Глава 9

– НАНА — Утро начинается рано. Меня снова тормошит Таир и зовёт по имени. Смеётся, когда видит меня лохматую и невыспавшуюся. – Нана, сонная, томная, ты просто очаровательна, – говорит он на чистом русском и садится ко мне на кровать. Смотрит на меня как-то странно. До этого общение с ним было исключительно на английском. Тру глаза кулачками и хрипло выдыхаю: – Вы знаете русский? – Я живу в этой стране много лет, Нана. Конечно, я знаю язык. Тем более, моя мать была русской. «Была…» – цепляюсь за это слово, но не задаю вопросов. По себе знаю, как это больно, когда ковыряют старые раны. Пожелает Таир и сам когда-нибудь расскажет о своей матери. – Сколько сейчас времени? – спрашиваю мужчину, глядя на него – свежего, недавно из душа, одетого в чёрный с золотыми орнаментами халат из шёлка. – Почти семь утра, – отвечает Таир. Я хмурюсь. – Мне нужно собраться? Мы куда-то должны поехать? – интересуюсь осторожно. – Перед обедом ты поедешь с Эсме в спа. Тебе сделают нужные косметические процедуры. Отдохнёшь там, – произносит он, и меня настораживают его слова. Отдохну? Да я почти сплю и никак выспаться не могу. – Что за процедуры? Таир улыбается. – В тебе много подозрительности, девочка. Волосы приведут в порядок. Косметолог обработает синяки. Обёртывания. Эпиляция, маникюр и прочие ваши женские радости. Я хочу видеть тебя ухоженной и холёной. – Э-эм, я не против, – произношу с робкой улыбкой. – Отлично, – кивает он. Потом вдруг проводит пальцем по вороту банного халата, в котором я так и осталась спать и вдруг говорит, точнее, приказывает: – Покажи грудь. Сними халат. От его просьбы у меня у меня начинают дрожать руки. Мои щёки вспыхивают, я сильно краснею. Таир снова ждёт, не торопит меня и я, нехотя вспоминаю чёртов контракт. Гулко сглотнув, откидываю одеяло, развязываю пояс и повожу плечами. Халат падает с плеч. Прохладный воздух касается обнажённой и горячий после сна кожи, и я невольно вздрагиваю. Таир тут же придвигается ближе и заворожено смотрит на мою грудь. И вот его руки уже касаются меня. – Красота, – восхищённо говорит он и начинает тискать мою грудь, играть с сосками. – Такая мягкая, но упругая. Что ж, теперь понимаю, зачем Таир пришёл. Ему нужен ребёнок и сейчас всё случится? Только почему так рано? Или у него там всё дымится, настолько быстрее хочется заделать бэбика. – Рада, что вам… нравится… – произношу шёпотом. И добавляю ещё тише: – Я могу принять душ. – Не стоит, – отвечает он хрипло и вдруг склоняется к моей груди и целует. Очень бережно, ласково, что невольно дрожу, глаза мои сами собой закрываются, и в животе рождается едва заметное томление. Не сразу понимаю, что с моих губ срывается едва слышный стон. – Нана, ты очень красивая, – произносит он и вдруг берёт меня за ноги и тянет на себя. Я теперь лежу на спине. Таир смотрит на моё лицо. А я вижу, как его лицо будто каменеет, взгляд темнеет, даже звереет и становится хищным. Он медленно сгибает мои ноги в коленях и широко их разводит. Не успеваю ничего возразить, как он припадает ко мне ртом. Его язык начинает творить нечто нереальное. И всё это происходит на самом деле. Принц Кахара находится между моих бёдер и лижет меня. Его пальцы с силой держат меня, возможно, останутся следы. Сначала чувствую скованность. Я вся напряжена, как натянутая струна. Но когда пальцы Таира впиваются в меня всё сильнее, когда его губы и язык заставляют меня вздрагивать, гореть, плавиться и издавать протяжный стон, меня будто встряхивает, прошивает насквозь, будто все триста восемьдесят вольт через меня проходит. Его руки гладят мои ноги, живот, а потом берёт и рывком переворачивает меня на живот. – Встань на колени, Нана… – рычит он. Я делаю, как он просит. Таир с силой сжимает мою задницу. Я слышу, как он тяжело и шумно дышит. – Нана… – выдыхает он хрипло, возбуждающе шершаво. Моё тело снова вздрагивает и я, не стесняясь, издаю стон, когда он погружает в меня два пальца. У меня в голове, будто кисель вместо мозгов. Подаюсь навстречу его пальцам, но Таир хрипло