишь?

— В основном, это сгусток Энергии. Но души показывают образы и фантомы. Еще они разговаривают, я их слышу в моей голове. — Арина попыталась объяснить картину ее видений. — Она благодарит тебя за все, что ты делал вчера, для нее, для Ники.

Как донести до него, что пока известно и понятно только ей? Серебристые сгустки Энергии душ передвигаются хаотично по комнате, телепатически вступают с ней в контакт, передавая информацию, подсказывая. Она не всегда видит фантомы, но всегда их чувствует и слышит.

— Я понял, типа телепатии. Передай ей, не стоит благодарностей, это моя работа. — Леша, конечно, мало, что понимал, его личная борьба с этим миром Энергии душ отличалась от того, что происходило с Ариной. Он хотел знать больше подробностей, но они уходили от главной темы. — Давай вернемся к Нике.

— Ты знаешь о том, что вы с Никой должны были познакомиться намного раньше?

— Да, было дело. Несколько месяцев назад я отказался пойти на мероприятие в библиотеке, где она работает. — вздохнул Леша, вспоминая эпизод, напомненный сегодня с утра Ромкой. — Ты об этом?

— Не только. Вы столько раз пересекались, и все мимо друг друга проходили. У вас несколько нереализованных возможностей.

— Арин, прости за откровенность, но мне всегда нравились рыженькие. Если бы мы пересекались, я бы ее заметил, обязательно. — Леша покачал головой. О каких возможных пересечениях говорит Арина? Он был уверен, что Ника не могла остаться незамеченной для его взгляда. В пользу этого факта есть вчерашнее свидетельство, как он наблюдал за ней из окна, до происшествия.

— Леш, я вижу несколько разорванных ниточек. Вас словно толкало друг к другу, но вы как слепые котята, отворачивались. Это не могло продолжаться бесконечно.

— Конкретнее можно? Где и когда? — он жил в одном с ней районе Кунцево, окно его кухни, с одной стороны, выходило во двор библиотеки, где она работала, другое окно, из его комнаты выходило на дом, где у нее была квартира. Он столько раз мог увидеть ее на работе, или где-то в районе. Помимо этого, у них оказались общие друзья и знакомые, через которых они могли познакомиться. Коля, например, утверждал, что рассказывал о ней. Все было «за» предположение Арины, что они могли пересекаться. Но он хотел конкретных фактов. — Хоть один пример…

— Хорошо. Помнишь, юбилей у своего друга Николая, на даче? Три года назад. Она была там.

— Да. — Леша словно под дых получил, вспоминая этот юбилей, когда он приехал с какой-то девицей, кстати, тоже рыженькой, только крашенной, как выпив немного, уволок девицу в сарай для плотских утех. Народу было много, все пили и веселились до утра. Но Ники он не помнил на этом празднике, его с ней не знакомили, она даже мимо не проходила. Хотя, логично, что она там могла быть, одноклассница Николая, с которой он поддерживает теплые дружеские отношения. — Почему я должен с ней встретиться?

— Она твоя женщина в этой жизни. Это предопределенно судьбой.

— Да? Прикольно! А она об этом знает? И значит, все-таки враки про свободный выбор?

— Нет, ты не обязан, как я, тут другие механизмы…

— Знаешь, а Ника думает, что она женщина твоего будущего мужа.

— Я знаю об этом. — вздохнула Арина. Она получила столько информации сегодня, что ей требовалось время все переосмыслить. И еще она понимала, как крепка связь между Юрием и Никой, и была бессильна изменять ход событий, она просто не имела права предпринимать решительных действий. Если Юра, вдруг, захочет отказаться от обещаний, она не знала, как жить дальше, без него. Она была обречена остаться в полном одиночестве, без семьи и детей, без его дарящей покой, защиты. Об этом невыносимо было думать. — Знаешь, Ваня о них рассказывал. А потом, я увидела сейчас через тебя. И ее фотографии о многом мне сказали.

— Что ты собираешься с этим делать? — Леша не мог отделаться от предположения, что Нику ему сейчас спихивают, желая избавиться от соперницы. Ее интересовала только британская аристократическая задница. А заявление Арины, что Ника — женщина его жизни! Хотел бы он увидеть лицо олигархини в тот момент, когда она об этом узнает. — Как будешь бороться за место рядом с волшебным мальчиком? Знаешь, меня удивляет, конечно, этот факт, но он в рейтинге самых завидных женихов Москвы, породистый жеребец при баблосах.

— Леш, я ничего не могу сделать. — Арина посмотрела на него, и он увидел такую вселенскую тоску в е взгляде. Насколько искренне была сейчас его сестра? Явно, что эта красавица прирожденная актриса.

— Я не могу тебе помочь с Никой. Сделать ее своей, и избавить твоего ненаглядного от выбора. Если ты глазастая такая, то видела, что произошло.

