15. Сорвала совещание
Вика.
Сорвала совещание. Поднимаясь в лифте, прокручивала в голове слова из пояснительной записки босса. На этот раз Аристов расщедрился на расшифровку: мешала проведению совещания тупыми звонками и вопросами.
Наглые выходки в случае с Аристовым себя не оправдали. Посмотрим, как начальник выдержит испытания доставучестью секретарши. Неужели, сработает?
— Вау! Это что за мужчина в моей приёмной? Красавчик, покажись-ка! — пропела, обходя стол Ильи.
Парень засмущался и покраснел, затем поднялся и прошёл по кабинету. Новый костюм сидел превосходно. Рубашка, галстук, туфли дополняли образ. Я подняла вверх большой палец:
— Всё чётко! — затем чуть наклонила голову набок.
— Что-то не так?
— Стрижка, — вздохнула я, — сегодня после работы пойдём в барбершоп. Пусть стилист подберёт тебе нужную. И чего я сразу не сообразила?
— Но я не могу сегодня вечером.
— Ничего не знаю! Ты такой ходить не будешь, все труды насмарку. Обещал меня слушаться — выполняй.
— Ладно, — тихо сказал Илья.
Захлопнула дверцу шкафа с верхней одеждой, подошла к нему и поправила галстук:
— Вот и славно! Только ты, я и суровый барбер с лезвием.
Последние слова сказала зловещим шёпотом. Илья забавно выпучил глаза со страху, и я звонко расхохоталась.
— Что здесь происходит? — ледяной голос за спиной заставил вздрогнуть и отскочить друг от друга.
Аристов застыл в дверях, переводя подозрительный взгляд с Ильи на меня и обратно.
— Простите, Денис Александрович! — засуетился помощник, дрожащими руками открывая планшет с расписанием на день.
Я проплыла к своему рабочему месту и ткнула ноготочком в кнопку включения компьютера.
— Сальван подтвердил встречу? — хмуро спросил Аристов, листая расписание.
— Да, конечно, Денис Александрович, — закивал Илья, — сейчас уточню ещё раз.
— Уточни, проведём её в моём кабинете.
— Конечно, Денис Александрович, как скажете.
Напоследок Аристов бросил ещё один подозрительный взгляд на меня и прошёл в кабинет. Встреча с партнёрами, говорите? Прекрасно, мне подходит.
Пока грузился компьютер, нанесла на руки увлажняющий крем и заглянула в ежедневник. Так, там же ещё презентацию готовить надо.
«Привет. Вышли мне на электронку отчёт по Териберке», — написала рыжему и нажала «отправить».
Обзвонила несколько барбершопов, затем пожаловалась Илье:
— Представляешь, ближайший мастер свободен только в пятницу! Нормально, вообще? На стрижку за три косаря! А ещё говорят, у нас у народа денег нет.
— Сколько-сколько? — простонал Илья.
— Ой, всё, — махнула рукой, — я записала тебя, короче. Месяц не поешь свои булки, вот и сэкономишь на нормального стилиста!
Побарабанила ногтями по столу. Бесячий Смирнов, чего он не отвечает? Вижу, что сообщение прочитал. Ладно, подожду ещё.
После обеда, громко смеясь, мы с Ильёй, вывалились из лифта. Во время перерыва я развлекалась тем, что показывала ему прикольные стрижки и бородатых мужиков, а он пугался и говорил, что никогда не даст сделать с собой то, что на картинках.
— Ничего ты не понимаешь! — убрала телефон и застыла, встретившись взглядом с Аристовым, который выходил из директорского лифта.
Чего он так смотрит? Молча прошла в кабинет. Мы не опоздали, вот и нечего хмуриться.
— Илья, — сказал Аристов, — будешь присутствовать на переговорах.
— Да, конечно.
— Надеюсь, всё готово?
— Конечно, конечно.
Аристов задержался около моего стола. Смерил меня строгим взглядом:
— Презентацию сделала?
— Ээээ… Не до конца.
— Плохо, Виктория. Займитесь уже работой, — он снова обернулся к Илье, застывшему по стойке «смирно». — Оба.
Сморщила нос, провожая взглядом его спину, и закатила глаза. Сраный Смирнов, где уже мой отчёт? Нашла в телефонном справочнике его внутренний номер и набрала. Бесполезно, не отвечает.
Пока возилась с бумажным отчётом, нарисовались какие-то люди в костюмах. Илья бросился распинаться перед ними и провожать в кабинет Аристова.
Я сложила подбородок на сцепленные ладони и хищно улыбнулась. Ну, что ж, операция «достать босса» начинается прямо сейчас.
Встреча с партнёрами началась. Я выждала несколько минут, затем набрала Аристова. Почти сразу услышала отрывистое:
— Да?
— Денис Александрович, — пропела сладким голосом, слыша фоном странную речь. Ну, да, Сальман фамилия не русская, похоже, там иностранцы, — вы просили подготовить презентацию по ситуации в Териберке.