просит: – Не двигайся. Не шевелись. Он гладит меня, размазывает мои соки, другой рукой сминает мой зад. Его пальцы творят нечто нереальное. – Просто fuck, какая ты охренительная, – выдыхает он шумно. – Я должен быть внутри тебя, Нана. Хочу тебя растянуть, хочу тебя трахать, чтобы ты кричала. Хочу заполнить тебя спермой, кончить в тебя… Ты уже вся мокрая, девочка. – Так… сделайте это… – произношу надсадно, будто мой голос простыл. Он меня разбудил и завёл, я теперь горю и плавлюсь. Таир снова переворачивает меня. Но не позволяет лечь на спину. Хлопает себя по коленям, чтобы я села к нему. Осторожно взбираюсь на мужчину и чувствую, что под шёлком его халата у него ничего нет. И чувствую его возбуждение. Кладу руки на его сильные плечи, сглатываю, так как его взгляд плавит, там столько желания, даже похоти, что можно от этого пламени и пеплом осыпаться. Когда сижу у него на коленях, ногами обнимаю за талию, Таир наматывает мои волосы на руку и тянет, заставляя прогнуться, и его губы оставляют жаркие поцелуи на моей шее, словно клеймо. Он спускается ниже и вновь нападает на мою грудь. Его губы, язык и зубы дико и безжалостно ласкают меня. Облизывает, сосёт, чуть прикусывает. – Нана… – зовёт он меня хрипло, даже зло, притягивает к себе и впивается в мои губы своими губами. И этот поцелуй подчиняющий. В нём столько власти, что нет сомнений, кто тут главный, кто ведёт, и будет вести. Он не целует, а буквально трахает мой рот своим языком и губами. Пальцами впиваюсь в его плечи, другой рукой путаюсь в его волосах – жёсткие, густые. Таир отрывает от меня и выдыхает мне в губы: – Сделай мне минет, Нана. И встаёт вместе со мной. За руку ведёт за собой к креслу. Садится сам, а мне указывает на место возле его ног. Медленно опускаюсь на колени. Таир рывком распахивает на себе халат. И я не могу сдержать вздоха, то ли от удивления, то ли от шока. У него член большой. И это мягко сказано. Большой, толстый, увитый венами… – Обхвати его у основания руками, чуть сожми и начинай ласкать языком, – командует Таир. Облизываю губы и, сделав вдох и выдох, склоняюсь над ним. Беру член и удивляюсь тому, какой он горячий, твёрдый, просто каменный и чувствую пульсацию крови. Провожу вдоль ствола языком, будто это сосательная конфета, осторожно облизываю головку, мышцы на его животе сильнее проступают, напрягаются и дёргаются. Таир издаёт рык – дикий, звериный и он вдруг кладёт руки мне на голову. Собирает мои волосы в кулак и буквально рычит: – Заглотни меня как можно глубже, Нана, пока не подавишься. Открываю рот широко, насколько могу, и Таир тут же тянет меня вперёд. Вся власть и весь контроль в его руках. Мужчина двигается в размеренном ритме, позволяя мне привыкнуть к нему и принять по максимуму. Первый в моей жизни минет. Но мне не противно. Нет ощущения отторжения. Нет страха. Нет боли. И только я об этом мимолётно думаю, как вдруг двери в мою спальню широко распахиваются, и входит какой-то человек! Он катит перед собой сервированный столик. Я уже выталкиваю изо рта член Таира, прикрываю себя руками, но мужчина вдруг зверем на меня рычит: – Нана! Не отвлекайся, соси дальше. Что?! Да как он может… – Господин, завтрак на двоих, как вы и просили, – произносит мужчина и кланяется. – Хорошо, теперь убирайся, – бросает он слуге и тот, пятясь спиной на выход, уходит и закрывает за собой двери. – Нана, я хочу кончить тебе на грудь, ласкай меня лучше… А у меня всё желание пропало. Меня будто ледяной водой окатили. Но всё же я заканчиваю начатое и Таир кончает мне на грудь. Когда он довольный и словно сытый кот буквально растекается по креслу и гладит рукой меня по голове, как послушную зверушку, я порываюсь подняться, чтобы уйти в ванную и помыться. Таир не позволяет. – Нет. Останься так. Позавтракай со мной. Я смотрю на его довольное лицо, и у меня внутри рождается и поднимается волна бунта. – Это было очень некрасиво, когда без стука и позволения в спальню вошёл посторонний, – произношу тоном, полным горечи. Мне хочется, чтобы он понял