Глава 24. Без медальки.

Яр

– Блин, Яр! Ну ты чё всё слил-то?

Недовольный Русик ходит кругами по номеру. Я валяюсь на кровати в ожидании звонка его отца.

Мне либо крышка – а точнее отчисление, либо…

– Декан там медальку ждёт, Яр. Ты что, не просёк степень ответственности? – продолжает клевать меня Новожилов.

Одариваю его хмурым взглядом. Помощничек хренов.

– Мы бухали последние три дня, не просыхая. Что я там должен был выиграть?

– Так я думал, ты рубишь в социологии, – сползает спиной по стене Рус. Вытягивает ноги. Долбится затылком об стену. – Фак! Отец сейчас из принципа с деканом не станет базарить. Чтобы я друга лишился.

Для него это – потерять друга. А для меня – крышу над головой и перспективы на будущее. И друзей тоже, да.

Но я завалил всё не из-за бухла. Я вообще не мог сосредоточиться на долбаной социологии, постоянно размышляя над посланием Бортика.

Та фотка… Она меня задела за живое. Словно на моё посягнули.

Но это ведь не так.

А ещё сильно беспокоит, что, связавшись с Бортиком, я влез в какую-то мутную схему. Его схему. Его игру. Его постановку. Как ни назови, вывод один – этот кукловод что-то мутит. И создаётся впечатление, что мне в этом спектакле отведена главная роль. А Бортик кайфует, дирижируя действом.

В таком загоне просто невозможно взять медаль на олимпиаде. Ни одну из них. Ни золото, ни серебро, ни бронзу.

У меня четвёртое место. Аристархович сильно негодует и мучает нас, держа в неведении. Уже час ждём от него звонка.

– Я тогда тоже свалю из универа, – заявляет Рус.

– Да хорош! – отмахиваюсь я. – Учиться осталось недолго. Получишь диплом, как того хочет твой отец, и будешь жить на широкую ногу. Не получишь диплом – пойдёшь батрачить на дядю и будешь жить только на свои. Помни про свою сделку с отцом.

– Да помню я… – удручённо бубнит себе под нос. Потом хватается за телефон: – Оо, Янчик пишет. Прикинь, он в универ едет!

Сажусь на край кровати, свешивая ноги.

– Уже всё? Сборы закончились?

– Нет. Типа вывих какой-то. Оо… плечевого сустава. Нормально его там по баскетболу подтянули!

Бесов был недоступен две недели. Мы вообще потеряли его со всех радаров.

Руслан что-то воодушевлённо ему строчит. Потом, похоже, молится на экран айфона, сложив ладони вместе.

– Ну давай, бать, звони и говори, что мы тоже в универ едем. Две недели как изгои. Там без нас такая жизнь проходит!..

Что бы там Рус ни говорил, но студентом он быть обожает. Особенно, в позиции сильных мира сего.

Кажется, его молитва работает, потому что Аристархович наконец звонит.

Руслан подскакивает с пола, весь вытягивается в струнку и слушает отца, нахмурив брови и глядя на меня застывшим взглядом. По которому, вашу мать, вообще ничего нельзя прочесть.

Бубнит по ходу разговора:

– Да, пап, я понимаю… Угу… Это понятно… Конечно, пап… Да мы не хотели… Ладно, услышал тебя. Да, хорошо.

Попрощавшись с отцом, молчит, сохраняя интригу.

Я прибью его сейчас!

– Ну?

Рус расплывается в самодовольной улыбке.

– Никого из нас не отчислили. Но, естественно, отчислят, если будет хоть ещё один косяк.

– Типа мы можем вернуться? – с недоверием уточняю я.

– Ага. Прямо сейчас валим? Или ты хочешь потусить ещё в Коломне?

– Нет, всё, я тут нагостился, – подрываюсь с кровати.

– Тогда пакуем вещи и валим!

Руслан улетает в соседний номер, я закидываю шмотки в сумки. На сборы уходит минут пять от силы. Встречаемся с Русом в коридоре.

– Главное – никогда так не собираться при отце, – говорит Руслан, накидывая ремень спортивной сумки на плечо. – А то ещё в армейку отправит, решит, что мне там самое место.

Аристархович может, да.