— У вас произошло недоразумение. Ты ей очень понравился, очень. Она с тобой забылась, ты дал ей защиту. Все произошло очень стремительно, вас же как магнитом притянуло друг к другу. Без тебя у нее нет будущего, никакого. Даже если Юра останется с ней, это ненадолго. Даже если, он никогда не будет со мной, он не в силах ее спасти. Ты ее будущее. — Арина все это выпалила на одном дыхании. Ей хотелось найти слова, чтобы переубедить его, подарить ему надежду, избавить от терзаний. Его жизненный путь тесно переплетался с Никой, но, возможно, она видит не всю многовариантность Никиной судьбы? Линия жизни, связанная с Юрой, ей была недоступна. Нет, не может быть, ведь Юра предназначен ей, Арине. — И ты зря сейчас думаешь, что с ее стороны все было игрой.

— Ты что мысли мои читаешь сейчас?

— Твои мысли я не могу читать в принципе, помни об этом. Только события, и то до Обряда.

— А, вообще, мысли ты, типа, можешь читать?

— Людские да, без проблем. Таких же, как я, только с разрешения.

— Мысли Ники ты, значит, сможешь прочитать?

— Да. И Ника… Леш, я знаю, тебе трудно поверить мне. Но если ты проявишь терпение, выдержку, она полюбит тебя. Пойми, ты ей необходим даже больше, чем она тебе.

— Арин, почему так? — про себя Леша усмехнулся по поводу «она полюбит тебя», зачем он сидит и слушает эту романтическую муру? Арина уклончиво говорит о некоторых фактах, в первую очередь его, интересовали личности вчерашних преступников, где их искать, мотивы. И, конечно, Ника, его очень интересовало абсолютно все, что связанно с ней. — И что ты предлагаешь мне делать?

— Ты должен ее помочь, ей очень тяжело и безумно мучительно, и я ее в этом понимаю. — Арина все-таки решилась рассказать ему основное, что увидела в Никином прошлом, что перевернуло ее судьбу, сломало в определенный момент волю к жизни. И это требовалось исправить, и только Леша мог справиться с этой неразрешимой ситуацией. Так она это увидела. — Она не может пережить потери ребенка, у нее был маленький срок, когда это произошло с ней.

— Ребенок? Это его ребенок? Твоего аристократа? — выдохнул он потрясенно, вспомнив, как Ника сказала ему, что собиралась замуж, но не сложилось. Возможно, это случилось в тот период?

— Возможно, да. Я его не вижу, ты должен понимать. Поэтому не могу с уверенностью сказать.

— Что с ней случилось? Почему она потеряла ребенка?

— Я увидела, как около восьми лет назад ее похитили. Мужчина был маньяк, он ее продержал несколько дней, пока его нашли. — Арина снова взяла фотографию Ники в руки, возвращая себя в тот эпизод ее жизни. Господи, почему, она была так невнимательна? Она мельком увидела момент освобождения Ники, и узнала человека, застрелившего маньяка, который уже занес нож над бесчувственной девушкой. И Ника не была его единственной пленницей, одну девушку он успел зарезать во время штурма, нанеся более десятка ударов огромным ножом. Еще две девушки и Ника были спасены.

Арина видела, как во время рассказа меняется лицо Леши, побледнел, стал дышать через раз. Вряд ли, представителя правоохранительных органов, можно удивить такой историей, он с маньяками и преступниками соприкасается каждый день. Но он был потрясен до глубины души, ведь это касалось девушки, в которую, как бы он не отрицал сейчас, уже бесповоротно влюбился. Единственное, она от него скрыла имя человека, участвующего в штурме на дом маньяка, слишком хорошо он им обоим был известен.

— Ее похитили? Что с ней сделал маньяк? — этой информацией он не владел. В Интернете не было ни слова, ни намека на похищение, ни на беременность. Арина опять дала только общую информацию, его же интересовало конкретика. — Ее изнасиловали, били, издевались? Черт, говори, не молчи.

— Леш, ты должен узнать такие подробности не от меня. Она сама должна тебе рассказать.

— Ты в своем уме? Она под пытками не сознается. О таком не рассказывают первому встречному. — Леша маялся, вспоминая, как вчера, когда они еще не разругались, Ника хотела поговорить о чем-то важном для себя, это только на тот случай, если все не было игрой. Как она внимательно рассматривала его шрамы на спине. Как потом завела разговор про плен и боевые награды. — Что из себя представлял маньяк? Кто он?

— Маньяк издевался и убивал своих жертв. Все, я и так сказала тебе больше, чем имею права.

— Как ее папаше удалось замять это дело? Ведь так было?

— Да, и ты будешь молчать об этом. Ты же не посмеешь эту информацию сделать публичной?