меня, подобное недопустимо. – Это всего лишь слуга, – отвечает Таир. – Он ежедневно будет приносить сюда завтрак. А ты ежедневно перед завтраком будешь делать мне минет. * * *– Что? Каждый день делать вам… минет? – выдыхаю потрясённо. Взмахиваю рукой и указываю на дверь со словами: – И каждый раз кто-то будет входить? Таир смотрит на меня как на дитя неразумное. Открывает первое блюдо и говорит: – Нана, это всего лишь прислуга. Не обращай на них внимания. Открывает другое со словами: – Шеф повар расстарался и приготовил фриттату с лососем и шпинатом. Это вкусно, Нана. Садись и ешь. И хватит разговоров на тему, которую я уже закрыл. А я нет. Но делаю как он говорит. Опускаюсь в кресло напротив. Обнимаю себя руками. Мне неуютно сидеть перед ним полностью обнажённой, да ещё испачканной в сперме. Хочется сбежать в ванную, хорошо помыться кипятком и одеться. В паранджу. В два-три слоя. Смотрю на поданный завтрак. Выглядит аппетитно и пахнет одуряюще вкусно. – Вы любите итальянскую кухню? – пытаюсь разрядить обстановку. Таир пожимает плечами и с улыбкой произносит: – Почему я не могу любить кухню разных народов мира? Если я наполовину восточных кровей, это не значит, что я ем только национальные блюда. Мне и японская кухня очень нравится. И русская тоже. В принципе я открыт всему новому. Он быстро расправляется со своей тарелкой и переходит к сырникам. Они щедро политы сладким сливочно-брусничным соусом. Наливает в свою чашку кофе. Ни сливок, ни сахара не добавляет. А я вот пью кофе со сливками. Наливаю себе и разбавляю снежными сливками. Над чашкой дымится пара завитков. Вдыхаю терпкий аромат и закрываю глаза. Так можно представить, что у меня всё хорошо. Делаю глоток кофе и удивлённо произношу: – Ого! Я никогда не пила настолько вкусный кофе. Таир кивает. – Рад, что тебе нравится. Бросает взгляд на нетронутую тарелку. – Почему не ешь? Неуверенно улыбаюсь и отвечаю: – Я… кхм… Просто не привыкла рано завтракать… Простите. – Придётся привыкать. Я рано встаю, Нана. Ешь, – и это не просьба. Это приказ. Что ж, придётся подстраиваться под реалии новой жизни. Делаю ещё один глоток вкусного напитка и отставляю чашку из тончайшего фарфора. Лёгкий звон о тарелку звучит как музыка. Беру изящные приборы. Металл приятно холодит разгорячённые пальцы. Отрезаю первый кусочек. Ммм… Не зря говорят, что аппетит приходит во время еды. Я даже немного расслабляюсь и забываю, что голая. Погружаюсь в гастрономический рай. Украдкой слежу за мужчиной. Таир ест быстро, но аккуратно и красиво. Интересно наблюдать, как он губами снимает с вилки очередной кусочек десерта. И вот небольшая пыль сахарной пудры остаётся у него на подбородке. Хочется протянуть руку и стереть её, а лучше слизать… Но я естественно этого не делаю. Мужчина, прикончив свой завтрак, допивает кофе и шёлковой салфеткой промокает рот, убирает с подбородка сахарную пудру. А потом вдруг склоняется и с нижней полки сервировочного столика достаёт папку. – Здесь новый договор, – говорит он спокойно и совершенно невозмутимо. – Когда позавтракаешь и приведёшь себя в порядок, ознакомься и подпиши. Едва не давлюсь кусочком фриттаты. Делаю большой глоток воды, затем удивлённо переспрашиваю: – Новый договор? – Да, – Таир бросает папку на кровать. Я смотрю на неё как на мерзкое и ядовитое насекомое. – Но мы ведь уже всё подписали… – произношу сдавленно. Меня охватывает страх и дурное предчувствие. – Когда подпишем новый договор, тот первый больше не будет иметь никакой юридической силы. Ты больше не будешь в кабале этой чёртовой Ольги. Поняла меня? – Ага, хорошо… Но а условия те же самые? – решаю уточнить самое важное. – Прочтёшь и узнаешь, – говорит он с загадочной полуулыбкой, от которой мне становится не по себе. – Но не волнуйся. Никаких страшилок там нет. Это он так думает. – Мне пора, – говорит он и резко поднимается. Завязывает пояс на халате и бросает небрежно: – Увидимся вечером. И уходит. Когда дверь за ним закрывается, я отбрасываю к чёрту вилку с ножом и хватаю папку с документами.