Глава 10

- Это точно родной брат Андрея? – папа прищуривается, вручая мне мою дорожную сумку, - совсем не похожи.

- Точно. Он недавно вернулся из Польши, - выдыхаю я, оглядываясь на подходящего Тимура.

После завтрака он ушел прогревать машину, а я прощалась с родными. Эту ночь я и не спала вовсе, чувствуя присутствие Тимура в спальне на втором этаже. Но, на удивление, он меня не тронул.

Но что будет дальше – страшно было даже представить. Сегодня среда, а Андрей прилетит только в воскресенье…

- Я же сказал, что возьму сумку. Она тяжелая, давай сюда.

Отчитывающий тон Тимура заставил меня покоситься на него с сомнением. Не дожидаясь, пока я отойду, он перенял сумку из моих рук и понес ее к машине.

- Настоящий мужик, - с придыханием произнес отец, наблюдая, как Тимур кладет мою сумку в багажник, - был бы он твоим мужем, а не Андрей, девочка, мое сердце бы перестало болеть!

- Папа… - выдыхаю я, а у самой на душе кошки скребут, - у тебя болит сердце?

Папа покачал головой и улыбнулся – добро и по-отечески.

- А сколько он будет еще с вами жить?

- До свадьбы.

Тимур не торопился заходить, делая вид, что занят у машины.

- Смотри, дает время нам поговорить. Понимает, что лучше не вмешиваться. Смышленый мужик, - рассмеялся папа, - ну, Тимур, подойди к нам! Нечего топтаться у дверей.

Дважды повторять не пришлось, и вскоре Тимур оказался за моей спиной. Точно выражение, что в спину дышит.

А в следующую секунду к нам подошла мама, а этот ненормальный положил руку на мое плечо и притянул к себе.

Спокойствие, Вика, спокойствие!!!

Бл*дь!

Но родители только грустно улыбнулись, предчувствуя мой скорый отъезд.

- Мне очень понравилось у вас в гостях, Сергей Николаевич, - нарушил тишину Тимур, не отпуская меня, - Марина Александровна, ваши блины – произведение искусства, они просто тают во рту!

Я его ненавижу.

Ненавижу, ненавижу его!

Но блины ведь, и правда, вкусные.

- Мы будем рады снова принять вас в этом доме.

- И Андрея, - напомнила я о существовании такового.

- Разумеется, столь важную персону мы тоже ждем с нетерпением, - выказал отец недовольство при упоминании моего жениха.

Прекрасно! Я прямо видела, как процент любви к Андрею неумолимо снижался на самое дно, а любовь к его брату росла до небес.

- Я тебя ненавижу, - выдавила я в машине, отъезжая прочь.

Тимур уверенно вел автомобиль, вскоре вырулив на трассу.

- Прикоснешься ко мне против моей воли, я все расскажу Андрею. Но и это еще не все!

Тимур молчал, словно меня и не было рядом.

- Я пойду к вашему отцу, - предупредила я.

- Все сказала? – желваки на его лице заиграли, - теперь я скажу. От этой правды в первую очередь пострадает репутация Андрея, а я и так не в почете у своих родителей. Запомнила?

А затем, немного погодя, бросил с насмешкой:

- В отличие от твоих, моя девочка.

Я сжала телефон покрепче. Андрей пока больше не звонил.

- Несмотря на все, им не с тобой детей крестить, понял?!

Шах и мат, Тимур Альбертович.

Чернов промолчал. Сжал руль покрепче, кинул взгляд на зеркало заднего вида и сделал вид, что невесты его брата в машине нет. Только огромный комок напряжения так и висел над нашими телами…

По приезде я сразу выскочила из салона. Даже сумку не стала забирать, пусть джентльмен Тимур сделает это за меня. Хлопнула дверью, но с опозданием подумала, что этот джип принадлежит Андрею, а не его брату.

Поздоровалась с охраной дома, Анатолий пятидесяти лет приветственно кивнул из будки и сказал, что беспокоиться не о чем. Присутствие водителя и охраны успокоило меня, когда я вернулась в дом.

Итого поздний обед превратился в ужин, который я мечтала отведать в одиночестве…

- Уже готово? Ты просто золушка, если бы еще столько яиц не разбивала.

К черту… Глубоко вздохнула, наложила ужин себе в тарелку и также молча села за стол.

- Не вставай, себе я наложу сам, - елейно произнес он, словно я собиралась встать ради него, - а то с таким настроением ты мне только ложку цианистого подашь.

- Мелко берешь. Сразу тарелку подам, - фыркнула я.