— Ты меня за идиота держишь? Конечно, нет. — он даже хотел слегка обидеться. Потом вдруг вскочил с дивана, заходил по комнате, Арина с изумлением на него смотрела. — Скажи, она ассоциировала всю ситуацию на себя? Вчера, да? Преступники, насилие, плен…

— Да, ты правильно понял. Она словно вернулась в свое прошлое. — Арина отвернулась от него, пряча подступающие слезы. Украдкой смахнула слезинки с ресниц.

— Арина, ты чего? — он недоумевал, она говорила о трагедии Ники, как о своей боли. Неужели, что-то подобное пришлось пережить и Арине?

— Я понимаю ее, потому что сама это пережила. У меня тоже мог бы быть ребенок… — Арина уже не смогла сдержать потока хлынувших слез. Больно было об этом думать, воспоминания часто мучили ее, не давая заснуть. По ночам, она лежала, глядя в потолок, и считала, сколько бы исполнилось сыночку, на кого бы он рос похожим? Почему это проклятие так жестоко обошлось именно с ее ребенком?

— Что случилось с твоим ребенком? — выпалил он, желая потом прикусить язык, зачем бередить ее старые раны. Леша присел рядом с ней на диван, не в силах остаться равнодушным, приобнял ее, стал гладить по волосам. Ему опять выпала доля быть утешителем женского пола. — Извини за дурацкий вопрос. Не отвечай такому бестактному идиоту, как я.

— Нет, нет, ты имеешь право знать. Он умер при родах… — она уткнулась ему в плечо, понимая, что в их отношениях сейчас происходит перелом. Быть или не быть их зарождающейся дружбе, и как не утратить потом это доверие с ним? Она рассказала, как тяжело рожала своего первого мальчика, как услышала его первый крик, даже увидела, перед тем как потерять сознание. А после ей сообщили, что он умер… — И все это случилось в тот же год, что и с Никой, восемь лет назад.

— Он знает об этом? Он поэтому тебя не оставляет в покое? — Леша хотел пояснить, что спрашивает про отца ребенка, но Арина и так его поняла.

— Нет, знал только Андрюша, теперь ты. А Васе я не смогла рассказать о ребенке, он бы сума сошел, он и так достаточно пережил потрясений… — она поведала о том, как бабушка увезла ее рожать к своим дальним родственникам в Сибирь еще до того, как стала заметна беременность.

Бабушка уговаривала сделать аборт, говоря, что в их роду нельзя рожать от не предназначенных тебе мужчин, ты, Арина, обрекаешь своего ребенка, в лучшем случае на быструю смерть, в худшем, на долгие мучения. Стоило только вспомнить дядю и ее родного брата, и спорить с бабушкой становилось бессмысленно. Но тогда ей еще хотелось побороться за свое счастье, за своего малыша, доказать, что все возможно, если любишь и веришь всем сердцем. Потом она просто смирилась, и стала ждать, долгих восемь лет она провела одна в ожидании своего личного чуда.

— Я и Юре не рассказала, просто не смогла признаться. Испугалась, что он отвернется от меня.

* * *

— Мне очень жаль… — если бы ему еще сегодня утром сказали, что он будет разговаривать со своей сестрой по душам, утирать слезы, искренне сочувствуя ее переживаниям, он бы рассмеялся в лицо. Но сейчас все кардинально поменялась, с ног на голову, и вот далекие родственники сидят, обнявшись, словно и не было стольких лет отчуждения. Леша именно в этот момент стал понимать Андрея лучше, боготворившего Арину, окружившего ее непробиваемой стеной своей защиты. Это, вообще, было в характере его друга, навязчиво опекать дорогих сердцу людей, вмешиваться в их проблемы, бесцеремонно принимать решения, о которых его, иногда, никто и не просил. — Арина, почему ты мне это рассказываешь? Почему я имею право знать?

— Ты мне доверился сегодня, хотя очень сопротивлялся. — она улыбнулась немного грустно.

— Арина, меня заставили, ты забыла? — он, наверное, первый раз за сегодня улыбнулся ей искренне. — Там стоит твой заводной медвежонок, которого я наивно считал своим другом. — проворчал он уже беззлобно.

— Тебя невозможно заставить. Но ты пошел на это, и я тебе очень благодарна.

— Может, хватит с меня благодарностей, а, как ты думаешь? — устало вздохнул он.

— И не злись на Андрея, пожалуйста. У нас в жизни не так много друзей, чтобы их с легкостью можно было терять. Друзья, как родные люди, и радуют нас и огорчают, но мы не можем без них. Каждый человек ищет, кому можно довериться в жизни. Мы все спешим избавиться от одиночества…

— Согласен с тобой, сестричка. У меня их тоже не так много, кого бы я мог назвать друзьями.