— И?
— Я ведь могу подготовить её до конца недели?
— Да, — и короткие гудки.
Выждала минут пять, и снова набрала его номер. На этот раз Аристов сразу спросил:
— Что-то срочное, Виктория?
— Я тут подумала, эээ…
Из трубки донёсся раздражённый вздох. Перехватила трубку поудобнее, и продолжила:
— А где у нас будет новогодний корпоратив?
— Без понятия, сейчас не самый подходящий момент, ты не находишь?
— Но как же, ведь все приличные места забронируют…
Вместо ответа — снова короткие гудки.
Отмерила пять минут.
— Денис Александрович.
— Ещё раз позвонишь — ты уволена!
— Но…
Гудки. Неужели, чуть-чуть осталось? Не веря своему счастью, снова набрала его номер, но звонок не пошёл. Хитрый гад не стал класть трубку, вот блин!
Открылась входная дверь и внутрь вошла кудряшка Наташа:
— Ой, Вик, привет! А ты чего на обед не ходишь? Мы тебя потеряли.
— Да я тут в рестике неподалёку обедала с подругой.
— Ааа, — протянула Наташа, затем кивнула на дверь. — У себя?
— А что ты хотела? — насторожилась я.
— Да заявление подписать на отпуск. Но если Денис Александрович занят, ты передай тогда ему…
— Пустяки, идём! Я с готовностью поднялась и забрала у неё листок. Сейчас всё подпишем.
— Ой! — пискнула Наташа, замерев в дверях.
Я же уверенно прошла через кабинет, краем уха услышав, как оборвалась иностранная речь. Аристов готов был убить меня взглядом.
— Денис Александрович, тут Наташе надо срочно заявление на отпуск подписать.
— Вот как, — процедил Аристов, поднимая взгляд на кудряшку. — И в чём же срочность?
— Ни в чём. И-извините, я… я не знала…
— Вон отсюда.
Наташу не нужно было просить дважды.
— А ты, — он прожёг меня насквозь своим взглядом, затем кивнул на стул рядом с собой. — Сядь здесь, и чтобы я тебя больше не слышал.
Молча опустилась на стул с ним рядом, мысленно досадуя на то, что он спутал все мои планы. Разговор продолжился.
Один из мужчин что-то сказал. Аристов ответил на безупречном английском, показывая на какой-то пункт в контракте. Нахмурилась, скрестила руки на груди и принялась нервно болтать ногой под столом. Скука.
Аристов откинулся на спинку кресла и, не меняя ровного делового тона и не поворачивая головы, сжал под столом моё бедро. От неожиданности я чуть не свалилась со стула. Выпучила глаза и покраснела, замерев.
Перестала дёргать ногой и едва дышала. Это ещё что, чёрт возьми? Как это понимать? Убрал руку и продолжил общаться с партнёрами. Едва дождалась, пока всё закончится, и пулей вылетела из кабинета.
Проверила почту, снова набрала Смирнова и вышла из приёмной в поисках рыжего инженера, который нагло меня игнорировал.
У инженеров было тихо. Стук клавиш, тихие гудки телефона, приглушённые голоса. Без труда заметила яркую рыжую шевелюру.
Завидев меня, Смирнов расплылся в улыбке и откинулся на спинку кресла. Протянул, сально улыбаясь:
— Виктооория!
— Привет. Я писала тебе, — постучала ноготком по монитору. — И звонила.
— Дааа… сорян, много работы.
— Я быстро, — скрестила руки на груди. — Скинь мне отчёт, который ты готовил по Териберке.
— Отчёёёт, — сказал нараспев, закидывая руки за голову и продолжая нагло меня рассматривать.
На нас начинали глазеть, посмеиваясь и переглядываясь. Мне этот спектакль на хрен не сдался. Наклонилась к нему и процедила по слогам:
— Да, отчёт. О-тэ-че-ё-т. Отчёт. Скинь его мне сейчас.
Мужчина достал из ящика флэшку и повертел её в длинных костлявых пальцах:
— Поужинаешь со мной?
— Не интересно. Не завожу интрижки на работе, — протянула руку за флэшкой, но он отвёл свою.
— Да ну? — насмешливо хмыкнул. — А у меня другие сведения.
Его блёклые глаза смотрели зло. Я взглянула на них, на неровные веснушки и чувствовала, что терпение уже на исходе. Подняла бровь и сказала:
— Так что, сказать Денису Александровичу, что ты отказываешься предоставить данные для презентации?
— Держи! — резко бросил флэшку, но я поймала её, зажав в ладонях. Развернулась и пошла прочь, услышав вслед. — Со мной лучше не ссориться, иначе сильно пожалеешь.
— Трясусь от страха, — бросила через плечо.
— Скоро мы все будем трястись от смеха.
Дёрнула плечом и вышла поскорее прочь, не придав значения его словам и легко выбросив их из головы. А зря.