Глава 35

Глава 35

Забираю сумочку и выхожу из квартиры. Мне душно, хочется подышать свежим воздухом и немного проветрить голову.

Не понимаю, почему столько дней не нахожу себе места. Но отсутствие Камиля в моей жизни меня буквально убивает. Правильно говорила Арина, что совесть со временем начинает грызть изнутри. И сейчас внутри меня творится то же самое. Мне безумно больно, что я не могу сообщить Рахманину, что наш ребенок жив и здоров. Что буквально через полтора месяца наш сын родится. Потому что я боюсь... Боюсь, что его семейка... Семья его жены найдет меня. Мне страшно потерять своего малыша.

И опять же я вспоминаю те дни, когда Арина тряслась... Она плакала ночами, что у нее могут отнять дочь. Тогда я ее успокаивала и не понимала причину ее паники. Мне казалось, что она преувеличивает. И вот... То, чему я не могла верить до конца, теперь происходит со мной.

Небольшими шагами иду в сторону парка. Сажусь на лавочку и достаю телефон, набираю номер подруги.

— Дилар, ты как? — говорит она, едва принимает звонок. — Все ведь в порядке, да? Как там наш малыш?

— Все в порядке, дорогая. Ты не волнуйся. Я соскучилась по Эмилии, — честно признаюсь.

Устремляю взгляд на маленького мальчика лет двух. Одну его руку сжимает мама, другую папа. И идут они к качелям, чему-то смеясь. Улыбаюсь грустно. Камиля никогда не будет рядом... Ведь он за все время, что мы находимся в Питере, ни разу не заинтересовался нами. Да, номер я поменяла. Но будь у него желание... Он меня из-под земли достал бы. Однако такого не случилось...

— Я как-нибудь прилечу к вам. С Эми, естественно. Как найду время.

Знаю я, что у Арины с Эмилем все не так гладко, как казалось бы на первый взгляд. Что-то у них творится, но подруга отказывается со мной делиться. Она всегда так вежливо выскальзывает, меняет тему, когда я задаю ей вопросы насчет личной жизни. Явно происходит что-то неприятное, и подруга боится меня встревожить лишний раз.

— Ага, ты это месяц уже говоришь, — шутливо ворчу я, тихо смеясь ее словам. — Ты лучше скажи мне честно... Ведь все действительно в порядке, родная? Ты же ничего от меня не скрываешь? Если думаешь, что я рожу раньше времени...

Я, конечно же, шучу. Но в каждой шутке есть доля правды.

— Все круто, даже не сомневайся, — Арина смеется вместе со мной. — Я за рулем. Еду за дочкой. Как доберусь домой, так выйду с тобой на связь. Наберу по видеосвязи. А то я соскучилась не менее тебя.

Попрощавшись, я откладываю мобильный в сторону и решаю купить себе мороженое. Мама должна была заехать в маркет, а потом домой, чтобы оставить там купленные продукты. И присоединиться ко мне. Но ее все еще нет, и я начинаю волноваться.

Перед глазами встает картина... И тело моментально покрывается мурашками. Ведь я буквально несколько дней назад видела во сне Камиля. Помню, как он кричал. Звал меня. Но выглядел он при этом, честно говоря, неважно. Устало так, растрепанно. Как-то непривычно было видеть его в таком виде. Ведь всегда ухоженный, с идеальной прической мужчина смахивал со стороны на бездомного алкаша.

Я трусливо сбежала от него. Снова. Решила спрятаться. Но он увидел мой выпуклый живот... И пообещал, что придет за нами.

Качнув головой, я отгоняю лишние мысли. Сейчас не время об этом думать. Совсем не время...

Но рука непроизвольно тянется к животу, где шевелится мой малыш. Улыбаюсь, чувствую, как слезы наворачиваются на глаза. Они катятся по щекам. Давно я не плакала. Уж при матери тем более. Всегда старалась выглядеть сильной, однако я вовсе не такая.

— Дилар, — это голос матери. Она кладет руку на мое плечо, слегка сжимает. — Господи, что с тобой, дочка? — присаживается она рядом и крепко обнимает меня.

Я шмыгаю носом. Не понимаю, как так получилось, как я начала так громко реветь. Чувствую себя настоящей истеричкой.

— Все в порядке, — вытираю влагу с лица. — Все хорошо, мам. Я просто... Просто так получилось.