- Сегодня у нас жаркое с кроликом? Твоя мама сказала, что ты не любила его в детстве.

- Больше не приближайся к моим родителям, - предупредила я, поедая свой ужин.

Мужчина сел напротив – забрался на стул в домашних штанах, серой футболке и босиком, сложив ноги по-турецки. Это еще что за манера?

- И это место Андрея.

- А твои родители, кажется, будут рады снова увидеть меня. Мы повторим эту встречу, я тебе обещаю. И, - не давая мне вставить ни слова, - в ближайшие дни место Андрея займу я.

Как двусмысленны его слова. Как двусмысленно он улыбнулся… Я отвела взгляд - было невмоготу смотреть и вспоминать, что произошло на этом столе три с лишним недели назад…

Вскоре я варила себе кофе в турке.

- Чем занималась у родителей?

Судя по тону, Тимур не был намерен ужинать молча.

Достанет ведь, выведет из себя…

- Помогала и писала дипломную работу, почти закончила. С Андреем по видео общалась по ночам.

- По ночам? Слушай, я знаю массу способов, как интересно провести время по видео общению, - намекнул Тимур, улыбаясь своей демонической улыбкой.

- Ты не ошибаешься. Именно так мы и проводили ночи, - не удержалась я от колкости.

- А родители не слышали твоих стонов? Или ты с ним не кричишь так сладко, как со мной?

Моя рука дрогнула, и я с грохотом переместила турку на стол.

- Замолчи! Едва ли тебя это касается, Чернов!

- Я бы даже по видео заставил тебя кричать, малышка.

Чтобы ты поперхнулся кроликом!

- Пошел к черту! – с грохотом достаю бокал.

Переливаю кофе и собираюсь уходить прочь.

Но в следующую секунду кофе исчезает из моих рук, а мое тело оказывается прижатым к столешнице. Дежавю. Все точно, как в тот день, только в этот раз я могла смотреть ему в глаза.

Делаю глубокий вдох, но та серая дымка в его черных глазах заставляет меня затрепетать.

- Я прикажу охране повесить камеры в этом доме!

- Прикажи, - хищно произносит он, осматривая меня своими орлиными глазами, - со стояком буду пересматривать наши с тобой страстные сцены.

Хочу послать его подальше, но он впивается в мои губы жестоким поцелуем, причиняя боль, кусая губы и удерживая запястья. Он с силой вдавил мою попу в столешницу, вырывая крик из моих губ.

Нет! Нет, больше ничего не будет!..

Дрожу под его напором от страха, что это вновь произойдет. А как же было хорошо в родительском доме, как же было спокойно…

- Ты знаешь… - он отрывается от меня.

Его шепот доводит до мурашек. Сводит внутренности.

- Последний раз я был в этом доме три года назад, и тогда здесь была другая женщина. Она появилась здесь после смерти Аси. Я разозлился. Меня вынесло нахрен от ее вида в его постели, ведь раньше это место было святая святых. Когда мы жили здесь втроем.

- Кто втроем? – дрожу, чувствуя его пальцы под своей кофтой.

Немного шершавые пальцы заставляли кожу живота покрыться мурашками.

- Я, Андрей и Ася. Он так легко забыл о той, что его любила, так легко забыл о том, что она покончила с собой из-за него. Ты ведь помнишь эту историю, Вика? Три недели назад я рассказывал…

- Помню, - киваю для убедительности и не сопротивляюсь, лишь бы вновь не разбудить в нем зверя.

Он не продолжает. Только водит пальцами по моей оголенной коже, сильно действуя на нервы.

- Асю ты тоже насиловал? – меня пробирает холод.

- Я никогда не насиловал Асю, - жестко.

Я почувствовала неладное.

- Так вот его новая пассия, которая была после Аси, получала удовольствие от того, что я трахал ее за спиной своего братца. Ей было удовольствие два в одном, так сказать, и она быстро наскучила мне. А вот ты…

- В чем я виновата перед тобой?! Я просто люблю твоего брата! Ай! – взвизгнула я, едва его пальцы сжались на моей талии.

Началась борьба. Его поцелуи ошпаривали кожу на шее, а я била его по плечам – вновь обезумевшего зверя.

- Придешь сегодня вечером?

- Что? – выдыхаю я, словно безумная.

Или безумен – он?

- Не приду, нет… - качаю головой.

Следом вскрикиваю от его хватки, Тимур прижал меня к себе еще сильнее.

- Придешь.

Молчу, продолжая безмолвную борьбу, но делаю этим еще хуже.

- Я тебя не трону. Если придешь сама – не трону.