Леша подумал сейчас о тех людях, которыми дорожил. Генку, своего одноклассника, проведя с ним одно детство и юность на двоих, теперь они общались редко, но поддерживали приятельские отношения. Занудного, увлеченного интеллектуалками Кольку Земцова, с которым проработал бок о бок столько лет. Депрессивного сурового Кондрата, с которым служил в армии, пережив вместе плен у чеченских боевиков. И, конечно, безбашенного Чечена, с которым он собирался разобраться позже.

— Она говорит, что ты забыл вспомнить еще одного, с кем разговаривал сегодня утром. Он тебя очень уважает и ценит. И еще, она говорит, что восхищена тобой, как ты в Чечне тащил по лесу того раненого парня, которому потом ноги ампутировали, Олега Кондратьева. Леш, я увидела, как это было… — Арина не находила слов, чтобы выразить всю гамму эмоций, сочувствие, возмущение… Два друга, Андрей и Лешка, побывшие в Чечне в разные годы, вернулись живые, чудом уцелевшие. И разве повешенные им на грудь медали являются компенсацией пережитого кошмара, утраченной юношеской наивности?

От Андрея она слышала, что Леша несколько кошмарных дней провел в плену у боевиков, но только сейчас она увидела в ярких картинках весь ужас, пережитый молодыми ребятами, попавшими на эту непонятную войну. Как им страшно было, когда на их глазах казнили офицеров, перерезая им горло, обещая, что их тоже ждет такая участь. Как восемнадцатилетние мальчишки сидели в вырытой яме, ставшей им временной тюрьмой, голодные, ободранные, как их пытали и издевались. Во время обстрела, им удалось бежать, и растерзанный на куски Лешка, которому порезали в лохмотья спину, превозмогая свою боль, тащил по лесу на себе несколько километров сослуживца с перебитыми посиневшими ногами. Успел спасти только одну жизнь, и испытывал чувство вины за это, ведь в той яме их сидело несколько человек, простых солдат, приговоренных, ожидавших свой неминуемой смерти.

И как потом огромная страна, благостно закрыв глаза на проблемы маленькой мятежной республики, забыла о тех парнях, юных и неподготовленных, что отправила воевать в кровавую мясорубку. Неудобные забытые, никому ненужные герои той войны. Вся война, беспощадная и жестокая, в Чечне стала большим обманом, высшие военные чины предавали простых российских солдат, отдав их на растерзание, как телят на убой, поставив воевать против, более хорошо подготовленных и вооруженных чеченских боевиков. Эта война расколола общество надвое, сформировала у простых россиян враждебное отношение ко всем чеченцам, сделала несчастными тех матерей, что не дождались домой своих сыновей.

Армия, которая должна делать из мальчишек мужчин, калечила их. И как неудобно говорить о молодых ветеранах Чечни и Афганистана, обессмысливая их боевые подвиги, не объясняя, какую национальную идею они защищали, за что получали свинцовые пули, за что отдавали молодые непрожитые жизни? И сколько тысяч сломленных ребят, вернувшихся с этих войн, живут по соседству, ловя на себе косые взгляды осуждения?

А чего ожидать, если в этой стране о ветеранах Великой Отечественной войны, бесспорных защитниках Отечества, вспоминают только ко дню Победы? А ведь эта война советского народа против фашисткой Германии, совсем не требует исторического переосмысления, как бы антипатриоты не старались… Скоро не останется ветеранов Великой Отечественной, с каждым годом их становиться все меньше, и кто будет рассказывать подрастающему поколению, с чего начинается Родина?

— Господи, как ты это пережил?

— Давай не будем об этом, Арин. — Леша не любил праздных разговоров о днях, проведенных в Чечне, только с друзьями, с Андреем, который сам побывал в этой мясорубке, в памятные дни, наливая горькую в стаканы, вспоминали не вернувшихся ребят.

* * *

— Уважаемый дух! — после долгой паузы, когда они с сестрой дали друг другу время на размышление, Леша, встав с дивана, отвесил низкий поклон воображаемому участнику их беседы, воздуху между ним и Ариной. Хотел обратиться с просьбой, а вдруг поможет? — Будьте так любезны…

— Тебя слышат. — не дала договорить ему Арина. — Она знает имена, но не может тебе сейчас сказать.

— Почему не может? Я не понимаю. А если будет рецидив?

— Нет, она говорит, что они сейчас испуганны, дело уже получило резонанс. Один из преступников знаком с Никой, он узнал ее, именно поэтому не дал в нее стрелять. Это единственная подсказка, которую она дает.

— Маленький и полный, да? Я видел его на камере видеонаблюдения. В любом случае все хреново, они знают, где ее искать.

