Глава 6

– НАНА — Теперь я знаю, что нельзя недооценивать силу макияжа. Умелый макияж профессионалов не только раскрыл красоту моего лица, но и скрыл последствия нападения подонков. Сама я подобное волшебство, увы, но не повторю. – Вы настоящие феи макияжа, – не могу не похвалить девчонок. Доброе слово всегда помогает. Они улыбаются мне и заканчивают не только с лицом, но и с моими волосами. Локоны красивыми блестящими волнами лежат на плечах и струятся по спине. – Вот, наденьте это. Здесь бельё и платье, – протягивают девушки мне велюровый чехол и пару туфель-лодочек цвета тёмного золота. – Я отнесу всё за ширму. Девушки оставляют меня одну. Расстёгиваю чехол и достаю одни плечики с лёгким со струящимся платьем. На других мягкое кружевное нижнее бельё – бюстгальтер и трусики бразильяна нежнейшего сливочного цвета. Потом рассматриваю платье. Но это даже не платье, а длинный кафтан. Рукава тоже длинные. Воздушная ткань нежного светло-зелёного цвета богато украшена золотой вышивкой и бисером. Что ж, Ольге виднее, как я должна выглядеть, но я даже боюсь представить, сколько это всё стоит. Переодеваюсь и, глядя на себя в зеркало, не могу не признать, что выгляжу как принцесса. Только сказка у меня какая-то мрачная и грустная. Но, быть может, финал будет счастливым? Хотя, я уже убедилась, что в реальной жизни всегда побеждает зло. И едва заканчиваю переодевание и выхожу из-за ширмы, как в комнату входит хозяйка агентства. – Ох, Нана, – с порога улыбается она мне и прижимает руки к груди, – ты прекрасна! Клиент будет очарован. Я не знаю, как прокомментировать её слова. Чувствую себя скованной вековыми льдами. Даже паники нет. Какая-то пустота разрастается внутри – бесконечная, холодная. Мне всё ещё не верится, что через несколько минут предстану перед арабским принцем и… продам ему себя. И не только моё тело станет его собственностью, но и ребёнок, который будет от него. Это какой-то кошмар наяву. Как бы проснуться? – Что ж, молчание – золото, – хмыкает Ольга и уже властно добавляет: – Следуй за мной. Мне ничего другого не остаётся. Она провожается меня в комнату небольших размеров, похожую больше на кабинет или малую библиотеку. По периметру расположены массивные из тёмного дерева шкафы, заполненные книгами в красивых и дорогих обложках. Окна нет. Зато имеется камин. Настоящий. И в нём потрескивают березовые поленья, играючи танцует пламя. Напротив камина стоят два пузатых кресла, между ними журнальный стол. На нём поднос сервирован стаканами и графином с водой. Пламя отбрасывает оранжевый свет на посуду и вода в графине кажется огненной. А ещё здесь есть диван, а напротив него есть ещё пара кресел. В одном из шкафов (я сразу и не заметила) спрятался бар, щедро заставленный различными напитками и бокалами. Хрустальная люстра мягко и приглушённо освещает эту комнату. Тонкий ковёр под ногами заглушает шаги. – Располагайся и жди здесь, Нана, – требовательно произносит Ольга. Потом улыбается и даже подмигивает мне со словами: – Удачи, девочка. Не подведи нас. Я длинно вздыхаю, с силой сжимаю веки и поджимаю губы. Не подвести? Я себя уже подвела. Ольга уходит, и только тогда я немного отмираю и прохожу к камину. Платье-кафтан приятно ласкает кожу. В другой ситуации, другой жизни я бы восхитилась мягкостью, лёгкостью и шелковистостью этого платья. А сейчас это лишь напоминание, что я – товар. И меня просто завернули в красивую упаковку. Опускаюсь на самый край одного из кресел. Смотрю на огонь, ощущаю исходящий от него жар, но мне холодно. Ощущаю, что меня сотрясает мелкая противная дрожь. И ладони ледяные. Сколько я так сижу, не знаю. Я теряю счёт времени. Твёрдые и уверенные шаги за спиной застают меня врасплох. Я не услышала, как он вошёл, настолько погрузилась в себя и свои