ГЛАВА 78. Лея

Что-то оборвалось между нами после этого разговора. Что-то невидимое, но очень важное. И пока очень хрупкое.

Я слишком долго молчала. А Егор слишком строг и требователен. Не идет на компромиссы. Во всем винит меня. Хотя вижу, что он не уверен в своих сомнениях. Но не может признаться. Или боится.

Вспоминаю время, проведенное с ним. Только на короткие промежутки он становился ласковым и нежным, а потом снова обрушивал на меня свой гнев, свои подозрения. Сколько раз я думала о том, чтобы уйти от него. Но не могла.

Прекрасно понимаю – он такой. Властный, требовательный. Может, именно эти качества меня в нем и привлекают. Не знаю. Но жить так не могу. В постоянном моральном прессинге. В ожидании чего-то.

Я не знаю, чего ждать завтра. Какие еще обвинения предъявит мне Егор? Кто еще из его окружения устроит мне козни? Почему мы не можем жить обычной жизнью? Как долго я смогу так прожить? А мой малыш? Мой мальчик. Он же чувствует волнение матери.

Зачем мне и ему всё это?

Хочу жить спокойно, независимо ни от кого. Не выслушивать гневные тирады. Не думать, как оправдаться.

Но смогу ли я жить без Егора?

Очевидно, что не будет уже как раньше.

В самом начале я жила в этом доме, потому что Егор не отпускал. Но потом я и сама не хотела уходить. Потому что он показал, какая может быть любовь и нежность. Я почувствовала её и, Боже, как же сложно ее потерять, а еще сложнее – самой отказаться от нее!

Несколько дней я просидела в закрытой комнате. Я не особо этому противилось. Мне хотелось остаться одной. Раз уж самый близкий мне человек отвергает меня.

Он не приходит, не целует, не обнимает. Ничего. Как будто меня нет в его доме. И в его жизни.

Если таким вот образом он решил наказать меня, то ему удалось.

Не хочу есть. Горничная приносит завтрак, обед и ужин. Фрукты, сладости. А я не хочу. Она смотри жалостливо. Но чем она может помочь? Только уговаривает поесть. Но что я поделаю, если не хочу.

Знаю, так нельзя. Это может навредить моему сыну, но не могу себя пересилить. Не могу.

Наконец, спустя несколько дней дверь в комнату открывается и входит Егор. Мрачный и осунувшийся. Нам обоим нелегко дается это расставание. Но упрямство и нежелание идти на компромиссы пересиливают страх потерять все, что было создано с таким трудом.

И я лишний раз убеждаюсь в том, что надо уйти, когда Егор начинает разговор.

– Почему ты ничего не ешь, – спрашивает строго, пронзая меня своим взглядом.

На лице непроницаемая маска. Пытаюсь разглядеть его чувства и эмоции и не могу.

– Не хочу, – отворачиваюсь к стене.

– Ты должна есть, это важно для нашего ребёнка. Иначе…

– Что иначе? – не даю ему договорить. Поворачиваюсь и смотрю на него. – Что ты сделаешь?

Егор подходит ко мне и смотрит на меня сверху вниз. Руки – в карманах брюк.

– Тебе лучше не знать этого, Лея.

– Привяжешь и будешь кормить меня насильно?

Усмехается.

– Хоть бы и так. Ты должна в первую очередь думать о том, кто в твоём животе. О ребенке. А не о своих капризах. Пора повзрослеть, Лея.

– А ты думаешь о нём?

Еще раз попыталась найти хоть капельку тепла в этом холодном взгляде непроницаемых глаз. Безуспешно. Опускаю взгляд.

– Отпусти меня Егор, – произношу чуть слышно. Да, решение принято. – Нам с тобой не будет будущего. Я не хочу такой жизни и ты не хочешь. И ребенок не заслуживает такой жизни. Я должна уйти Егор.

В его глазах сразу же вспыхивает огонь. Огонь, который обжигает, а не греет.

– Это мой наследник. И поэтому ты никуда не уйдешь. Я не позволю, чтобы мой сын родился не понятно где, – голос Егора эхом ударяется о стены огромной комнаты и проникает в меня острыми иглами.

– А я? – спрашиваю с вызовом. – Кто для тебя я?!

– Ты? – он задумывается лишь на минуту. – Ты – женщина, которая родит мне наследника и поэтому ты должна остаться здесь.