— Нике ничего не грозит от них. Они понимают, что их ждет в этом случае. Ты их наедешь, они будут наказаны. Понимаешь, в жизни ничего не происходит просто так. Делая определенный выбор, ты предопределяешь свою судьбу. Совершая поступки, ты должен за них отвечать. Сделав кому-то больно, ты эту боль, рано или поздно, получаешь назад. А есть еще суд выше человеческого.

— Расплата за прожитую жизнь, да? Попробуй попади в рай с первой попытки! — усмехнулся он. — Я понял, надо прожить жизнь так, чтоб не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы. Это не полная цитата, я читал жизнеутверждающий роман Островского «Как закалялась сталь». А-а-а, вспомнил продолжение, «чтоб не жег позор за подленькое и мелочное прошлое». Кстати, жаль, его, кажется больше не проходят по школьной программе. А мы простые советские дети, рожденные в СССР, его читали.

— Она просит тебя подумать, и не отвергать свои способности. Ты можешь помогать людям. — Арине постоянно приходилось возвращать его к теме разговора, а он уводил все подальше от себя, отшучивался, не всегда поймешь, где он серьезен. Вот и сейчас ремарка по поводу советской литературы. Да, эта бессмертная цитата была на слуху, но мало кто мог вспомнить из какого она произведения. Леша, что, еще одна ходячая энциклопедия всемирных знаний во всех областях науки, как и Андрей?

— Со способностями у нас ты, а я с геморроем в одном месте.

— Ты не прав. Ты борешься с собой в мире людей и побеждаешь. Но бороться с миром душ бессмысленно, ты всегда проигрываешь. Тебе на роду написано, как и мне, как и Васе, принимать дар.

— На роду кем написано? Согласись, мы слишком далекие родственники.

— А то, что у нас одна прабабка, ты тоже будешь отрицать? И наши бабушки были сестрами?

— Нет, это очевидный и печальный для меня факт. Арин, без обид, это сейчас не по отношению к тебе, а вообще, ко всему. Ты же лучше меня знаешь всю историю…

— Скажи, тебе сняться сны? Или видения происходят? Как у тебя это бывает?

— Ты же все могла увидеть сама. — Леша упирался до последнего, не желая раскрываться перед ней. Да, их отношения значительно потеплели, но он никогда и ни с кем не разговаривал об этом, кроме бабушки, он уже не знал, с чего начинать, что можно рассказать, а что держать при себе за семью печатями. Да, Арина его не высмеет, и не покрутит виском у пальца, но принесет ли этот разговор понимание происходящего. Может она знает ответы на неразрешимые разногласия, что его раздирали? И как потом откровенность может обернуться против него? — Что ты меня пытать будешь с особым пристрастием?

— Тебя попытаешь! — улыбнулась она. Арине хотелось не только узнать о нем все, понять, как у него происходят видения, сравнить со своими ощущениями. — Тебе надо об этом поговорить. Почему ты молчишь, у тебя есть друзья, которые тебя поймут.

— Ага, или покрутят у виска пальцем, и запихнут в психушку. Арина, ты не понимаешь, там, где я работаю, один намек, и я с пожизненным волчьим билетом вылечу.

— Но милиция обращается за помощью к экстрасенсам.

— Да, и очень часто, там, где полная безнадега, виснет дело, хотя и не афишируют. А экстрасенсы иногда проваливают дело, не справляются. Но сам мент не имеет права быть иным, понимаешь?

— Хорошо, я понимаю. Но Андрюша бы тебя понял, возможно, он единственный, кто не стал бы сомневаться в тебе. Он, конечно, не совсем милиционер…

— Помню, помню, как этот негодяй разводил меня, спаивал, сволочь, и странные разговоры разговаривал. Не по твоей ли наводке? И, конечно, мы вслух не можем сказать, где работает наш Андрюшенька, да?

— Специально я его не просила, нет. Только сегодня. Но он понимает, он знает, что ты, как и я, обладаешь экстрасенсорными способностями. Он сам тебе сказал про работу?

— А ты думаешь, я использовал ясновидение? Это пусть остальное человечество думает, что он то пограничник, то охранник, или он уже сменил очередную легенду…? Смешной юноша.

— Леш, ты же все понимаешь, да?

— Да, ладно, контрразведчик хренов под прикрытием, пусть сказки придумывает дальше, и охраняет наш государственный покой.

— Ты опять меня профессионально заговариваешь. Я спрашивала тебя про сны… — она колебалась, но потом решилась рассказать. — Знаешь, он, Юра, мне снился, очень долго. Один и тот же оборванный сон, много лет в подряд. Последнее время он снился мне почти каждый день, что здесь на берегу реки, я его встречаю. Как ты думаешь, я ему тоже могла сниться? Почему он оказался именно на том месте, вчера?