мысли. – Здравствуй, – раздаётся глубокий мужской голос незнакомца на чистом английском. Он опускается в кресло напротив и внимательно смотрит на моё удивлённо-испуганное лицо. Мой взгляд встречается с сине-зелёными, кристально чистыми глазами восточного мужчины. Он смотрит на меня оценивающим, мучительно долгим взглядом. И только тогда я словно пробуждаюсь и вспоминаю элементарные правила вежливости. Чересчур резко вскакиваю с кресла, и моя правая нога предательски подворачивается. Всплёскиваю руками, точно мельница и хватаюсь за каминный портал. Нога хоть и не вспыхивает болью, но начинает немного неприятно пульсировать. – Из-звините, – мямлю на английском. Добавляю: – И здравствуйте. Он лишь вздёргивает одну бровь и никак не комментирует мою неуклюжесть. Но и не интересуется, в порядке ли я. Видел же, что я подвернула ногу. Оправляю платье и вновь опускаюсь в кресло. Стараюсь это сделать максимально изящно. Надеюсь, получилось. Беглым взором изучаю лицо мужчины, который покупает меня. В голове возникает мысль – передо мной сидит самый настоящий принц как в восточных сказках. У него смуглая кожа, яркие необычные сине-зелёные глаза, тёмные чуть вьющиеся волосы. По-восточному заострённые скулы и чувственные губы. Мужчина одет не в традиционный костюм востока, а в самый обыкновенный деловой костюм глубокого синего цвета. Хотя, сомневаюсь, что этот костюм обыкновенный. Он, наверное, стоит как десять моих новых сумок. И ботинки, судя по всему совершенно новые. На сильном запястье замечаю блеск массивных золотых часов. Я улавливаю тонкий и приятный свежий аромат нишевого парфюма. Сын шейха. Принц Кахара. Очень богатый, влиятельный человек. И зачем для рождения ребёнка ему нужна какая-то простая девушка? Он мог бы выбрать для своей цели любую первоклассную модель, мисс Мира была бы у его ног или даже мисс Вселенная. Но не мне задавать мужчине этот вопрос. – Твоё имя? – наконец, спрашивает он меня. Надменные нотки сталью звенят в низком голосе. – Нана, – отвечаю чуть испуганно и добавляю: – Завьялова Нана Олеговна. Он кивает и снова спрашивает: – Ты девственница? Его вопрос словно парализовывает меня. Зачем спрашивает, если уже знает ответ? Он видел результаты моих анализов и все обследования. Я начинаю мелко дрожать всем телом и в бессильном гневе сжимаю кулаки. Он не сводит с меня своего гипнотического взгляда, я будто под прицелом. Его волевой взгляд прожигает меня насквозь, властная аура подавляет, лишает воли. Но он терпеливо ждёт мой ответ. – Да, – произношу едва слышно. – Тогда условия такие: ты родишь мне ребёнка, Нана. Получишь вознаграждение и дальше живи, как хочешь. Если согласна, то я немедленно решу все твои проблемы, – его голос звучит по-деловому буднично и даже равнодушно. Обнимаю себя руками. Мне неуютно от разговора. Меня пугает этот мужчина. Мне не нравятся условия. Как я смогу отдать своего ребёнка? Мне хочется закричать, но я молчу, задыхаюсь в агонии безвучного плача. В моей голове, продираясь сквозь мысленные стенания, возникает важный вопрос. – Вы хотите сделать мне ЭКО? – мой голос всё так же тих. – Зачем ЭКО? Всё произойдёт естественным путём. Так ты согласна? Закрываю глаза. А у меня есть выбор? Меня преследуют бандиты сводного брата, требуют огромные деньги, которые он должен. Меня ждёт либо страшная участь от рук подонков, если не верну чужой долг, либо избавлюсь от проблем, но наживу новых. Да уж, настоящее чудо под Новый год. – Согласна, – мой голос звучит покорно и надломлено, словно вздох погасшей свечи. – Хорошо, – кивает он, потом вдруг требует: – Встань, разденься и пройдись. Мои лёгкие словно пустеют и огнём вспыхивают изнутри. Мне резко стало не хватать кислорода. Ещё и желудок неприятно скручивает в жёсткий узел от услышанного приказа. Я сижу. Словно