Сдаём ключи, пакуемся в тачку. До универа часов пять езды, если не застрянем в пробке.

Довольно быстро выбираемся из Коломны. Новожилов курит одну за другой, на его лице застыла блаженная улыбка.

– Ты Милане написал, что возвращаешься? – спрашивает он.

– Нет. Забыл.

Вытаскиваю телефон, открываю нашу с ней переписку. Последний диалог вышел не очень. Она докопалась до меня по поводу ночи посвящения. Перечитываю сообщения, которые ранее читал вполглаза, бухая с Русом.

Лана: Просто скажи, с кем ты там отжигал.

Я: Ни с кем.

Лана: А слухи другие ходят.

Я: Не собирай сплетни.

Лана: Яр, тебе чего-то во мне не хватает? Я недостаточно сексуальная? Почему ты ведёшься на всякую шелупень?

Я: Милан, завязывай. Мне тебя хватает.

Лана: Ты меня любишь, Ярослав?

На это я ничего не ответил. Потому что не разбрасываюсь никакими признаниями, и она это знает.

Гашу экран. Так ли уж нужно сообщать ей о своём возвращении?

– У сладкой парочки МилЯр какие-то проблемы? – косится на меня Рус.

Разваливаюсь в кресле, откинув голову на подголовник, и тяжело вздыхаю.

– Да, есть проблемы.

– Надоела тебе дочка нефтяного магната, да? – Рус сразу улавливает суть проблемы.

– Надоела.

– Так запаузи пока. Понятно, что рвать с ней – это как выстрелить себе в ногу. Сдохнуть – не сдохнешь, но инвалидом останешься. А так типа тайм-аут. А потом ты, конечно, опять с ней сойдёшься, и её отец найдёт для тебя тёпленькое местечко в своей фирме.

У Руса сделка с отцом, а у меня – с собственной совестью. И ничего общего нет в наших ситуациях. Поэтому Новожилов так легко рассуждает об этом.

А я в данный момент вообще не могу представить никакого будущего с Ланой. Она пустышка. Кукла, окружившая себя красивыми вещами. И я в некотором роде тоже её вещь. Которую тоже надо сделать нарядненькой. Вот откуда у меня брендовые шмотки. Щедрость Миланы и банковская карта её отца.

– Есть кто-то на примете вместо Ланы? – спрашивает Руслан.

– Есть.

– Кто? – вспыхивают азартом его глаза.

В такие моменты он напоминает мне социопата Бортика.

Усмехаюсь.

– Пошёл ты! Я тебе не скажу.

– Да хорош!.. Вдруг я случайно решу её склеить?

Ну... Такое тоже может быть.

– Если увижу тебя рядом с ней, все кости пересчитаю, – бросаю с деланой угрозой.

– Даже так? – дёргает бровями Рус. – Видать, горячая девочка. Надо брать.

Вмазываю кулаком ему в плечо.

– На дорогу лучше смотри.

– Я смотрю. Так ты скажешь, кто она? Надеюсь, не та астматичка?

Первый порыв – спросить, почему это он на это надеется. Но я мысленно беру себя за горло и не даю словам слететь с губ.

– Нет, не она.

– Тогда кто?

– Неважно. Я всё равно с ней не буду. Короче, закрыли тему.

– А чё ещё делать в дороге, как не языком молоть? – изумляется Рус.

– Лично я посплю, – устраиваюсь поудобнее, опустив спинку кресла. – Социология меня утомила.

И мысли о Мире, которая таскается в компании пловцов и Бортика.

Но об этом я, конечно, вслух не говорю.

Моя жизнь разделилась на до и после в четырнадцать. Ярослав «до» был человеком открытым и даже добрым. Ярослав сейчас – смесь внутренней черноты, страхов, алчности, заносчивости…

В четырнадцать я слепил себя заново, откопав в себе всё плохое, вытащив наружу все скрытые пороки. Возможно, такая версия меня протянет намного дольше в этом мире.

– Ты реально, что ли, спать будешь?

– Да.

– Пфф…

Меня быстро вырубает...

И так же быстро врубает, когда Рус заявляет:

– Вставай, спящая красавица! Мы на месте.

Девочки, приглашаю в свою бесплатную новинку! "Не рань меня" Она тут https:// /shrt/hQuP