— Я тебе, что, специалист по сновидениям? — возмутился в шутку Леша, потом посмотрел на нее внимательно, подозревая, что Арина с головой давно не ладит. — Ты сидишь здесь столько лет, и ждешь, когда исполниться твой сон?!? Ты, имея столько возможностей, кукуешь в деревне, в ожидании своего «прынца»?

— Да. — Арина даже не удивилась, что он так все быстро понял.

Как она боялась уехать из Покровского, если только зимой выбиралась куда-то, пока на реке стоял лед. Но как только становилось тепло, она неизменно находилась в деревне, ходила на берег реки, в надежде, что сон вот-вот исполнится. Родители, устав уговаривать дочь перебраться в столицу, или поехать в Питер, где у отца была квартира, просто поселились с ней. Пережив трагедию со старшим сыном, они боялись потерять и дочь, ругались с бабушкой, которая обучала внучку все тонкостям принятия своих способностей. Особенно возмущался отец, но даже он оказался бессилен перед жесткой несгибаемой в своей уверенности бабушкой.

— Слушай, я бы на твоем месте возненавидел его после этого.

— Не могу, он мне понравился. Знаешь, я попыталась сегодня быть с ним честной, но не смогла все рассказать. У меня не хватило духу, рассказать про ребенка… Я боялась, что он отвергнет меня.

— Ты дура, что ли? Ему такое счастье привалило. Самая необычная и красивая девушка готова быть для него единственной. Ты приз на миллион, сестричка.

— Ты мне льстишь, братик. Для тебя другая девушка самая необычная и красивая.

— Ну, да, она миленькая. — он сделал удивленное лицо на ее немой вопрос «И только миленькая?» — Рыжики мне нравятся, солнечные девчонки с веснушками.

— Все, Леш, ты нашел свое солнышко. Береги ее, не бросай, как бы тяжело тебе не было с ней. Однажды, она, совершенно не зная тебя, вытянула из такой ситуации…

— О чем ты? Какую еще ситуацию я проворонил? Знаешь, мой «мемори» пора форматировать, и загружать заново. Я ни черта не понимаю.

— Кто такой Владимир Самохвалов, ты помнишь?

— Да, ладно, не может быть? Козел, жаль, что он не сдох… — Леша еще добавил пару непечатных выражений, он не то, что говорить, он вспоминать об этом даже не хотел. Застав, бывшую жену с любовником, он помутился рассудком, еще большему унижению мужика невозможно было подвергнуть. — Подожди, а она причем? Там был другой треугольник, или я что-то упустил из виду? Это из сериала, она его любила, а он любил другую? Типа того, да? Кто еще в главных ролях? Ну, помимо рогатого мужа, шлюховатой жены, и коварного рокового соблазнителя? При каких делах тут дочка олигарха?

— Он бегал за Никой, то есть хотел жениться на ее деньгах, скорее так. — Арина попыталась восстановить аккуратно хронологию событий, чтобы не задевать лишний раз его ущемленное самолюбие.

— Значит, пока он бегал за Никой, я за преступниками, моя жена грела постель жеребцу?

— Твоя жена в прошлом, отпусти эту ситуацию. Она расплатилась сполна, ведь она до сих пор одна. Я не вижу у нее счастливой личной жизни, ты был первым и ее единственным мужем. Зато у тебя все будет, если ты не будешь отвергать то, что хотел еще вчера, новую любовь, семью, детей. Дай вам с Никой шанс…

— Я зарекся от женитьб. Мне одной хватило. А безотцовщину я плодить не собираюсь просто так. Костян вырос без меня, пока мы с Иркой мстили друг другу. У меня сын стал подростком, а я фиговым отцом получился. Ты это понимаешь?

— Ради Ники ты изменишь планы, я уверенна. Если у нее будут дети, то это зависит только от тебя. Я не вижу для нее другого варианта в будущем. А она очень хочет детей, а ее отец хочет стать дедом.

— И кто-то выбрал меня на почетную роль быка-осеменителя? Откуда столько чести? Там столько денег и возможностей найди породистого жеребца. Почему я, причем так исключительно? — Леша стал заводится от ее категоричности, и Арина понимала его сарказм, трудно принимать предопределенность, когда ты совсем не готов, когда тебя практически лишают права выбора, когда тебя обидели и унизили.

— Мы иногда своими мыслями и поступками можем формировать будущее, а иногда за нас уже все решено, и ты принимаешь или нет. У тебя с Никой именно так. Если ты примешь ее, у вас будут дети, семья. Если нет, я не вижу для нее ничего хорошего, она или останется одна или ее век будет недолгим. Ты так, меня понимаешь? Именно об этом я пытаюсь тебе весь вечер сказать.

— Не очень понимаю, но так уже конкретнее. А ее случайно не забыли спросить? Я ей противен, что ж она, должна со мной против воли быть? Эта девочка больше не из моей сказки. Найдет ей папаша женишка поинтереснее, если Юрасик оказался занят тобой.

