Глава 14

СУЛЕЙМАН

И снова продинамила меня Няшка… Едва услышав про аборт сделалась белее ромашки в баскете, извернулась и выпрыгнула из начавшей движение машины, лисичкой поскакав в свой подъезд.

Сука! Не стал догонять! Вот же идиотка!!! Своего счастья не поняла! Зато меня как сильно и больно по носу щелкнула! Это же надо, МЕНЯ, практически хозяина этого города, отвергнуть от себя и трахаться с левым хером! Мало того, трахаться! Залететь от него!!!

Это вообще, как?!

Веду машину в крайней степени ахуенеза. Чертовски злой! Я ведь к ней и так клинья подбивал, и эдак! Ну надо же какая упертая баба!

Все, надо ее забыть! Я даже готов был принять ее обратно после чистки. Ну, в самом деле, не позволю же я посадить себе на шею левого ребенка?! Я бы ей своего заделал, коли так хочет размножаться! Хотя наследники пока и не входят в мои планы. Какие нахрен вообще наследники?! Я еще не нагулялся! Хочу трахаться без последствий! Не нести ни за кого ответственность. На мою компанию это кстати не распространяется. Бизнес — это одно, а личная жизнь совсем другое.

Добираюсь до ближайшего ночного клуба. Хочу надраться в хлам и забыться. Черт, не зачерствело мое сердце еще, однако! Вон как Няшка разбередила его! Ножом по живому отрезала! Серпом по яйцам!

Напиваюсь просто в молоко! Не берет меня. Как на зло, не берет! Так плохо, горько и обидно мне уже давно не было!

— Простите… — подсаживается ко мне свеженькая путана. — Вы чем-то расстроены? Я могу помочь?

Млять, уже шлюхи замечают, что со мной что-то не так! Дожил, называется.

— Можешь! — рычу, хватая ее за тонкое предплечье.

Через минуту жестко беру ее в анал в номере на втором этаже клуба. Вроде и совершаю механические действия, но все мысли мои только о Нине. Деру, намотав длинные волосы на кулак одну, а в мыслях представляю себе совсем другую. Кажется, я груб и не сдержан. Проститутка плачет и тихо поскуливает в простыню, морду которой я ткнул именно туда. По окончанию дам ей сверху на чай. Заслужила, бедолага.

А Няшку выдеру, суку такую! Поймаю и выдеру!

В кармане вибрирует мобильный. Не прерывая процесса достаю телефон. Виктор Сергеевич! Я аж останавливаюсь и выхожу из девушки от удивления.

Дядя Витя! Неужели вышел из комы???

— Здорово, дядь Вить! Хоть одна хорошая новость за сегодня!

— Сулейман Каримович… — голос старика ослаблен и глух. — Приезжайте… я вам кой-чего расскажу!

* * *

— Дядь Вить, ну чего ты слег?!

Я в медицинском халате. Чисто доктор, мля! В бахилах и маске на роже. Типа вирусы нельзя в реанимацию приносить, вот и выгляжу не лучшим образом. Дядя Витя же вообще, бедолага. Худой, постаревший, осунувшийся. В коме месяц лежал старикан, если не больше…

Но все равно я очень рад, что он очнулся. Родственников у меня мало осталось, честно говоря. Все в основном живут на юге, а тут, в большом городе, дядя Витя мне был кем-то на вроде реального дядьки. Поэтому я очень расстроился, когда он впал в кому. А сейчас рад, что он очнулся, неимоверно.

— Ох, Сулейман Каримович… — еле ворочает языком старикан, — я как в себя пришел, так сразу вам звонить…

— Ну чего случилось! Ты вспомнил кто именно тебя по голове огрел? Говори! — требую я в нетерпении.

— Нет… этого я не помню. Да никто наверно не трескал мне по башке! Инсульт небось с ног свалил…

— Инсульт черепно-мозговую не вызывает, — хмыкаю я. — А у тебя полбашки было проломлено, дядь Вить!

— Да неважно это, Сулейман Каримович, — машет на меня иссушенной рукой старик.

— А что важно?! — начинаю злиться я. — Говори уже!

— Девка эта… — кашляет дядя Витя.

— Ну перестань уже! — дружески рычу на него.

— Девка… уборщица! Новенькая.

— Какая еще уборщица? — смотрю на старика скептически.

Точно старый умом от травмы повредился. И чего он меня сюда вызвал?! Чтобы я, занятой до мозга костей человек слушал его бредни про уборщиц?!

— Сулейман, кха-кха! Каримович! — каркает дядя Витя, — У вас новая уборщица! Ваш кабинет моет… она… презерватив…

Пиздец… приехали! Моя уборщица — презерватив. Совсем старикан ку-ку!

Вспоминаю свою нынешнюю уборщицу и не могу ее толком представить. Какая-то взрослая тетя в униформе… Няшке и в подметки не годится! На новенькую у меня точно ничего не встанет… в отличие от Няшки.

— Сулейман Каримович, ваша новая уборщица, она призерватив…

— Да, я понял дядя Вить, баба — презерватив, не волнуйся только, ладно?

— Сулейман Каримович, кому черепушку проломили? Вам или мне?!

Капец, приехали!!!

— Обоим, дядя Витя, не переживай! — начинает мне надоедать диалог с полусумасшедшим дедом.

— Сулейман Каримович! — возмущается старик, — прекратите держать меня за чокнутого!

— Тогда пургу не неси! — раздраженно кидаюсь я.

— Уборщица новенькая презерватив ваш сперла! — выпаливает дядя Витя и откидывается обратно на подушки.

— Зачем этой дуре през понадобился? — хмыкаю я. — И ты меня только из-за этого сюда позвал? Я тебя вообще-то в особую охрану запихнул, а ты получается и за гондонами моими следишь? — не могу не поерничать я. — Конечно, баба та крыса, что мой гондон сперла, но невелика потеря. Не переживай, дядь Вить, отдыхай давай! Выздоравливай. Иначе кто будет за моими презами следить?

— Сулейман Каримович! — возмущается старик. — Новая уборщица использованный през сперла!

— Чего?! — не верю я. — На хера ей использованный?!

— С вашим семенем сперла, из мусорки, кха-кха! — снова закашливается старик, — еще и на свет проверяла, чтобы дырки какой не было.

Млять, что за бред, а?! Ладно я понимаю, стащить през из тумбочки гендира, мерзко, мелочно и чревато обвинением в воровстве, но еще хоть как-то объяснимо. У нас вон полгорода так и смотрит, что плохо лежит, чтобы спереть… но… рыться в мусорке ради использованного преза — вообще за гранью.

— Я знаете, что думаю, кха-кха…

— Что? — меня уже тяготит наша встреча с сумасшедшим стариком.

— Думаю, не зря девка презерватив сперла… наверно залететь от вас решила…