окаменела. И в упор смотрю на принца. Он явно обладает огромным запасом терпения, так как не торопит меня и ждёт. Вздрагиваю, когда одно из поленьев в камине резко щёлкает. Беру себя в руки и медленно поднимаюсь с кресла. Ухожу к дивану и подрагивающими пальцами снимаю с себя платье. Остаюсь в одном нижнем белье и туфлях. Мужчина подходит ко мне. Очень близко подходит и проводит кончиками пальцев по кружеву, облегающему мою грудь. – Всё снимай. Я краснею от негодования и не могу повиноваться. У меня внутри словно блок образовался. Не могу раздеться догола и всё тут. – Простите, но нет, – произношу упавшим голосом. Меня трясёт, как в лихорадке и он видит это. Араб впервые усмехается и говорит, глядя мне в глаза. – И это говорит русская женщина? Вы готовы за бесценок раздвигать ноги и открывать рты. Но ты отказываешься раздеться? Его тон насмешлив. – Не все такие, как вы считаете, – с раздражением возражаю ему. Мужчина пожимает плечами. – Мне это безразлично. Мне хочется послать его ко всем чертям, но я не могу этого сделать. – А мне нет, – произношу упрямо. Он вдруг улыбается. Улыбка мимолётная. Все лишь на миг преображает мужское лицо, оно становится открытым, притягательным. На мгновение мне кажется, что в улыбке принца возникает удовлетворение. Он вновь становится серьёзным и говорит: – Одевайся и следуй за мной. Мы уезжаем. Все твои вещи погрузят в машину. Ни о каких своих проблемах больше не волнуйся, я всё решу. * * *Я не помню, как шла по коридорам особняка. Не помню лиц администраторов. Не помню, как выходила. Не помню даже того, что мне на плечи кто-то набросил соболиную шубу. Зато хорошо запомнила автомобиль. Сияющий белый монстр. Я бы назвала его эстетически агрессивным. А ещё очень красивым, роскошным, безумно дорогим. Никогда не думала, что окажусь внутри подобной роскоши. Светлый салон отчётливо пахнет кожей, мужским парфюмом и… баснословными деньгами. Уже в салоне просторного авто, когда мы с мужчиной оказываемся внутри на заднем сиденье, он протягивает мне две сумки – мою старую и новую. Беру старую. Проверяю вещи. Ольга вложила сюда документы и мой паспорт. Всё на месте, телефон в том числе. Открываю новую сумку и заглядываю внутрь. Деньги тут. А я ведь сегодня должна их отдать. Поднимаю взгляд на мужчину, который уже не обращает на меня внимания. Он на арабском отдаёт распоряжение своему водителю и уже погрузился в пространство своего телефона. – Простите, что отвлекаю вас, – произношу робко. – У меня осталось одно обязательство… Он не отрывается от каких-то таблиц и графиков в телефоне и произносит небрежно: – Говори. Сглатываю вязкую слюну и произношу едва слышно и сбивчиво: – У меня в сумке деньги… Я их должна отдать… сегодня… Потому я собственно и оказалась тут… Вот… Мой голос звучит беспомощно жалко. Принц отрывается от телефона и окидывает меня странным взглядом. Мне кажется, я вижу в его глазах презрение. Мне становится гадко, и глаза наполняются слезами. Едва сдерживаюсь, чтобы не заплакать. – У меня много дел, Нана. Рассказывай, что за долг, только без эмоций. Чётко, кратко и всё по делу. Он говорил, что решит все мои проблемы. Я думала, он в курсе. Оказывается, нет? И я спешу все ему рассказать. В подробностях. Сложно опускать чувства и эмоции, но мне это удаётся. Я рассказываю о подонках, что впервые подошли ко мне и потребовали сначала местонахождение сводного брата. Рассказываю об их страшных угрозах и уже других требованиях – вернуть им чужой долг. Я сообщаю мужчине и о том, как они побили меня вчера, приковали наручниками к батарее и подробно объясняли, что из меня сделают, если не подчинюсь и не выплачу огромный долг. Говорю, что до последнего не знала, что именно предложит мне Ольга. Я ведь надеялась на работу переводчицей, помощницей, гувернанткой