— Не уговаривай ни себя, ни меня. Ты ей безумно понравился, просто она обиделась, какие-то дураки потрепались, а в итоге глупость вышла. Она скоро поймет, как все было на самом деле.

— Возможно, но скорее этого, она будет в курсе, как отмазывала меня от срока, когда на меня состряпает докладик служба ее папика. Там ведь серьезная организация? Да, забавно все выходит. Я просто не успеваю все переварить за один раз.

— Она уже в курсе. Досье можно назвать, «Леша и его многочисленные женщины». Зачем тебе они нужны в таком количестве? Что за любовные марафоны? Ты же бежишь просто от серьезных отношений, и готов тут же сорваться, боишься, что тебя могут бросить первым. Не бойся потерять тех, кто тебя не оценил. Ты сам приз на пару миллионов. Кстати, ее очень расстроил список твоих девиц.

— Так оперативно? Похвально, не то, что у нас иногда, отправишь запрос, и ждешь, пока бюрократы проснуться, отпишут бумажку, без которой ты какашка. Это сколько же человек не спали сегодня ночью, а, сочиняя на меня донос? — Леш потерял уверенность, что его мозг готов вынести еще один такой штурм со стороны вновь обретенной сестры, но все-таки решился задать этот вопрос. — Блин, если ты вообще все знаешь, лучше скажи, что означают мои дурацкие сновидения?

— Я не могу видеть твои, как ты говоришь, дурацкие сновидения.

— Почему не можешь? Слушай, Арин, ты обладаешь такой информацией, это нереально просто, как тебя люди потом в живых оставляют?

— Ты думаешь, можно людям все в лоб говорить? Я иногда, как уж на сковородке, верчусь. А ты, Леш, это немного другое. Дашь мне руку еще раз? — Арина подвинулась к нему ближе, несколько минут молча вслушивалась в свои ощущения. — А по поводу твоих сновидений, не все понимаю… Это не совсем обычные сновидения. Ты скорее видишь другую реальность.

— Вот черт! — выругался Леша. — Я спать хочу, а не чушь всякую смотреть.

— Возможно, ты видишь прогнозируемое будущее. — Арина словно не слышала его саркастические замечания, вот выдержка у нее, оставалось только удивляться.

— А если прошлое? Скажи, реинкарнация существует? — наконец-то он решился и на этот вопрос.

— Я не знаю точно, мне не дают это знать, но верю, что да.

— Если ты не знаешь, тогда, кто может мне ответить на этот вопрос?

— Они. — подняла руки вверх Арина. — Но сейчас душа этой девочки говорит, что ты должен сам понять.

— А они не могут просто оставить меня в покое? Попроси ее сейчас об этом, если она существует.

— Нет, это твое предназначение, Леша. Они ждут тебя, когда ты согласишься быть самим собой.

— Полный абсурд, понимаешь? Я чувствую себя телком, которого на забой ведут, все за него решили. Что я из себя должен представлять, если вдруг… — он даже вслух не хотел произносить все это, но когда еще выпадет такая возможность поговорить с Ариной, окруженной духами, подрабатывающими у нее суфлерами.

— Прости, Леш, у меня нет уверенности, но есть предположение, что ты владеешь временем, возможно, можешь управлять им. Когда ты примешь свои способности, ты все узнаешь.

— Такого бреда я еще не слышал! Хорошо, я могу сделать вид, что верю в твои способности видеть. Хорошо, я не делаю вид, я тебе верю. — ответил он на ее молчаливый упрек. — Вася у нас людей лечить может, это еще как-то можно объяснить, сделать попытку. Передачи сейчас экстрасенсов изучают. Хотя, думаю, там одни шарлатаны. Тебя там почему-то не было? Уверен, ты бы там всех умыла. Но я кем должен стать, на что ты меня уговариваешь?

— Леша, только ты можешь решать, быть тебе Хранителем Времени или нет.

— Какой к черту Хранитель Времени? Ты фантастики начиталась? Эльфы у тебя под диванами не прячутся?

— Черт здесь ни причем. — уточнила Арина. — Ты еще не принял своей сущности. И только ты будешь знать, на что способен. Но из того, что мне известно, таких, как ты, единицы. И это невероятно мощная сила.

— Я вижу идиотские сны, от которых хочу избавится, хочу покоя. Это все о чем я прошу.

— Ты не можешь избавиться от предназначения. Ты можешь отказаться, как твоя бабушка, но это не меняет твоей сути. Ты останешься с этим жить.

— Да, только недолго жить мне останется. Ты в курсе?

— Да, Хранители редко доживают до старости. Но если, ты примешь, это не значит, что ты, тут же умрешь. Ты раскроешься, именно это несет в себе опасность, огласка твоего статуса. Ты можешь бороться. Для этого у Хранителей есть Проводники, они берегут тебя.