— Девочка ты моя... Расскажи мне. Поверь, тебе станет легче, если выскажешься. Попробуй опустошить душу, родная.

— Ну что тебе рассказать, мамуль? Я просто скучаю. Я... Понимаешь, я действительно люблю Камиля. До сих пор. Даже после того, как он соврал мне. Даже после того, как закрыл глаза на то, что мы ушли...

— Перестань. С чего ты вообще это взяла? Откуда такие выводы, что он закрыл глаза?

— Так не нашел нас! Не пришел за нами!

— Сама ведь говоришь, что не нашел.

— Ну, мааам, — снова шмыгаю носом как ребенок. — Мам, у него есть деньги. У него есть связи. Ты же ведь не думаешь, что...

— Все не так, как тебе кажется, дочка, — отвечает мама и сразу же отводит взгляд. Но я успеваю заметить, что у нее тоже блестят глаза от слез.

— Что это значит?

— Он... Я считаю, что он просто не нашел нас. Связи у Эмиля тоже есть... Он все устроил. Он способен на большее, чем Камиль.

Мама не смотрит на меня, а куда-то вдаль. И это значит лишь одно: она от меня что-то скрывает.

И Арина тоже. Ведь я всегда чувствую, когда с ней общаюсь... Что она замалчивает, никогда не заговаривает про Рахманина, хоть и знает, как мне это необходимо.

— Я пойду мороженое куплю. Тебе тоже взять? Это ты уже закончила.

— Давай. Возьми, пожалуйста, фруктовое, — прошу я.

Мама отходит, а я впервые за два с половиной месяца решаю покопаться и найти информацию насчет Камиля в интернете. Раньше не решалась. Не хотела видеть ничего после того, как я встретила свои фотографии с Русланом в социальных сетях на каждом углу.

«Камиль Рахманин развелся. Несколько лет брака...» — дальше не читаю, потому что мне это совершенно неинтересно.

Однако я вижу снимок разбитой машины... номер... Номер автомобиля — это же внедорожник Камиля.

«Бизнесмен Камиль Рахманин попал в аварию. Не смог справиться с управлением...»

Перед глазами начинает темнеть. Сердце как бешеное колотится в груди, а дышать становится очень тяжело. Мне не верится во все это...

Новость вышла на следующий день. Да-да. Именно та дата. Через сутки посла того, как мы прилетели в Питер.

Черт! Черт!!!

Вытерев глаза, я пробегаю глазами по строчкам. И с каждым предложением мне становится все хуже и хуже.

«По словам врачей, состояние бизнесмена неутешительное...»

Господи Боже мой... Камиль... Мой любимый Камиль... Он в коме... До сих пор?

— Держи, дочка, — вздрагиваю от слов матери, роняю телефон.

Поднимаю на нее заплаканные глаза. Хочу наорать... Хочу сказать, что они все знали об аварии, в которую попал Камиль, но скрыли от меня всей компанией. Однако слова комом застревают в горле, и мне ничего не удается сделать, кроме как постараться сглотнуть.

— Дилара, — мама поднимает мой телефон и застывает, явно заметив на экране информацию, которую я только что читала. — Дилар... Ты... Ты почему такой бледной стала, а? Из-за этой новости? Не переживай ты так, милая. Это все старое. С ним все в порядке, — тихо шепчет мать, трогая мой лоб и лицо.

— Не ври мне, — выдавливаю из себя, чувствуя, как меня трясет. По телу пробегает мороз, но позвоночник почему-то покрывается испариной. Я даже чувствую, что вот-вот потеряю сознание. В ушах начинает звенеть от напряжения.

— Не вру. Честное слово. Он в порядке, — часто дышит мама, стягивая с меня плащ. — Тебе жарко? Скажи мне? Почему вспотела?

Ни черта мне не жарко. Наоборот. Очень даже холодно.

— Я тебе не верю, — снова шепчу. Глаза матери ледяные, губы поджаты в тонкую линию. Она сидит рядом и трогает мое лицо. Я вижу, какая она встревоженная. Оглядывается по сторонам. — Он... Мам, скажи честно. Я тебя умоляю... — свой шепот я едва слышу.

— Дилара, — доносится мягкое. — Дилар, родная... Вызовите скорую! Пожалуйста! Вызовите скорую помощь, — слышу мамин крик. А дальше вырубаюсь, не чувствуя ничего, кроме боли в области груди.