- Я сейчас же уеду к подруге, - шепчу, пиная мужчину ногами в колено и наверняка причиняя огромную боль.

- Я расскажу тебе еще кое-что из той истории. Я не трону тебя, а ты узнаешь нечто важное.

- Сильно важное, чтобы потом переспать с тобой? Ты ведь этого добиваешься?!

Оттолкнула его тело и отпрянула в сторону. Серая дымка в его глазах развеялась, а мой страх остался. Грудь мужчины вздымалась часто-часто, а его взгляд убивал.

- Не придешь сама, я притащу тебя. Но тогда мое предложение будет аннулировано, и я возьму тебя, Вика. И да, охране приказано никого не выпускать.

В порыве страха хватаю телефон, но номер Леры не доступен.

Выхожу из дома, преодолеваю расстояние до будки охраны с намерением покинуть территорию. Там же нахожу водителя.

- Вадим, отвези меня к Лере, - приказываю.

- Простите, Виктория Сергеевна, выезд куда-либо сегодня запрещен.

- Я невеста твоего начальника, Вадим, - распахиваю глаза от удивления.

- На данный момент Тимур Альбертович здесь за главного. Простите, но за невыполнение приказа Альберт Чернов уволит нас.

***

Стук в дверь вызывает дрожь во мне, а не в хозяине комнаты.

Мужчина словно ждал. Через секунду дверь его спальни распахивается, а я делаю шаг внутрь. Темно. Я бы даже сказала, что интимно – свет потушен, за окном ни глотка света. Поворачиваю голову, замечая на телевизоре заставку какого-то фильма – самое начало, ждет просмотра.

Громко сглатываю, дверь за мной закрывается. Шаги за спиной – отчаянные, громкие, отдаются эхом в моей груди.

Мужские тяжелые руки опускаются на мои плечи, громко дышу.

- Ты не бояться сюда пришла, а за правдой, - хрипло звучит голос Тимура.

Молчу.

Очень глупо было довериться тому, кто изнасиловал меня.

Под напором его рук полы халата расходятся, он молча заставляет опустить руки, и шелковый халат соскальзывает. Под ним штаны до щиколоток и закрытая кофта.

- Когда вы жили вдвоем, под этим халатом наверняка было лишь нижнее белье. Не так ли?

- Так.

Не нравится мне все это, не нравится!..

- При мне тоже должно быть так.

- Мы не договаривались о таком! – поворачиваюсь, но не успеваю ничего сделать.

Его руки настойчиво тянут края кофты вверх. Когда он поднял ее до горла, то ненароком коснулся груди – или специально? Делаю шаг к выходу, но его руки толкают меня на кровать, одним движением снимая и штаны.

Я остаюсь в одном белье.

- Забирайся под одеяло. Сказал, не трону.

Стою посередине комнаты, учащенно дыша. Его фигура загораживает выход. А в следующую секунду Тимур запирает дверь на ключ и бросает его в сторону.

- Под одеяло, Вика, - приказывает он, - выхода больше нет.

Выполняю, отодвигаюсь к стенке. Он ложится в одних спортивных штанах, притягивает меня к своему торсу и шумно вдыхает воздух, касаясь носом моих волос.

- Мы будем смотреть фильм. Я расскажу тебе кое-что, а затем мы уснем. Больше ничего не будет.

- Не будет, - повторяю я, с содроганием ощущая жадные движения его рук по животу и оголенным бедрам.

Ниже катиться просто некуда, но я выбрала худшее из зол. У меня был выбор без выбора.

Вскоре безумие Тимура успокоилось, залегло на дно – он притянул меня к себе, и весь фильм мы пролежали именно так. Я не понимала, куда катится моя жизнь, если я лежу полуобнаженной в постели брата моего жениха… Тем временем Чернов-старший перебирал мои волосы, порой стискивая плечи до боли и отпуская. Мне было не по себе – напряжение сковало мое тело.

Закончился фильм. Я даже не помню, о чем он был, все мои мысли были заняты той девушкой Асей…

- Расскажи мне дальше, - потребовала я, отслоняясь от мужчины.

Тимур только и ждал этого, словно он давно хотел поделиться с кем-то ужасной правдой…

- Ася была беременна, когда совершила самоубийство, - мрачно.

- Беременна?.. Что ее толкнуло на это, если она носила ребенка под сердцем?! – выдохнула я, - постой… от кого беременна?

- Приходи завтра снова. Может быть, я расскажу, что было дальше…

А в следующую ночь условия кардинально изменились, и вернулся тот самый Тимур – жестокий и безумный.