— Проводники? А это что за фишка?

— Я подробностей не знаю, но это как твоя вторая сущность в потустороннем мире. Он бережет твою жизнь.

— Да…. Я не хочу быть охреневшим и мертвым волшебником Времени.

— Что тебя так выводит из себя? Что ты видел последний раз? Расскажи.

— Нику видел, — тяжко вздохнул Леша, вкратце пересказав ей последнее видение. — что это может значить?

— Если я правильно понимаю, что мне говорят… подожди… — она замолчала, вслушиваясь в невидимые и неслышимые им голоса. Арина заметно побледнела, даже испугалась кого-то, он тоже занервничал, какую хрень ей сейчас наплетут о его предназначении. — Ты не поверишь мне сейчас, прости. Но эта девочка вызвала твою бабушку.

— Что?! — Леша вскочил, как ужаленный. Это был удар ниже пояса. Он так скучал и тосковал без нее. Именно память о ней возвращала его в эти места, он сожалел, что от раза к разу все реже ее навещал, что возможно, не успел ей все сказать, что не с кем было посоветоваться в трудные моменты. — Что говорит моя бабушка? — промямли он потрясенно.

— Она просит тебя не винить себя, что ты не успел попрощаться. — Арине с трудом давались слова, она видела, как меняется его лицо, от потрясения до горечи. — Пришло ее время, и она ушла с мыслью о тебе. Она все видит, и оберегает тебя. Она против всего этого была при жизни, и никогда не пыталась вступить с тобой в контакт потом. У нее только одна просьба… — так как Леша молчал, то Арина продолжила. — Она оставила тебе письма, хочет, чтоб ты их нашел. На чердаке, в коробке со старыми фотографиями.

— Хорошо, я найду. — он больше не сомневался. Он понял, о чем сейчас говорила Арина. Несколько альбомов со старыми фотографиями он положил в коробку, отнес на чердак. Один из альбомов в бархатной обложке он все-таки открыл, оттуда выпала пачка писем, перетянутая лентой. Он тогда не готов был читать переписку, и положил пачку обратно.

— И еще у нее просьба ко мне. Но я не сделаю этого, без твоего согласия.

— Говори. — качнул он обреченно головой, уже кажется, готовый ко всему.

— Она просит меня встретиться с Никой, как можно скорее. — Арина ждала его ответ, но он молчал, только удивленно поднял брови. — Она просит меня поговорить с ней. А Кристина хочет войти с ней в контакт. Я откажусь, если ты будешь против.

* * *

Арина понимала состояние душевное состояние Леши, который просто замолчал, расхаживая из угла в угол. Он бросал на нее короткие взгляды, порывался что-то сказать, но потом, махнув рукой, передумал.

— Леш, прости меня. — она уже начала сожалеть, что передала ему просьбу бабушки. Если до этого он держался крепким орешком, ехидничал много, все подвергал сомнению, то сейчас он эмоционально сдался. И такой Леша ее расстраивал еще больше.

— Ты, то в чем виновата? Я не против, делай, как твоей душе угодно, или как тебе духи велели. — он пожал плечами, находясь в ступоре. Бабушка, бабушка, крутилось у него в голове, почему я отложил эти письма, не став читать, что ты хотела мне рассказать? — У меня только одна просьба.

— Все, что в моих силах.

— Сотри ее из моей головы, Нику. Я не хочу больше ничего знать.

— Этого я не могу.

— Обнули все, что с ней связанно. Узнай, значит, как это делать.

— Леша, ты путаешь что-то, это не в моих силах. Я могу видеть прошлое и будущее, слышать иногда мысли других людей. Но, то, что ты просишь, это невозможно…

— Кто может помочь? Я знаю, что это возможно. Если не ты, то может Вася избавляет от воспоминаний?

— Ты сам. Это доступно только тебе, но вот по отношению к самому себе как это работает, я не в курсе…

— Как устроить себе легкую амнезию? — он правда хотел этого в данный момент.

— Я не знаю, насколько это верно, но Хранители могут избавлять от воспоминаний других, возвращая людей в тот момент. Стирают память, но не само событие.

— Значит, никто мне не может помочь?

- Не прими это за издевку, но давай я тебе лучше побольше расскажу о ней. Что она любит, например, какие у нее привычки…

Он узнал столько от Арины обо всем, особенно о Нике, что никакой Интернет, ее друзья и знакомые не помогли бы собрать столько информации за один раз. Но что теперь ему с этим делать?

Вдруг ночную тишину разорвали автомобильные гудки, потом послышались мужские громкие голоса, перекрикивающие друг друга. Арина выглянула в окно, но ничего не увидела, дверь в дом открылась….