или что-то подобное. Но никак не думала, что стану сосудом для вынашивания ребёнка. Когда заканчиваю, он кивает в ответ. Стоит отдать принцу должное, он ни разу не перебил меня. Выслушал внимательно. И только после этого уточняет, как выглядел главный из подонков. У меня отличная память и я в деталях описываю внешность гада, его одежду, обувь и манеру говорить. – Как любопытно, – вдруг произносит принц. Потом убирает телефон во внутренний карман пиджака и наконец, представляется: – Моё имя – Таир ибн Мухаммед Аль Хамад. Можешь обращаться ко мне Таир, когда мы наедине. Если рядом посторонние, то лучше всегда молчи, но если понадобится ко мне обратиться, то говори господин Таир ибн Мухаммед. Тебе ясно? Только бы правильно запомнить имя и ничего не перепутать. – Да, конечно. Мне всё ясно, – часто киваю головой как китайский болванчик. – Хорошо. По поводу этих людей не волнуйся. Я решу вопрос, – говорит он невозмутимо, будто сообщает о погоде на завтра. Протягивает руку раскрытой ладонью: – Ключи. Я тут же спохватываюсь и открываю свою старую сумочку и достаю ключи. Опускаю небольшую связку в сильную мужскую руку с чёткими линиями и длинными пальцами. – Это чип от подъезда. Большой ключ от квартиры. А этот мелкий от почтового ящика. Адрес… – сообщаю я. Принц убирает ключи в карман и вдруг спрашивает меня: – Почему именно это агентство, а не банковский кредит? – Банки отказали, – произношу хмурым и чуть обиженным тоном. – Это агентство опасное, Нана. Практически самоубийственное. Ты могла оказаться в очень дурных руках, – произносит он. – Было беспечно с твоей стороны обратиться сюда без проверки всей деятельности. «Ну да, я ведь проверяющая компания», – язвительно заметил мой внутренний голос. – А вы не опасны? – спрашиваю у него шёпотом. Мужчина одаривает меня удовлетворённой улыбкой. Кажется, мой вопрос для него прозвучал как комплимент. – Ты голодна? – меняет он резко тему. – Н-не знаю… – произношу удивлённо. Он усмехается. – Как можно не знать, голодна ты или нет? – Я смущена. Напугана. Моя жизнь радикально изменилась и я пока не могу всё это осознать. Я в полном замешательстве, господин Таир ибн Мухаммед. Я ведь правильно произнесла его имя? – Я распоряжусь, чтобы тебя хорошо покормили, – говорит он безапелляционным тоном. – Мой водитель отвезёт тебя в мой дом. Тебе покажут твою комнату и дадут поесть. Вечером увидимся. Мне так и хотелось спросить, я что собака? Или выгляжу так, будто меня нужно срочно покормить? Но я молчу. Не в моём положении язвить, возражать и спорить с этим незнакомцем. Я вообще ничего не знаю об этом мужчине, кроме того, что он принц, его зовут Таир и он очень богат. Меня в данный момент волнует только один вопрос, на который я хочу услышать ответ. – Скажите, пожалуйста, мы останемся здесь в этой стране или… Мой голос обрывается, не могу закончить предложение, но он всё прекрасно понял. – До тех пор пока ты не забеременеешь, будем здесь. Потом уедем на мою родину. На остальные вопросы решаю получать ответы постепенно. Мы только познакомились, и вряд ли Таиру понравится, если в первый же час забросаю его вопросами. Их у меня много. И думаю, вскоре станет ещё больше. Автомобиль подъезжает к бизнес центру, в котором расположились филиалы ведущих компаний даже не страны, а мира. Принц снова что-то говорит водителю на арабском и, не сказав мне больше ни слова, выходит из машины. Я остаюсь одна наедине с водителем. И я не знаю, разрешено ли мне с ним общаться? А вдруг, если заговорю, то нарушу какие-нибудь правила? Что ж, пока не узнаю, что конкретно мне можно, а что нельзя, лучше вообще молчать. А ещё лучше открыть интернет и посмотреть нужную информацию. Моя новая жизнь начинается вроде даже ничего. Страх отпускает меня. Но рано я обрадовалась.